Глава 2
2 июля 2025 г., 10:21
Шаги Эммы скрипели по деревянному полу антикварного магазина мистера Голда. В нос тут же ударил запах пыли, хвои и чего-то неопределимого. Запах силы, предположила она. Эмма подошла к главной стойке, взгляд скользил по множеству разбросанных повсюду артефактов.
— Эй? Голд? Ты здесь? — Послышался звук чего-то опрокинутого, и внезапно из задней комнаты вышла Белль. Увидев её, глаза девушки вспыхнули радостью, когда она завернула за угол.
— Эмма! Рада тебя видеть.
— Привет, Белль. Я тоже рада. Всё ещё помогаешь Голду с магазином, да? — Губы Белль растянулись в широкой улыбке, доходящей до румяных щёк.
— Да, помогаю. Это потрясающе, правда. Тут столько удивительных вещей, и я ещё даже не начала разбираться во всех.
— Приятно слышать, что ты не скучаешь. — Эмма улыбнулась в ответ и облокотилась на прилавок, сложив пальцы домиком, как будто замышляла нечто секретное. — Слушай, а Голд тут?.. Или…
— Эм-м… Ну, он вышел. — Белль переместилась с ноги на ногу, её взгляд куда-то скользнул в сторону. — Сказал, что ищет какой-то новый волшебный предмет… или что-то такое.
Эмме почти стало жаль её — до чего же убого она врала.
— Послушай, Белль, я понимаю, что Голд очень занятой человек, и я бы не пришла, если бы это не было по-настоящему важно. Мне нужна его помощь. С магией. Это серьёзно, и если он действительно замешан, всему городу может грозить опасность.
Она бросила на Белль умоляющий взгляд, надеясь, что тот передаст всю серьёзность ситуации. Белль прикусила губу, явно ведя внутренний спор. Наконец, она тяжело вздохнула и ушла вглубь магазина.
— Я позову его. Но если Румпель опять за что-то взялся… что-то плохое — я хочу знать.
Эмма с пониманием кивнула, и Белль скрылась за дверью. Спустя мгновение, из-за угла появился Румпельштильцхен, на удивление с дружелюбным выражением лица.
— Мисс Свон, чем могу быть полезен?
— Постараюсь быть краткой. — Эмма вздохнула и скрестила руки на груди.
— Похоже, мне сегодня везёт. — Румпель усмехнулся. Эмма одарила его мрачным взглядом и продолжила.
— Мы с Реджиной заметили кое-что странное в городе. Думаем, что, возможно, появилось новое проклятие.
— И что же за проклятие? — Румпель с любопытством приподнял бровь.
— Ну… сложно объяснить. Но… мы пока называем это «проклятием счастья».
— Проклятие счастья? — Он сухо хмыкнул. — Это уж точно не похоже на проклятие, которое бы наложил я, дорогуша. И если уж на то пошло — это вообще на проклятие не похоже. Думаю, вам стоит обратиться к монахиням. — С этими словами он развернулся и направился обратно в свой кабинет.
— Не так быстро, Голд, — окликнула его Эмма. — Мне нужно задать ещё пару вопросов, и я уйду.
— Прости, дорогуша, но боюсь, я не больше в курсе, чем ты. — Румпель обернулся через плечо. — Уверяю, я вполне доволен жизнью — никакие заклинания счастья мне не нужны. Но желаю вам с мадам мэр удачи в расследовании. И если вы что-то найдёте — я уверен, Спасительница справится.
С этими словами Румпельштильцхен скрылся за дверью, оставив Эмму с теми же вопросами, с какими она пришла. Хотя одно она всё же поняла: Голд говорил правду. Он не имеет к проклятию никакого отношения.
Если оно вообще существует.
***
Эмма с раздражением выдохнула, выходя из магазина Голда. Она дёрнула дверцу машины и плюхнулась на водительское сиденье, безвольно повесив руки на руль. И что теперь? На данный момент у неё не было никаких доказательств того, что проклятие реально, кроме навязчивого, неясного ощущения. Она вспомнила, что сказал Голд. «Думаю, вам стоит обратиться к монахиням.» Наверное, сто́ит попробовать. Вырулив на главную улицу, Эмма открыла телефон и выбрала номер Реджины. Та ответила после второго гудка. — Это был он? — Тебе тоже доброе утро. И нет, не он. На том конце линии повисло молчание. — Ты уверена? Потому что, честно, кто ещё это мог быть? Эмма пожала плечами, хотя знала, что Реджина её не видит. — Уверена, Реджина. Он сказал, что не накладывал заклинание, и моя суперспособность никогда не ошибается. — А говорил он… как-то странно? — Реджина тяжело выдохнула. — Ну ты знаешь, как он умеет ходить вокруг да около правды. Эмма задумалась, а потом покачала головой. — Нет. Я уверена, что это не он. У меня… такое чувство. — Ага. Чувство. Замечательно. — Слушай, — продолжила Эмма, пытаясь сменить тему. — Думаю, у меня может быть новая зацепка. Голд упомянул, что феи могли бы наложить что-то подобное. Она понимала, что называть ехидный комментарий Румпеля «зацепкой» — это натяжка, но ей хотелось дать Реджине хоть какую-то надежду. Если честно, ей и самой надежда не помешает. — Продолжай. — Я почти ничего не знаю, но собираюсь заглянуть туда позже. Дам знать, если что выясню. — Я пойду с тобой, — заявила Реджина. — Это я первой заметила проклятие. Я должна участвовать в расследовании. Эмма усмехнулась про себя. Ну, будет весело. — Ладно. Встречаемся у монастыря в два? — В два так в два. Когда Эмма повесила трубку и припарковалась у здания шерифского участка, её накрыл неожиданный прилив оптимизма. Возможно это и правда феи наложили эту дичь. Откуда мне знать? Тут все только и делают, что всё время достают магию прямиком из задницы. Она с энтузиазмом распахнула дверцу, шлёпнулась в кресло и, вытянув руки, начала разбирать кучу голосовых сообщений, накопившихся за последние дни.***
— Нет, Чихун, клянусь Бабушкиным сыром на гриле, никто не менял ландшафт… Ага, слышу тебя… сезон аллергий, конечно… Дам знать, если что-то изменится… Наверняка просто пыльца. Держи платки под рукой, дружище… Ну всё, давай… ага, пока. Эмма повесила трубку с тяжёлым вздохом. Да уж, я бы лучше выписывала штрафы за парковку, чем этим занималась. Середина зимы в Мэйне. Какая к чёрту пыльца. Она в надежде бросила взгляд на часы. Стрелки показывали тринадцать тридцать восемь. — Достаточно близко! Она сорвала куртку со спинки кресла и бегом отправилась к своему жёлтому «жучку», чувствуя себя глупо взволнованной. Успокойся, Эмма. Ничего особенного. Наверняка феи вообще ничего не знают. Но в этом расследовании было что-то… что-то, что зажгло в ней искру, которую она давно не ощущала.***
На телефоне Эммы было тринадцать сорок пять — пятнадцать минут до встречи с Реджиной, а та уже стояла у монастыря. — Ну что за чёрт, — проворчала Эмма, когда Реджина вышла из машины. — Ты что, сидишь весь день в засаде, чтобы пораньше на встречу прийти? — Некоторые из нас просто пунктуальны, Эмма. — Реджина ответила ей кривоватой ухмылкой. — Видимо, в Школе Спасителей тебя этому не учили. — Ага. — Эмма пнула носком ботинка гравий на стоянке. — Оказывается, Спасителям вообще ничего не объясняют — просто кидают в гущу событий. Выражение лица Реджины едва заметно смягчилось. — Ну, ты ведь сняла Тёмное Проклятие и вытащила нас из Неверленда. Так что, думаю, ты справляешься. — Всего лишь два подвига? Мне кажется, я заслужила немного больше признания. — Не испытывай судьбу. — Реджина посмотрела на неё абсолютно серьёзно. Эмма хмыкнула и засунула замёрзшие руки в карманы. — Пошли уже внутрь. Я тут замерзаю. Они вошли в монастырь, и их тут же окутало тепло. Прошло всего несколько секунд, как к ним подошла одна из сестёр. У неё были огромные, удивлённые глаза, когда она приблизилась. — О, здравствуйте! Чем могу помочь? Эмма потёрла руки, пытаясь вернуть пальцам тепло. — Привет, да, мне бы хотелось поговорить с Блю. На минутку? — Конечно. Сейчас её позову. — Монахиня понимающе улыбнулась и уже через мгновение перед ними появилась мать-настоятельница с сдержанно-вежливым, но настороженным выражением лица. — Эмма… и мисс Миллс. Чем могу помочь? Эмма метнула взгляд в сторону Реджины, а потом решила начать разговор сама. — Это может прозвучать странно… Хотя, наверное, вам не привыкать — вы ведь были маленькой синей феей, так что… — Мы думаем, что на Сторибрук наложено проклятие, — перебила Реджина. — Такое, которое заставляет всех быть в состоянии постоянного счастья. Кроме нас. Вы можете что-нибудь сказать об этом? Глаза настоятельницы расширились. — О, боже… Проклятие, которое заставляет всех быть постоянно счастливыми? Никогда о таком не слышала. — Голд сказал, что это может быть даже не проклятие, — вставила Эмма. — А просто заклинание. Ну, вы знаете… типа тех, что вы феи накладываете, когда кто-то загадывает желание или вроде того. Мать-настоятельница сжала губы, переводя взгляд с одной на другую. — Простите, но… я правда не думаю, что это возможно. Даже если бы мы могли наложить такое заклинание, охватить весь город — это за пределами наших сил. — Её лицо вдруг смягчилось, а взгляд сделался мечтательным. Она заулыбалась с почти блаженным выражением. — Хотя… представьте, как это было бы чудесно. Все счастливы. Всё время. — Но тут она как будто очнулась и вновь повернулась к женщинам. — В любом случае, простите, что не смогла помочь. Если вам что-то понадобится, обращайтесь — ко мне или к другим сёстрам. Она коротко махнула рукой на прощание и скрылась за углом. Эмма и Реджина переглянулись. — Ну, да. Она определённо под действием проклятия. — Если Эмма раньше и сомневалась, то теперь всё стало на свои места. — И что теперь? — Она выдохнула. — Насколько я знаю, только двое могли наложить такое заклинание. Если не считать тебя, конечно. — Приятно, что ты и меня учитываешь. — Реджина усмехнулась. — Впрочем, думаю, у меня есть кое-что. Но сейчас использовать это нельзя. Надо забрать Генри из школы. — Она направилась к двери, а потом обернулась через плечо, как бы между прочим. — Ты должна прийти к нам на ужин. Генри хотел тебя пригласить. — Серьёзно? — Эмма приподняла бровь. — Да. — Точно? — Это не «Двадцать вопросов», Эмма. — Реджина посмотрела на неё без тени веселья. Но её губы всё же скривились в знакомую улыбку. — Увидимся вечером. Она закрыла за собой дверь, не оставив места для возражений. Эмме вдруг показалось, что в комнате стало на десять градусов жарче. Ну и жарко же у них тут. Неудивительно, что они вечно жалуются на счета. Она вертела ключи в руке, и это щекочущее чувство возбуждения снова начинало пробираться внутрь. Пока она шла к машине, в голове вертелось приглашение на ужин. Надо ли что-то принести? — Всерьёз задумалась Эмма. Ну, так ведь принято, когда тебя приглашают на ужин, верно? Она покачала головой, опускаясь в кресло машины. Я всё переосмысливаю. Это же просто Реджина и Генри, а не король с королевой Англии. Тем не менее, буквально в последнюю секунду Эмма влетела в винный магазин Сторибрука и в панике схватила первую попавшуюся бутылку. Довольная, она помчалась домой, чтобы привести себя в порядок — не совсем понимая, почему вдруг ей так важно выглядеть идеально. Наверное, всё дело в возбуждении от расследования.***
Поскольку Реджина не уточнила точное время прихода, Эмма припарковалась у её дома ровно в пять. Генри встретил её у двери с широкой улыбкой на лице. — Вау, ты рано! Мама даже не закончила готовить. Эмма неловко переступила с ноги на ногу, прижимая к себе бутылку вина. — О-э-э, я могу вернуться попозже, если… — Не парься! Заходи. — Генри развернулся и запрыгал в прихожую, сложив ладони рупором и наклонившись вперёд. — Мам! Через мгновение из кухни выглянула Реджина. — Что такое, Генри? Мальчик кивнул в сторону Эммы. — Мама пришла. — Вижу. — Глаза Реджины слегка округлились. — Ну, ей придётся немного подождать. Эмма вошла на кухню, сбросила куртку и повесила её на спинку стула. — Всё нормально. Я знаю, что чуть-чуть рановато. — Чуть-чуть? — Реджина подняла бровь с лукавым выражением лица. — В это время ужинают только пенсионеры. — Слушай, ты же не сказала точное время, ладно? — Эмма бросила в её сторону притворно обиженный взгляд. — Дай мне передышку. Эмма облокотилась на гранитную поверхность острова, наблюдая, как Реджина готовит, а Генри, весело напевая себе под нос, раскладывает столовые приборы. Вдруг её глаза вспыхнули. — О! Я же совсем забыла… Я… кое-что принесла. — Она достала бутылку вина из бумажного пакета и протянула её Реджине с виноватой улыбкой. Брюнетка взглянула на этикетку и чуть не выронила сковородку. — «Jordan Cabernet Sauvignon»? Господи, Эмма. Сколько ты за неё заплатила? — Эм-м… если честно, я не смотрела. — Щёки Эммы порозовели. Реджина резко фыркнула и покачала головой, вновь сосредоточившись на готовке. — Ты просто умница, — сказала она, а затем, чуть смягчившись, снова посмотрела Эмме в глаза. — Но это было очень мило. Спасибо. Когда Реджина вынесла готовое блюдо на стол, Эмма вдруг по-настоящему осознала, как та выглядела. С тех пор, как она переступила порог, её мысли метались в разные стороны, и она даже не успела по-настоящему заметить Реджину. Но теперь… сейчас… стоя в этом мягком свете, с шоколадными волосами, ниспадающими на плечи, в чёрном облегающем платье, которое идеально подчёркивало её фигуру… В этот момент к Эмме пришло осознание. Очень ясное. Хотя оно, по правде говоря, давно уже сидело в её подсознании. Реджина была ошеломительно красива. Эта мысль поселилась у неё в голове — и тут же стало душно. Да уж, они явно не экономят на отоплении, — попыталась убедить себя Эмма. Когда ужин был подан, Эмма заняла место напротив Генри и принялась за еду. Реджина приготовила лингвини примавера — блюдо было горячим, полным ярких овощей и на вкус таким же восхитительным, как и на вид. Генри весело хлюпал лапшу и взахлёб рассказывал о своём дне, а Эмма с Реджиной время от времени вставляли по слову, не успевая и рта раскрыть, ведь мальчик уже перескакивал к следующей истории. — Генри, перестань говорить с полным ртом, — укорила его Реджина. — Ладно-ладно. — Мальчик с преувеличенным вздохом положил вилку. — А вы тогда расскажите, как у вас прошёл день? Реджина кашлянула и метнула в Эмму взгляд, полный ожидания. И тут Эмма вдруг поняла: они же так и не обсудили, может ли Генри быть под действием проклятия. До сих пор она даже не задумывалась об этом — он вёл себя как обычно, ничем не выдавая ничего странного или тревожного. Но теперь… Эмма скосила глаза на сына. Он сидел с широко распахнутыми глазами и улыбкой, будто приклеенной к лицу. А вдруг он тоже проклят? У неё в груди заклокотала паника. Стоит ли рассказывать ему, что они узнали? Или это только его запутает? Но она поняла: сейчас она не хочет искать ответы на эти вопросы. — Ну, знаешь, занималась обычными шерифскими делами. Отвечала на звонки, ела сэндвичи с сыром… по стандарту, — сказала она. С противоположной стороны стола Реджина с облегчением выдохнула. — У меня тоже самое, — добавила она. — Ну… не шерифские, конечно. Обычные дела. Мэрские. — О-о-о-окей. Буду знать. — Генри поочерёдно оглядел их и тряхнул головой, прогоняя замешательство, и засунул в рот очередную вилку пасты. До конца ужина Эмма и Реджина обменивались многозначительными взглядами, старательно обходя любые темы, касающиеся их дневных расследований. Генри, кажется, потерял всякие подозрения — к тому моменту, как он доел, его довольная улыбка снова расплылась по лицу. — Спасибо, что пришла, мам, — весело сказал он, вставая и убирая за собой тарелку. — Нам стоит делать это почаще. — Конечно, малыш. — Эмма тепло улыбнулась. — Я с радостью. Реджина тоже поднялась, собрала оставшиеся тарелки и проводила Генри взглядом, пока он направлялся в гостиную. — Эмма, не поможешь мне с одной вещью на кухне? Эмма послушно двинулась за ней, голова раскалывалась от мыслей о проклятии и о том, где в этом всём Генри. Убедившись, что их сын вне пределов слышимости, Эмма обернулась к Реджине и почти шёпотом заговорила. — Как думаешь, оно и его тоже достало? Брови Реджины сдвинулись, на лбу легла тень серьёзности. — Не знаю. Он в последнее время подозрительно весёлый. Но почему проклятие могло его обойти? — А почему оно обошло нас? — Реджина вздохнула, запустив пальцы в волосы. — Не уверена. Но мне кажется, пока не стоит ему об этом говорить. — Почему нет? Он, возможно, даже лучше меня разбирается в проклятиях. И если он не под его действием, то, кто знает, может, он поможет нам докопаться до истины. — А если он под проклятием? Я не хочу его тревожить или заставить думать, что с ним что-то не так, или… — Эмма замялась. — Не знаю. — Реджина сжала губы. — Может, пока просто оставим это между нами? До тех пор, пока не узнаем больше? Эмма задумалась. — Хм-м… мне не нравится скрывать от него что-то. — Послушай, нам ведь не придётся долго всё это держать в секрете, если мы найдём источник проклятия и снимем его. И, к счастью для нас, у меня, возможно, уже есть часть решения. — Реджина выглянула в гостиную, где Генри с энтузиазмом жамкал кнопки на геймпаде. — Пойдём. Брюнетка повела Эмму в свой кабинет, где их тут же накрыл запах старых книг, гикори и лёгкий оттенок виски. Реджина остановилась в центре комнаты и встала перед Эммой. Она протянула руку вперёд — и из клубов яркого фиолетового дыма материализовался маленький золотой предмет. Компас, поняла Эмма. — Я навестила Голда после того, как ты зашла к нему утром, — призналась Реджина. — Не то чтобы я не верю в твою суперспособность, — поспешно добавила она, — но я подумала, если Голд и правда не виноват, может, у него найдётся что-то, что поможет снять проклятие. Она протянула Эмме компас. Когда та взяла его, металл оказался тёплым на ощупь — и не только: по коже будто пробежал лёгкий разряд. — По его словам, этот компас может указать путь к желанию твоего сердца. Глаза Эммы округлились. — Чёрт. Неплохой такой компас. Трудно поверить, что Голд так легко с ним расстался. — Она замолчала, задумавшись. — Реджина… а какую сделку ты заключила, чтобы получить его? Брюнетка наклонилась чуть ближе: — В том-то и дело — никакой. Он ничего не попросил. Только сказал, что итоги нашего расследования будут для него достаточной наградой. Вот почему я уверена, что он тоже под проклятием. — Она кивнула на компас. — Ну, давай. Открывай. — Подожди, а почему я должна это делать? Реджина вскинула бровь. — Твоё самое искреннее желание сейчас — спасти весь город, включая нашего сына, от проклятия, управляющего их волей, не так ли? — Ну да, конечно. — Эмма поёжилась. — Но почему не ты? Ты же его достала. — Моё сердце… сложное. — Реджина скрестила руки на груди. — Из-за моего прошлого, думаю, будет безопаснее, если это сделаешь ты. К тому же тебя же не зря зовут «Спасительницей», правда? — Ладно. — Эмма закатила глаза. — Так, как это работает? — Когда откроешь его, нужно сосредоточиться на самом сокровенном желании. — Реджина указала на компас. — И если всё сработает, стрелка укажет направление к чему-то полезному. Возможно, к способу снять проклятие. — Поняла. – Эмма кивнула. Она раскрыла крышку вычурного компаса и зажмурилась. В голове гудел целый рой мыслей, но она постаралась оттолкнуть всё лишнее, сосредоточившись только на городе и на том, как его спасти. Через секунду Реджина резко втянула воздух. — Кажется, работает. Эмма открыла глаза и посмотрела вниз. Действительно: поверхность компаса поблёскивала, золотой металл мерцал и переливался. — Отлично. — Реджина просияла. — Ну и куда он указывает? Эмма всмотрелась в стрелку. — Похоже… туда. — Она указала на стену кабинета за спиной Реджины. — На юг. — Хорошо. — Брюнетка кивнула. — Тогда пошли сейчас. Терять время нельзя. Эмма последовала за ней, быстро спрятав компас в карман куртки перед тем, как вернуться в гостиную. — Эй, малыш, я сейчас отвезу тебя к бабушке с дедушкой, ладно? Мы с Реджиной должны кое-что уладить. — Э-э-э, да, конечно. — Генри посмотрел на неё с лёгким недоумением. — Всё в порядке? — Всё хорошо, дорогой, — заверила Реджина. — Мы вернёмся максимум через час. — Окей! — Генри пожал плечами, затем подпрыгнул и выскочил за дверь, пока Эмма шла за ним. — Где встречаемся? — Уже на пороге она обернулась, а Реджина на секунду задумалась. — Компас указал на юг, так что давай у мэрии? Эмма утвердительно кивнула и направилась к машине. По её телу разливалось предвкушение.***
Закат окрасил колонны мэрии в туманный мандариновый оттенок. Эмма подъехала к зданию и заметила Реджину, стоящую у подножия ступенек — на ней теперь было длинное чёрное пальто и сапоги на каблуках. — Готова? — Спросила она, её дыхание было видно в морозном воздухе. Эмма достала компас из кармана и протянула его перед собой. — Так… кажется, нам нужно направо. — Они свернули за угол и пошли по дороге, стрелка слегка подрагивала на месте. Через несколько минут Реджина обернулась. — А теперь куда? — Говорит на запад. — Это же совсем в противоположную сторону от той, в которую мы шли, — нахмурилась Реджина. — Не знаю, просто передаю, что показывает. — Эмма пожала плечами. — Может, то, что мы ищем, где-то рядом. Реджина выглядела скептически, но всё же пошла на запад. Они шли какое-то время, Эмма не отрывая взгляда от неподвижной стрелки. — Всё ещё запад? — Позвала Реджина. — Ага. Брюнетка повернулась и пошла обратно к Эмме. В этот момент стрелка внезапно дёрнулась вправо. — Подожди. Теперь показывает на восток. — Дай взглянуть. — Реджина нахмурилась и заглянула в компас, который уверенно — почти раздражающе — указывал на запад. — Это не имеет смысла. Как будто он не может определиться с направлением. Эмма вздохнула, её дыхание заклубилось в воздухе. Она оглядела окрестности. Судя по всему, смотреть было особо не на что: компас вывел их к окраине города, где были лишь дорога и лес. — Давай просто начнём осматриваться. Вдруг здесь что-то потеряли. Реджина кивнула и направилась к лесу, отталкивая камни и заглядывая в кусты. Эмма внимательно осматривала дорогу, надеясь, что среди асфальта спрятан какой-нибудь мелкий предмет. Из любопытства она вновь посмотрела на компас. Теперь он указывал на восток — туда, где искала Реджина. Эмма пошла к ней, и тут стрелка начала плавно смещаться влево — в тот самый момент, когда Реджина шагнула влево. У Эммы замерло сердце. Не может быть. — Реджина? — Позвала она неуверенно. — Можешь пройти немного вправо? Реджина бросила на неё озадаченный взгляд, но подчинилась — её сапоги зашуршали по сухой траве. Как и раньше, стрелка медленно поползла вправо, точно следуя за движением брюнетки. Щёки Эммы запылали, сердце бешено заколотилось в груди. Боже. — Что такое? Несмотря на леденящий воздух, Эмма почувствовала, как по затылку скатилась капля пота. — Ничего, — пробормотала она. — Просто… кажется, компас сломался, вот и всё. — Что ты имеешь в виду? — Реджина подошла ближе. — Что он показывает сейчас? Когда она наклонилась, Эмма резко прижала компас к груди, а глаза Реджины округлились. — Эмма, это что сейчас было? Эмма пыталась успокоить разбегающиеся мысли, сжимая компас до побелевших костяшек. — Я, э-э… думаю, нам стоит на сегодня закончить. Всё это явно не приносит никакого результата. — Она резко развернулась и быстрым шагом направилась к своей машине, пульс всё ещё стучал в ушах. — Эмма, подожди! Пожалуйста! Против здравого смысла Эмма остановилась. Реджина подбежала к ней, тяжело выдыхая. — Что происходит? Что ты увидела? Молча, Эмма медленно опустила компас, чтобы та могла посмотреть. Реджина взглянула на него, потом на Эмму, на лице — полное непонимание. — Я не понимаю. Показывает на север. — Сделай шаг влево, — тихо произнесла Эмма. Реджина подчинилась, затем вновь посмотрела вниз — стрелка сместилась точно на столько же. Её глаза расширились. Она подняла взгляд на Эмму, лицо которой тут же запылало ещё сильнее. — Я… я не знаю, почему он так делает. Реджина открыла рот, но тут же закрыла. — Понятно. — В конце концов, сдержанно ответила она. — Вот. — Эмма сунула ей компас. — Попробуй ты. Вдруг получится. Реджина с сомнением посмотрела на артефакт. Она глубоко вдохнула, на мгновение закрыла глаза, затем вновь открыла — и золотая поверхность вновь засияла. — Ладно, посмотрим… — Она посмотрела вниз, затем на Эмму. Сделала шаг вправо. Взгляд вниз. Снова на Эмму. Щёки Реджины слегка порозовели. Казалось, она растерялась. Быстро щёлкнув крышкой, она спрятала компас глубоко в карман пальто. — Ну? — Эмма с ожиданием на неё посмотрела. Реджина покачала головой, быстро приглаживая волосы. — Как ты и сказала: сломан. Голд, должно быть, подшутил надо мной. Следовало догадаться, что нельзя ему доверять, даже в проклятом состоянии. Эмма кивнула, стараясь сохранить невозмутимость. Она вытерла вспотевшие ладони о джинсы и повернулась в сторону, откуда они пришли. — Ну… думаю, тогда спишемся. Дай знать, если что-то ещё узнаешь. — Обязательно, — сдержанно кивнула Реджина. — И ты тоже. Эмма неловко махнула ей рукой и пошла по дороге, почти бегом. Ей хотелось только одного — ввалиться в горячий душ и смыть с себя весь вечер и всё это сумасшествие. Они ни на шаг не приблизились к разгадке проклятия, а теперь ещё и этот странный компас забросил в её голову какую-то безумную идею. Он даже не работает, напомнила она себе. Это просто дурацкий сломанный артефакт от Голда. Это ничего не значит. Но Эмма не могла игнорировать ту электрическую волну, что пронеслась по коже, когда она впервые прикоснулась к компасу. Это ощущение было слишкомреальным. Добравшись до машины, она включила печку на максимум и прибавила громкость радио, пытаясь заглушить мысли, что подбирались с разных сторон. Мне просто нужно выспаться. Завтра всё будет лучше. Она нажала на газ и поехала вперёд, глубоко вдохнув. Завтра всё будет лучше.
