Флакон любви

Дым в коридорах был почти не заметен, но резал горло. Пожар в покоях Селин уже потушили, но весь дворец был на ногах. Стража бегала, наложницы сбились в углы. Слуги шептались о проклятии. О мести. О магии. А в темнице снова стало тихо. Эда сидела у стены. Ключ — в замке. Но дверь не открыта. И вдруг — шаги. Лёгкие. Рваные. Кто-то бежал. Дверь открылась вспышкой. На пороге — Хумейра. Вся в пепле, с порванным подолом, лихорадочно дышит. — Эда Султан! — прошептала она. — Мне нельзя быть здесь. Я на минуту. Но… это важно! — Говори, — резко ответила Эда, вскакивая. Хумейра бросила взгляд в коридор. Закрыла дверь изнутри. — Это не случайно. Пожар. Он… он не случайный. — Я знаю, — спокойно сказала Эда. — Селин не допустила бы, чтобы её убрали случайно. Кто-то хотел этого. Хумейра покачала головой. — Нет. Всё наоборот. Это она всё устроила. Эда застыла. — Что? — Селин сама подожгла часть своих покоев. Всё было рассчитано. Её нашли в обгоревшей комнате — но с небольшими ожогами, неопасными. И рядом… нашли ещё один флакон. Как тот, что нашли у тебя. Только этот — под кроватью. Как будто она тоже стала жертвой. Эда вцепилась пальцами в холодный камень стены. — Она хочет перекинуть вину? Или… прикинуться спасённой? — Её уже ведут к султану, — прошептала Хумейра. — Она будет плакать, врать, кричать о покушении. И валить всё на тебя. На ревность. На магию. На прошлое. На то, что ты — чужая. Что хотела уничтожить её, пока он не передал тебе всё. — …он ей поверит? — спросила Эда глухо. Хумейра на секунду замялась. Потом сказала: — Нет. Уже нет. Султан всё видел. Он был ближе к покоям, чем она думала. Он видел, как она сама подожгла завесу. Я слышала — он молчал, но приказал всем выйти. Он не поверил ни слову. Но и тебе ещё не верит полностью. Эда стиснула зубы. Серкан знає. Но молчит. Опять — Что мне делать? — прошептала она. — Ждать? Хумейра кивнула. — Он придёт. Я уверена. Но… тебе надо быть первой, кто скажет правду. Пока он не решит, что ты снова молчишь. — А если не придёт? — голос стал ледяным. — Тогда… вы останетесь заложниками лжи. Оба. Хумейра достала маленький свёрток. — Тут — доказательства. Я украла со стола Селин. Это письма. Переписка с придворным аптекарем. Всё за её подписью. Эда взяла свёрток. Глаза горели. — Теперь ты не просто служанка, Хумейра. Теперь ты моя… союзница. Хумейра улыбнулась. — И я тобой горжусь, госпожа. Но будьте готовы: утро всё решит.