Драконье яйцо

             Розалин не успела раскрыть створчатые двери: кто-то уже налёг на них с другой стороны. Придержав одну из створок, чтобы не получить ею по лицу, она отступила на шаг. А первокурсник, не подумавший, что может с кем-то столкнуться на пороге Большого зала, вскинул голову.       И вздрогнул — лямка сумки соскользнула с плеча, но Розалин перехватила её, почти не задумываясь: то ли так сказалось падение её подопечного с лестницы, то ли... Вынырнув из своих мыслей, Розалин утонула в широко распахнутых глазах первокурсника — и невольно крепче сжала пальцы на лямке.       — Тебя уже выписали?..       Она не ожидала, что мистер Фендрик отпустит Нару так скоро — до полудня. Хотя порез, перечеркнувший щёку первокурсника, уже затянулся: теперь о нём напоминал едва заметный шрам. На месте лекаря Розалин и сама не стала бы держать Нару в общей палате.       Вот только до «Сладкого королевства» она так и не добежала. Но уже было не к чему: ей и без того пришлось бы сначала вернуться в Хогвартс, а уже потом пробраться в сам Хогсмид — причём по другому тайному ходу. И хотя Чхве Хан вряд ли отказался бы пойти с ней, они всё равно ничего не успели бы.       Подавив вздох, Розалин вернула лямку на плечо первокурсника. А вот убрать руку со створки не догадалась, и потому Нару даже не дёрнулся от её прикосновения. Всё-таки староста Когтеврана была ничем не лучше старосты Слизерина: одно неловкое движение — и всё, допроса не избежать. Даже под руку не поднырнёшь: ещё поймает за шиворот...              Хотя на вопрос он тоже не стал отвечать: и нарлу же видно, что выписали — не с привидением же она сейчас говорила, в смысле пыталась поговорить! Если бы Нару превратился в привидение, то пронёсся бы и сквозь двери, и сквозь саму когтевранку — или сразу нырнул бы в стену, чтобы ни с кем не пересечься...       Нару мельком подумал, что потом, когда от него отстанут все старшекурсники, заглянет в библиотеку. Может, найдётся заклинание, позволяющее проходить сквозь твердые и... не очень твёрдые предметы?       Староста Когтеврана шумно, с явным неодобрением выдохнула. Нару тут же втянул голову в плечи: вряд ли старшекурсница умела читать чужие мысли, но...       Но стёрла же она ему как-то память?       Однако Розалин смотрела не на первокурсника, а — поверх его головы. Гриффиндорцы, которых она надеялась застать в кабинете Защиты от Тёмных искусств, уже расселись за своим столом. Вот только знакомой светлой — и в прямом, и в переносном смысле — головы среди них не было.       И где только носило Альбера Кроссмана, когда он был так нужен им всем: и ей, и Чхве Хану, и ещё не вылупившемуся дракончику?!.       — Мисс. — Первокурсник, не выдержав, осторожно подёргал за рукав её мантии. — Могу я пройти?       Нару решил держать хорошую мину при плохой игре: нет, он ничего не видел; да, никого и не помнил; конечно же, шёл мимо — и тогда, и сейчас. Так что дайте пройти. Пожалуйста.       Староста Когтеврана вместо ответа посмотрела на него с таким удивлением, что Нару тут же выпустил её рукав. А ведь правда: любой другой первокурсник, ещё и слизеринец, уже поднырнул бы ей под руку — и всё...       Губы Розалин тронула улыбка. Кто бы мог подумать, что маленький слизеринец окажется воспитаннее больших. Та же Ханна никогда не отличалась хорошими манерами — особенно на фоне своего близнеца Джека, который учился в Пуффендуе. Вот кто был образцом вежливости и кротости...       Розалин невольно оглянулась на слизеринский стол, ища глазами Ханну — и вдруг заметила совсем не ту светловолосую голову, которую искала глазами.       Вот только ни самой Ханне, ни даже Альберу Кроссману она не принадлежала.       Венион Стэн, которого никто не видел со вчерашнего вечера, как ни в чём не бывало сидел за столом с остальными пятикурсниками. Он или не он этой ночью пробрался во Визжащую хижину, Розалин не знала — вернее, всё ещё сомневалась.       Зато теперь поняла, куда так спешил маленький слизеринец, что чуть не столкнулся с ней в дверях Большого зала.       ...Глаза Нару распахнулись: староста Когтеврана за руку втянула первокурсника в холл, а затем плотно закрыла за его спиной двери.       Вокруг сразу стало темнее: перед единственным витражным окном стояла огромная золотая статуя в полный рост. Нару сунул руку в карман мантии и сжал волшебную палочку. Но что бы мог он, первокурсник, сделать шестикурснице?..       — Ты в порядке? — Выпустив руку мальчика, Розалин встревоженно всмотрелась в его побелевшее лицо.       Нару в ответ сначала помотал головой, а потом, когда до него уже дошёл смысл вопроса, закивал. Розалин нахмурилась — только вот спросить больше ничего не успела.       — Так я, — наконец выдохнул Нару, — могу идти — или нет?!       Староста Когтеврана растерянно моргнула. Но Нару не стал ждать ответа. Зажмурившись, он — была не была! — поднырнул ей под руку и со всех ног бросился к парадной лестнице. Розалин даже окликнуть его не успела — лишь протянула руку, чтобы придержать слизеринца за плечо, но пальцы поймали воздух.       Что ещё такого сказал — или сделал?.. — первокурснику Венион Стэн, что тот так испугался его? Хотя... Розалин со вздохом призналась сама себе, что после такой ночки она бы тоже обходила своего обидчика по большой дуге.       Пока не смогла бы проучить его сама.