cotton sugar.

"О, Господи, что я натворил…" Уилл лежал, уткнувшись лицом в подушку, словно пытаясь впитать в нее весь стыд. Провалиться сквозь землю или исчезнуть в аду– все, что угодно, лишь бы не видеть Майка снова. Байерс отчаянно пытался отвлечься, зацепиться мыслями за что-то другое, но стоило образу Майка всплыть в сознании, он начинал яростно колотить ногами по кровати, словно выбивая из себя воспоминания. "Блядь, это же полный пиздец! И он еще и мои секреты знает…" Бессонница терзала его до самого рассвета, и лишь когда часы пробили четыре утра, Уилл наконец-то провалился в беспокойный сон.

***

Словно лунатик, продираясь сквозь сонный туман школьных коридоров в поисках кабинета, Уилл вдруг выхватил взглядом в конце длинного коридора этот невыносимый синий цвет кофты. "О, Господи, да когда же это закончится…Видимо я скоро возненавижу этот цвет". Байерс резко развернулся,намерениваясь избежать встречи. Увы, Уилер стоял прямо на лестнице, ведущей на второй этаж. Пришлось смириться и, проклиная все на свете, совершить утомительный круг по школе, чтобы добраться до другой лестницы. — Уилл, ну что там вчера вообще произошло? Я ничего не понял. Зачем он нас позвал? И что это за желания такие? — Кевин не унимался, пытаясь вытянуть из друга хоть что-то, но в ответ получал лишь уклончивые и поверхностные фразы. Дастин,пытаясь вывести его из транса, дважды щёлкнул пальцами перед лицом Байерса: — Уилл, что с тобой вообще творится? Байерс прижал ладони к вискам, массируя их: — Ребят… я сейчас просто не могу вам рассказать. Может, через неделю, две… три… Я сейчас не в состоянии делиться… некоторыми вещами. Пожалуйста, поймите.

***

Неделя прошла, и Лонни окончательно заперли за решеткой. Всё кончено… Наконец-то в доме воцарилась тишина, звенящая, почти осязаемая. Теперь можно было спокойно принять душ, не вздрагивая от придирок и оскорблений: "Что ты как баба возишься?" "Это не по-мужски!". Байерс-младший отчаянно пытался похоронить эти слова и никогда не вспоминать.Джойс и Джонатан тоже изо всех сил старались вдохнуть в дом жизнь, вернуть его в прежнее русло. И теперь никто не смел отрывать от любимых комиксов, позволяя просиживать над ними до рассвета. Уилер больше не досаждал, но мысли о нем, навязчивые и неотступные, терзали душу. Однажды вечером, погруженный в рисунок, Уилл невольно вспомнил Майка… "Майк… Майк… Мааайк…" – с каждым повторением его имя звучало в голове все протяжнее, словно эхо в пустом колодце. Его волосы… А глаза… Глаза цвета пепси-колы, искрящиеся озорством и неподдельным интересом. Недолго думая, Уилл нарисовал рядом с портретом баночку колы. Он застыл над изображением, зачарованный, словно загипнотизированный. Опомнившись, с досадой стер название, заменив его на "Фанту". "Я не могу перестать о нем думать…" – прошептал он в пустоту комнаты. Уилл поджал колени к груди и откинулся назад, так, что голова слегка свесилась с кровати, позволяя мыслям беспрепятственно роиться в голове. "Что же я делаю…", – Уилл закрыл лицо руками, пытаясь укрыться от собственных чувств. "Лучше бы я его никогда не звал. Дурак, дурак, дурак!" – он слегка ущипнул себя за руку в тщетной попытке прогнать странные мысли. В поисках спасения от мучительных мыслей рука нащупала на полу какую-то книгу,видимо лежавшую под кроватью не первые сутки. Поднеся ближе к лицу, он различил темно-синюю обложку, на которой золотистыми буквами было вытиснено имя автора и название. С отвращением Уилл швырнул книгу на пол и перевернулся на живот, в отчаянии кусая одеяло. — Сынок, с тобой все в порядке? – Джойс тихонько заглянула в комнату, обеспокоенно глядя на сына. Уилл мгновенно сел, оставив на одеяле влажный след. — Да, все в порядке. Просто рисунок никак не получается. — Может, тебе помочь? — Нет, нет, не стоит… Я просто попробую еще раз, – Уилл выдавил из себя подобие улыбки и отвернулся к рисунку. "Клеймо на всю жизнь", – пронеслось в его голове с горечью и безысходностью.

***

Уилл, переодетый в спортивную форму, слонялся по коридорам школы. Кевин ушел в раздевалку, Дастин – в столовую, а Уиллу не хотелось ни туда, ни сюда. Решив переждать в коридоре, он вдруг заметил, как из столовой выходит Уилер. Сердце екнуло, и Уилл, словно испуганный зверек, юркнул за угол, робко выглядывая, куда направится Майк. "Слава богу, пронесло…" Внезапно рядом, оглушая тишину, чья-то рука с глухим стуком припечаталась к стене. — Кого высматриваешь? – прозвучал вкрадчивый голос. Уилл вскрикнул, резко обернувшись и потеряв равновесие. Перед ним возвышался Ченс, один из приятелей Майка,а также игрок баскетбоьной команды. Байерс откашлялся, поднимаясь на локтях. — Да… Дастина жду. Ченс усмехнулся: — А чего тогда прячешься? — Не твое дело, – огрызнулся Уилл, скрестив руки на груди и прижавшись спиной к холодной стене. – Что-то нужно? — Да. Хотел поговорить с тобой. — О чем? — Не перебивай. Насчет Майка. Между нами произошел… инцидент. Хочу предостеречь тебя от общения с ним. Он не самый лучший человек. А ты… м… В общем, он может тебя обидеть или втянуть в неприятности. — Ты сплетни по школе распускаешь?-Байерс не понимал всей сути,но позволять говорить такое о его приятеле не смел. — Что? – Ченс запнулся, словно его застали врасплох. — Вы там поссорились, и теперь ты ходишь и поливаешь его грязью. Это не дело, Ченс. — Уилл, я просто беспокоюсь о таких, как ты. — О каких? – Байерс на миг позабыл о страхе и о том, что ему могут дать по лицу в случае чего. Во всяком случае, он пока ничего такого Ченсу не сказал. Пока что. — Неважно. Просто Майк – конченый придурок, который делает все, что ему взбредет в голову. Как тогда. Почему он заставил тебя ворота открывать? Если бы вас поймали, мы бы еще как-нибудь выкрутились, а тебе был бы полный пиздец. — Но ведь не поймали. И вообще, какое тебе дело до меня? — Ладно. Только не говори Майку, что это я тебе сказал. Хотя, вы вроде и так не общаетесь. Я просто предупреждаю, – Ченс выдохнул, развернулся и пошел прочь, растворяясь в полумраке коридора. "Вот же… Сплетни распускает. Надо сказать Дастину, чтобы тот сказал Майку. Сам я вряд ли подойду…" Байерс пятился назад, пока чья-то грубая рука не схватила его за плечо и не потащила в обратном направлении. В голове промелькнула лишь вспышка ужаса, прежде чем его швырнули в тесную каморку учителя физкультуры, захлопнув дверь изнутри. Уилл вжался в пыльный стол, сердце бешено колотилось в груди: — Эй! Лампа вспыхнула, озаряя тесную коморку. Майк припечатал Уилла к небольшому столу, выставив руки по обе стороны от его плеч, словно в ловушке. Кровь бросилась в лицо Байерсу, раскрасив щеки нежным румянцем. На лице застыла маска смятения, в которой страх боролся со смущением. — Что он тебе там говорил про меня? — Голос Майка звучал приглушенно. Их носы находились совсем близко,почти касаясь. Уилл запрокинул голову, широко распахнув глаза. — Э… — Он попытался что-то сказать, но из горла вырвалось лишь невнятное мычание. — Говори четче, я ничего не понимаю. — Он сказал… он сказал, чтобы я не общался с тобой, — выпалил Уилл на одном дыхании, отводя взгляд в сторону заваленного хламом угла. Чья-то рука коснулась его подбородка, мягко возвращая лицо обратно. — Смотри в глаза, — прошептал Майк, заправляя непослушную прядь волос за ухо Байерса. — Так ты поэтому меня избегаешь? — На губах Уилера заиграла его фирменная хитрая ухмылка. — Что? Я… я не избегаю. — Избегаешь. — Нет! — Я иду по коридору – ты шарахаешься в сторону. Я стою на лестнице – ты обходишь школу кругом. Я в столовой – тебя там нету. Ты что, боишься меня? Я не кусаюсь, — Уилер впился взглядом в зеленые глаза, испуганно смотревшие на него снизу вверх, — наверное. Уилл открыл рот, не находя слов, но тут же опомнился и оттолкнул Уилера, скрестив руки на груди и отвернувшись. — Фу, маньяк! — Если я и маньяк, то ты – моя первая жертва. — Нет! — Да. — Нет! — Я тебе нравлюсь? — Уилер положил руку ему на плечо. — Не-а, — прошептал Байерс, чувствуя, как перехватывает дыхание. В тесной коморке и без того было тесно, а от чужого прикосновения он вздрогнул. — Тогда почему ты весь красный? — Майкл перешел на шепот, обнимая Байерса со спины. — Господи… Это же сон, верно? Ты ебаный извращенец, так еще и.. — Это в твоих снах такое происходит, а извращенец тут я? Повисла неловкая пауза. В животе Уилла бабочки взметнулись вихрем, а затем, казалось, перебрались в легкие, лишая возможности дышать. — У меня есть третье желание, — нарушил тишину Уилер. — М? — Поцелуй меня, пиздюк, — Уилер развернул его к себе, бережно обхватывая ладонями щеки. Новая волна жара прокатилась по спине Байерса. Он почувствовал, как чужие губы накрывают его собственные, а темные кудри щекочут щеки. Уилл хотел открыть рот, чтобы возразить, прокричать, что Уилер совсем ахуел, раз позволяет себе прижимать своего… друга в тесной коморке. Хотя это уже было что-то большее, чем дружба. Язык Майка проник внутрь, скользнул по зубам и деснам, заигрывая с языком Байерса. Тот неловко промычал,не в силах что-то сказать.Разорвав поцелуй, Уилер облизнул губы под истошный выдох Байерса. — Пошли. У нас физра. Уилл застыл, жадно ловя ртом воздух. Казалось, его душа вот-вот покинет тело. Он сглотнул и неуверенно двинулся к выходу. — Уилер, ты полный дурак..и это еще мягко сказано. — Значит тебе они нравятся. Смотри, не зажимайся там с Ченсом, тебе я этого не прощу, — Уилер подмигнул ему, приобнимая за плечо. — Умойся хотя бы, а то сейчас взорвешься.