Изумрудная Империя

План спасения Рокфорда был сложным, но выполнимым. Гермиона приготовила особую смесь, создающую видимость подчинения, но оставляющую сознание нетронутым. Она надеялась, что Малфой не станет проверять формулу лично — обычно он доверял ей в вопросах зельеварения. Спустившись в подвал клуба, где держали пленников, она прошла мимо двух охранников, предъявив пропуск, выданный Забини. — Мистер Малфой приказал приготовить предателя для особой миссии, — холодно сказала она. — Мне нужно полчаса наедине. Охранники неохотно пропустили её в камеру, где сидел избитый, но живой Рокфорд. — Я подозревал, что это ты, — прошептал старик, когда она наклонилась к нему, делая вид, что проверяет его состояние. — Аврор Грейнджер, не так ли? — Тссс, — приложив палец к губам, Гермиона активировала маленький артефакт, создающий помехи для подслушивающих чар. — У нас мало времени. Сегодня ночью за тобой придут. Будь готов. — Нет, — он покачал головой. — Я слишком стар для побега. И слишком ценен здесь. Я буду продолжать работать на аврорат. — Это слишком опасно, — возразила Гермиона. — Они подозревают тебя. — Именно поэтому твой план с “двойным агентом” идеален, — Рокфорд слабо улыбнулся. — Я буду передавать Малфою дезинформацию, а Министерству — правду. Гермиона колебалась. Старик был прав — такой источник в ближнем круге был бесценен. Но риск был огромным. — Хорошо, — наконец решила она. — Но мы должны быть предельно осторожны. Она дала ему выпить специальное зелье, создающее видимость подчинения, и объяснила, как себя вести. — Не рискуй без необходимости, — предупредила она. — Если заподозрят что-то, немедленно запрашивай эвакуацию через код “Феникс”. Покинув камеру, Гермиона доложила Забини, что “пациент” готов и полностью подконтролен. Блейз лично проверил Рокфорда несколькими вопросами, и, удовлетворённый его “зомбированными” ответами, одобрил план. Вернувшись в лабораторию, Гермиона сосредоточилась на втором приоритете — кристалле “Империум”. Она должна была понять, как он работает, чтобы создать антидот или способ его нейтрализации. Доступ к оригинальной формуле был ограничен, но как главный зельевар проекта, она могла запросить компоненты для “доработки”. Постепенно Гермиона восстанавливала структуру зелья, и то, что она обнаружила, ужасало. Основой была искажённая версия Феликс Фелицис, смешанная с психоактивными компонентами мандрагоры и порошком рога бикорна. Но что действительно делало формулу опасной — добавление редкой субстанции, известной как “слеза дементора” — конденсированная эссенция из воздуха вокруг этих существ. “Это не просто контроль сознания,” — поняла Гермиона. — “Это меняет саму сущность человека, его эмоциональную структуру.” Она делала заметки для аврората, стараясь найти способ нейтрализации. — Какие успехи? — голос Малфоя заставил её вздрогнуть. Он стоял в дверях лаборатории, наблюдая за ней. — Значительные, — Гермиона быстро собрала заметки. — Я выявила нестабильность в формуле и работаю над её устранением. — Покажи, — он подошёл ближе, и Гермиона продемонстрировала несколько безопасных записей. — Слеза дементора распадается при длительном хранении, — объяснила она. — Я ищу стабилизатор. Малфой изучал записи с интересом: — Умно. А как дела с Рокфордом? — Полностью подконтролен, — уверенно ответила Гермиона. — Забини проверил лично. — Хорошо, — Драко выглядел довольным. — У меня есть для тебя новое задание. Более… личного характера. Гермиона вопросительно посмотрела на него. — Сегодня вечером приём в моём загородном поместье, — сказал он. — Будут важные гости из Восточной Европы. Потенциальные партнёры для международного расширения. — Чем я могу помочь? — спросила она, предчувствуя неприятности. — Мне нужен сопровождающий, — Малфой смотрел на неё оценивающе. — Кто-то умный и презентабельный. Кто-то, кто произведёт впечатление. Гермиона поняла, что это не просто рабочее задание. Малфой приглашал её в качестве… спутницы. — Разумеется, — она кивнула, взвешивая возможности. — Во сколько мне прибыть? — Я пришлю за тобой машину в восемь, — ответил он. — Форма одежды соответствующая. Пэнси поможет с выбором наряда. Когда он ушёл, Гермиона позволила себе момент паники. Приближаться к Малфою на таком уровне было крайне рискованно, но отказаться означало потерять его доверие. Кроме того, поместье могло содержать ценные сведения о синдикате. Через час в лабораторию вошла Паркинсон, её лицо выражало раздражение. — Драко велел мне позаботиться о твоём внешнем виде, — она окинула Гермиону неприязненным взглядом. — Следуй за мной. Они аппарировали в роскошный бутик в магическом квартале Лондона, специализирующийся на дизайнерских мантиях и платьях. — Почему Малфой выбрал именно меня? — спросила Гермиона, пока продавцы суетились вокруг, предлагая различные наряды. Пэнси фыркнула: — Драко всегда имел слабость к умным женщинам. Кроме того, — она понизила голос, — твои успехи с “Империумом” сделали тебя его новой любимицей. — Мы просто коллеги, — осторожно заметила Гермиона. — Пока, — Пэнси смерила её оценивающим взглядом. — Но он явно заинтересован. Мой совет: не увлекайся. Драко использует людей и выбрасывает их, когда они больше не нужны. В этих словах слышалась личная горечь, и Гермиона поняла, что между Малфоем и Паркинсон было нечто большее, чем деловые отношения. — Я понимаю риски, — ответила она. — Сомневаюсь, — Пэнси указала на изумрудно-зелёное платье. — Это. Оно подчеркнёт твои глаза и напомнит гостям о названии. Вечером, одетая в потрясающее платье, дополненное сдержанными, но элегантными украшениями, Гермиона ждала прибытия обещанного транспорта. Ровно в восемь у её временной квартиры появился черный лимузин с тонированными стёклами. За рулём сидел не водитель, а сам Драко Малфой в безупречном смокинге. — Ты выглядишь сногсшибательно, — сказал он, открывая ей дверь. — Спасибо, — Гермиона села в машину, отметив, что Малфой использует маггловский транспорт. — Не ожидала, что ты водишь сам. — Некоторые вещи я предпочитаю контролировать лично, — он завёл двигатель. — Кроме того, это даёт нам возможность поговорить наедине. Они выехали из Лондона, направляясь на север. Поместье Малфоя, как знала Гермиона из данных аврората, находилось в уединённом месте в Озёрном крае. — Кто будет на приёме? — спросила она, наблюдая, как меняется пейзаж за окном. — Представители Восточноевропейского синдиката, — ответил Малфой. — Особенно важны болгары и румыны. У них доступ к редким ингредиентам для “Империума”. — Ты доверяешь им? — Гермиона намеренно задавала вопросы, собирая информацию. — Нет, — Малфой усмехнулся. — Но бизнес есть бизнес. Их интересуют наши технологии, нас — их ресурсы. Взаимовыгодное сотрудничество. Через два часа они свернули на неприметную дорогу, ведущую вглубь леса. Внезапно перед ними открылся вид на огромное поместье, освещённое тысячами огней. В отличие от мрачного Малфой-мэнора, новое поместье Драко было современным — сочетание классической архитектуры с инновационными элементами. Фасад из светлого камня, огромные окна и изящные башни создавали впечатление открытости, хотя Гермиона подозревала, что безопасность здесь на высочайшем уровне. — Добро пожаловать в “Драконье гнездо”, — ухмыльнувшись сказал Малфой, паркуя машину у главного входа. — Моё настоящее убежище. Вечер был в полном разгаре, когда они вошли в просторный бальный зал. Десятки гостей в изысканных нарядах, тихая музыка, официанты с подносами напитков и закусок. Гермиона заметила несколько знакомых лиц — членов Визенгамота, владельцев крупных магических компаний, даже одного старшего аврора. Коррупция проникла во все слои магического общества. — Драко! — к ним подошёл высокий мужчина с острой бородкой и акцентом, который Гермиона определила как болгарский. — Рад видеть тебя, друг мой! — Виктор, — Малфой обменялся с ним рукопожатием. — Познакомься с Селеной Блэк, нашим главным зельеваром. С ужасом Гермиона узнала в болгарине Виктора Крама. Когда-то честный спортсмен, теперь, очевидно, часть преступного синдиката. — Очень приятно, мисс Блэк, — Крам поцеловал её руку. — Драко, ты, как всегда, окружаешь себя красивыми и умными женщинами. На мгновение Гермионе показалось, что он узнал её, но его взгляд скользнул дальше без задержки. Следующие два часа Гермиона сопровождала Малфоя от группы к группе, наблюдая, как он ведёт переговоры, заключает сделки, манипулирует людьми с пугающей лёгкостью. Он представлял её как “бесценного члена команды” и “будущее синдиката”, вызывая у неё смешанные чувства. — Устала от светской беседы? — спросил Драко, когда заметил её задумчивость. — Немного, — призналась Гермиона. — Тогда позволь показать тебе нечто особенное, — он взял её под руку и повёл через боковую дверь в длинный коридор. Они спустились по элегантной лестнице и оказались перед массивной дверью с изображением дракона. — Моя личная коллекция, — сказал Малфой, открывая дверь заклинанием. Внутри была огромная библиотека — тысячи томов от пола до потолка, старинные манускрипты под стеклом, артефакты в витринах. У Гермионы перехватило дыхание — здесь были книги, считавшиеся утерянными столетия назад. — Потрясающе, — искренне выдохнула она. — Я знал, что тебе понравится, — в глазах Малфоя мелькнуло что-то похожее на тепло. — Большинство гостей предпочли бы мою коллекцию драгоценностей или картин, но ты… ты ценишь знания. Он подошёл к одной из витрин и открыл её, достав древний фолиант: — “Зелья Забытых Веков” Салазара Слизерина. Единственный сохранившийся экземпляр. Гермиона благоговейно прикоснулась к книге: — Это… бесценно. — Здесь рецепт базовой версии “Империума”, — Малфой перелистнул страницы. — Конечно, я значительно модифицировал его. — Почему ты показываешь мне это? — спросила Гермиона, чувствуя подвох. Малфой смотрел на неё с непроницаемым выражением: — Потому что я доверяю тебе, Селена. Больше, чем следовало бы, возможно. Он отложил книгу и приблизился к ней: — Или я должен называть тебя иначе? Сердце Гермионы замерло. Он знал? Всё это время знал? — Не понимаю, о чём ты, — она отступила на шаг, оценивая расстояние до двери. — Не играй со мной, — Малфой преодолел дистанцию между ними одним движением. — Я знаю, кто ты, Грейнджер. Гермиона потянулась к скрытой палочке, но Драко оказался быстрее. Одним движением он схватил её за запястье. — Знаешь, что удивительно? — продолжил он. — То, как хорошо ты вписалась. Словно всегда была частью синдиката. — Я не понимаю… — Гермиона Грейнджер, — произнёс он её настоящее имя, и она замерла. — Умнейшая ведьма своего поколения. Звезда аврората. И моя личная заноза в заднице последние три года. Она перестала притворяться: — Как давно ты знаешь? — С самого начала, — Малфой усмехнулся. — Твоё зелье маскировки было превосходным, но у тебя есть привычки, которые невозможно скрыть. Как ты покусываешь губу, когда сосредоточена. Как держишь палочку. Мелочи, которые я запоминал годами. — Тогда зачем позволил мне остаться? — она напряглась, готовая к нападению. — Потому что мне было любопытно, — он отпустил её руку и отошёл к окну. — Какая причина заставила аврора с безупречной репутацией проникнуть в логово врага? Что было настолько важным? — Убийства, — ответила Гермиона, решив говорить правду. Лгать уже не имело смысла. — Семь смертей с символами твоего синдиката. — Вот как, — Малфой кивнул. — И ты решила, что это я? — Всё указывало на тебя, — она смотрела ему прямо в глаза. — “Изумрудный синдикат”, твой фирменный знак на всех жертвах. — И что ты выяснила за эти дни? — спросил он, внезапно очень серьёзный. Гермиона колебалась. Что-то в его вопросе, в его позе заставило её задуматься. — Что убийства слишком очевидны для тебя, — медленно произнесла она. — Ты никогда не оставляешь таких явных следов. Малфой улыбнулся без капли веселья: — Наконец-то ты начинаешь понимать. — Кто-то подставляет тебя, — она произнесла вслух свою теорию. — Именно. И я думаю, ты уже знаешь, кто. Гермиона мысленно перебрала всех, кого встретила в синдикате. Кто имел мотив, возможности и достаточно дерзости, чтобы пойти против Малфоя? — Забини, — наконец сказала она. — Он единственный, кто имеет доступ ко всему и достаточно амбициозен. — Я пришёл к тому же выводу, — кивнул Драко. — Но мне нужны доказательства. Доказательства, которые не могу получить я, но можешь ты. — Ты хочешь, чтобы я помогла тебе разоблачить Забини? — Гермиона почти рассмеялась от абсурдности ситуации. — Я аврор, Малфой. Не забывай, моя задача арестовать вас обоих. — А моя задача убить тебя прямо сейчас, но вместо этого мы разговариваем, — парировал он. — Иногда, приходится идти на компромиссы. Он подошёл к бару в углу библиотеки и налил два бокала виски: — Давай начистоту, Грейнджер. Ты думаешь, я монстр. Возможно, так и есть. Но даже у монстров есть свои правила. Я никогда не убиваю без причины. Никогда не трогаю невиновных. Никогда не оставляю следов. Он протянул ей бокал: — Эти убийства — не мои. И ты это знаешь. Гермиона приняла бокал, но не пила: — Даже если это так, твои руки всё равно в крови. “Эйфория” разрушила сотни жизней. “Империум” может поработить тысячи. — “Эйфория” — модифицированное Феликс Фелицис с компонентами для эйфории, — возразил Малфой. — Да, вызывает привыкание, но не смертельна. А “Империум”… Ты видела полные планы? — Нет, — призналась Гермиона. — Он предназначен не для населения, а для конкретных лиц, — Малфой смотрел на неё пристально. — Членов Визенгамота, которые блокируют реформы. Корыстных чиновников, разрушающих наше общество изнутри. Тех, кто использует власть во вред. — Ты говоришь о перевороте, — Гермиона покачала головой. — О захвате власти. — Я говорю о спасении магического мира от самого себя, — в его голосе звучала странная страсть. — После падения Волдеморта ничего не изменилось. Просто одни коррумпированные, жирные, чиновники сменили других. Чистокровные всё ещё правят, просто тайно... А полукровки и маглорождённые всё так же в стороне от реальной власти. — И твоё решение — стать диктатором? — Гермиона не скрывала своего скептицизма. — Моё решение — перестроить систему, — Малфой сделал глоток. — Поверь, я не стремлюсь к тирании. В отличие от Забини, который убивает невинных и готовит настоящий переворот. У него своя версия “Империума” — более радикальная и действительно нацеленная на массы. Гермиона пыталась осмыслить услышанное. Малфой предлагал ей союз против общего врага? Или все-таки это была искусная манипуляция? — Предположим, я поверю тебе, — осторожно сказала она. — Что дальше? — Мы разоблачаем Забини и останавливаем его план, — Малфой откинулся в кресле. — Ты получаешь настоящего убийцу, я сохраняю свой синдикат. Все довольны. — А что насчёт “Империума” и твоих других незаконных операций? — Компромисс, Грейнджер. “Империум” я уничтожу — как знак доброй воли. Остальные операции… можно обсудить. Гермиона знала, что играет с огнём. Доверять Малфою было безумием, но что-то в его словах звучало искренне. Или он просто стал лучшим манипулятором? — У меня есть условие, — сказала она. — Полное прекращение торговли опасными зельями. Никакой “Эйфории”, никакого “Веритас Нокс”. — Это подорвёт половину моего бизнеса, — покачивая головой сказал Малфой. — У тебя достаточно легальных предприятий, — парировала Гермиона. — Кроме того, мы оба знаем, что настоящие деньги приходят через финансовые махинации и контроль над импортом магических артефактов. Малфой смотрел на неё с толикой уважения: — Ты действительно хорошо изучила мой бизнес. — Три года, Малфой, — напомнила она. — Я знаю о твоей империи почти столько же, сколько ты. — Хорошо, — наконец сказал он. — Никаких опасных зелий. Но мои финансовые операции и торговля артефактами остаются нетронутыми. — Если они не включают тёмные артефакты или контрабанду запрещённых предметов, — уточнила Гермиона, подходя ближе. Они смотрели друг на друга долгую минуту, потом одновременно кивнули. Странный союз был заключён. — Что насчёт моей маскировки? — спросила она. — Мне продолжать быть Селеной? — Для всех остальных — да, — ответил Малфой. — Забини не должен знать, что мы объединились. Он протянул руку: — Временное перемирие, аврор Грейнджер? Гермиона помедлила, затем пожала его руку: — Временное, Малфой. И только до ареста Забини. Его рука была тёплой и сухой. Странное ощущение пробежало по её коже от этого прикосновения. — Нам лучше вернуться на приём, — сказал Драко, отпуская её руку. — Отсутствие хозяина будет замечено. Они поднялись обратно в бальный зал, где вечер был в самом разгаре. Гермиона заметила Крама, беседующего с высоким человеком в чёрной мантии. Что-то в его позе насторожило её. — Кто тот человек с Крамом? — тихо спросила она Малфоя. — Антонин Долохов-младший, — хмыкнув, ответил Драко. — Сын Пожирателя. Возглавляет российскую ветвь синдиката. Держись от него подальше — он опаснее большинства людей здесь. Они разделились, Гермиона направилась к фуршетному столу, наблюдая за гостями и собирая информацию. Внезапно рядом появилась Пэнси. — Не знаю, что ты сделала с Драко, — её голос был тихим, но ледяным, — но он никогда не приглашает своих зельеваров на такие мероприятия. — Может быть, он ценит мой интеллект? — предположила Гермиона, стараясь звучать непринуждённо. — Возможно, — Пэнси отпила шампанское. — Или может быть, он подозревает тебя. Драко не так прост, как кажется. — В этом я не сомневаюсь, — честно ответила Гермиона. — Совет от бывшей любовницы нынешней фаворитке, — Пэнси наклонилась ближе. — Никогда не верь ему полностью. Никогда. Она удалилась, оставив Гермиону с тревожными мыслями. Если Малфой обманул её, если это была ловушка… она оказалась бы в смертельной опасности. Но было слишком поздно для сомнений. План был запущен. В другом конце зала Драко беседовал с Забини, который только что прибыл. Их разговор выглядел напряжённым, хотя они оба сохраняли видимость спокойствия. Гермиона незаметно приблизилась, используя навыки слежки, отточенные за годы работы в аврорате. — …убедись, что товар доставлен вовремя, — говорил Малфой. — Крам не терпит опозданий. — Всё уже организовано, — Забини оглянулся. — Кстати, как продвигается проект с нашей новой зельеваркой? Она оправдывает ожидания? — Превосходит их, — Драко улыбнулся. — Селена — настоящая находка. Думаю, она станет ключевой фигурой в наших планах. — Интересно, — Блейз выглядел задумчивым. — Я проверил её прошлое. Некоторые детали… туманны. — Я лично проверил её, — холодно ответил Малфой. — Её досье безупречно. — Конечно, если ты говоришь, — Забини поднял руки в примирительном жесте. — Просто проявляю осторожность. Особенно после Рокфорда. — Кстати, о нём, — Драко сменил тему. — Он дал нам информацию о планируемом рейде в доки. Нужно перенести поставку. — Я займусь этим, — кивнул Блейз. — А что насчёт той… особенной поставки? Она всё ещё на завтра? — Да. Восточные партнёры ждут. Гермиона мысленно отметила эту информацию. Нужно было выяснить, что это за “особенная поставка”. Вечер продолжался, и она периодически обменивалась взглядами с Малфоем через зал. Странное ощущение соучастия, даже доверия, начинало формироваться между ними. Через несколько часов гости начали расходиться. Драко подошёл к Гермионе: — Останься на ночь, — тихо сказал он. — Нам нужно обсудить детали нашего… сотрудничества. — Нас не будут подслушивать? — спросила она. — Мои личные покои имеют лучшую защиту в Британии, — уверил её Малфой. — Даже Забини не имеет туда доступа. Когда последние гости ушли, Драко провёл её через анфиладу комнат в восточное крыло поместья. Его личные апартаменты оказались неожиданно уютными — вопреки представлению Гермионы о холодной роскоши, здесь было тепло, много книг, удобная мебель. — Ты удивлена, — заметил Малфой, наблюдая за её реакцией. — Ожидала пыточную камеру и черепа на стенах? — Что-то более… слизеринское, — призналась Гермиона. — Я не живу в Хогвартсе, Грейнджер, — он улыбнулся. — И мне не шестнадцать лет. — Иногда трудно отделить образ школьного хулигана от нынешнего криминального босса, — ответила она. — И от человека? — спросил Драко тише. Их взгляды встретились, и Гермиона почувствовала странное напряжение между ними. — Ты всегда был человеком, Малфой, — наконец сказала она. — Просто не всегда хорошим. — А теперь? — Теперь… я не знаю, кто ты, — честно призналась Гермиона. — Преступник, который пытается меня обмануть? Или кто-то, кто действительно хочет что-то изменить, просто выбрал неправильные методы? Малфой отвернулся и подошёл к окну: — Возможно, и то, и другое. Как ты справляешься с дуальностью, Грейнджер? С тем, что можешь быть одновременно аврором и шпионом? Соблюдать закон и нарушать его для высшей цели? — Это разные вещи, — возразила она. — Я нарушаю правила, чтобы защитить невинных. Ты же создаёшь империю для собственной выгоды. — Ты действительно так думаешь? — он повернулся к ней. — Что всё, что я делаю, только ради денег и власти? — А разве нет? Малфой подошёл к книжному шкафу и достал тонкую папку передал ей в руки: — Посмотри на это. Гермиона открыла папку. Внутри были документы о благотворительных фондах, анонимных пожертвованиях на развитие маггловских районов, программы реабилитации для жертв войны. Все связанные с компаниями, которые, как она знала, принадлежали Малфою через подставных лиц. — Это может быть прикрытием для отмывания денег, — заметила она, хотя уже начинала сомневаться. — Может, — согласился Драко. — Но это не так. Знаешь, что изменило меня, Грейнджер? Не война и не падение Волдеморта. А день, когда я увидел, как мой отец без колебаний пожертвовал жизнью маггловской семьи ради своей выгоды. Дети, Гермиона. Дети моложе нас, когда мы впервые пошли в Хогвартс. Его голос стал тише: — Я поклялся себе, что никогда не стану таким как он. Да, я строю империю. Да, я нарушаю закон. Но есть черта, которую я не перехожу. Гермиона не знала, что сказать. История звучала искренне, но она слишком хорошо знала, как умело Малфой мог манипулировать. — Если то, что ты говоришь, правда, — наконец произнесла она, — почему просто не использовать своё влияние и богатство легально? Зачем криминальная империя? — Потому что система слишком коррумпирована, чтобы изменить её изнутри, — ответил Драко. — Поверь, я пытался. Три года после войны я работал в рамках закона. И что изменилось? Ничего. Те же предрассудки, та же коррупция, те же проблемы. Он налил два бокала виски и протянул один ей: — Иногда, чтобы перестроить систему, нужно сначала выйти за её пределы. Гермиона приняла бокал, размышляя над его словами. В них была логика, хотя она не могла согласиться с методами. — Даже если ты прав, — сказала она, — цель не оправдывает средства. Особенно когда эти средства включают создание наркотических зелий и шантаж. — А когда средства включают ложь и шпионаж со стороны аврората? — парировал Малфой. — Где грань, Грейнджер? Кто решает, что допустимо для высшего блага? Этот вопрос поразил Гермиону. Она сама многократно нарушала правила, когда считала это необходимым. Разве её текущая операция не была примером того же самого? — Вот что я предлагаю, — сказал Драко, видя её замешательство. — Давай сначала разберёмся с Забини. Потом ты вернёшься в аврорат с доказательствами против него. А затем мы встретимся снова и обсудим будущее моего синдиката и твоей карьеры. — Моей карьеры? — Гермиона не поняла. — Думаешь, твоя репутация останется безупречной после того, как выяснится, что ты сотрудничала с преступным боссом? — Малфой поднял бровь. — Даже если это было для благой цели? Она не задумывалась об этом раньше. Действительно, её карьера могла пострадать, если детали операции станут известны. — Не угрожай мне, Малфой, — холодно сказала она. — Не угрожаю, — он покачал головой. — Просто указываю на реальность. Мы оба переступили черту, Грейнджер. И возврата уже нет. Он был прав, и это пугало её больше всего. Чем дольше она оставалась в этом мире, тем сильнее размывалась грань между правильным и неправильным. — Одна проблема за раз, — наконец сказала она. — Сначала Забини. — Согласен, — кивнул Драко. — Завтра он проводит встречу с болгарами по поводу той особой поставки. Я назначу тебя ответственной за качество товара. Это даст тебе возможность узнать детали. — Что за поставка? — спросила Гермиона. — Официально — редкие ингредиенты для “Империума”, — ответил Малфой. — Но я подозреваю, что Забини организовал нечто большее. Возможно, даже оружие. — Магическое оружие? — Что-то хуже. По моим сведениям, он установил контакты с маггловскими террористами. Представь, что будет, если магические технологии попадут в их руки. Эта мысль ужаснула Гермиону. Сочетание магии и маггловского оружия могло привести к катастрофе планетарного масштаба. — Хорошо, — решительно сказала она. — Я выясню, что происходит. — Будь осторожна, — предупредил Малфой. — Забини не так прост, как кажется. Он наблюдателен и беспощаден. — Я справлюсь, — уверила его Гермиона. — Не забывай, я три года охотилась за тобой. — И всё-таки попалась, — напомнил Драко с лёгкой улыбкой. — Или это часть моего плана, — парировала она. Их взгляды снова встретились, и на этот раз напряжение между ними было почти осязаемым. Странное сочетание недоверия, уважения и чего-то ещё, чему Гермиона боялась дать название. — Уже поздно, — сказал Малфой, первым нарушая зрительный контакт. — Тебе нужно отдохнуть перед завтрашним днём. Он показал ей гостевую спальню, роскошно обставленную и просторную. — Спокойной ночи, Грейнджер, — сказал Драко, остановившись у её двери. — И… спасибо за доверие. Даже если оно вынужденное. Когда он ушёл, Гермиона опустилась на кровать, чувствуя, как усталость накатывает волнами. События дня, откровения Малфоя, их странный союз — всё это казалось нереальным. Она знала, что должна связаться с авроратом, сообщить о своём местонахождении и раскрытии личности. Но что-то удерживало её. Интуиция подсказывала, что ситуация слишком сложна для стандартного протокола. Нужно было сначала разобраться с Забини и его планами. “Только до завершения этого дела,” — поклялась себе Гермиона, засыпая в доме человека, которого считала заклятым врагом. — “А потом Малфой ответит за все свои преступления. Все до единого.” Но даже в мыслях эти слова звучали всё менее убедительно.