Консонирующий интервал

Вам, наверное, любопытно, что же было после? Ну, думаю, могу позволить себе утолить этот интерес. Тем более, данная история определенно стоит вашего внимания. Итак, в тот вечер я узнал, что Шерлок не просто придурок, которому некуда деть мозги, а серьезный человек, придумавший новую профессию. Он поведал, что вообще-то является консультирующим детективом, точно не каким-то там залетным мальчишкой в полиции. Хотя, это я уже и без него понял. Словом, проще пересказать дословно. – Кто переезжает? – я оторопел. Нет, не так. Я был в глубочайшем шоке от происходящего. – Ты и я. Мы переезжаем, – он произнес это с той интонацией, с которой обычно говорят вследствие отсутствия нужной реакции. Но, черт возьми, а какой она должна была быть? – Я работал с одной очаровательной дамой в возрасте. Дело закончилось как нельзя хорошо, поэтому сейчас она готова сдать квартиру в центре по хорошей цене, – добавил он, увидев немой спектакль, состоящий из пролетевшего по лицу всего спектра эмоций, на который я был способен. – Господи, да о чем ты вообще… – собственный голос звучал мольбой о пощаде. Почему-то у Шерлока часто бывало так, что он говорил с постоянной уверенностью в моих познаниях о его жизни. Основная проблема состояла как раз в этом: до поры до времени я абсолютно ничего не знал. Только про те дела, которыми мы занимались вместе. – Несколько лет назад ко мне обратилась супруга человека, которому вынесли смертный приговор во Флориде. Однако все разрешилось, я ее выручил. – Да ладно, его помиловали? Серьезно? – Нет. Казнь ускорилась, – и он улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую способен. После этого стало понятно, насколько все попытки вникнуть в происходящее бессмысленные. Внимание, новая стадия: смирение. *** Я даже не помню, как прошел весь следующий день. Просто не мог выкинуть этот разговор из мыслей, что он заполонил все мое сознание. Именно поэтому я на автопилоте передвигался и смиренно ждал вечера, когда мы пойдем к хозяйке смотреть квартиру. Я перечитывал смс с адресом и не понимал, каким образом глупость в виде перформанса в администрации вылилась в это. Как так вышло, что сначала просто пошел за ним непонятно куда, а уже через такой маленький промежуток времени мы съезжаемся? Съезжаемся... Меня пожирала изнутри неопределенность. Пугало, даже ужасало, с какой скоростью развивались события. Пугал Шерлок, женщина, мужа которой он фактически добил. Но ведь переезд сам по себе являлся хорошей перспективой. В отличие от первой половины того дня, в течение которой я старательно, собственноручно выносил себе мозг, вторая половина имела более четкие очертания в памяти. В метро от сотен взглядов создавалось ощущение, будто где-то среди них едет Шерлок. Конечно, не являлось правдой, но я хотел, чтобы это было таковым. Это даже не желание, а какая-то слепая наивная надежда. Бейкер-стрит 221б. Большое здание старого типа, типичное для центра города. Да, точно не чета дому Джека, о котором уже и бог успел забыть, не то чтобы кто-то пониже рангом. На темно-синей двери расположился крупный золотистый номерник, а рядом – пекарня. Да, названию, пожалуй соответствует. Я смотрел на дверь, на вывеску рядом и абсолютно не понимал, что здесь забыл. Шерлок появился, как только часы показали пять. Ни минутой раньше. Выглядел как обычно: все то же пальто, хаотично-упорядоченные кудри, какая-то рубашка, брюки. Тот же взгляд, который казался в свете фонарей прозрачным. Увидев меня, он впервые протянул руку для приветствия, даже улыбнулся, что абсолютно точно сработало на добивание. «А я точно не богу душу отдавать приехал?» – не успело пронестись в голове, как сразу же куда-то улетучилось. В конце концов, Шерлок же не какой-то зверь или маньяк. Сомнительно, конечно, но все же он человек. Не такой как я, но человек. – О, Шерлок, как радостно тебя видеть! – на пороге показалась пожилая женщина. Я не осмелился по внешности предполагать, сколько ей было лет. Она улыбалась до лучиков морщин вокруг глаз, а Шерлок обнимал ее, как родственницу или близкого человека. Моя челюсть валялась где-то в районе ступеней. Я видел, как он общается с людьми, с каким трудом ему дается коммуникация. И застать его таким человечным не ожидал, или не был готов. – Проходите скорее, а то что это мы на пороге застыли? И, да, Шерлок, представь ка мне юношу, что пришел с тобой, – со строгостью, присущей мамам или бабушкам, добавила хозяйка. Ступеньки, укрытые темным ковром, протерлись ровно посередине, сохраняя память о всех обитателях квартиры. В воздухе витала сырость. Миссис Хадсон рассказывала Шерлоку о своем здоровье, а он искренне сокрушался на тему ее хронического радикулита. Я шел за ними тенью, боясь помешать, стать лишним звеном. В квартире пахло крепким кофе и чем-то химическим. На столике в прихожей лежали две связки ключей в блюдце. Все было новым и смутно знакомым одновременно. – Наверху есть вторая спальня, мальчики. Ну, если вам понадобится, конечно, – она говорила легко и просто. Я даже не сразу поверил, что услышал именно то, что должен был. – Конечно, понадобится, что за шутки? – но на это хозяйка лишь улыбнулась и ничего не ответила. Гостиная представилась памятником безупречного хаоса на многие годы вперед. Среди прочего в виде старой, однако красивой, мебели, фортепиано неизвестного происхождения, было бесконечное множество вещей, очевидно принадлежавших Шерлоку. Ноты, книги, половина из которых лежали раскрытыми на разных страницах, непонятные склянки. Несмотря ни на что, квартира была хорошей, даже отличной. Здесь веяло историей неких поколений, о которых я никогда ничего не узнаю. Но стоило признать: там становилось спокойнее. Миссис Хадсон усадила нас пить чай, аргументируя тем, что она просто обязана знать обоих будущих квартирантов. И начался натуральный допрос: откуда я, кто я и далее по списку. – О, Челмсфорд! Прекрасное место. Шерлок рассказывал, что ты оттуда приехал учиться. Кстати, а на чем ты играешь? – На кларнете. – Нетерпеливо оборвал ее Холмс, на что получил строгий взгляд. – Ты говори, Джон, мне правда интересно тебя послушать, – Миссис Хадсон снова улыбнулась. Беседа текла рекой, она была легкой и доброй, будто именно меня здесь и ждали. Хотя, возможно, так оно и было. Даже Шерлок в какой-то момент перестал ерзать на стуле и тоже вникал в происходящее. Я говорил обо всем: о городах, в которых приходилось жить, об академии и как туда попал. О семье не заикался, но так как тактичности у Миссис Хадсон не занимать, мне даже не пришлось выдумывать способы замять этот пласт жизни. Терпения Шерлока на слишком уж продолжительный промежуток времени не хватило. В какой-то момент он встрепенулся и сообщил, что организовал нам встречу с одной из сокурсниц Хольмана, а потому нужно сворачивать все «милые бессмысленные беседы». – Ну, раз вам пора бежать, то я тоже займусь делами. Что ж, – она медленно поднялась со стула и хлопнула в ладоши, как бы призывая обратить внимание. – Джон, ты согласен на такое соседство? Останешься? Я попал под артобстрел из выжидающего взгляда Шерлока и улыбки Миссис Хадсон. Думаю, оба понимали, что поставили все в ту ситуацию, когда ответ являлся чем-то из разряда самособой разумеющегося. Просто из уважения решили уточнить, правы они, или совершенно точно правы. – Да, я только за. Прекрасное место, спасибо вам большое за гостеприимство. И вот как-то так я переехал. Конечно же, предприятие имело свои сложности. Тяжелее всего было оставить Линдси, однако, к моему счастью, они тоже планировали уехать. Миссис Уэйсон была очень рада слышать, что я «наконец-то вырываюсь из клетки этого мрака и ужаса». Она предложила вариант, что сама все объяснит Линдси, но это было недопустимо. Получилось бы, что я струсил. А остаться в памяти девочки исчезнувшим и не до конца понятным объектом не хотелось. К моему удивлению, отреагировала она очень по-взрослому: сдержанно кивнула, а потом спросила, приносит ли мне эта новость счастье. И после утвердительного ответа взяла с меня обещание, что я доведу ее до школы в первый класс. Ну и как можно было отказать? Джек, если что, горевал минут пять, сетуя на то, какой человек уезжает. Его настолько тронул мой переезд, что он даже забыл про оплату за весь месяц. А я, к своему стыду, так и не напомнил. *** Оказалось, что Шерлок договорился о встрече не совсем напрямую и не совсем именно с той, кто был нужен. С сыном женщины, о которой говорил дома, Шерлок был знаком достаточно давно. Какой-то сложной махинацией в виде услуги за услугу он напросился к ним в дом, пока миссис Норт будет готовиться к выходу. Скажу сразу: план сработал шикарно. Успели вовремя, так еще и сама миссис Норт оказалась очень общительной. Пока мы ехали, Шерлок молчал. Нормальная ситуация в нашем общении: отсутствие этого самого общения. Однако, он пристально рассматривал меня. Лицо, волосы, шею, туловище. Пару раз опустил глаза на ноги. Смысла этого перформанса я не понимал. Правда, что хорошо, к такому проявлению Шерлока в социальном взаимодействии я успел привыкнуть. Не все его действия получалось объяснить в голове, но они точно имели для него великое значение. В квартире нас встретили радушно. Было видно, что Николя, так звали сына миссис Норт, с Шерлоком не близко знаком. Не знаю, как это обычно называют, но с годами работы с разного рода людьми, я начал это величать «патологическим добродушием». Он просто был рад нас видеть, даже несмотря на то, что мы приехали исключительно из-за его матери. – Ох, милый, это твои друзья? – из ванной высунулась полная женщина, вдевающая серьги в уши. Не уверен, куда она в тот день собиралась, но выглядела весьма парадно. – Да, мам, это Шерлок и… – он взглянул на меня, а я лишь губами произнес свое имя. – И Джон, да! Они хотели с тобой поговорить о чем-то, ты не против? Миссис Норт прошествовала в коридор. Осмотрела нас. Свела брови к переносице. А затем расплылась в улыбке. – Ну, конечно, я только за. Вы проходите, не толпитесь здесь. Будете что-нибудь? – мы синхронно замотали головами. Времени, кажется, было не так много. На это она лишь наигранно обиделась, поджав губы. Но глаза все еще искрились этой беспричинной радостью, свойственной, как оказалось, всему семейству. Несмотря ни на что, разговаривать с ними было тяжело. Миссис Норт вечно перескакивала с темы на тему, вспоминая всякие сопутствующие ненужные байки из студенческой жизни, истории детства и легенды о родном городке. Шерлок держался долго, но не бесконечно: в какой-то момент начал непроизвольно водить плечами, озираться по сторонам, однако, голоса не подал. Наконец, подвернулся замечательный момент спросить про Хольмана. Правда, здесь сиюминутного успеха тоже не последовало. – Вы знаете, мы были с ним в разных кругах. Все-таки он струнник, я тромбонистка, – она пожала плечами, а Шерлока резко, будто от электрического разряда, передернуло. Вероятно, он уже мысленно вычеркнул ее из списка подозреваемых. Или его настолько разочаровало, что получасовое прослушивание прекраснейших прибауток и потешек из чужой жизни ни к чему не привело? – Ну, может быть, у вас все же были общие знакомые? Или вы что-то знаете о семье, это тоже поможет, – я неосознанно нащупал под столом его руку. Шерлока вело мелкой дрожью, а я мысленно перебирал все, чем можно его занять. – Кажется, не припомню таких. Хотя, у него была кузина, это могу сказать точно. Элис Хольман. Если не ошибаюсь, раньше жила на севере, – она задумчиво возвела глаза к потолку, а затем скользнула по настенным часам. – Ох, мальчики, вы простите, мне пора бежать, а то я опоздаю, – женщина ретировалась в прихожую, поднимая с пола огромный, на вид пудовый, кофр. – Никки, потуши везде свет, я вернусь поздно, так что закройся на ключ. Люблю тебя, сынок! – и с хлопком двери миссис Норт окончательно исчезла. Ник смотрел на нас с блаженной, даже чеширской улыбкой. Вне общества своей матери он был менее активным, однако все таким же широким душой. Я понимал, что уйти сразу не прилично, хоть и в стиле Шерлока, поэтому мы с ним еще немного поговорили. В основном об учебе и каких-то музыкантах. А уже в пороге он таки решился уточнить по поводу того, зачем мы в целом сюда пришли. – Получается, теперь вы пойдете к мисс Хольман? – в его голосе сквозило безудержное любопытство. – Вы вроде как прям настоящие сыщики, да? – Эм, ну, – я неопределенно помычал, призывая нужные слова на язык.– Ты знаешь, мы просто помогаем. Все-таки мы имеем какое-то отношение к музыкальному миру, да и для людей так спокойнее, если с ними будут общаться на комфортной территории. – Шерлок стрельнул в меня каким-то пылающим взглядом, затем резко улыбнулся и спешно попрощался. По завету матери, Ник все же закрылся на ключ, о чем оповестил скрежет скважины. От Шерлока в буквальном смысле летели искры. Было принято решение не трогать его хотя бы минут пятнадцать. Мы молча зашли в какую-то китайскую забегаловку. Шерлок обменялся двумя словами с официантом, которого, как выяснилось позже, он знал уже давно. Сели все также молча. Кстати, в тот день они приготовили что-то до безумия вкусное. Ставлю на то, что это из-за вида, с которым Шерлок заявился. Но там мы надолго не задержались. Не прошло и двадцати минут, как Шерлок, подхватив пальто с вешалки, практически полетел куда-то в неопознанном направлении. – Как ты себя чувствуешь? – он кипел. Еще минута и точно начал бы фырчать от ярости или чего-то очень на нее похожего. – Джон, бога ради, хотя бы ты помолчи, у тебя отлично выходит, – раздраженно прошипел Шерлок, но шаг сбавил, чтобы мы наконец-то поравнялись. И я правда затих. Подсознательно понимал, что он не выдержит и взорвется сам. Так оно и вышло: – Я просто не понимаю, как можно настолько много и пусто говорить. Абсолютно. Это просто невозможно. – Они такие люди, – Шерлок резко повернул на меня голову. – И даже не смотри так. Есть такие как ты, есть такие как я, а есть такие как Норты. Зато мы все же что-то смогли выяснить. – Ага. Только на этот бессмысленный треп мы потратили уйму времени. – Шерлок злился просто от внутреннего бессилия перед видом человека. Вернее, перед его естественной, неизменяемой и строго индивидуальной частью. – Брось. Ты больше сам сейчас накручиваешься, не воспринимай все как трагедию, – на это он лишь сжал зубы так, что послышался характерный скрип.