_Ненавидь меня крепче_

--- Утро в их покоях наступало тихо: лёгкий свет пробивался сквозь тяжёлые занавеси, и комната всё ещё хранила вечернее тепло. Кесем спала на боку, прижимая ладонь к подушке, когда почувствовала осторожное движение рядом. Кеманкеш сначала убрал выбившуюся прядь с её лица, потом наклонился и едва коснулся её лба поцелуем. — Поднимайся, моя ядовитая, — мягко, почти шутливо прошептал он. — Уже утро. Кесем медленно моргнула, расправила ресницы и, не меняя позы, пробормотала: — Мы куда-то пойдём?.. Голос у неё был сонный, низкий — такой, каким он нравился ему больше всего. Кеманкеш усмехнулся и сел рядом, опираясь на локоть. — Ты у меня догадливая, — ответил он, чуть улыбаясь. — Да, пойдём. Но сначала… собраться и позавтракать. Уже пора. Кесем лениво потянулась, словно кошка, и только потом приподнялась, приглаживая волосы. — Ты меня слишком рано будишь, — недовольно, но без злости сказала она. — Я ещё не успела выспаться после вчерашнего дня — Тогда сегодня день будет полезным, — уверенно сказал Кеманкеш. — Я же обещал. Она встала, прошла к ширме, где лежало платье, и чуть повернулась к нему через плечо: — Не смотри так. Я соберусь быстрее, если ты выйдешь. Он усмехнулся шире. — Ещё скажи, что ты стесняешься. — Я? — она приподняла бровь. — Я просто не люблю, когда на меня смотрят, пока я одеваюсь. — Ложь, — сказал он мягко. — Особенно от тебя. Она фыркнула и скрылась за ширмой. Он слышал шелест ткани, лёгкий стук пуговиц, её негромкий вздох. Сам сидел, опершись на колено, и ждал — терпеливо, как будто это было самым естественным занятием в мире. Через минуту она вышла — уже собранная, внимательная, будто и не просыпалась пять минут назад. — Ну? — спросила она, нахмурив бровь. — Подойдёт? — Более чем, — Кеманкеш поднялся, — но я бы предпочёл, чтобы ты улыбнулась. Кесем не удержалась и чуть тронула уголки губ. — Довольна? — Очень. Они вместе направились к завтраку. Лёгкий разговор сопровождал каждое движение. — Ты скажешь, куда мы идём? — спросила она между глотками чая. — Пока нет, — без лишних эмоций ответил он. — Но это недалеко. И, обещаю, тебе понравится. — Сомневаюсь, — она подняла на него взгляд. — Ты всегда что-то утаиваешь. — А ты всегда хочешь всё знать заранее. — Потому что ты умеешь удивлять только неприятными сюрпризами. — Сегодня будет приятный, — уверенно сказал Кеманкеш. Она задумалась, но больше не спорила. Когда они вышли из дворца, воздух был свежим, и Кесем остановилась на мгновение, чтобы вдохнуть чуть глубже. — Так куда мы? — спросила она снова. — Вот увидишь, — только и ответил он, подавая ей руку, чтобы помочь спуститься. --- Они прошли ещё немного по переулкам, где воздух был свежим, а утренний шум Стамбула только начинал подниматься. Кесем шла рядом, но её взгляд всё чаще переходил с улиц на Кеманкеша — она уже знала его слишком хорошо, чтобы терпеливо ждать. — Ну? — она слегка наклонила голову. — Мы всё-таки куда идём? Или мне гадать по твоей улыбке? Кеманкеш краем губ усмехнулся. — Сегодня, моя султанша, мы просто прогуляемся. — Просто? — с сомнением уточнила она. — Ты слишком таинственно себя ведёшь для простой прогулки. — Потому что мы идём в одно место… — он чуть наклонился к ней ближе. — Тайное. Кесем приподняла бровь, любопытство мелькнуло в глазах. — И кто же хранит это твое «тайное место», кроме тебя? — До сегодняшнего дня — никто, — ответил он спокойно. Она хмыкнула, но шаг ускорила. --- Они прошли дальше рынка — туда, где Кесем никогда не бывала. Узкие дорожки вели мимо старых стен, дальше — по маленькой тропе, скрытой за деревьями. Место было настолько тихим, что Кесем невольно замедлилась. — Забавно, — сказала она. — Я думала, что знаю Стамбул. Но сюда… моя нога точно не ступала. — Для этого и веду, — сказал Кеманкеш, и неожиданно остановился. — А сейчас… Он шагнул перед ней и поднял ладонь. — Закрой глаза. Кесем громко вздохнула. — Ты издеваешься надо мной, Кеманкеш? Он чуть приблизился, его голос стал низким, мягким: — Доверься мне. На мгновение она посмотрела в его глаза — внимательно, будто проверяя, стоит ли. Потом всё-таки закрыла. — Если ты поведёшь меня в яму, я тебя сама сброшу туда, — предупредила она. — От такой угрозы я только быстрее поведу, — усмехнулся он и аккуратно взял её за руки. Он вёл её медленно, выводя то в сторону, то вперёд, чтобы она не споткнулась. Она чувствовала запах травы, ветер, лёгкое солнце на коже. — Мы долго так будем ходить с закрытыми глазами? — спросила она уже тише. — Ещё секунду. Он остановился. — Теперь. Кесем открыла глаза — и на мгновение никак не отреагировала. Перед ней раскинулось тихое, удивительно чистое место. Трава — яркая, густая, будто не тронутая ничьими шагами. Кусты цветов — белых, фиолетовых, нежно-розовых — окружали поляну. Небольшой ручей журчал сбоку. Всё это было так зелено, так живо, что казалось нереальным. — Такое прекрасное и… чистое место - прошептала Кесем Кеманкеш подошёл ближе и, не говоря ни слова, обнял её сзади, положив руки на её плечи. — Это моё самое любимое место, — сказал он тихо у её уха. — Я купил его много лет назад. Окружил людей, чтобы никто сюда не заходил. Никто не знает о нём… никто, кроме меня. Он сделал паузу и мягко добавил: — И теперь — кроме нас. Ты и наш ребенок. Кесем положила руку на его запястье. — Ты скрываешь куда больше красивых секретов, чем мне казалось, — сказала она, медленно оглядываясь. — Какие ещё тайны у тебя есть, Кеманкеш? Он чуть усмехнулся. — Со временем узнаешь… моя султанша. Она опустилась на мягкую, тёплую траву. Тонкие стебли шуршали под пальцами. Она закрыла глаза на мгновение, будто впитывая тишину. Кеманкеш, не сказав ни слова, отошёл — она даже не посмотрела куда, только услышала шаги. Минуты через две он вернулся — с охапкой цветов в руках. Полянные, разноцветные, живые. Кесем открыла глаза и, увидев его, не смогла скрыть усмешку. — Ты решил стать романтиком? — спросила она, принимая цветы. — Ради тебя стану кем угодно, моя ядовитая, — сказал он, присаживаясь рядом. — Лишь бы видеть твою улыбку. Он взял её руку, осторожно, как будто ценил само прикосновение. Он присел рядом — Я… ещё раз прошу прощения за всё, что было, — произнёс он мягко и наклонился, чтобы поцеловать её руку. Кесем улыбнулась, слегка наклонила голову. — Давай забудем всё плохое, — тихо сказала она. Некоторое время они сидели молча, а затем Кесем чуть повернулась к нему. — Ты ничего не заметил? Он нахмурился. — Нет… А должен был? — Я сегодня одела твой подарок, — сказала она. — Ожерелье, которое ты подарил мне. Кеманкеш опустил взгляд — и увидел на её шее знакомый металлический отблеск. Его лицо смягчилось. — Решила носить его всегда, — сказала Кесем тихо. — Как самый важный подарок… от любимого человека. Он не сразу нашёл слова. Просто посмотрел на неё так, будто мир вокруг исчез. Затем он осторожно коснулся её щеки и наклонился, чтобы поцеловать её — мягко, очень осторожно, будто боялся спугнуть момент. --- Кеманкеш поднялся первым, стряхивая с ладоней траву, и протянул Кесем руку. — У нас есть ещё одно место, — сказал он, чуть загадочно улыбаясь. — Ещё? — приподняла бровь Кесем. — Как будто одних сюрпризов было мало. — Это место не такое тайное, — ответил он, помогая ей подняться. — Но не менее красивое. Мы идём к Босфору. Она не стала спорить — её глаза уже блестели от любопытства. Они шли вдоль улочек, пока ветер не стал свежее, а воздух — солоноватым. Шум моря приближался с каждым шагом. Когда они вышли на берег, чистый воздух Босфора словно разом наполнил грудь. Кесем остановилась и глубоко вдохнула. — Как же… чисто, — прошептала она. — Здесь всегда так, — сказал Кеманкеш. — Давай присядем. Чистый воздух полезен и тебе, и ребёнку. Он указал на деревянную скамью. Они сели. Кесем наклонилась назад, опираясь спиной на его грудь. Кеманкеш осторожно обнял её за плечи. — Расскажи что-нибудь о себе, — сказала Кесем тихим голосом. — Что угодно. Он задумался на секунду. — Знаешь… когда я был мальчишкой, — начал он, — думал, что море — это граница мира. И мечтал однажды дойти туда, где заканчивается вода. — И? — Кесем слегка повернула голову. — Так и не дошёл, — усмехнулся он. — Зато дошёл до тебя. Она улыбнулась — едва заметно, но тепло. — А ты? — спросил он. — Твоё детство? Кесем прикрыла глаза. — Оно было… светлым, — сказала она мягко. — Много смеха. Много свободы. Я всегда была непоседой… всем казалось, что я слишком упрямая. Наверное, я такой и осталась. — Я бы сказал: сильная, — поправил он. Они долго разговаривали — о прошлом, о том, что пережили, о том, чего боятся. Иногда молчали, просто слушая шум волн. Время будто остановилось. --- Когда небо начало темнеть, Кеманкеш поднялся. — Уже вечер, — сказал он. — Пойдём назад. Они вместе вернулись во дворец. Перед покоями он неожиданно остановился. — Это ещё не всё. Кесем устало вздохнула, но в глазах мелькнула искорка. — Как-то слишком много сюрпризов на сегодня… — Только для тебя, — сказал он. — И для нашего ребёнка. Она улыбнулась и кивнула. — Тогда подожди. Я переоденусь во что-нибудь удобное. Она скрылась за дверью и через несколько минут вышла в лёгком халате. Лицо — спокойное, но явно любопытное. Кеманкеш протянул ей ладонь. — Закрой глаза. — Опять? — она покачала головой. — Ты точно не собираешься сбросить меня с лестницы? — Обещаю, что нет, — усмехнулся он. — Доверься. Она всё-таки закрыла глаза. Он повёл её по коридору, затем повернул… ещё раз… вниз по небольшой лестнице… Несколько минут ходьбы — и он остановился. — Можешь открыть. Кесем открыла глаза — и коротко ахнула. Она стояла в мягко освещённом хамаме. Пар был лёгким, ароматным. По центру — большая тёплая купальня, из которой поднимался тонкий пар. На плитах лежали белые полотна, свечи отражались на мраморе. — Это… — она тихо выдохнула. — Очень красиво. Кеманкеш прошёл вперёд. — Перед сном нет ничего лучше, чем тепло, — сказал он. — Особенно когда рядом человек, которого ты любишь. Он не стал торопиться — просто сел на край купальни, опустил руки в воду, проверяя температуру. — Зайди, — сказал он мягко. — Тебе станет легче и спокойнее. Кесем подошла медленно. Она чувствовала его взгляд, но в нём не было требовательности — только тихое ожидание и забота. Она сняла халат и аккуратно ступила в воду. Тёплая вода обняла её, расслабляя мышцы. Кеманкеш опустился рядом. Тишина была мягкой — только звук воды и тихие дыхания. Кесем слегка наклонилась и положила голову ему на плечо. Его рука аккуратно легла ей на спину, другой он коснулся её живота — очень осторожно, как будто боялся причинить дискомфорт. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Спокойно, — прошептала она. — Очень. Он наклонился и мягко коснулся её лба губами — не как страсть, а как обещание, как обет. Они сидели так долго — просто отдыхая, рядом, в тишине. Позже они вернулись в покои. Слишком усталые, слишком умиротворённые, чтобы что-то обсуждать. Кесем легла первой, и Кеманкеш лёг рядом, обняв её осторожно, будто держал что-то очень ценное. Она прижалась к нему и прошепталв почти сонным голосом - Спасибо за такой прекрасный день и он тихо сказал: — Спи, моя султанша - лишь ответил Кеманкеш Так они и уснули — в спокойствии, в тепле, в безмолвной близости. ---