Под знаком Луны

Маг вернулась вовремя. Гости заняли свои места, готовясь к длительным и серьезным обсуждениям. Девушка бегло оглядела присутствующих, от мнения которых зависел исход совета. Кивнула Митрандиру и Фродо и поспешила к ним. Зал совета находился под открытым небом в тени дубов и кленов, на одном из которых устроился Лаван, наблюдая с высоты за происходящим. Филин ощущал тягучее напряжение, давившее на плечи каждого грузом ответственности. Внутри каждого из собравшихся кипела буря эмоций. Время тянулось медленно. Затяжной прыжок перед судьбоносными решениями. По левую руку от волшебницы располагалась делегация эльфов Лихолесья во главе с принцем. Повернув голову, Лираэн поймала на себе пристально удивленный взгляд Леголаса. За лихолесцами сидели суровые гномы Эребора, недоверчиво и холодно поглядывая на эльфов. После них люди из Гондора, на лицах которых читались сосредоточенность и внимательность. Арагорн и Келарион замыкали круг собравшихся. Присутствию последнего волшебница искренне обрадовалась. Встречаясь глазами с Келарионом, девушка приветственно наклонила голову и улыбнулась. Она предполагала, что Кирдан тоже отправит представителей от Линдона на совет. Давно забытое чувство чего-то родного теплом отозвалось в душе.        — Я знал, что ты вернешься, — в голосе Гэндальфа слышалась гордость.       — Надеюсь, вы с владыкой не спорили, — негромко усмехнулась она, поворачиваясь к волшебнику. — Раз уж нельзя выбирать время, когда родиться, тогда я буду выбирать, как действовать в тех обстоятельствах, которые уготовила мне судьба, — в тон Митрандиру повторила его недавние слова.       — Мудрое решение, — одобрительно качнул головой он и чуть тише, заговорчески добавил. — Я ему предлагал, но он отказался. Путь выбран, первый шаг сделан. Куда бы эта извилистая дорожка ни привела, какими бы камнями преткновения ни были усыпаны ее тропы — Лираэн не свернет. Слишком долго она тонула в море своих сомнений. Поприветствовав собравшихся, владыка Элронд начал издалека, напоминая об истории создания Кольца Власти и его силе. Когда речь зашла о возможности, выпавшей Исильдуру — уничтожить великое зло — но тот не сумел и поддался искушению, Лираэн посмотрела на Арагорна. При упоминании предка на лице нуменорца проскользнула тень. Волшебница знала, что мужчина, как и она, страшился отголосков прошлого, следующих по пятам призраками напоминаний о былых ошибках и несбывшихся надеждах. Подчеркивая, что это общий рок всех народов Средиземья, эльф подвел к выбору — объединиться или погибнуть. Гости молчали, ощущая тяжесть и важность слов. В установившейся тишине голос Элронда звучал особенно значимо и громко, эхом отзываясь в сердцах.       — Покажи им кольцо, Фродо. Растерянный хоббит медленно подошел к мраморному столику, стоящему в центре, и аккуратно положил кольцо. Присутствовавшие затаили дыхание, сосредотачиваясь на предмете. Его сияние было неуловимым. Гипнотизировало и манило, вызывая трепет и страх одновременно. Лираэн ощутила мощную волну темной энергии, готовой поглотить, стоит только протянуть руку. Она слышала истории о том, как кольцо шепчет, искушая исполнением самых сокровенных желаний. Волшебница оглядела присутствующих. В глазах эльфов виднелся страх предчувствия неотвратимости надвигающейся бури. Гномы с подозрением следили за кольцом, словно опасаясь, что оно вот-вот вырвется из-под контроля. Арагорн был серьезен и бесстрастен. Но волшебница понимала, что за маской напускного спокойствия скрывается внутренняя борьба. Взгляд Боромира особенно привлек внимание. Он смотрел слишком открыто, с не скрываемым интересом, будто желая понять, что скрыто за этим сиянием. В его глазах она заметила противоречия. Боромир, проходя вдоль столика, упрямо настаивал — кольцо необходимо Гондору. Мощный инструмент и оружие врага, способное изменить ход приближающейся войны. В голосе скользила требовательность, игнорируя предостережения Элронда об опасности использования кольца.       — Кольцо тебе не подчинится. Оно создано с целью разрушать и порабощать, а не защищать, — спокойно, но твердо перебила Лираэн, обращая на себя внимание и недоверчиво глядя на гондорца. — Ты не слышал, что сказал владыка Элронд? Кольцо должно быть уничтожено. Мужчина, хмуря брови, с вызовом и недовольством посмотрел на волшебницу с высоты своего роста. Недоумевая, кто она и как осмеливалась ему указывать. — А что на совете забыла девчонка? — делая акцент на последнем слове и желая подчеркнуть юный на вид возраст и возможную недальновидность, с долей насмешки спрашивал он. — Что ты можешь понимать?       — Боромир! Не стоит делать поспешных выводов, когда не знаешь, кто перед тобой, — решительно предостерег Арагорн.       — И кто же передо мной?       — Лунный маг, — она поднялась с места, делая шаг и вставая напротив. На смену былому страху зарождалась внутренняя уверенность в своих действиях. Пренебрежительное отношение задевало, но волшебница не подавала виду. Их разделял только стол. Лираэн четко видела, как Боромир изменился в лице — темные брови приподнялись, зрачок, расширяясь, заслонил серую радужку, а губы приоткрылись в невысказанном замешательстве.       — Но Лунные маги давно исчезли, — не веря словам девушки, подал голос кто-то из делегации гномов. — От них остались легенды. Увидев сомнение и на лице Боромира, девушка приподняла рукав и показала метку. Удивленно недовольный шепот пронесся по залу. Она чувствовала, направленные ей в спину уничижительные взгляды, которые острыми иглами впивались в кожу, вызывая напряжение.       — Приспешникам Саурона тут не место! Может тебе самой нужно кольцо? — Боромир, возмущенный присутствием Лунного мага, не отступал. В глазах гондорца читалась не скрываемая неприязнь. Девушка сжала кулаки, пытаясь сохранить невозмутимость и не схватиться за рукоять меча. Некоторые эльфы, гномы и люди согласно закивали, разделяя его отношение и опасения.       — Она доложит Саурону о наших планах!       — Она может после совета отнести кольцо прямо в руки врага!       — Господа, не забывайтесь! — владыка поднялся со своего места, смерив присутствующих жестким взглядом. — Лираэн неответственна за всех Лунных магов.       — Действительно. Не все Лунные маги поддались искушению Саурона. Некоторые маги, в том числе мать Лираэн, нашли приют в Линдоне и сражались вместе с людьми и эльфами в войне Последнего Союза, — Келарион разделял мнение Элронда, взглянув на остальных с долей укора. Лираэн хотела ответить, но в следующее мгновение с дерева спикировал Лаван. Воинственно размахивая крыльями и выставив вперед острые когти, филин стремительно летел прямо на Боромира, который во много раз превосходил фамильяра в размерах. Он шипел и готовился вцепиться в обидчика, защищая хозяйку.       — Лаван, нет! Остановившись в метре от гондорца, филин яростно и недовольно прожигал его взглядом, словно пытался проникнуть в самую душу. Затем специально махнув крыльями перед носом рассерженного Боромира, Лаван пронесся над головами собравшихся и демонстративно закричал, как бы намекая, что в следующий раз не отступит. Сверкнув темными глазами, фамильяр занял место на плече хозяйки. Маг, ощущая поддержку, мысленно поблагодарила его, решительно и настойчиво глядя на мужчину.       — Господин, Боромир, если бы мне нужно было кольцо, я бы не тратила время на разговоры с вами, а была бы уже на пути в Мордор. Я не собираюсь вести бессмысленные споры в попытке переубедить относительно Лунных магов. Но хочу заверить вас всех, что мои намерения помочь искренни и чисты.       — Говорите вы складно, госпожа волшебница! Но нельзя не согласиться с Боромиром.. — один из эльфов Лихолесья хотел высказаться, но, к удивлению девушки, Леголас осек его, окинув грозным взглядом. После чего тот спешно добавил. — Но владыка Элронд безусловно прав.       — Я сказал свое мнение!       — Боромир, Лираэн права. Кольцо Власти подчиняется только Саурону. Только он властелин, — в попытке образумить воина сдержанно утверждал Арагорн.       — Откуда следопыту знать про это?       — Он не просто следопыт. Он Арагорн, сын Араторна, — вмешался Леголас. Эльф нахмурился и поднялся, добавив тоном, не требующим возражений. — И наследник трона Гондора. Ты должен подчиняться.       — У Гондора нет короля, — после недолгой заминки, полушепотом произнес Боромир, пытаясь обдумать услышанное. Посмотрел в глаза Арагорну и резко и яростно отрезал. — Гондору не нужен король!       — Достаточно! Мы собрались не за этим! Кольцо должно быть уничтожено! — голос Элронда, исполненный суровости, заглушил их спор. Владыка заставил всех замолчать, напоминая о цели совета. — Один из вас это сделает. Отнесет его туда, где оно было отлито, в жерло Роковой Горы. Гости переглянулись, осознавая всю опасность и риск задуманного. Слова эльфа, словно искры, разожгли угасающий костер разногласий, который вспыхивал ярче с каждой произнесенной фразой. В попытке перекричать друг друга, активно жестикулируя, присутствующие вскочили со своих мест. Никто не желал уступать — гномы не хотели доверять судьбу кольца эльфам, эльфы не признавали авторитета гномов, а люди, сочтя миссию заведомо обреченной, требовали оружие для защиты Гондора. Зал совета превратился в огромный улей, наполненный гудением упрямых голосов, полных уверенности исключительно в своей правоте, что раздражало и действовало на нервы. Лаван, сидевший на плече хозяйки, с интересом наблюдал за происходящим. Лираэн внимательно посмотрела на Гэндальфа, которого явно злило подобное поведение. Вместо объединения в переломный момент, все погрузились в бесконечные ссоры и упреки, разжигая огонь раздора, который мог сжечь все надежды.       — Я возьму его, — Фродо неуверенно поднялся с места, но слова утонули в море возмущений. Однако маг и Митрандир, сидевшие рядом, прекрасно услышали, их обеспокоенные взгляды сосредоточенно следили за хоббитом. Сердце девушки сжалось. Она не могла поверить в смелость и безумие этого маленького существа. Полурослик сделал еще шаг, голос стал громче и настойчивее, роковые слова четко слетали с языка. — Я отнесу кольцо в Мордор. Спорившие замерли, с непониманием и недоумением посмотрели на Фродо, кажется, не до конца осмыслив услышанное. Никто не решался ничего сказать. В этом юном хоббите оказалось больше решимости, чем в умелых воинах, которые предпочли действиям пустые разговоры. Краем глаза волшебница все это время следила за Гэндальфом. На его лице читался весь спектр эмоций — ужас и страх сменялись удивлением, затем принятием и, наконец, в глазах отразилась толика гордости. Митрандир подошел к полурослику и положил руку ему на плечо, показывая поддержку. — Я помогу нести тебе это бремя, Фродо. Столько, сколько потребуется. Недолго думая, Арагорн, Леголас, Гимли и Боромир, последовав его примеру, дали клятву защищать хоббита и идти за ним до самого конца. Вновь прошлое и будущее соединялись в Имладрисе в одно целое. Личная история Лираэн сливалась с историей Средиземья, подобно капле воды, упавшей в море и растворяющейся в его глубинах. Она стала частью волны судьбы, что двигалась к неизбежным переменам. Чувствуя молчаливую солидарность филина, маг подошла к остальным.       — Пусть Луна тебе благоволит, Фродо. Моя магия готова освещать каждый твой шаг и защищать от опасности, — мягко произнесла Лираэн, полуулыбаясь и кивая Фродо. Она встала рядом с Гэндальфом, который одобрительно качнул головой. Внезапно другие хоббиты выбежали из-за колонн, обращая на себя внимание.       — Мы тоже пойдем! — гордо известил Пиппин, скрещивая руки на груди. — Вам наверняка понадобятся толковые парни для такого дела!       — Да! Домой мы вернемся только если вы отправите нас в мешках!        Элронд лишь по-доброму усмехнулся их смелости и дерзости, не став возражать. Эльф благословил добровольцев, окрестив их братством кольца. С этого момента словно невидимые нити их судьбы переплелись в единую линию. А судьба Средиземья теперь зависела от хоббита, чья смелость и вера могли изменить ход истории.

***

Совет продлился до вечера. Сумерки медленно опускались на Ривенделл, густой тенью укрывая дворец. Гости, погруженные в свои мысли, задумчиво расходились. Лираэн хотела серьезно поговорить с Гэндальфом насчет Эрны, но волшебник быстро скрылся с владыкой. Осознав, что разговор не состоится, маг собралась в свою комнату, ощущая легкое разочарование.       — Ты хорошо держалась, — закончив диалог с Арагорном, Келарион подошел к девушке и приветственно кивнул филину, на что фамильяр радостно ухнул в ответ.       — Трудно сохранять самообладание, когда большинство настроены против тебя, — устало выдохнула она, оглядывая высокую и статную фигуру эльфа в синем камзоле, который показывал принадлежность к Линдону. Длинные русые волосы были убраны назад, прямые и благородные черты лица скрывались в темноте вечера. На тонких пальцах бликовали кольца. — Спасибо за поддержку. Мужчина коротко качнул головой и сдержанно, но тепло улыбнулся. Они неспешно двинулись в сторону дворца, наслаждаясь вечерней прохладой. Лаван летел впереди, лавируя между встречными эльфами.       — Я лишь напомнил о том, о чем многие предпочитают забывать. Ошибки прошлого не определяют твою истинную суть.       — И все же есть ошибки, которые не забываются и не заслуживают прощения, — упрямо настаивала девушка. Она понимала, что несмотря на готовность отдать жизнь за спасение Средиземья, многие все равно не верили в искренность ее намерений. — Их тень будет до конца следовать за мной, как бы я ни пыталась от нее скрыться.       — Лираэн, не позволяй прошлому диктовать будущее. Прошлое важно, но как пройденный этап, — серьезным тоном сказал Келарион, строго поглядывая на мага. Ему не нравилось, что Лираэн перекладывала на себя бремя чужих ошибок. — Как бы нам ни хотелось, мы не в силах его изменить, но мы вправе решать, каким будет наше будущее.       — Оглядываясь на прошлое, я надеюсь избежать ошибок. В голову упорно лезла навязчивая мысль — хватит ли у нее воли противостоять искушению кольца или ей суждено повторить судьбу своего народа и поддаться тьме. Пытаясь гнать подобные мысли, волшебница поспешила перевести тему.       — Как дела в Линдоне? Как Кирдан?       — Земля Музыки стала еще тише. Песни лаиквенди все реже разносятся по лесам и отражаются в водной глади Залива Лун, — в голосе мужчины слышались грустные ноты. Ему тяжело было видеть, как великое королевство увядало вместе с народом. — Время эльфов проходит. Сейчас все приезжают в Митлонд, чтобы отплыть в Валинор в поисках покоя. Зову Ульмо, могучему и сильному, подобному неизведанным морским глубинам, противиться сложно. Она слышала рассказы эльфов о щемящей тоске, сжимающей сердце. Как души требовали умиротворения, борясь с непреодолимым угасанием из-за изменчивости мира. Для Лираэн Бессмертные земли стали недосягаемой и недоступной загадкой, скрывающейся за горизонтом.       — Кирдан ждал тебя.       — Я хотела, но обстоятельства.. — она запнулась, ощущая укол совести.        Варна дружила с Кирданом Корабелом, который после гибели Гиль-галада стал правителем Линдона. Мужчина хорошо относился к ее дочерям. Лираэн помнила, как в детстве они вместе с другими эльфийскими детьми любили слушать его рассказы о Великом походе, Берелианде, Падении Нуменора — обо всех тех далеких событиях и подвигах, свидетелем которых он являлся, поскольку был старейшим эльфом, жившим еще со времен Первой Эпохи. После гибели Варны он поддерживал сестер и предлагал им остаться в Линдоне, но боль от потери была сильнее. В каждом уголке дворца, в каждом цветке и растении сада дочери чувствовали незримое присутствие матери.       — Не волнуйся. Он все понимает.       — А Эрна приезжала?       — С того дня, как вы уехали, я ее больше не видел.       — Как ты? Как Тилаэль? — наконец осторожно поинтересовалась Лираэн. Они остановились около двери ее комнаты. Маг растерянно потупила взгляд, боясь смотреть на мужчину.       — Все также, мне спешить некуда. Помогаю Кирдану с делами и занимаюсь его личными поручениями, — и чуть тише, немного подумав, добавил. — Тилаэль хочет уплыть в Валинор. Лираэн прикусила язык, ощущая, как плечи тяжелеют под давлением груза вины. Потеряв мать и сестру, она осознала, какую боль испытывала жена Келариона. Если бы волшебница уговорила Ардана вернуться на берег, а не оставаться в море, увидев надвигающийся шторм, то он был бы жив. Девушка никогда не сможет себе этого простить. Эрна тогда долго просидела на берегу в оцепенении, узнав о гибели Ардана и отказываясь верить в услышанное. Лираэн в тот момент показалось, что отчасти сестра, как и Тилаэль, винила мага в случившемся. Теперь женщина хотела унести любовь к сыну и горечь утраты в Бессмертные земли.       — Лираэн, ты же знаешь, я тебя не виню, — спокойно произнес мужчина и взял ее руку. — Ты не могла предвидеть подобного исхода. Ардан был умелым мореплавателем, но в то утро стихия оказалась сильнее его самоуверенности. Их парусник перевернулся на волнах. Лираэн погрузилась под воду и не видела, что произошло с Арданом. Когда она вынырнула, эльфа на поверхности не было. Ответом на ее крики был лишь свист ветра и шум волн. В следующую минуту девушка уткнулась в плечо Келариона, стиснув зубы в попытке подавить эмоции. Но пузырь с накопившимися за последние дни переживаниями лопнул. Свободная рука эльфа по-отечески заботливо коснулась светлых волос, утешающе поглаживая. Несколько капель слез скатились по складкам камзола.       — Для Ардана ты была как сестра. Он бы не хотел, чтобы воспоминания о нем приносили тебе боль, — мягкий голос раздался возле уха. Волшебница все понимала, но осознание, что все могло сложиться иначе, если бы Лираэн настояла на своем, разрывало нутро.       — Он был отличным братом, который научил нас с Эрной плавать и ездить верхом, — стирая влажную дорожку со щеки, полуулыбнулась она. — А ты хороший наставник, который научил меня держать меч и помогал, когда что-то не получалось.       — И ты оказалась довольно способной ученицей. Даже меня выигрывала. Тихий искренний смешок заполнил коридор. В карих глазах мужчины отражалась все та же теплота и доброта, что волшебница видела еще в детстве. Лираэн была благодарна эльфу за все, чему он ее научил.       — Совсем забыл, — он достал из сумки небольшой сверток и протянул ей. — Кирдан просил передать небольшой подарок, чтобы ты всегда помнила, что тебе есть, куда возвращаться. Лираэн однажды долго размышляла, что для нее значил Линдон. Могла ли назвать своим домом. Если дом это место, где ты родился и вырос, то да. Если дом это место, где ты счастлив. Счастлива она была в детстве, когда рядом были мать и сестра и когда мир казался другим. Простым и понятным.       — Спасибо! — от переизбытка чувств девушка не сдержалась и обняла эльфа. Глубоко в душе она искренне жалела, что не приехала ни разу в Линдон, чтобы повидаться с теми, кто ей дорог. — Надеюсь, мы еще увидимся.       — Мы обязательно встретимся. От Келариона пахло морским бризом — запахом, который волшебница никогда не забудет. Иногда она, закрыв глаза, вновь возвращалась на галечный берег, где крики чаек провожали солнце за горизонт, и волны шептали голосом Ульмо древние легенды. Лираэн хотела бы еще раз взглянуть на Залив Лун. Пройтись по берегу, ощущая босыми ногами твердость мелких камушков и прохладу воды. Если она выживет, то обязательно еще раз увидит море.