Новый пациент

Чем бы Стив не занимался, Пирс и Барнс не выходили у него из головы. Прошло уже больше недели, а он всё вспоминал злополучный приём, и чем больше размышлял, тем меньше ему нравился Пирс. Точнее, тем более он становился ему отвратителен. Конечно, оставалась вероятность, что Стив пристрастен, себе-то он мог признаться — Джеймс Барнс был ему крайне симпатичен. Но даже если бы Барнс оказался противнейшим из омег, Стив чувствовал бы потребность его защитить. Происходящее ему не нравилось, ну не видел он искренности ни в заботе альфы о здоровье омеги, ни в его желании иметь детей. У Пирса были деньги и были дети. У Джеймса не было метки, при том, что альфа утверждал, будто хочет от него детей. Устав бессмысленно перебирать скудный набор фактов, Стив позвонил той, которая знала всех богатых мерзавцев в городе и могла бы дать ответ. Наташа Рашман работала в юридическом отделе Старк Индастриз и пару раз помогала юристу клиники с самыми заковыристые делами. Стив познакомился с ней пару лет назад, и с тех пор они приятельствовали. Наташа предпочитала не терять времени зря, поэтому, поздоровавшись, Стив сразу перешёл к делу: — Мне нужна помощь. У меня новый пациент, и меня очень настораживает поведение его альфы. — Роджерс, ты ходишь по грани. — Наташа, я серьёзно. У омеги нет метки, при этом Пирс утверждает, что хочет от него детей. — Пирс? Что-то знакомое, а как имя? Стив заглянул в записи. — Александр, Александр Пирс. Альфа, ему за пятьдесят, я думаю. — Я определенно слышала это имя. До суда дело не дошло, но был какой-то скандал. Перезвоню, как только узнаю точно. Перезвонила Наташа уже через день и назначила встречу: она никогда не обсуждала ничего серьезного по телефону. За что Стив любил работу в Клинике Марии Старк, так это за предсказуемость рабочего графика. Оставалось время и для спортивного зала, и для встреч с друзьями. В итальянский ресторанчик он пришел первым и сделал заказ за двоих. Вкусы Наташи Стив знал неплохо: эта крохотная женщина обладала отменным аппетитом и обожала лазанью. Наташа, как и Стив, приехала сразу с работы, поэтому сначала они поужинали, и только закончив с едой, начали серьезный разговор. — Этот твой Пирс — мутный тип. Года два назад в городе был скандал связанный с сиротским приютом и меценатами, дававшим деньги сироткам. Речь в основном шла об омегах, хотя пострадали не только они. Пирс был в списке благотворителей, но он к тому моменту уже не оказывал активной помощи, а потому поймать на горячем его не удалось. А от дел он отошёл, потому что женился на одном из сирот. — Барнс? — Верно. Церемония была скромной, без гостей, Пирс забрал мальчишку буквально перед самым выпуском — и с тех пор сидит тихо. Наташа замолчала, как только так ним подошёл официант забрать тарелки. Едва тот ушёл, Стив спросил: — И это всё? — Терпение, доктор Роджерс, — насмешливо осадила его Наташа, — я ещё не закончила. У Пирса это третий по счёту брак. Первый был заключён в молодости, там родилось двое детей, потом состоялся развод. Омега из влиятельной семьи, так что всё ему причитающееся он получил, адвокат его семьи об этом позаботился. Лет пятнадцать Пирс оставался холостым, а потом женился на сироте. Не прошло и четырех лет, как тот покончил с собой. Было расследование, выяснилось, что омега хотел забеременеть и не смог. За время брака он прошёл обследования в десятках клиник, чуть ли не каждый день ездил на приём и везде его сопровождал Пирс. Много врачей и очень много процедур, а беременность так и не наступила, что было весьма странно, ведь вскрытие показало что омега был совершенно здоров. Как бы то ни было, парень впал в депрессию и покончил с собой, а Пирс, видимо, начал присматривать себе нового мужа. И нашёл меньше, чем за год. И теперь он лечит от бесплодия уже его? — Он настаивает на осмотрах и обследованиях, в которых почти нет смысла, — Джеймс здоров. Обследоваться сам он наотрез отказался. — Могу ошибаться, но, по-моему, ему нравится сам процесс. Я уточнила, все врачи, у которых лечился его второй муж, были альфами. Интересная избирательность, правда? Квалификацию далеко не всех я бы признала удовлетворительной. — Ты хочешь сказать, ему нравится смотреть, как его мужа трогает другой альфа? Это же противоестественно. — Ты врач, Роджерс, мало ты что ли видел противоестественного? Лучше поинтересуйся, в каких ещё клиниках обследуют Джеймса, вряд ли ты единственный его врач. Стив выругался. Наташи приподняла брови, отпила глоток кофе. — Я бы и грубее сказала. — И что мне делать? Я даже поговорить с Джеймсом не могу, Пирс постоянно рядом. Стив скорее думал вслух, но Наташа ответила: — А ты не можешь оставить его в клинике на несколько дней? — Разве что провести диагностическую пустую течку. — Вариант. Попробуй, а то через годик Пирс снова останется вдовцом. Сколько омега ещё выдержит, он же совсем молоденький. — Господи, ты понимаешь, что предлагаешь? Пустая течка для омеги — это постоянная боль. Наташа откинулась на спинку стула, отбросила назад волосы, спросила жёстко: — Думаешь, умирать ему будет не больно? Она была права. Несколько дней стоило потерпеть, чтобы потом жить свободно. И если бы терпеть пришлось ему, Стив согласился бы не раздумывая, но Джеймс... Перед глазами стояла нежная кожа без метки, закушенная от смущения губа, округлый подбородок с ямочкой и розовые от смущения и стыда щёки. — Спасибо, — сказал Стив наконец. — И за расследование, и за совет. Я подумаю, как поговорить с Джеймсом. — Поговори. Я не работаю с бракоразводным делами, но для него, пожалуй, сделаю исключение. Разговор с Наташей вернул настроение Стива в позитивное русло, в том смысле, что теперь вместо бесконечных раздумий у него появилась цель. Он ждал следующего визита и разговора с Джеймсом, даже уговорил Брюса отвлечь Пирса, когда тот придёт с омегой. Время визита ещё не подошло, и Стив перебрал все возможные сценарии. Довольно скоро он пришел к тому, что снова думал о Джеймсе день и ночь. Это выматывало. В конце концов у Стива получилось отвлечься, у него была собственная довольно насыщенная жизнь, пусть и не было до сих пор омеги. Как-то не сложилось, сначала он был слишком занят учебой, потом — работой. На самом деле было сложно признать, что за всю жизнь он просто не встретил никого особенного. По-настоящему особенного. Романы случались, даже более-менее серьёзные, но как только начинались ссоры из-за его большой загруженности, Стив легко шёл на разрыв. У него была цель — стать отличным врачом. Или просто не было любви? Как бы то ни было, увлечение пациентом застигло его врасплох. В конце концов, он запретил себе каждую минуту думать о Джеймсе и почти преуспел, если не считать сны. К исходу третьей недели Стив был на грани того, чтобы попробовать выяснить, у кого ещё наблюдается Джеймс Барнс, самостоятельно. К счастью, у него хватило ума посоветоваться с Наташей. — Ты, конечно, можешь попробовать узнать у коллег, но тогда будь готов распрощаться с лицензией. Это будет расценено, как преследование и вмешательство в личную жизнь. Ты знаешь, Роджерс, такие вещи всплывают всегда. — Но что мне делать? Вдруг сейчас над Джеймсом издевается какой-то коновал, думаешь, его альфа будет тщательно выбирать специалистов? Пирса же совсем другое интересует. — Наберись терпения. Терпения, Стив. Только сохранив холодную голову, ты сможешь помочь Джеймсу Барнсу. И ещё. Любые личные инициативы только после того, как он перестанет быть твоим пациентом и подпишет соответствующий документ. Я пришлю тебе форму. Стив поблагодарил и повесил трубку, а телефон тренькнул входящим сообщением с прикрепленным файлом. Кажется, Наташа переоценивала его интерес к омеге. Каким бы симпатичным не был Барнс, Стив не собирался ставить под удар свою работу. На следующий день Джон сообщил, что Пирс позвонил и записал своего мужа на приём. *** Пирс был самодоволен, как и прежде, а вот Джеймс показался Стиву ещё более неуверенным и смущенным. Стив и сам нервничал так, что пришлось незаметно вытереть ладони о халат. — Как ваши дела, Джеймс, самочувствие в норме? — Да, док. — Беременность пока не наступила, — прервал омегу Пирс, — так что течка по расписанию. Стив почувствовал, что в нём поднимается гнев на этого мерзавца. — Мистер Пирс, вы взрослый человек и отлично знаете, что возможность забеременеть между течками для омег исчезающе редка. Кроме того, я обратился с вопросом не к вам, а к Джеймсу. Это он мой пациент. А вы всего лишь присутствуете. Пирс на отповедь только поднял брови. — Я всего лишь его альфа, доктор Роджерс. И я здесь для соблюдения интересов Джеймса. — Отлично. Тогда для начала возьмём кровь. На локтевом сгибе Джеймса ясно виднелись следы уколов. — Вам делали инъекции? Вы наблюдаетесь у кого-то ещё, Джеймс? — У меня брали кровь, — голос у Джеймса был приятный, а ответ — не очень. — Кровь для анализа? — Вы не хотели видеть Джеймса до течки, и мы обратились к другому специалисту. — Я не хотел зря тратить ваше и моё время, — Стив заставил себя посмотреть прямо в глаза Пирсу. Пирс наблюдал за ним внимательно, даже жадно, и, как это ни противно, Стив должен был дать этому подонку то, что ему было нужно. Чтобы тот не сорвался с крючка, не прекратил посещения. — Перед течкой каждый день имеет значение, и теперь я хотел бы видеть Джеймса чаще. Хотя бы раз в три-четыре дня. Кровь набралась в пробирки, и Стив отложил их в сторону. — Джеймс, мне нужно, чтобы вы заполнили опросник. А пока я хотел бы поговорить с вами, мистер Пирс. Они вышли в приёмную. Джона нет было, Стив посмотрел на часы: Брюс обещал подойти, но его могли отвлечь пациенты. — Я знаю, что вам дорого время, но прошу вас подумать о диагностической течке. Стив отошёл к окну, он смотрел на заполненную людьми улицу, так было проще сохранять самообладание и не наброситься на другого альфу с кулаками. — Диагностическая течка? — похоже, Пирс был удивлен. — Пустая течка под наблюдением врача. Она проходит в клинике, под круглосуточным наблюдением, доступ для посещений будет закрыт. Мы должны провести обследование, вы сможете наблюдать за всеми процедурами по видеотрансляции. Хочу сразу вас успокоить, я единственный альфа, кто будет иметь доступ к Джеймсу, остальные сотрудники беты или женщины. Но мне придётся наблюдать его минимум дважды в сутки. В этот момент в кабинет заглянул Брюс. — Доктор Роджерс, вы заняты? — Доктор Бреннер, вы очень кстати. Я как раз рассказываю мистеру Пирсу о диагностической важности наблюдаемой в клинике течки. — В самом деле? Мистер Пирс, вам повезло, доктор Роджерс настоящий специалист. А такая диагностика может дать интересные результаты. Брюс говорил и говорил, удерживая внимание Пирса, а Стив неслышно вернулся в кабинет.