Глава 3. Точка невозврата
25 сентября 2025 г., 18:00
Обычно Эндрю избегал интервью и подобного рода мероприятий, считая их пустой тратой времени, но в этот раз отказаться не мог. От этого зависела его репутация, а значит, и репутация компании.
Он нахмурился, отгоняя навязчивые мысли о Ниле. С момента заключения их сделки прошла всего неделя, но она казалась целой вечностью. Нил был непредсказуем, как буря, и Эндрю не мог понять, чего от него ожидать.
Нил его раздражал. Он в буквальном смысле ворвался в его жизнь и разворотил в ней всё. Его бесило, что этот парень всего за неделю успел так сильно повлиять на его жизнь. Но Эндрю сам виноват в своих необдуманных решениях, которые в итоге привели его в эту точку.
«Он не придёт», —прозвучал в голове холодный, рациональный голос.
Эндрю вышел на улицу, чувствуя, как раздражение медленно закипает внутри. Он не должен был ввязываться в эту авантюру. Ники со своими дурацкими советами о любви и отношениях… Он всегда знал, что кузен до добра не доведёт.
Зачем я вообще его жду?
Он провёл рукой по лицу, ощущая под пальцами лёгкую щетину, сегодня утром он забыл побриться. Небрежность, несвойственная ему.
—Мистер Миньярд, мы готовы к...
—Иду, —он перебил ассистентку, даже не оборачиваясь.
***
Телефонный звонок разбудил Нила раньше будильника, на экране высветился номер Ваймака. Сердце ёкнуло. —Да, тренер? —сонно пробормотал Нил, голос звучал хрипло, будто он не говорил целую вечность. —Джостен! —голос Ваймака звучал на удивление бодро, —Чёрт возьми, парень, ты что, спал? Нил сел на кровати, сморщившись от света, пробивающегося через шторы. —Что-то вроде того. —Ну, тогда просыпайся, —в трубке бурлила энергия тренера, такая знакомая, такая нормальная, что Нилу на мгновение показалось, будто последние дни были сном, —У меня для тебя отличные новости. Нил насторожился. От Ваймака редко услышишь «отличные новости», особенно в восемь утра. —Что случилось? —Стипендию вернули. Полностью. И, кажется, даже добавили за «моральный ущерб». Ты снова в игре. Нил замер, пальцы непроизвольно сжали телефон. —...Что? —Ты слышал меня, —фыркнул тренер, —Пришло официальное письмо. Чёрт знает, что ты там сделал, но сработало. Ты один из лучших, и команда не может позволить себе потерять тебя. Сердце Нила вдруг заколотилось так сильно, что стало трудно дышать. Эндрю сдержал своё слово, выполнил свою часть сделки. —Я... —голос предательски дрогнул, —Когда? —Вчера, видимо. Я только сейчас увидел, —Ваймак на секунду затих, затем добавил мягче, —Всё в порядке, парень? Нил провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть с него все следы последних дней. —Да. Да, просто... не ожидал. —Ну, тогда жду на тренировке, —тренер сделал паузу, —И, Джостен... ты же знаешь, ты мне как сын и я рад за тебя. —Да… Спасибо. Нил отключил телефон и откинулся на кровать. Он проверил почту, на ней тоже было письмо о стипендии от учебного совета. Он хотел злиться, хотел ненавидеть. Хотел чувствовать что-то простое и ясное, но вместо этого в груди была только эта дурацкая, предательская благодарность. Бессмысленно, ведь тот сам и отнял у него всё. «Ты идиот», —мысленно прошипел он сам себе, вставая с кровати и подходя к окну, глядя, как внизу по улице идёт пара студентов, смеётся, толкаясь плечами. Холодный воздух ударил в лицо, заставив вздрогнуть, когда он распахнул окно. В течение дня он пытался сосредоточиться на тренировке. Он отмахивался от Кевина, который пытался поговорить об этом, сейчас было не до него. Нил упорно тренировался, будто его мышцы за несколько дней могли забыть, какого это. Уже вечером его мысли вернулись к Эндрю. Завтра у него интервью, но это было не важно. Он ни за что туда не поедет.***
Нил уже проклинал себя за то, что приехал. Он не понимал, что им двигало в тот момент, когда он садился в такси и ехал на это несчастное интервью. Но вот он здесь, наблюдает издалека, чтобы не попасться на глаза этой толпе, и чувствовал себя невероятно неловко, словно следит за ним. Толпа журналистов, операторов и зевак копошилась, словно муравейник, а в центре импровизированной сцены стоял Эндрю в привычном чёрном костюме и с безупречной осанкой, всё, как всегда. Он выглядел как живая статуя. —…именно поэтому компания продолжит поддерживать спорт, но с более рациональным подходом, —говорил Эндрю своим ровным, монотонным голосом. Нил скривился. Рациональный подход, значит? Вот как это теперь называется? —Мистер Миньярд, расскажите о ваших отношениях с Нилом Джостеном! —реплика из зала заставила Нила стиснуть зубы. Эндрю сделал паузу, окинул взглядом толпу и, казалось, на мгновение задержал взгляд на месте, где стоял Нил. Он замер, словно пойманный в ловушку. Нил почувствовал, как у него перехватило дыхание. Эндрю слегка наклонил голову, его пальцы медленно выстукивали ритм по поверхности стойки, будто он нервничал. Хотя Нил был уверен, что у него был план на любой сценарий сегодняшнего разговора. —Как некоторые из вас, возможно, знают, моя личная жизнь — это то, что я предпочитаю держать в тайне. Однако, в последнее время появилось много спекуляций, и я считаю, что пришло время внести ясность. Нил почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Как бы он не отрицал это, ему было интересно, что скажет Миньярд. —Нил — важный человек в моей жизни, —голос ровный, без эмоций, но в этих словах стояла какая-то невероятная тяжесть. Простое заявление, никаких подробностей, но в этих словах было столько... чего-то настоящего, что у Нила перехватило дыхание и он почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Каждое слово Эндрю падало в тишину тяжёлыми каплями, оставляя ожоги на его сознании. Важный человек. Эта фраза крутилась в голове, смешиваясь с горьким привкусом лжи. Он хотел злиться, он должен был злиться. Но почему-то наблюдал за Эндрю, как тот стоит, прямой и неприступный, как его пальцы едва заметно дрожат, как в глазах, обычно таких холодных, появляются трещины, когда он произносит его имя. Толпа взорвалась. Журналисты закричали, операторы начали толкаться, пытаясь снять реакцию Эндрю. —Как долго вы вместе? —Достаточно. —Что в нём такого особенного? —продолжила журналистка. Эндрю повернул голову, медленно, будто против собственной воли, и посмотрел прямо на Нила. —Он не боится меня. Никогда не боялся. Даже когда должен был. Взгляд, которым он смотрел на Нила сейчас, не был взглядом человека, играющего роль. Он был голым, незащищённым, настоящим. —Я не буду вдаваться в подробности. Это всё, что я хотел сказать. Коротко, чётко, без объяснений. Журналисты заёрзали, явно разочарованные. Нил кусал губу до крови, наблюдая, как Эндрю отбивается от вопросов короткими, отточенными фразами. Каждое «нет», каждое «это личное» вызывало что-то тёплое и колючее одновременно. Он видел, как напряжены плечи Эндрю под воротником, как его челюсть слегка двигается, когда он стискивает зубы. Эндрю не просто скупится на слова, он словно защищает. Что? Их? Эту игру? Или что-то ещё?***
Интервью закончилось быстро. После короткого разговора о Ниле Эндрю ответил на несколько вопросов о бизнесе, избегая любых вопросов о личной жизни, и затем, в сопровождении охраны, направился в сторону машины. Нил выждал, пока толпа немного рассосётся, и затем вышел из тени. Он увидел, как Эндрю стоит возле чёрной Мазерати и подошёл ближе. —Отличная работа, Миньярд, —сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более саркастично. Эндрю повернулся к нему. —Удивлён, что ты пришёл. —Как я мог пропустить такое шоу? —Нил усмехнулся, —Ты заставил целую толпу поверить. Доволен? Эндрю посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. —Да. Одно слово. Но в нём было всё: и признание, и вызов, и что-то ещё, что заставило Нила отвернуться, пряча внезапно вспыхнувшие щёки. —Идиот, —пробормотал он. Эндрю не ответил на это. —Мне нужно отойти минут на пять, —вместо этого бросил он, —Подождёшь? Отвезу тебя. —Ты не обязан, —пробормотал Нил, отводя взгляд. —Знаю. Это было сказано так просто. Нил кивнул, не доверяя своему голосу, и отвернулся, делая вид, что его больше интересует обстановка вокруг. Он почувствовал, как тепло разливается по шее, поднимаясь к щекам. Он ненавидел это, ненавидел, как его тело реагирует на такие простые слова, ненавидел, что где-то глубоко внутри ему приятно это предложение. «Это просто вежливость», —убеждал он себя. Часть сделки, часть игры. —Ладно, —он пожал плечами, делая вид, что это неважно, —Только если быстро. Нил остался стоять, смотря Эндрю в спину, пока тот уходил в неизвестном направлении. Внезапно кто-то схватил его за плечо, Нил резко обернулся и увидел Аарона. Он возник внезапно, как кошмар, материализовавшийся из воздуха. Его тень легла на Нила раньше, чем он успел сделать шаг назад. —Ну конечно, —голос Аарон звучал тихо, но в нём была сталь, —Ты всё ещё здесь. Нил почувствовал, как по спине пробежали мурашки. —Аарон. Не знал, что ты... —Я здесь по делам. И, кажется, вовремя, —Аарон улыбнулся, но его глаза оставались холодными. Он шагнул ближе, и Нил уловил запах дорогого парфюма. —Что тебе нужно? —спросил Нил, стараясь скрыть раздражение. Аарон окинул его оценивающим взглядом. —Я тебе не верю, —без прелюдий сказал Аарон, —Не знаю, что за игру вы затеяли с моим братом, но я узнаю. —Я не знаю, о чём ты говоришь, —ответил Нил, стараясь сохранять спокойствие. —Не строй из себя дурачка. Нил почувствовал, как его охватывает злость. —Тебе какое дело? —Эндрю мой брат. Я не позволю тебе им манипулировать. Или ты просто хочешь его денег? Нил подошёл ближе —Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о наших отношения. —Я знаю его лучше тебя, —Аарон усмехнулся, —Он бы никогда… Шаги за спиной заставили его замолчать. Эндрю появился из-за угла, его лицо было каменным. —Аарон, —его голос прозвучал как удар хлыста. Но что-то в Ниле уже сорвалось с цепи. Он видел, как Аарон ухмыляется, и вдруг шагнул вперёд. Одним движением он схватил Эндрю за рубашку и притянул к себе. Он видел, как расширились зрачки Эндрю, как его обычно бесстрастное лицо исказилось от шока, прежде чем их губы соприкоснулись. Губы Эндрю оказались мягче, чем он представлял, они были тёплыми и чуть влажными. Он не ответил сразу — замер на секунду, и Нил уже готов был отпрянуть, ощущая, как переходит последнюю черту, беспечно нарушает его личные границы, чувствуя, как совершает огромную ошибку... Но затем пальцы Эндрю легли на его талию, прижимая ближе, и он поцеловал в ответ так, что Нил едва сдержал стон. Его пальцы впились в ткань рубашки, больно, но так сладко. Его губы приоткрылись, и вдруг поцелуй стал глубже, отчаяннее. Стал настоящим. Он вложил в него всю свою ненависть, всю свою боль, всю свою неожиданную потребность. Нил почувствовал, как кончик языка Эндрю скользнул по его нижней губе: сначала неуверенно, почти робко, будто проверяя границы дозволенного. И тогда он сам открылся, подпустил Эндрю ближе. Они дышали в унисон, горячо, прерывисто. Нила охватило головокружение, но он боялся пошевелиться, боялся, что это хрупкое мгновение рассеется. Где-то вдали Аарон что-то говорил, но звук не доходил, будто кто-то выключил всё в мире, кроме этого. В голове Эндрю бушевал ураган. Он не понимал, что происходит. Он всегда контролировал свои эмоции, всегда держал всё под контролем, но сейчас чувствовал, что теряет его. Нил прорвался сквозь его броню, заставил его почувствовать что-то, чего он никогда раньше не испытывал. Были только жар там, где их губы соприкасались, дрожь в теле, от которой ноги стали ватными, сердце, бешено колотящееся где-то в груди. Пальцы Эндрю впивались в Нила так, будто он боялся, что тот исчезнет. Но самое страшное — они оба не хотели, чтобы это заканчивалось. Воздуха в лёгких стало не хватать, и, когда они отстранились друг от друга, губы Эндрю были покрасневшими, влажными, слегка припухшими. Его дыхание сбилось, а карие глаза, всегда такие холодные и расчётливые, горели каким-то новым, незнакомым огнём. Когда Нил отстранился, его язык автоматически коснулся собственных губ, ловил последние нотки вкуса Эндрю. Он видел, как карие глаза темнеют, как грудь под безупречной рубашкой вздымается чаще обычного. —А сам говорил, никаких поцелуев, —шёпотом подразнил Эндрю, так, что его слова слышал только Нил. Он всё ещё чувствовал вкус Нила на своих губах, чувствовал жар его тела. Нил не знал, что ответить. Он просто стоял и смотрел на него, чувствуя, как его сердце бешено колотится в груди. —Заткнись, —так же едва слышно прошептал Нил, —Я тебя ненавижу. Его собственное дыхание было неровным, а в груди что-то щемило. То ли от восторга, то ли от ужаса перед тем, что он только что сделал. —Чем чаще ты это говоришь, тем меньше я тебе верю, —небрежно бросил Эндрю Была только эта правда, висящая между ними тяжёлым, сладким грузом. Они перешли черту. Оба знали, что теперь им придётся иметь дело с последствиями. И никто не был уверен, что готов к этому.
