Новый пациент

Среда была любимым днём Стива — в этот день он обычно принимал беременных омег. Кабинет наполнялся их мягким, почти неуловимым запахом, тихим смехом и улыбками. Стив тепло относился ко всем своим пациентам, но беременные точно были его любимчиками. Джон это знал, Брюс знал, да все, кто хоть сколько-нибудь хорошо были знакомы со Стивом, говорили, что в среду он похож на кота, досыта наевшегося сливок. Именно поэтому анализы Барнса попали на стол Стива только в четверг. — Пришли вчера после обеда, не стал портить тебе среду, док. С этими словами Джон отдал ему распечатки с практически идеальными анализами. — Спасибо, Джон. Настроение ощутимо поползло вниз. За время самостоятельной практики у Стива было несколько пар, в которых бесплодием явно страдал альфа, отказывающийся даже пройти обследование. Это были самовлюблённые, невежественные тираны, их омегам оставалось только посочувствовать. Стив, разумеется, прикладывал все усилия, чтобы уговорить альф на консультацию у специалиста, но как же было жаль времени и сил, потраченных на уговоры этих индюков. Пирс мало считался с чувствами своего омеги, но он был мерзавцем какой-то иной породы. И то, что Стив не мог понять какой именно, выбивало его из колеи. Он попросил Джона договориться с Барнсом о следующем приёме, а сам принялся размышлять, что не сходится? Была в поведении Пирса какая-то фальшь. Первое, что бросалось в глаза — метка. У Джеймса не было метки. Все эти идиоты, считающие подозрение в бесплодии посягательством на свой статус альфы, первым делом ставили своим омегам метку. На шейных железах Джеймса не было ни малейших следов того, что метку поставить ему хотя бы пытались. Конечно, метка могла быть отвергнута организмом омеги по самым разным причинам. Болезнь омеги или альфы, недостаточный уровень гормонов у альфы, биологическая несовместимость — редкий, но возможный вариант. Но во всех этих случаях оставалось небольшие, иногда почти неразличимые шрамы. У Джеймса их не было. Стив осмотрел его тщательно и был уверен — на гладкую, мягкую кожу никто не покушался. Он ещё подумал тогда, что метка красиво смотрелась бы, оттененная тёмными волосами. Омега был по юношески красив, и даже будучи его врачом, Стив не мог этого отрицать. Джон вернулся с сообщением, что Барнс и Пирс придут в понедельник, и Стив постарался выбросить их из головы до этого времени — его ждали другие пациенты. Понедельник выдался сложным. Конечно, не сравнить с тем, какие случались на работе в городском госпитале, там иногда творился сущий хаос. Стив никогда не сожалел о годах, которые проработал в Бруклинском госпитале, и был благодарен всем своим наставниками, но и о переходе в госпиталь имени Марии Старк не жалел. Здесь была возможность уделить больше внимания каждому пациенту, чаще достигался успех. В профессиональной деятельности у Стива были ограничения, как у альфы. Так, он не мог присутствовать на родах — альфе практически невозможно было остаться беспристрастным в непосредственной близости от страдающего омеги. Даже ассистировать на родах альфы не допускались. В госпитале из-за нехватки персонала ему случалось пару раз нарушать это правило, и Стив вынужден был признать — опыт оказался не слишком приятным. Зато он был более чуток к настроению омег, и часто это оказывалось полезным — вызывало доверие у пациентов. В понедельник утром у Даррена Уолша — омеги со сложной беременностью близнецами — прямо на приёме отошли воды. Даррен дохаживал последние недели, и Стив просил его приезжать при малейшем беспокойстве. Даррен наблюдался у Стива три года, был одним из первых его пациентов в клинике Марии Старк, у них установились достаточно тёплые и доверительные отношения. Конечно, Даррен перенервничал и стал настаивать на том, чтобы Стив присутствовал на родах. Его альфа тоже запаниковал, стал уговаривать Стива, обещал доплатить любые деньги и был глух к аргументам. В итоге всё же удалось уговорить их отправиться в родильное отделение, но после происшествия Стив отправился пить с Брюсом его успокоительный чай. Следующий три приёма выдались довольно спокойными. Джон тщательно проветрил кабинет, распылил нейтрализатор запахов, и всё равно, стоило вспомнить утро, под кожей Стива словно начинали ползать муравьи. А ведь омега даже не испытывал сильной боли, только тревогу. — Следующий Барнс, — предупредил Джон, и Стив мысленно велел себе собраться. Пирс снова был в безупречном костюме, Барнс — в джинсах и тёмной толстовке. Они поздоровались, омега сел на предложенный стул, альфа — за его спиной, и сразу уставился на Стива холодными рыбьими глазами. — Ну что ж, могу вас обрадовать, все анализы мистера Барнса в норме. — Так Джеймс здоров? — Насколько я могу судить, да. На мой взгляд, у мистера Барнса… — У Джеймса, — настойчиво повторил Пирс. — У Джеймса. — Стива раздражало, что Пирс так упорно ломал дистанцию между ним и омегой, при том что тот подобную инициативу не поощрял. — У Джеймса отмечается небольшой дефицит массы тела. Это может в какой-то степени влиять на его способность к зачатию. — Пустяки, — отмахнулся Пирс, — Джеймс в отличной форме. Стройность естественна для молодости. — Тем не менее, я рекомендую ему набрать пару фунтов, стройности это не повредит. — Полагаю, это не настолько важно. Отвечал Пирс, омега не участвовал в разговоре, и это уже начинало напрягать. — Джеймс, вы учитесь или работаете? Омега только открыл рот, чтобы ответить, как Пирс перебил: — А какое это имеет отношение к его неспособности зачать? — Иногда, мистер Пирс, дело в стрессе. Высокие нагрузки и постоянная тревога не способствуют созданию идеальных условий. — С этим у него всё в порядке. Я хотел бы вернуться к обследованию. В прошлый раз вы обследовали с УЗИ только его железы, но не внутренние органы. — Я провел мануальное обследование и взял на анализ материал. — Мы настаиваем на полном обследовании. Стив медленно вдохнул и выдохнул (спасибо, Брюс!) и ответил: — Джеймс, ложитесь на кушетку, пожалуйста. — Сними джинсы и бельё, — напутствовал мужа альфа, довольный, что настоял на своём. Видимо, под полным УЗИ он подразумевал обследование с введением датчика внутрь. Джеймс снова пунцово покраснел и пошёл за ширму. Вышел оттуда в больничной в рубашке-распашонке. То ли решил, что это обязательно, то ли следовал инструкциям, полученным дома от альфы. Стив предпочел не уточнять, чтобы не смущать его ещё больше. Джеймс лёг на кушетку, согнул ноги в коленях. Пирс тоже подошёл и встал в ногах так, чтобы наблюдать весь процесс. Стив надел на датчик презерватив, смазал и аккуратно ввёл. Джеймс с болезненно втянул воздух. — Больно? — Нет. Дальше всё прошло спокойно. Джеймс, конечно морщился иногда от не слишком приятных ощущений, но сильной боли не испытывал. Никаких патологий Стив не обнаружил, о чём и сообщил. — Джеймс, я хотел бы посмотреть тебя на кресле. Дорого бы Стив дал, чтобы избавиться от Пирса хоть на пять минут, чтобы переговорить с омегой с глазу на глаз. Вход был припухшим, кожа покрасневшей и натёртой, раздражённой. Наружные железы тоже немного отекли. Либо Пирс переусердствовал сам, либо переборщил с игрушками. Оставалась, конечно крохотная вероятность, что Джеймс сам был виноват, но омеги редко доводили себя до такого состояния. Стив нанес заживляющий гель и велел омеге одеваться. — Мистер Пирс, — сказал он вполголоса, — рекомендую вам и вашему омеге отказаться хотя бы на время от анальных пробок. Тем более от длительного их ношения. Или хотя бы остановиться на игрушках минимального размера. Пирс ответил громко и самоуверенно: — Я читал, что стимулирование желёз посредством ношения пробки способствует их лучшей работе и скорейшему зачатию. — Железы не должны работать постоянно. Они должны функционировать во время сексуального контакта или в родах. Остальное — не подтвержденные клиническими исследованиями суеверия. — Мне кажется, доктор Роджерс, сейчас вы вмешиваетесь в нашу с Джеймсом интимную жизнь. Усмешка Пирса бесила неимоверно, похоже, он намеренно выводил Стива из равновесия. Непонятно только, зачем ему это было нужно. Джеймс вышел из-за ширмы совершенно расстроенный, ведь его альфа позаботился о том, чтобы он услышал весь разговор. — Как вы планируете обследовать Джемса дальше? — Пирс едва не мурлыкал, глаза же смотрели цепко и внимательно. — У Джеймса регулярный цикл, когда ожидается следующая течка? Джеймс шепотом назвал дату. — Жду вас за две недели до неё. Проверим уровень гормонов. — До новой встречи, доктор Роджерс. Джеймс, что же ты? Попрощайся с доктором, он так о тебе сегодня позаботился. Стиву хотелось из собственной шкуры вывернуться, настолько явным был дискомфорт омеги. Как это выносил сам Пирс? Конечно, они не были парой в полном смысле слова, но так изводить мужа было попросту жестоко. Стив с облегчением выругался, когда пара наконец вышла за дверь. Кажется, нужно было отказываться от Барнса, пусть его ведёт кто-то другой. Может быть, другой врач сумеет найти подход к мистеру Пирсу, а с него хватит.