Проклятая монета

      Власти предупреждают, что выходить в лес в плохую погоду опасно для жизни. Дождь — можно поскользнуться на мокрых корнях. Туман — заблудиться. Снег — замерзнуть насмерть. В хорошую погоду власти предупреждают, что так же опасно. В хорошую погоду пумы выходят на охоту за основные пределы своей территории. В плохую погоду пумы особо опасны. В любую погоду в лесу всегда опасно.              Власти так же предупреждают, что категорически запрещено купаться в реке. Это уже около окраины речка превращается в тоненький ручей. Глубоко в лесу это была крупная река с очень сильным течением, острыми камнями и опасными порогами. В реке так же много подводных источников, отчего вода остается ледяной даже в жаркую погоду.              Нил ощущал себя так, будто его облили изнутри этой ледяной водой.              — Мама, успокойся, — Нил заговорил тихо-тихо, чтобы юноши позади его не услышали. — Они все владеют силой.              Злоба слегка утихла. Затем и вовсе ушла. Джостен выдохнул.              — Постой! — Ники подбежал к нему. — Прости, это было ужасно. Я понимаю, что мы как снег на голову, так ещё и в такой момент появились… И все наши слова и действия… Но мы, правда, лишь хотим помочь этому городу избавится от монстра в лесу.              — Вам с ним не справится, — Нил выдохнул. Предупредить бы Ники, что с ним может произойти. Отговорить от похода в этот лес, ведь иначе это будет очередная бессмысленная смерть. — У меня недавно было видение. И в нём монстр тебя поймал.              — Любые видения лишь один из вариантов, а иногда и вовсе обман, — вмешался Кевин. — Судьбу можно изменить. Особенно, когда о ней знаешь.              Нил покачал головой. Не всё можно было изменить. Нельзя было изменить то, что мама умерла. Нельзя изменить то, что Роуз умерла. Нельзя было изменить то, что и сам Нил был монстром. Нельзя было изменить то, что отец будет вечно преследовать его.              — Знаешь, почему мы легко справимся? — Ники не унимался, он встал перед Нилом, когда тот собрался идти дальше. — Я, например, могу узнать, где самое проклятое место. Это моя способность. Кевин может подавить монстра, он может видеть ауру и даже управлять ей.              — Ники, — Кевин нахмурился.              — А что такого? Нам нужна его помощь, может, хоть узнав нас, согласится. — Ники отмахнулся от Кевина. — Аарон наш медик, он прекрасно знает медицину, и его способность в этом ещё больше помогает — он может забирать и облегчать боль. Ну, а Эндрю наш детектор лжи, — юноша с довольным видом сложил руки на груди. — Мы не так просты, как кажемся.              Нил кивнул. Что ж, тут не было никого, кто имел опасную способность для него. Аарон и Ники не несли угрозы вовсе. Способность Эндрю он мог обходить, а Кевин… Даже если он и подавит его силу — не важно.              — А у тебя? — Ники улыбнулся.              — Вас это не касается, — отрезал Нил и обошёл юношу, направляясь в дом.              — Но…              — Оставь его, он не хочет помогать, — Аарон фыркнул. — Идём, нужно успеть хотя бы осмотреть лес до темноты.              Дальше Нил не слышал их разговоров, он зашёл в дом и закрыл за собой дверь. Он оперся на неё, ощущая, что в теле совсем нет сил.              Это было нечестно… Почему вообще всё так произошло? Почему он увидел угрозу для кого-то, кто был ему безразличен, но не увидел, что Роуз собирается убить себя?...              Юноша сполз по двери на пол и обнял себя за колени. Она ведь улыбалась ему… Она ведь благодарила его за то, что он вернул её к жизни… А если бы он ничего не сделал?... Она была бы жива? Наверное, да… Она бы продолжала цепляться за умершую дочь. Продолжала бы верить, что та жива.              Джостен поджал губы. Это была бы не жизнь, а пытка…              Нил не мог отделаться от ощущений, что это он подтолкнул Роуз к самоубийству. На душе было слишком неспокойно. Эмоции подкрадывались липким ощущением по спине. Как он не заметил? Как не понял?              Разве могла мать, потерявшая своего ребёнка, так легко всё отпустить? Разве могла так беззаботно улыбаться?              Идиот.              Нил закрылся пальцами в волосы и опустил голову, стараясь унять дрожь в руках. Он ведь был проклятием для всех вокруг… Мама всегда это говорила. Всегда говорила, что он не должен был существовать. Если он существует, то страдают другие.               Он ощутил маму. Она ничего не говорила. Лишь была где-то рядом. Нил не поднимал головы. Увидеть ещё одного человека, который умер из-за него, было бы большой ошибкой. Тогда он точно не смог бы сдержать эмоций.              — Если я такой монстр, то почему ты меня не убила?              — Потому что ты мой сын.              — Но ведь я проклятие для всех вокруг.              — Мне плевать на всех остальных.              Нил поджал губы.              — Мне очень одиноко. И рядом с Роуз я хоть немного согревался. И эти ребята… Они…              — Забудь! Даже не думай!              — Одному из них грозит смертельная опасность в лесу.              — Тебя это не касается!              Нил выдохнул. Может, мама была права. Если бы он не решил помочь Роуз, она бы была жива…              Он помнил глаза Роуз. Они блестели, но не от счастья. Это был блеск льда перед трещиной. Мать, потерявшая ребенка, не может просто «пережить» это за неделю. Её веселье было не выздоровлением. Это была замаскированная капитуляция. Она тратила последние силы на то, чтобы не напугать его. Чтобы не выглядеть сломленной.              Нил сжал кулаки. Он поверил в её улыбку и пропустил крик о помощи. Она была на грани, а он просто наслаждался её хорошим настроением. Он не заметил, как она прощается.              Юноша так и сидел на полу, пожираемый собственными мыслями. Сидел до тех пор, пока тело не начало ломать из-за неудобной позы. Он тяжело выдохнул, заставил себя подняться, затем пошёл на веранду. Нил облокотился на перила, совсем как тогда, когда увидел видения о Ники. Он не знал, что тогда Роуз собиралась сделать, но знал, что произойдет с Ники.              По телу прошёлся холодок. Мама была рядом.              — Я снова пропускаю удар, — прошептал он, не зная, говорит ли это призраку матери или себе.              Мать не ответила, она лишь подошла ближе. Её рука замерла в сантиметре от его плеча. Она не могла обнять его, да и, если честно, даже если бы могла — всё равно не обняла. Она могла бы лишь положить руку на плечо. Это был вверх её проявлений чувств даже тогда, когда она была жива. Сейчас и это было недоступно. Но Джостен чувствовал её тяжелую, невыносимую опеку. Она продолжала охранять его, даже когда его мир рушился от собственной слепоты и неуверенности.              Она защищала его от врагов, но она не могла защитить его от осознания того, что он — человек, который не видит трагедии за улыбкой. Он был лжецом, который не увидел такую страшную ложь у другого.              — Просто игнорируй все чувства. Забудь их.              Нил сжал руками перила, он всмотрелся в лес. Вспышка была такой неожиданной, что сбилось дыхание. Холод материнского присутствия сменился резким и удушающим жаром.              Перед глазами вспыхнуло видение. Ники. Его лицо, искаженное первобытным ужасом, и рука, удерживающая его за горло. Звук удара, который Нил ощутил костями. Хруст. Безмолвный крик Ники, захлебывающийся в собственной крови.              Нил дернулся, хватая ртом воздух.              Призрак матери стоял рядом. Её безмолвный взгляд теперь был направлен не на него, а в глубину леса, словно она видела ту же надвигающуюся угрозу.              — Не лезь в это.              — Один из них умрёт, если я не помогу.              — Они никак с тобой не связаны.              — Я не хочу, чтобы люди вокруг меня умирали.              — Все всегда умирают, — Мэри резко повернулась на сына. — Не лезь.              Нил понурил головой. Ники был в огромной опасности. И Нил знал — если он не вмешается, видение станет реальностью. Но что, если он спасёт Ники, но из-за этого умрут остальные? А если в итоге Ники всё равно умрёт? Сколько тогда ещё жизней будет оборвано?              Юноша отвернулся от леса слишком резко. Ничего не делать. Нужно ничего не делать. Он взялся за ручку двери.              — Не могу я так…              Внутри Нила образовался раскол. Инстинкт выживания кричал о том, что нельзя помогать, но перед глазами была Роуз. Она не была убита монстром. Она сама выбрала конец, оставив Нила в оглушительной, виноватой пустоте. Она умерла из-за его слепоты. Из-за его бездействия.              Нил отшатнулся от двери. Повернулся обратно к лесу.              — Даже не думай! Хватит!              Он не может позволить еще одной смерти случиться из-за его бездействия.              Нил побежал, чувствуя, как воздух вокруг наэлектризовался. Мама была в бешенстве.              Она учила его быть тенью.              Не выделяться.              Не показываться.              Быть тихим.              Скрываться.              Второй раз он нарушает эту мантру.              Нил перепрыгнул ручеёк, отделявший лес. Он побежал вглубь леса, затем прислонился к одному из деревьев. Он побежал взглядом от середины дерева к корням. Он позволил своим глазам видеть то, что видят деревья. Он позволил телу ощущать всё, что ощущают деревья.              Его глаза были закрыты, но взгляд метался. Он увидел помятую траву. Он бежал сознанием от дерева к дереву. Поляна. Поваленные деревья. Нигде не было видно тех парней. Нил заглядывал всё дальше и дальше, ощущая, как по телу бегут мурашки. Он ощущал, что создание, находящееся в лесу, было растревожено. Нил заглядывал в лес, но и лес заглядывал в него. Темнота облипала сознание. Хотелось встряхнуться и поскорее выйти из леса, скинув с себя ощущения голода монстра, но он заставлял себя искать юношей.              Нил увидел Эндрю и Аарона. Близнецы стояли спина к спине. Оба были очень напряжены. Нил задержался на них взглядом, но не увидел угрозы. Не было рядом с ними ни Кевина, ни Ники.              Кевина он нашёл почти сразу после близнецов. Тот держал нож в руке и очень нервно оглядывался по сторонам. В моменте Нилу показалось, будто Кевин посмотрел прямо на него. Что ж, если он развил свой навык, то вполне мог ощутить присутствие Нила.              Нил выдохнул и переместился к другим деревьям. От одного к другому. Голова шла кругом. Слишком быстро он перемешала взгляд. Слишком много. Он чувствовал, что становится тяжелее дышать. Чем глубже он заглядывал в лес, тем хуже. Паника била под дых. Сердце колотилось о ребра, сбивая дыхание. Каждый просвет в чаще — можно заглянуть глубже, но оттого чувство, что его заводят в ловушку, лишь усиливалось. Нил будто сканировал лес, но вместо лица Ники видел только бесконечные, пустые тени.              Ему казалось, что за ним наблюдают. Липкий, тяжелый взгляд монстра прижимал, заставлял дрожь гулять по телу.              Нил заглядывал в густую черноту между деревьями, пытаясь разглядеть жизнь, но ничего в ответ. Лишь темнота. И, кажется, она смотрела в ответ — бездонная, голодная и разумная. Нил чувствовал, как мрак впитывает его собственный страх.              Внезапно он услышал крик. Не рядом с собой, а там — в глубине леса. Ещё. Ещё немного. Где-то рядом.              И Нил увидел его. Ники бежал от кого-то, постоянно оборачиваясь. В этом лесу нельзя так убегать. Лес был лабиринтом.              Но, главное, что Ники был ещё живой.              Юноша открыл глаза, ощутив тошноту. Нельзя позволить себе сейчас медлить. Нил побежал так быстро, как мог. Пусть лес его запутывает. Пусть затягивает в глубину. Чем глубже, тем лучше, ведь так он будет намного ближе к Ники.              Он постоянно докасался до деревьев, стараясь понять куда бежать. Он не доверял своим глазам, ведь стоит в этом лесу повернуть за дерево — окажешься совсем в другом месте. Чтобы пройти прямо иногда нужно повернуть. Чтобы повернуть направо — повернуть налево. Под давлением монстра и проклятия этот лес и сам стал проклятием.              До Нила долетел крик. Недалеко.              Он побежал изо всех сил.              Ещё один крик.              Совсем рядом.              Ещё немного.              Когда юноша выбежал из-за дерева — дыхание сбилось настолько, что жгло лёгкие.              Всё было точь в точь как в видении. Рука, удерживающая Ники. И монстр. Нечто лишь похожее на человека. Были руки. Были ноги. Было туловище. Но кожа… Где-то монстр будто сгнил, а где-то слился с деревом. Среди коры, кожи и гнилья были видны кости. Ребра точно были человеческими, вот только за ними - лишь пустота.              Нил не мог заставить себя двинуться. Монстр был в высоту точно намного больше двух метров, а если взять в расчёт и его рога, то и все три метра.              Наверное, самое ужасное было то, какая злоба сходила от монстра. Злоба и холод. От этого замерзало собственное тело, а страх лишь заставлял обомлеть.              Нил резко выдохнул. Если он промедлит ещё, то Ники точно умрёт. Сейчас Ники уже был без сознания. Возможно, даже мертв. С такого расстояния нельзя было сказать точно.              Джостен достал из кармана небольшую стеклянную склянку с кровью курицы. Идиот. Какой же он идиот. Нужно было остаться за лесом. И куда он полез?! Что вообще он может?! Самоубийца!              — Эй, — Нил хотел крикнуть, но голос предательски дрогнул.              Монстр не отпустил Ники, но его голова совсем медленно повернулась на Нила. Скорее скелет, чем тело. В лице легко угадывались бывше человеческие черты. Несмотря на то, как где-то кожа сгнила, где-то покрылась плесенью, а где-то и вовсе будто стала корой — у монстра были глаза. Человек слившийся с деревом — вот кем был монстр.              Нил чувствовал, как дрожат его колени, как сердце пропускает нужные удары.              Монстр опустил руку, и Ники упал на землю. Никаких признаков жизни. Нил же отступил на шаг назад. И что теперь делать?              — Ты ведь любишь кровь, верно? — Нил пытался говорить нормально, но голос дрожал. От взгляда монстра у него леденело всё, что только могло. — Так возьми.              Нил со всей силы сжал склянку с кровью курицы. Стекло разбилось. Он лишь сильнее сжал осколки, чувствуя, как стекло прорезает ладонь. Идиот. Он точно идиот. Это не сработает. Это точно не работает.              Еще секунда и он замахнулся разбитым стеклом, кровью курицы и собственной кровью. Нил бросил это всё в сторону так сильно, как только мог. Мимо Ники, мимо монстра.              Точно не сработает. Теперь он труп.              Но монстр, чувствуя такое количество крови, среагировал. Он побежал за осколками и кровью. Стоило ему забежать за дерево — он исчез, так же как и брошенные Нилом осколки. Значит, и на монстра действует проклятие леса.              Медлить было нельзя. Джостен подбежал к Ники. Живой, хоть и без сознания. Юноша пару раз встряхнул Ники, затем ударил по щеке. Бесполезно. Тот был без сознания и в себя не приходил.              Джостен скривился, придётся тащить его на себе. Из-за большой разницы в росте это было очень неудобно, у него едва получилось затащить Ники к себе на спину. Тяжёлый. Очень тяжёлый. Нил едва поднялся с корточек удерживая Ники у себя на спине. Нужно убегать. Надолго крови не хватит монстру. Каждая секунда была на счету. Нил облокотился на дерево, сливаясь с ним сознанием и стараясь понять где сейчас остальные. Они были недалеко.              Сначала Кевин, он сможет помочь с Ники, ведь тоже был высоким. Нил побежал. Бежать было ужасно тяжело. Ноги Ники волочились сзади по земле, задевая каждый корень. Нил взмок почти сразу. Колени едва удерживали тело, всё норовя подогнуться. Какой же он идиот. И зачем он только решил помочь?              На Кевина он выскочил так резко, что они столкнулись. Кевин испуганно отскочил, но едва осознал, кто перед ним, то тут же выдохнул, вот только увидев состояние Ники он лишь побледнел.              — Что с ним?              Нил не успел ответить, как раздался оглушающий рёв. Монстр явно был недоволен тем, что кроме вкусной человеческой крови ему подсунули и куриную, которая была очень неприятна для него.              — Хва…тай, — задыхаясь проговорил Нил, повернувшись боком, чтобы Кевину было проще взять Ники к себе на спину.              Когда Кевин взвалил Ники на себя, Нил ощутил слишком резкую лёгкость, отчего его зашатало. Раздался ещё один рёв. Монстр оказался недоволен, что добыча сбежала. Нельзя было медлить. Джостен крепко схватил Кевина за кофту и потянул за собой. Нужно было бежать. Они рванули вперёд то обегая дерево, то резко поворачивая. Рев позади повторился. Что-то оглушительно треснуло. Они выбежали на небольшую поляну, Эндрю и Аарон стояли, держась за руки. Что ж, они догадались, как не разъединиться.              — За Кевина, — скомандовал Нил.              Треск дерева и рёв раздался ещё ближе. Медлить нельзя, иначе все они станут лишь закуской. Нил сконцентрировался на деревьях, позволяя своему сознания полностью с ними слиться. Вперёд. Потом направо. Ещё вперёд. Бежать. Бежать. Ещё быстрее. Тошнота подступила к самому горлу. Голова шла кругом. Он управлял своим телом. Он бежал. Он так и удерживал Кевина за кофту. Всё это он делал, но глазами он был то выше них, то ниже. Он был в корнях, в верхушках деревьев. В сухой ветке, от которой ломило всё тело. В свежем росточке дерева, от которого веяло жизнью.              Монстр бежал за ним. Нил чувствовал его тяжесть. Его злобу. Его холод. Он чувствовал, как острые когти монстра оставляют на деревьях глубокие борозды.              Нил почувствовал просвет без тяжести леса. Они рядом. Ещё немного. Ещё немного и будет тот ручей. Они выбежали на него очень резко. Никто этого не ожидал, и оттого все упали в канаву. Вокруг оказалась звенящая тишина, прерываемая лишь их сбитым дыханием. Будто и не было монстра. Будто рёв и грохот были лишь их галлюцинациями.              — Мы… в безо…пасности, — Нил даже не шелохнулся от ледяной воды. Голова шла кругом. Едва он постарался открыть глаза, как к горлу подступила тошнота, он заставил себя выдохнуть через зубы.              Нил стал вылезать из ручья последний. Вылезти из канавы оказалось намного сложнее, чем он думал. Сил не осталось совсем. Руки дрожали, а ноги и вовсе отказывались слушаться. Нужно было взобраться по совсем небольшому возвышению, но он просто стоял, облокотившись на землю, не в силах заставить себя это сделать. Его продолжало мутить.              Отдохнуть бы. Совсем немного. Хотя бы отдышаться. Нил почувствовал, как его пошатнуло, но сделать уже ничего не мог. Что ж, вновь немного охладится в ледяной воде. Вот только упасть ему не дали. Джостен почувствовал, как кто-то подхватил его под руку и без усилий потянул из канавы.              Проморгавшись и чуть отдышавшись, Нил повернул голову. Его удерживал Эндрю. Хоть он и выглядел с Аароном один в один, но их было достаточно легко различить ещё с самого начала по выражению лица и взгляда. Кроме того Эндрю был значительно накаченнее Аарона. Если уж он без труда так легко вытащил Нила и сейчас удерживал, то беспокоиться, что другой удар палкой может быть сильнее, точно стоило.              — Ты смог вывести нас из леса с закрытыми глазами, — заговорил Эндрю, заметив, что Нил смотрел на него.              — Вы бы там и подохли без меня. Стоит сказать хотя бы простое спасибо.