Случайный шанс

POV Армес Меня окутывает приятная прохлада раннего утра. Пахнет дождём, наверное, ночью шел ливень. Тихо шелестит листва, кажется под самым ухом… а-ах… опять я уснул на балконе. Мерцающий свет под веками от ажурной листвы кленов — глаза открывать не хочется и так очень приятно. Видимо, я много вчера работал — смотрел будущее. Пик, он тревожит меня. Юный принц драконов стал странно себя вести после прихода зеленого… Может быть, всё ещё обойдется, ведь они всё же не чужие друг другу. Вдруг вспоминается обрывок сна, что я видел сегодня. Янтарная комната с очень необычным интерьером… На лице расплывается улыбка. Надо же, стена из воды, и чего только не привидится, наверное, видения будущего, настроили меня вчера на светлые мысли. Это хорошо. За окном этой странной комнаты — зимний сад. Корявые горные сосны под чистым белым снегом, а в небе, вместо солнца, тонкий серп месяца, как при затмении. Но во сне я знал — это не дурной знак, просто в этом мире так начинается утро. А дальше было самое удивительное: рядом со мной сидела маленькая девочка, лет одиннадцати, с совершенно седыми волосами. Она гладила меня по руке и говорила: «Я — Вера, не бойся, я с тобой. Всё хорошо, скоро придёт Вик и вы пойдёте гулять. Там, за садом, есть виноградники…». Я только успел удивиться — как это: виноградники в таком климате? — и проснулся… Хороший сон… Потягиваюсь. Ох, хорошо как! Мышцы почему-то кажутся затекшими, словно от долгого сидения в одной позе. Пахнет так приятно, дождем и прелой листвой, совсем по-летнему, или как в преддверии осени. Сейчас в воздухе должен разливаться сладковатый аромат цветущих кленов… С этой мыслью я открываю глаза и поднимаюсь. С моей груди соскальзывает конверт и я машинально ловлю его. На нём надпись сделанная моей же собственной рукой: «Прочитай, ты должен это знать». Так коротко и лаконично я выражаю мысли когда хочу донести важность своих слов. Вскрываю печать, сургуч трескается, а моя кровь, запечатавшая конверт, улетучивается легким дымком. Из конверта на ладонь выкатывается крохотный стеклянный шарик, внутри — бутон розовой ромашки. Надо же, никогда таких не видел. Осторожно откладываю его в сторону и достаю письмо. Плотная гербовая бумага с моей личной печатью исписана простым крупным почерком — моим почерком. Я вчитываюсь в строки и улыбка на моем лице гаснет с каждым новым прочитанным словом. «Здравствуй, Армес. Сегодня восемнадцатое июля, сто первого года с момента твоего заточения в Холмах. Ты согласился на ритуал запечатывания памяти, и последнее что ты помнишь — второе испытание большой игры сидхе, когда зеленый дракон Грин…» Тут стояла небольшая клякса, словно перо царапнув бумагу задержалось. Чернила слегка растеклись приобретя форму крылатого силуэта… Наверное, меня в этот момент кто-то отвлёк, но нужно дочитать до конца. Поднимаю взгляд от письма. Теперь понятно, почему склонившиеся к перилам балкона клены одеты по-летнему алой листвой. На весеннее равноденствие она буровато-зеленая, этот сорт — символ вечной осени Младшего Дома Благого Двора, но он мне нравится. Наверное, это одна из немногих вещей, что нравится мне в традициях сидхе, да и вообще в Холмах. Хорошо, что я сразу стал читать… ведь я даже не заметил, что лето для меня наступило за одну ночь. Ну или практически не заметил. С этими мыслями я вернулся к чтению письма. «Армес, отнесись к этому письму со всей серьезностью и не пытайся выяснить, что ты забыл. Знай, это твоё решение, ты так хочешь. Я так хочу. Ты знаешь, ни одна сила в этом мире не могла бы заставить тебя пойти на этот ритуал. Ты сам этого хотел. Твой очень близкий друг отдал все свои силы, чтобы запечатать твою память. Другому своему…» В этом месте снова была черточка процарапанная кончиком пера. «близкому, ты дал слово, что пойдешь на это. Твое незнание защищает твоих близких, защищает Перекрёсток и ваш план. Ты не должен о нем знать — это опасно. Однако, есть вещи, которые ты знать должен. Вик в Серых Пределах и вернётся оттуда, вы будете вместе, но не скоро. Дракон — не опасен. Вторая часть души Виктора — Тор, тоже. Лили за эти полгода выросла и повзрослела, относись к ней иначе, она больше не ребёнок. Её любимая — Агни — твой союзник, как и принц Тристан. Ты смело можешь выдавать её за него замуж, он будет заботиться о ней, не только из-за клятвы. Знай, душа принца проснулась и он любит Лилиан и её Агни. Помни, ему ты можешь доверять как себе, но ни в коем случае не пытайся узнать, почему. И последнее, у тебя родился план, как выбраться из Холмов. Тебе в этом помогут младшие боги. Ты понял, как накапливать Ничью Силу Перекрёстка, подсказки об этом ищи в лаборатории, ты поймешь. И главное, знай — Вик ключ ко всему. Знай, придет день, когда ты всё вспомнишь, тогда ты не пожалеешь, что послушал совета этого письма. Береги близких и жди. Смотри будущее, и ищи тот единственный невозможный шанс реализовать свой замысел. P.S. Храни этот шарик. Он очень тебе дорог». Дальше стояла моя размашистая подпись и слова: «У тебя есть любовь, не забывай об этом». После следовала приписка: «Запомни и сожги это письмо. Сохрани бутон». Движение пальцев и из воздуха, точнее из элементов в нем, сплелся кулон — коробочка на цепочке. Я вложил в него бутон и повесил на шею. Ещё раз пробежался взглядом по строчкам. Дракон не опасен… почему-то при мысли о драконе сердце кольнуло. Я вздохнул. Наверное, подаренная совесть изменила его. Надеюсь, они нашли с Пиком общий язык. Вик в Серых Пределах? Тор не опасен? Звучало, как бред. Но раз я так написал… Ладно, пока я это просто запомню. План… младшие боги… Да, младшие боги могли помочь. Они были неучтенной старшими богами силой и они всегда были на стороне живых, которых оберегали. Я кивнул самому себе из… вчерашнего дня? Вероятно. Бросил взгляд на письмо и оно вспыхнуло тёплым янтарным пламенем, через секунду осыпаясь пеплом. И ощутил головокружение. А это что? Последствия ритуала? — Лили? — осторожно позвал я. — Да, папа. — Она не появилась из подпространства, как обычно бывало раньше, а просто вышла на балкон. — Я ждала, когда ты проснешься. Как ты? — Хорошо, милая. Я долго спал? — шагнул к дочери, заглядывая в глаза. Да, их выражение изменилось. Детство моей девочки завершилось в эти полгода. — Нет, пап, не очень. Сейчас девять утра, ритуал закончился около часа ночи. — Она смотрела на меня с… облегчением и состраданием, но вот её взгляд изменился и Лили улыбнулась. — Надо готовиться к свадьбе, скоро зайдет Трис, и мы все обсудим. — И ты не против свадьбы, — отметил я с улыбкой и обнял дочь. — Я рад, правда. Я очень рад. Да, ты права, нам нужно готовиться. — Да, это единственный выход для меня, для нас, — она прижалась ко мне, что-то тихо прошептала, поднялась на цыпочки и поцеловав в щеку, потянула в гостиную. В кресле у стены, под аркой образованной книжными полками, сидела Агни. — Доброе утро, Армес. — Древняя ничего не спрашивает, она и так слышала весь наш разговор. — Доброе, Агни, — улыбнулся я возлюбленной моей Лили. С древней у меня тоже был разговор. Она не станет привязывать к себе мою девочку, как не станет делать этого и Трис. Вечная и неразрывная связь губительна для суккубов. Даже, когда они полубогини. — Боже, — усмехнулась вампирша, обращаясь ко мне. — Двойная свадьба. Нам предстоит нелегкое испытание. Ар, я выхожу за Дэя. И… Можешь посмотреть моё будущее, мне нужно понять, какого размера и фасона выбирать платье. — Её усмешка стала шире, но взгляд сделался напряженным. Я вскинул бровь и посмотрел на неё внимательнее… Оу… — Агни… ты носишь ребёнка, — произнес я ошарашенно. — Это полубог. Мальчик. Сын дракона. Зачатие произошло этой ночью. Но… как? Прости, это не моё дело. Лили подошла к своей любимой, обняла её, поздравляя с этой новостью. Она только хотела что-то сказать, когда Агни весело подмигнув мне, начала говорить, обдумав мой случайный и довольно бестактный вопрос: — Стерильно, Ар, стерильно и не инвазивно, — хохотнула она, отвечая и не отвечая одновременно. Я покачал головой и невольно улыбнулся. Ох уж эти учёные, конечно, иных вариантов для древней не существовало, она бы не стала спать с кем-то ради ребёнка. Даже с богом. Тем более с этим конкретным. Что-то мелькнуло в сознании, но я быстро отбросил мысли о том, что меня не касалось. — Что ж, Агни, поздравляю. Плод здоров и… унаследует твои таланты. Прости, пока я ничего больше не вижу. Если захочешь знать больше — спроси меня позже. — Хорошо. Спрошу. После твоих слов, я ощутила, что этот ребёнок не безразличен мне, несмотря на… донора материала. — В клыкастой улыбке появилось нечто неуловимое, отличающее беременных женщин от всех остальных обитателей миров — просыпающаяся привязанность. Нет, даже не так, предвкушение привязанности. Предвестник любви. И тут же, я заметил еще одну перемену в глазах и даже движениях своей собственной дочери. Её рука легла на плечо Агни чуть легче, а губы коснулись лба, так же, как я целовал мою девочку в раннем детстве. — Поздравляю, любимая. Раз папа так говорит, значит всё будет хорошо, он будет чудесным. — Улыбка Лили тоже стала мягче и… вовсе утратила чувственную игривость. Материнство, их теперь будет связывать ещё и оно. И я был рад за них. Вспомнилась строчка из моего письма себе… Младшие боги… Размышления прервал стук в дверь и ровно через три секунды вошёл свободный Орин. — Армес, леди, — последовал короткий поклон. — Принц Тристан прибыл.