Молчи и держи спину ровно.

Я сижу на краешке диванчика в кабинете Джона и болтаю ногами, стараясь не мешать. Он сидит за рабочим столом, перед монитором, пальцы быстро бегают по клавиатуре. Экран отражается в его очках, и я ловлю себя на том, что уже минуту просто смотрю не туда, куда нужно. Я поджимаю пальцы ног в носках и прислоняюсь плечом к спинке дивана. "У тебя лицо такое, будто ты сейчас сам с компьютером драться начнёшь" Джон усмехается, не отрывая взгляда от экрана. "Он первый начал", — отвечает он. — "Жара просто добивает. Голова вообще не варит" Он откидывается на спинку кресла, тянется, и я машинально перевожу взгляд на него. Джон вздыхает, расстёгивает верхнюю пуговицу рубашки, потом ещё одну, ослабляет галстук и чуть тянет ворот. …жарко. Я резко ловлю себя на том, что смотрю слишком внимательно, и тут же отвожу глаза, делая вид, что мне вдруг очень интересна полка с папками. "Надо будет как-нибудь искупаться", — говорит он между делом. — "А то так и сваримся" Я моргаю. Искупаться...? В душ же можно в любое время. Почему это вдруг событие? И… вместе...? Я замираю. Щёки начинают гореть. Я опускаю взгляд на свои колени и внезапно замолкаю, прокручивая в голове одну и ту же мысль, от которой становится слишком тепло и слишком неловко одновременно. Джон, кажется, замечает паузу. "Эй, ты чего притих? Всё нормально?" "А…" — я запинаюсь. — "Ты… ты сказал "искупаться"…" "Ну да", — кивает он. — "Может, завтра? Если получится. Было бы неплохо" Завтра. Вместе. У меня, кажется, короткое замыкание. "В-вместе...?" Джон моргает. Потом ещё раз. Он сначала смотрит на меня секунду абсолютно серьёзно… а потом вдруг смеётся. "Подожди", — говорит он, всё ещё улыбаясь. — "Ты что подумал?" Я ещё сильнее вжимаю плечи в себя. "Я…" — я не могу на него смотреть. — "Я подумал, что ты… ну… в душ…" Он тихо фыркает и закрывает ладонью рот, чтобы не рассмеяться. "Нет-нет", — говорит он быстро. — "Я про бассейн. Обычный бассейн" Я поднимаю на него взгляд. "…бассейн?" "Да", — кивает Джон. — "Я бы не стал вот так внезапно…" — он делает неопределённый жест рукой. — "Пугать тебя" Мне становится так стыдно, что я готов провалиться сквозь пол. "Я… Я просто… не так понял" "Бывает", — он мягко улыбнулся. — "Ничего страшного" Я киваю, всё ещё чувствуя, как у меня горят уши. "Я… я, кстати… никогда не был в бассейне" "... Ожидаемо" "Угу…" — я пожимаю плечами. — "И плавать я… не умею" Он смотрит на меня немного удивлённо, но без жалости. Скорее… задумчиво. "Значит, научимся" Я снова ловлю себя на том, что любуюсь им. Тем, как он говорит это спокойно, уверенно, будто нет в этом ничего сложного. Будто я не проблема. Я улыбаюсь. Совсем чуть-чуть. "Ладно… Тогда… бассейн" "Кстати", — Джон поворачивается ко мне в кресле, — "а у тебя купальник есть?" Я моргаю. "Купальник...?" "Ну да. Для бассейна" Я задумываюсь буквально на секунду, а потом честно качаю головой. "Нет… у меня никогда не было" "Окей", — говорит он легко. — "Тогда купим. Сегодня заеду, завтра уже можно будет идти купаться" Я даже не сразу понимаю, что он сказал это уже как решённый факт. "Ты… купишь?" — уточняю я. "Ну а кто ещё?" — он улыбается. Я снова ловлю это странное ощущение, Джон всегда просто берёт и заботится, не спрашивая разрешения. Я ему доверяю. Настолько, что даже не задаюсь вопросом, откуда он вообще знает мой размер одежды. Знает значит знает. Он на секунду задумывается, потом спрашивает: "Тебе какой больше нравится: открытый или закрытый?" Я зависаю. "…а в чём разница?" Он тихо усмехается, встаёт из кресла и опирается бедром о стол: "Открытый — это, по сути, только плавки, труселя короче. Максимально открыто. А закрытый — это когда ткань закрывает торс. Как майка, но для плавания" Я слушаю и чувствую, как внутри меня всё медленно сжимается. Моё тело. Шрамы. То, как я выгляжу. То, как могу выглядеть со стороны. Я опускаю взгляд на свои руки. "Тогда… закрытый", — говорю я тихо. — "Пожалуйста" Джон даже не переспрашивает. "Хорошо", — просто отвечает он. — "Так и сделаем" Я поднимаю на него глаза. "Спасибо..." — добавляю я искренне. — "Правда" Он отмахивается. "Да перестань. Это вообще не проблема. Завтра, наконец-то, нормально отдохнём и повеселимся" Повеселимся. Я киваю, но внутри у меня уже начинает медленно расти волнение. Завтра. Бассейн. Люди. Вода. И… моё тело всё равно будет видно. Пусть и не полностью. Завтра. Я тихо вздыхаю и, чтобы отвлечься, снова смотрю на Джона. Он уже вернулся к компьютеру, будто только что не перевернул мой внутренний мир вверх дном одним обычным разговором. ....... Я стою перед зеркалом дольше, чем нужно. Купальник уже надет. Чёрный, закрытый, с длинными рукавами и шортами — именно такой, какой я просил. И всё равно… мне не по себе. Ткань плотно облегает тело, слишком плотно. Я чувствую её кожей не как одежду, а как что-то чужое, прижимающее, подчёркивающее то, о чём я стараюсь не думать. Я неловко тяну рукава, будто могу сделать их длиннее, поправляю шорты, хотя они и так сидят как надо. Странно. Я провожу рукой по боку, потом быстро убираю ладонь, будто поймал себя на чём-то постыдном. В зеркале я. Но какой-то… непривычный. Волосы я аккуратно поправляю, стараясь занять руки хоть чем-то. Пряди скользят между пальцев, это немного успокаивает. Лицо кажется слишком открытым, а ноги… Я опускаю взгляд. Ноги всё равно открыты. И шрамы никуда не делись. Старые, светлые. Другие темнее. Некоторые я уже перестал замечать… но сейчас они будто кричат. Мне становится жарко, и совсем не из-за погоды. "Это глупо…" — шепчу я себе, но голос неуверенный. Я знаю, что купальник нормальный. Я знаю, что Джон выбирал его не абы как. Он бы не стал делать мне плохо. Никогда. И всё же внутри всё сжимается. Я выгляжу странно. Я отворачиваюсь от зеркала, потом всё равно бросаю ещё один быстрый взгляд и тут же жалею об этом. Сердце бьётся быстрее, ладони холодные. Я обнимаю себя руками — привычный жест. Хочется спрятаться. Надо просто выйти. Это всего лишь бассейн. Всего лишь Джон. Но от мысли о том, что он меня увидит вот таким, внутри снова всё переворачивается. Я глубоко вдыхаю. И медленно выдыхаю. Я ещё раз поправляю волосы, и, собравшись с тем, что у меня есть вместо храбрости, направляюсь к двери. Я делаю шаг за дверь и сразу натыкаюсь на него. Джон уже переоделся. Он оборачивается, и прежде чем я успеваю хоть что-то сказать или спрятаться, он широко улыбается и подходит ближе. А потом крепко обнимает меня. "Вот это да…" — говорит он с искренним восхищением. — "Ты знаешь, какой ты красавчик?" Я замираю. Лицо мгновенно начинает гореть. "Д-Джон…" — выдыхаю я, не зная, куда деть руки. Он отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть на меня сверху вниз, всё ещё держа за плечи. Он в плавках и всё. И его это вообще не смущает. Сильные руки открыты, широкие плечи, мощная спина с татуировками, ноги — всё такое… настоящее. Светлые волосы на руках, ногах, груди мягкие, золотистые. Я видел его тело и раньше. Не раз. Но каждый раз как в первый. Я резко отвожу взгляд и чувствую, как уши начинают пылать. Джон этого будто не замечает. Или делает вид, что не замечает — он вообще в этом мастер. "Чёрный тебе очень идёт", — продолжает он спокойно. — "Серьёзно. И сидит хорошо" Мне хочется провалиться сквозь пол. "С-спасибо…" — бормочу я, потом, собравшись с духом, добавляю тише: "Т-ты тоже… эм… хорошо выглядишь" Это звучит неловко. Очень. Но Джон улыбается ещё шире. "О?" — он слегка приподнимает бровь. — "Вот это комплимент. Приму с гордостью" Он смеётся легко, без насмешки. И от этого мне становится чуть легче дышать. Джон хлопает меня по плечу аккуратно, зная меру. "Пойдём? Вода классная" Сердце всё ещё бьётся быстро, но теперь — не только от стыда. Мы выходим из раздевалки, и с каждым шагом мне хочется… стать меньше. Идти медленнее. Или вообще развернуться и исчезнуть. Купальник ощущается слишком странно. Будто он подчёркивает всё то, что я привык прятать — изгибы, шрамы, сам факт тела. Мне кажется, что на меня смотрят, хотя я понимаю, что это, скорее всего, только в моей голове. Я непроизвольно сутулюсь, плечи сами тянутся вперёд, будто могут закрыть меня от всего мира. И тут Джон кладёт руку мне на поясницу. Просто так. Я вздрагиваю, но не отстраняюсь. От его ладони становится тепло. Не снаружи — внутри, где-то глубоко под рёбрами, в низу живота. Такое странное, смущающее чувство, будто меня аккуратно удерживают, чтобы я не рассыпался. "Эй", — тихо говорит он, наклоняясь чуть ближе. — "Спинку выпрями. Ты не должен так сжиматься" Я пытаюсь. Правда пытаюсь. Но это сложно. "Я…" — голос выходит тише, чем я хотел. — "Мне просто… неловко" Он не убирает руку. "Почему?" Я молчу пару секунд, потом всё же выдыхаю: "Моё тело. Оно… странное. И шрамы. И вообще. Я не выгляжу нормально" Сказать это вслух больно. Джон останавливается. "Послушай меня", — говорит он спокойно, серьёзно, без тени шутки. — "Ты выглядишь красиво. Не "несмотря на", а просто красиво. Точка" Я хмурюсь, не веря. "Ты не обязан любить своё тело", — продолжает он мягче. — "Многие не любят. Но тебе точно не за что его стыдиться. И тем более рядом со мной" Его рука всё ещё на моей пояснице. Большая, тёплая, надёжная. Я медленно выпрямляюсь. Совсем немного, но это уже победа. "Если станет страшно", — добавляет он тише, — "держись за меня. Я рядом" Я киваю. Когда мы подходим к бассейну, я всё ещё ощущаю это странное напряжение в плечах, будто они вот-вот снова сами свернутся. Вода поблёскивает, отражая свет. Джон останавливается рядом, снова обнимает меня крепко, бережно, как умеет только он. "Слушай", — говорит уверенно. — "Ты вообще понимаешь, что ты красотулька? Прямо вот… неземная версия" Я фыркаю, смущённо утыкаясь ему в плечо, но он только смеётся и, между делом, берёт меня за руку. Его ладонь тёплая, большая, и пальцы сомкнуты так, словно он не собирается отпускать, даже если я передумаю. "Я, кстати, солдатиком прыгать умею", — сообщает он с гордостью. — "Хочешь, с разбегу прыгнем? За ручку. Будет эпично" Я резко мотаю головой. "Нет. Нет-нет-нет. Я… мне страшно. Очень" Ни тени раздражения. Ни вздоха. Ни попытки уговорить силой. "Окей", — просто говорит Джон. — "Тогда смотри" Он отпускает мою руку только затем, чтобы шагнуть вперёд, и без всякой паузы, без "ой, холодно" заходит в воду. Вода поднимается по его телу, и он даже не морщится. Через секунду он уже оборачивается ко мне, опираясь руками о бортик. "Водичка вообще класс", — говорит он с широкой улыбкой. — "Честно. Ждулька тебя" Он не тянет. Не торопит. Просто ждёт. Я стою у края бассейна слишком долго. Настолько, что даже сам начинаю это понимать, но тело всё равно не слушается. Ноги будто вросли в плитку, и каждый раз, когда я думаю "сейчас", внутри что-то сжимается и тянет назад. Страшно. Не вода — всё сразу. Джон сначала просто смотрит на меня снизу вверх, опершись локтями о край. Терпеливо. Без давления. Потом чуть выпрямляется. "Эй", — мягко. — "Смотри", — он слегка плещет воду рукой, — "тут неглубоко. Ну, относительно. Я тебя подержу, если что" Я киваю, но не двигаюсь. Сердце колотится слишком громко, мне кажется, он его слышит. Я ненавижу это чувство — когда хочу, но не могу. "Не торопись", — добавляет он уже тише. — "Правда. Мы никуда не спешим" Он пытается шутить, рассказывает что-то глупое. Я слышу его голос, слышу смех, но страх всё равно сидит под кожей. Я обхватываю себя руками. "Я…" — голос выходит слабый. — "Прости" "За что?" — он сразу качает головой. — "Ты вообще ничего мне не должен. Я просто тебя тут подожду. Хорошо?" Я медленно опускаюсь на колени у бортика, обнимаю себя руками и просто… сижу. Считаю плитки. Дышу. Думаю слишком много. Джон тянется ближе, вода тихо плещется. Тепло ладони ложится мне на плечо. "Всё хорошо", — говорит он спокойно. — "Ты молодец уже за то, что дошёл" Я чуть киваю. Сердце всё ещё бьётся как сумасшедшее, но от его руки становится немного тише внутри. И вдруг — Он берёт меня за запястье. Я даже не успеваю понять, что происходит, только ощущаю, как мир резко наклоняется, плитка уходит из-под коленей, и— Вода. Холодная. Сразу. Везде. Я вскрикиваю совсем не героически, волосы тут же липнут к лицу, купальник тяжелеет, тело на секунду теряется в пространстве. Паника вспыхивает мгновенно, но… Меня держат. Крепко. Надёжно. Ладонь Джона на моей талии, другая рука удерживает, не даёт уйти под воду, не даёт удариться. "Блин, прости, прости, я не хотел напугать… ну, чуть хотел, но не так!" Я хватаюсь за него рефлекторно, пальцы сжимаются в его плечи, дыхание сбивается. Вода кажется ледяной, сердце где-то в горле, глаза широко распахнуты. "Д-жон…" — я в шоке, голос дрожит. — "Она… холодная!" "Ага... Первые десять секунд, потом нормально, честно" Он наклоняется чуть ближе, заглядывает в лицо, мокрые пряди прилипают к моим щекам, и я понимаю, что он правда волнуется. "Я идиот", — добавляет он уже тише, виновато. Я вцепляюсь в его плечи так, будто это единственное твёрдое, что вообще осталось в мире. Пальцы дрожат, я почти висну на нём, потому что совершенно не понимаю, что делать с телом в воде. "Джон…" — выдыхаю я, тихо и жалобно. — "Я… я не умею. Совсем" Он хихикает. "Знаю, рыба моя", — говорит он легко. — "Потому и держу. Сейчас научим" От этого прозвища мне ещё больше хочется спрятать лицо, но спрятаться некуда, так что я просто сильнее прижимаюсь. Джон как опора. Не скользит, не шатается, не паникует. "Меня, знаешь, тоже не особо учили", — продолжает он, между делом. — "Отец просто… ну. Кинул в воду. Типа "разберёшься" " Я вздрагиваю. "Ужасно", — честно говорю я. "Вот!" — он сразу соглашается. — "Поэтому с тобой так нельзя. Вообще никак нельзя" Его ладони чуть смещаются. "Смотри", — говорит он уже серьёзнее. — "Я никуда не денусь. Ты не утонешь. Даже если просто будешь держаться за меня" Я киваю, хотя он, возможно, и не видит. Сердце всё ещё колотится, но паника потихоньку отступает. "Давай начнём с малого", — мягко продолжает Джон. — "Я держу, ты пробуешь расслабить ноги" Я снова вдыхаю. Медленно. Осторожно. Джон говорит много. Спокойно, уверенно, будто объясняет что-то самое обычное на свете — как дышать или ходить. "Вот так", — он поддерживает меня под спину, ладонью между лопаток. — "Не зажимайся. Вода тебя держит. Ты ей просто мешаешь" Я нервно смеюсь, потому что звучит это странно, но… я пробую. Стараюсь не сжимать плечи, не втягивать шею. Его руки всё время рядом: то под локтями, то на талии, то снова под спиной. Кажется, у меня даже горят уши, но Джон вообще не придаёт этому значения. "Хорошо", — говорит он сразу, как только у меня получается не тонуть пару секунд. — "Видишь? Уже держишься" Я чувствую, как тело впервые не падает вниз, а… остаётся. Вода правда подхватывает меня, и это так неожиданно, что я почти забываю дышать. "Джон…" — шепчу я. — "Я… я держусь" "Ага", — он улыбается, — "Я же говорил" Он убирает одну руку буквально на мгновение, я тут же паникую и хватаюсь за него обратно, вцепляясь в его плечо. "Всё, всё", — он сразу возвращает ладонь. — "Прости, рано" Мне стыдно. За страх, за то, что я такой… неумелый. "Ничего", — добавляет он мягко, будто читает мысли. — "Ты стараешься. Это главное" Потом он учит меня двигать ногами. Медленно, осторожно. Он держит меня за талию, иногда поправляет бёдра, иногда колени, каждый раз я вздрагиваю, краснею, но киваю и делаю, как он говорит. И… получается. Неловко, криво, но вода вдруг начинает слушаться. "Вот!" — радуется Джон искренне. — "Видел? Ты плывёшь. Чуть-чуть, но плывёшь" От этих слов внутри что-то теплеет. Я всё ещё смущаюсь его прикосновений. Очень. Но я ему верю. И, кажется, именно поэтому у меня начинает получаться. "Я могу сам", — тихо говорю я, больше смущаясь, чем возражая. "Я знаю", — тут же отвечает он легко. — "Просто… потискать хочется" Я фыркаю, но внутри тепло. Очень. И тут он вдруг замирает. "О", — говорит он резко и так натурально удивлённо, что у меня сердце подпрыгивает. — "Подожди. Ты это видел?" "Что...?" — я напрягаюсь. — "Где?" "За твоей спиной. Прямо сейчас" Я пугаюсь моментально. Резко оборачиваюсь, едва не хлебнув воды. Сердце колотится, мышцы напрягаются… но там, конечно, ничего нет. Только вода, плитка и отражения света. "Там… ничего", — говорю я, медленно поворачиваясь обратно. И Джона нет. У меня будто землю из-под ног выдрали. Точнее воду. "Джон...?" Я кручу головой, паникую уже по-настоящему, руки начинают беспорядочно грести, тело снова забывает всё, чему его учили. Сердце ухает куда-то вниз. И тут — "Бу!" Он выныривает сбоку с этой своей довольной улыбкой. Я вскрикиваю и рефлекторно вцепляюсь в него, как в спасательный круг, обхватываю за плечи, повисаю. "Ты… ты…" Джон смеётся. Тихо, тёпло, совсем не зло. "Прости", — говорит он сразу и притягивает меня ближе, уверенно удерживая. — "Не удержался. Но смотри — ты сам держался. Даже испугался, а всё равно не утонул" Я утыкаюсь лбом ему в плечо, всё ещё дрожа. Он быстро чувствует, как я напрягаюсь, и тут же смягчается. Ладонью проводит по моей спине. "Тш-ш, всё", — говорит он. — "Смотри, сейчас фокус будет" "Какой…" — я не успеваю договорить. Он вдруг ныряет вниз. Я остаюсь один. На секунду. Этой секунды хватает, чтобы внутри всё сжалось. Я машинально поправляю мокрые волосы, смахиваю их с глаз, пытаюсь выровнять дыхание— И меня резко тянет вниз за ногу. "А—!" Я не успеваю ни вдохнуть нормально, ни сообразить. Вода сразу лезет в рот, в нос, я захлёбываюсь, дёргаюсь, паникую. Это длится совсем недолго, но для меня вечность. Почти сразу Джон выныривает и тянет меня обратно вверх, крепко, надёжно, прижимая к себе. "Чёрт, прости, прости", — быстро говорит он, удерживая меня над водой. — "Рыба моя, я переборщил. Всё, всё, я здесь" Я кашляю, цепляюсь за него обеими руками, лицо горит, сердце колотится так, будто сейчас выпрыгнет. "Я… я не ожидал..." Он сразу становится серьёзнее, лоб хмурится. "Всё, понял. Больше так не буду, честно. Это было глупо" Я прижимаюсь к нему, пока дыхание постепенно выравнивается. "Знаешь", — вдруг говорит он уже мягче, — "Я могу научить тебя нырять. Например… щучкой" Я поднимаю на него взгляд. "Щучкой...?" "Ну или рыбкой. Это одно и то же", — уверенно заявляет он… а потом делает паузу и добавляет: "Кажется" "А ты умеешь?" "Неа", — он улыбается. — "Зато энтузиазма хоть отбавляй. Правда, с моей фигурой то будет не щучка, а… тюлень" Он вдруг хватает меня за плечи аккуратно, но уверенно, а потом ладони съезжают на талию. И прежде чем я успеваю что-то понять, он начинает поднимать меня вверх и вниз, как какого-то… малыша. "Джон!" "Смотри, смотри", — смеётся он. — "Ты заметил, что в воде всё легче?" Меня снова приподнимает, потом опускает, вода тихо плещется вокруг. "Я… нет?" — честно отвечаю я, цепляясь за его плечи. "А зря" И в следующий момент он слегка откидывает меня от себя. Я испуганно ахаю, руки машинально взмахивают в воде, сердце снова подпрыгивает, но он не отпускает далеко, просто даёт мне "плюхнуться" и тут же ловит взглядом. Я брызгаю в него водой. "Эй!"— он явно не ожидал. — "Ах вот как?!" Он хихикает — именно хихикает, по-детски — и тут же отвечает тем же. Вода летит в лицо, по плечам, по волосам. Я зажмуриваюсь, смеюсь, пытаюсь закрыться руками, но это бесполезно. "Джон, хватит!" — говорю я, уже смеясь. "Ни за что", — заявляет он. — "Это месть за покушение на честного и невиновного инструктора по плаванию" Я снова брызгаю в ответ, на этот раз удачнее — прямо в лицо. Он притворно охает, прижимает руку к сердцу. "Предательство, рыба моя" Я брызгаю ещё раз, и в этот момент так неловко уворачиваюсь, что мокрые пряди падают прямо на глаза. Мир на секунду исчезает за тёмной пеленой волос, я машинально поднимаю руки, чтобы убрать их с лица… И тут — бах. Меня обхватывают сзади так резко и плотно, что из груди сам собой вырывается воздух. Не больно, просто неожиданно, слишком крепко. Его руки прижимают мои руки к телу, ладони замыкаются у меня на животе, и я оказываюсь буквально зафиксирован. "Джон!" — выдыхаю я, потому что вдохнуть сразу не получается. "Ага", — довольный голос у самого уха. — "Это чтобы ты не баловался" Он смеётся, но не отпускает. "Иначе ата-та, понял? А то, блин, разошёлся… рыбка" Я чувствую, как он слегка сжимает меня сильнее, и у меня по коже бегут мурашки. Я пытаюсь дёрнуться, но это бесполезно: он слишком сильный, а я… я даже не очень-то и хочу вырываться. "Джон, ты…" Его пальцы начинают считать. "Раз… два… три…" — он водит пальцами по моим рёбрам через купальник, легко, щекотно. — "Ого, какие мы худенькие" Я дёргаюсь и тихо, совсем позорно смеюсь, потому что это щекотно и смущающе одновременно. "Перестань…" — бормочу я, чувствуя, как у меня горят уши. "А то что? Рёбрышки тебе пересчитаю..." Он всё-таки отпускает меня, и вода сразу становится холоднее без его рук. Я ещё пару секунд плыву рядом, не зная, куда деть взгляд, а Джон вдруг мягко кладёт ладони мне на плечи и слегка поглаживает, извиняясь без слов. "Ладно, прости", — говорит он с улыбкой. — "Увлёкся" Я киваю. Мне и правда не обидно. Просто сердце всё ещё стучит слишком быстро. "Слушай", — он оживляется сразу, — "можно понырять. Или наперегонки… хотя нет, это нечестно будет" Он морщится, будто сам себя отругал, и тут же продолжает: "Я могу тебя подсадить, ты с меня прыгнешь. Или можем с бортика, за ручку. Или… да блин, идей куча" Я смотрю на него, на его радостные глаза, и ловлю себя на том, что тоже улыбаюсь. Стеснение никуда не делось, но рядом с ним оно уже не такое тяжёлое. "Давай… повеселимся", — тихо говорю я. Он прямо сияет. "Вот это разговор!" И прежде чем я успеваю смутиться ещё сильнее, он наклоняется и легко целует меня в лоб. Совсем по-доброму, по-дружески. У меня внутри что-то тёплое разливается, и я чувствую себя удивительно… хорошо.