Случайный шанс

POV Ларс Кравец Я резко распахнул глаза. Чёрт, что это было? Я что, уснул? Нет, это был не сон. Что-то другое. Слишком реальное… Но сейчас не время думать об этом. — Благодарю, — я отстегнул ремень и поднялся. — Простите, кажется, я задремал. Люк флаера открылся и моему взору предстала одна из последних в нашем мире, настоящих лесных полян. Пахнущий чем-то незнакомым, но очень приятным, ветерок покачивал высокие луговые травы. Их я прежде видел только на картинках в учебниках биологии и справочниках вымирающих видов, однако названия запомнил. Мятлик и костерок, шалфей и тимьян, а вон те желтенькие цветочки — лютики. Флаер завис в паре сантиметров над вознесенной на столбиках тропинкой — приземляться здесь было строжайше запрещено. Она была составлена из фрагментов мертвой древесины, кажется, это называлось раньше «досками». Я легко ступил на доски и на секунду замер. Да, искусственные парки в верхнем городе пахли совсем иначе. И ощущались тоже. Захотелось коснуться метелок травы кончиками пальцев. Скинуть обувь и ощутить под ногами мягкость мха. Я тряхнул волосами и отогнал это странное чувство. Не солидно. Я уже взрослый для того, чтоб носиться по траве и лазать по деревьям. Мне нужно думать совсем не о том, как ощущается теплая шершавость коры и о чём шелестят листья. Сегодня очень важный день. Мне нужно произвести впечатление. Меня ждёт ещё один шаг к моему будущему. Споткнуться о цветочки будет очень некстати. Под ноги ложились доски настила, на серебристо-сером узоре старой древесины я заметил выжженные лазером клейма. Создалось ощущение, что даже тропинка была частью экспозиции «Музея бывшей живой природы». Кое-где их скрывали небольшие кочки мха. Изумрудно-зеленые и белесые, похожие на реликтовый ягель, они перемежались пятнами оранжевой и буроватой плесени. А ниже, под настилом, колыхались на ветру травы. Покачивали тяжелыми цветками золотистая купальница и крупный розовый клевер… Море трав волновалось, и это будило в моей душе нечто приятное и одновременно тревожное. А ещё при взгляде на клевер почему-то всплыло воспоминание о секретаре сэра Алана. Он наверняка будет рядом… Плохо. Парень вызывал у меня крайне мало симпатии, но демонстрировать это было нельзя: господин министр, кажется, ценил его — раньше секретари сэра Гриндевальда менялись куда чаще… Нужно было продумать свою линию поведения с ним… Я перевел задумчивый взгляд на небо. Оно было ярко-голубым — таким же как в Верхнем городе… И чего я собственно ждал? Вся зона в радиусе пятидесяти километров, была закрыта полем барьера. А над кронами деревьев поднимались вышки с датчиками, контролирующими температуру и влажность в «зоне». Где-то там, за этим куполом безопасности, на сотни метров возносились сторожевые башни автоматических турелей, над военными базами расположенными по периметру территории. Я видел их из окна флаера еще с безжизненных равнин Фламуи. Тогда же я впервые видел и другое небо… Страшное, серовато-белесое, словно выжженное беспощадными лучами некогда ласковой звезды. Родители были неправы. Генераторы атмосферы не вернут планету к жизни. Она не способна эту самую атмосферу удерживать. Просто её агония продлится чуточку дольше. А вот портал, о котором говорил сэр Алан, был нашим шансом. Вот в это я верил. Верил сэру Гриндевальду, а ещё путешествия между мирами казались мне чем-то очень реальным и даже естественным. Иной мир. О, он, конечно, будет не для всех. И стоило постараться, чтоб попасть в число избранных. Этим я сейчас и займусь. Тропинка свернула вправо, лес расступился и мне предстало удивительное, прежде невиданное зрелище. Да, ради такого, стоило безвылазно сидеть полгода над учебниками. Озеро… Ртутно-серую с голубоватым отливом воду обнимала мягкая линия берега. В зарослях камыша и осоки пересвистывались какие-то существа, возможно, мелкие птицы. Жаль нельзя подойти ближе и рассмотреть. На крупных растрескавшихся валунах у самой водной глади прорастали корявые карликовые деревья. Судя по белой коре и длинным ветвям, это были березы… Странно, я представлял их другими… У самой поверхности водоема виднелась сеть мелких белых трубочек, собранных в кольца. Система фильтрации несколько портила вид, но была необходима. Я читал, что озеро Эйри в последние годы сильно заилилось. По воде пошла легкая рябь, из нее вынырнул дрон, и поплыл вдоль берега собирая листву и опавшую хвою. Печально. Здесь, как нигде прежде, мне виделась не борьба за выживание, а тихое, но необратимое увядание. Дрон напоминал давно вымерших водомерок. Этих хищников никто не посчитал нужным даже пытаться сохранить. Сочли несущественными. Мой взгляд скользнул по водной глади к другому берегу. Мда. Водомерок здесь не было, а вот копрофаги присутствовали. На той стороне копошилась компания моих школьных оппозиционеров. Что ж. Значит пора завершать любование природой и идти в номер. Мне нужно было готовиться к встрече с сэром Аланом. Осмотреть здесь всё я успею и позже. Тропинка снова вильнула, уводя меня от воды и возможных неприятностей. Конфликтовать на этой территории было опасно. Я вспомнил виденное по дороге «гнездо» охраны и военных в камуфляже цвета древесной коры, с лазерными карабинами и нашивками с эмблемой гарнизона охраны природных кластеров. Да, тут не То-кин, а попасть в неприятности на глазах у сэра Алана я не хотел… Дорожка вела меня через луговину и редкий перелесок к корпусам «Озерного города». В отличие от леса, окружавшего поляну, на которой меня высадил флаер, этот казался искусственным. В расположении деревье чувствовалось, что они высажены руками инженеров-ботаников. Сосны стояли вперемешку с берёзами, за ними клёны с красновато-бурыми листьями и старые дубы. К воде спускались одинокие серебристые ивы. Между стволами я заметил таблички с QR-кодами и датами пересадки. Чем-то похоже на кибернетически модифицированных солдат. Искусственно выращенные тела-клоны, микрочипы, контролирующие работу мозга и нано-боты в клетках, постоянно их обновляющие. Такое себе теоретическое бессмертие. Из этой рощи «клонов», открывался вид на корпуса городка, часть из которых была врезана в холм, южный склон которого спускался террасами к воде. Ивы и террасы… Этот вид мне что-то напомнил. Гладь озера на мгновение показалась голубовато-зеленой, травы и цветы сменили мхи, а дорожки показались выстланы зеленой галькой змеевика… Я тряхнул волосами. Да что за наваждение опять?! Нет, так дело не пойдет. Где там нужный мне корпус? Я снова взглянул на экран планшета. И где тут, черт побери, номера корпусов? Все стены видимых мною зданий были полностью заняты вертикальными фермами. Нет, красиво конечно, в панелях с гидрогелем цвела и плодоносила земляника, а крыши покрывали густые ковры базилика и тимьяна. Но ни намека на указатели… Пришлось построить маршрут с геолокацией, которую я обычно отключал. Навигатор повел меня по одному из ответвлений тропки между корпусами, где двое в серых комбинезонах проверяли форсунки системы полива. Моим невольным знакомцам из Нижнего города такое и не снилось. Впрочем, каждому своё. А в мире никогда не было и никогда не будет равенства. У этих ребят в сером определенно не худшая, хотя и бесперспективная в плане карьеры, работа. Себе я такую не хотел. У меня был шанс подняться куда выше, чем мечтали мои родители и я этот шанс не упущу. У самой двери нужного мне здания сидела девушка. Свесив ноги с дощатого настила, она быстро кликала по планшету, сверяя график орошения газона. Стеклянные двери скрылись в стенах и меня окутал влажный воздух холла жилого корпуса. Пахло ягодами, водорослями гидрогеля и питательными составами аэропоники. Тихо жужжали системы орошения да изредка пиликали датчики… Неудивительно. Холл и коридоры тоже были с вертикальным озеленением. Я шел вдоль стен покрытых салатом и пряными травами. Дальше, вдоль широкой лестницы, началась клубника, и всюду над головой ярко сияли диодные панели полноспектрального освещения. Под этим светом было неуютно. Я бы предпочел приглушённое освещение, полутень… Ну, может в номере наступит блаженная полутьма и тишина. Камера в двери считала QR-код пригласительного билета и с мелодичным перезвоном отъехала в стену. Дизайн комнат меня несколько утешил. Стены гостиной были густо покрыты разными видами мхов и лишайников, среди которых тянулись к потолку белесые шляпки пластинчатых грибов. Здесь действительно царил мягкий полумрак. Но желанную тишину нарушал переливчатый звук падающей воды — одна из внутренних стен спальни была стеклянной и по ней стекал, журча, искусственный водопад. И это сочетание вызвало ощущение дежавю. Словно что-то такое уже было. Но я на все двести процентов знал, что никогда ничего подобного не видел. Я коснулся пальцами мха. Вздохнул. Нет, это едва уловимое ощущение сбивало и мешало думать о действительно важном. Так. Кажется, в путеводителе говорилось что-то о зоне тишины. Я бросил рюкзак в кресло и решительно покинул номер. *** Табличка с надписью: «Уровень шума не выше двадцати децибел», обнаружилась на одну террасу ниже моего корпуса. Вознесенную на высоких амортизирующих опорах площадку покрывал ковер генно модифицированного мха. Люди здесь сидели на деревянных скамьях: один академического вида старичок читал бумажную книгу; девочка лет шести писала в блокноте графитовым стержнем, обернутым в дерево… Кажется это называлось… м-м-м… кора-ндаш. Или как-то так. Впервые такое вижу… Хм… Интересно. Да, тишина и немного наблюдений за окружением вполне настроят на нужный лад. Я беззвучно прошел в глубину зоны — от входа эта позиция была незаметна, зато мне было прекрасно видно всех. Интересно, а как мистер Гриндевальд относится к бумажным книгам? Под шелест страниц и шорох графитового пера по бумаге я смотрел, как колышется под площадкой трава… Забавная технология — весь настил состоял из полых квадратиков, примерно три на три дюйма, каждая клеточка со всех сторон поросла мхом, видимо материал был пористый… А под ним покачивали темно-синими, почти кобальтовыми, головками луговые колокольчики. Вспомнилась сказка о Литайском императоре, у которого в саду к каждому цветку был привязан серебряный бубенчик и правитель слушал, как перекликаются их голоса… Кажется, она была про заводного соловья и настоящего, который смог прогнать Смерть своим пением. Майкл Гилберт, секретарь сера Алана, но похож на… На кого-то совсем другого. Кого-то, кто должен был быть с ним рядом. Я чувствовал, что сейчас погружаюсь в то странное, пограничное состояние, когда меня не засекали камеры слежения и в упор не видели полицейские дроны. Даже мазнув по мне лучом прожектора. Это хорошо. Я не хотел, чтобы на меня сейчас кто-то даже случайно обратил внимание. Я вспомнил взгляд Майкла. Было в нём что-то. Словно, во мне он видел угрозу своему положению. Вот глупый. Его место мне совершенно не нужно. Мимо «Зоны тишины» по настилу протопала компания: Найджел, Зилан и прочие. Шага они конечно не сбавили, просто не умели ходить тихо, но за несколько метров от площадки перешли на шёпот. Странно, не замечал за ними такой тактичности. В школе они старательно нарушали все возможные правила, а тут… На меня они внимания не обратили, хотя я был уверен, что приехали сюда за деньги родителей специально, чтобы меня доставать, а значит, я сейчас невидим не только для техники. Ха, а вот они похожи на глупых придворных из той сказки. Майк — на заводного соловья… или настоящего? Чем он является для сэра Алана? Мне нужно было больше информации. Он казался насквозь фальшивым. Но, но… Но ведь сэр Алан нашёл в нем что-то? Значит, я просто не вижу всего. Себя же в будущем я видел рядом с моим кумиром. Не его правой рукой и тем более не секретарем. Я способен на большее. Я думаю не о том. Мне нужно понять, какие качества показать сэру Алану. Во флаере меня отвлекло это странное видение… видение о нем. Но я не успел. Над площадкой повисла гробовая тишина, стих шелест и шорох, девочка и старик одновременно подняли головы, а следом словно налетел порыв холодного ветра. Нет, на самом деле, всё ещё было по-летнему тепло, но все в зоне видимости зябко поежились. По дальней тропинке, от административного корпуса, сюда направлялся Он. Сэр Алан шел своей обычной летящей походкой, за ним следовал секретарь, что-то быстро записывая на планшете. Девочка молча спрыгнула с лавки и поспешила ко второму корпусу, старик отложил книгу, взял трость и поковылял следом. Вскоре все люди из зоны видимости исчезли. Я один остался ждать их прихода, ведь направлялись они явно сюда. Меня эти ощущения не смущали совершенно. Наоборот. Появился азарт: заметит ли он меня? Можно на всякий случай притвориться спящим… Я легонько усмехнулся и опустил ресницы, наблюдая за их приближением из-под них. Рискованно? Возможно. Но это тоже шанс. Шанс понять больше. Тихо, едва слышно, прошелестели их шаги по решетчатому настилу, и меня окутал мягкий голос премьер-министра: — Ты займешься этим, мой Майки. Полынь, с базы «Дельта» по координатам… О… Кажется, мне повезло услышать часть важного разговора. И это обращение… Интимное? Кажется, так это называют. — Сэр… — голос секретаря дрогнул. В его глазах я заметил смесь ужаса и, одновременно с этим, какого-то одержимого восхищения. — Да, сэр. Я это сделаю. Я узнал координаты. Господин министр говорил об Арадоре. Сэр Алан улыбнулся, почти ласково, и кивнул секретарю на место рядом с собой. — Умница, мой Микки, не забудь, перед этим проверь всё. Полная мощность реактора — на щит, разведку из Нижнего эвакуировать, предупредить о тестах портала, чтобы локальные перебои никого не испугали. Ты ведь всё правильно сделаешь, мой хороший? — Спросил он, пристально глядя на помощника. О, я понял! Он хочет сымитировать удар Альянса по нам, тем самым развязывая себе руки. Красиво. Насколько я помнил то, что читал про Полынь, щиты верхнего города выдержат. А нижний… Ну, в каком-то смысле, быстрая смерть вместо долгих мучений — это дар. — Я не подведу, сэр, я всё сделаю, — с готовностью кивнул «его Микки», опускаясь на скамейку рядом с ним и глядя в глаза с преданностью овчарки, ну, как минимум так это описывали в книгах. Чёрт, это похоже на кличку для питомца. Ну нет, я точно не хочу на его место. — Тогда иди, мой хороший, начни проверку реактора здесь, и каналов питания щита, — прошелестел голос премьера, — И не забудь, через час выступление. Юный Ларси уже прибыл, и вскоре мы можем начинать. Где-то за озером посвистывали в зарослях тростника птицы, только они не знали, что сейчас нужно соблюдать тишину. Я пристально следил за мельчайшими изменениями мимики секретаря, за каждым микро жестом. Он в этот момент инстинктивно, едва на миллиметр, сдвинулся, потянувшись к хозяину, но взял себя в руки, кивнул и поднялся. Коротко поклонился. — Да, сэр, — ответил очень тихо. И я понял, что это не в его характере. Это дрессура. Секретарь быстро и совершенно бесшумно вышел из «Зоны тишины», направляясь к замаскированному под гигантский валун спуску в подземелье. Я уже видел, как были отмечены на карте спуски к реактору. Все попадающие сюда так тщательно проверялись, что у посторонних тот бтбтб тьб ь. Ь лне было доступа только к самому залу с шахтой реактора. А вот хранилища семян, и подземный лабораторный комплекс, вполне мог осмотреть каждый. Их не скрывали, ими гордились, часто показывали по инфоканалам то, как правительство заботится о пищевых ресурсах. Сэр Алан закинул ногу на ногу, соединил большие и указательные пальцы в своем привычном жесте, и прикрыл глаза. Совершенно бесперспективное занятие с этими семенами, но картинка выходила красивая. Я бы тоже так сделал. Мысль скользнула и вернулась к последним словам сэра Алана. Он помнил обо мне. Я был для него важен. И в этот момент я ощутил практически непреодолимое желание. Я захотел, чтоб Он меня увидел. Чтоб понял — я слышал всё.