Случайный шанс

POV Александр Нивский Кеды, насквозь промокшие у родника, просохли только к вечеру. Но от работы меня это, конечно, не избавило. В лагере её было дофигища. Гудели плечи, зудели царапины от малины и реглан насквозь пропах дымом. Зато слегка подгоревшая каша оказалась невероятно вкусной. Как и «чай» из веточек и собранных листочков. Жалко только, что каша была давно, и сейчас, когда начало темнеть, жутко хотелось есть. А до ужина ещё час… Можно было бы потянуть мешочек с сухариками, но не хотелось перебивать аппетит: в общем котле уже побулькивало настоящее мясо. Это Хельг притащил из леса сразу несколько тушек зайцев. На них же показал, как снимать и сушить шкурки, разделывать тушки и готовить. А завтра обещал повести нас на охоту. Я втянул носом воздух. Парок от котла как по мне пах уже вполне съедобно, но Хельг сказал, что мясо диких зайцев жестче, чем синтезированное, и готовить их нужно минимум два часа. И это после того, как он полдня их вымачивал! В животе булькнуло и протяжно заурчало. Нет, ну это решительно невозможно! Сидеть и следить за костром со всеми этими ароматами. Нужно на что-то отвлечься… Я почесал макушку. И тут же вспомнил! У меня же есть коммуникатор и я хотел сделать фотки и видео для ребят! А то ведь никто не поверит, что я был тут. Я осторожно покосился на Макса, лениво ворочавшего головешки в костре. Хи! С наклеенным на обгоревший нос листом подорожника он смотрелся забавно и не хихикать вслух, глядя на него, было сложно. — Макс, ты тут один справишься же? Я отойду минут на десять. — Валяй, — флегматично отозвался он. — Главное не забывай: девочки направо, мальчики — налево. — А? А! — в первую секунду я не сообразил о чём он. — Ну да, точно, помню! — кончики ушей предательски заполыхали и я поспешил удалиться от костра. Под прикрытием кустов с той самой левой стороны, я прокрался к тропинке, что днем вывела нас к роднику. Замер у границы камуфляж-поля. Отсюда она едва переливалась, так в дару воздух дрожит над асфальтом. Медленно выдохнул. Можно поснимать здесь. Но это, блин, просто кусты. И тропинка. А вот родник и следы зверей… Но если Хельг заметит — мне пипец. Но следы. И я же быстро. И вроде он сам днем сказал: потом будете ходить сами. Если что, скажу пошел веточек малины на чай собрать. Я нашарил в кармане коммуникатор и шагнул за границу поля. Словно прошёл через тонкую пленку. И снова резко изменились звуки и запахи. Стихли голоса ребят, исчез без следа соблазнительный запах готовящегося ужина. Да и дымом теперь пахло только от меня. Зато легко было различить шелест ветра в листьях. Звуки вообще казались громче. И объемней, что ли. Хрустнула ветка, кажется в шаге от меня. Я едва не подпрыгнул, оборачиваясь на звук. Но рядом никого. Приглушенно хихикнул и передернул плечами. Показалось. Вспомнил: Тор говорил, что ночью в тишине звуки бывают обманчивы, кажутся ближе, чем они есть на самом деле. Нашарил в кармане коммуникатор. Включил, про себя поблагодарив его создателей, что включался он без приветственной мелодии. Просто экран мигнул и загорелся голубоватым, заставляя прищуриться с непривычки. Проморгался — в темном лесу экран оказался неожиданно ярким. Нашел на экране значок фонарика и камеры. Щелкнул по ним и осторожно двинулся вперед, подсвечивая себе тропинку и одновременно ведя запись. Ночь в лесу была совсем не похожа на ночи в Нижнем Городе. Там, даже в самый глухой час, даже до того, как починили фонари, оставался свет: блики от потрепанных неоновых вывесок, полосы, проникающие сквозь щели в заколоченных листами композита окон. И далекое, почти призрачное сияние Верхнего Города. Здесь же было действительно темно. Луч света выхватывал из окружающего мира пятно с мягко размытыми краями не больше метра в диаметре. Листья в этом луче казались почти белыми, а вот за его пределами мрак наоборот сгущался. Я старался ступать аккуратно, минуя подсвеченные фонариком веточки и корни. И всё равно, так тихо, как у Тора не получалось: скрипели под кедами хвоинки, шуршали потревоженные ветки. И как он это делает?! Он же в своих тяжелых армейских ботинках ходил тише, чем я в мягких кедах. Наверное, это всё их постоянные тренировки… Ну ничего, я тоже научусь. Ещё несколько осторожный шагов, и… Я остановился, прислушиваясь. Вот оно! Отсюда уже слышно журчание родника. И шорох с той же стороны, и тихий звук, похожий на фырканье. Я перевёл дыхание и выключил фонарик. Возле родника кто-то есть. Днем мы видели там следы раздвоенных копыт. Хельг сказал — это косули. На Инаре они вымерли давным-давно. Тогда же, когда исчезли настоящие леса. Сейчас нужно быть особенно осторожным, я помню, эти животные пугливы. Замираю, выравнивая дыхание. Жду, когда зрение привыкнет к окружающей темноте. И постепенно начинаю различать в сгустившемся мраке поблескивающую влагой в свете поднявшейся луны тропину. Различаю силуэты кустов. Кажется, можно. Теперь я иду ещё медленнее, останавливаясь после каждого шага. Перекладываю коммуникатор в другую руку и обтираю повлажневшую ладонь о штанину. Спокойно. Главное не спешить. Иначе косули меня услышат и сбегут. Я даже пригибаюсь, подкрадываясь к краю оврага. Осторожно высовываюсь, крепко сжимая в руке коммуникатор. Ох, блин! Ахренеть. Я резко вдыхаю и забываю выдохнуть. Это не косули. Точно не они. Я их видел на голограмме в музее. Белоснежная шерсть пары животных у водопоя серебрится в лучах луны. А может, и сама светится. Вот витой перламутровый рог у каждого из них точно светится. Точнее не бывает. Таких зверей я тоже видел. В компьютерных играх. И мультиках. Это, мать их, единороги. Настоящие. Я зажал себе рот рукой. Скосил взгляд на экран коммуникатора. Запись шла. Тет зверь, что был покрупнее, копнул влажную землю копытом, шумно фыркнул. Второй вскинул голову и повел ушами. Пацаны охренеют. Я вот уже охренел. Да я охренеть как охренел! И в этот самый момент мою ладонь, прикрывающую рот, накрыла чужая ладонь. Крупнее. Сердце ухнуло куда-то вниз и гулко забилось в желудке. — Незачёт тебе, Шурка, — я с ужасом узнал тихий голос Хельга. И уловил в нём насмешку. Вот теперь мне точно писец. Второй рукой инструктор осторожно вытащил из моих подрагивающих пальцев коммуникатор. — Видосик, конечно, красивый. Но из-за него ты не услышал, как я подошёл. — Мгмм… — отозвался я печально. — Сейчас я убираю руку и мы осторожно и тихо возвращаемся в лагерь, — так же тихо продолжает он и действует убирает руку. — А вот видосик, увы, придется удалить. — Э? — не сдерживаюсь я, вслед за Хельгом отползая от края оврага обратно на тропинку. — Видишь ли, Шурка… По возвращению в Веху мне придется отвести тебя обратно к порталу. Ты ведь тут, мягко выражаясь, незаконно, — совершенно буднично ответил Хельг. — Блин… — внутри что-то дрогнуло и оборвалось. Ну да, глупо было надеяться, что меня не вычислят. Блин же. Ещё и доказательств не будет… А я ведь почти поверил, что у меня всё получилось… И вот теперь, на самом интересном!.. — Блин, — согласился он. Положил руку на плечо разворачивая к лагерю и слегка подталкивая. — И если ты хочешь, чтобы тебе разрешили вернуться обратно в Веху, тебе стоит продемонстрировать, что ты умеешь быть осторожным, хранить секреты и не трепаться о том, что ты здесь увидел. — Что? — не совсем понял я. Резко обернулся и встретился с внимательным взглядом желтых глаз. О, чёрт! Они реально светились. — То, Шурка. Может быть, мне удастся уговорить твоих опекунов-покровителей в лице Тора, Майкла и Алана сделать для тебя исключение. Но ты должен мне в этом помочь. Понимаешь? Я сглотнул и осторожно кивнул. — Я сделаю. Всё, что угодно! Хельг покачал головой и чуть нахмурился. — Никогда не обещай «всё, что угодно». Особенно тем, кто, вероятно, сильнее тебя. И кто может оказаться вовсе не тем, что ты предполагал изначально. Он говорил спокойно, но по спине всё равно прошёл холодок. Я снова сглотнул и опять кивнул. — Я запомню. Спасибо, — помолчал несколько секунд. Очень хотелось спросить, кто он. Но спросил я совершенно другое. — А… единороги?.. — Да, Шурка, они вполне настоящие. И не только они. В этом мире жива магия, — Хельг слегка улыбнулся. Мне его улыбка показалась печальной. — Когда-то, очень давно, магия существовала и на Инаре. — А сейчас? — А сейчас остались только её отголоски. Очень, очень слабые. Но их хватило, чтобы создать портал и открыть его в этот мир. Всё, заканчиваем разговоры, — он остановился и кивнул на заросли малины. Точно. Мы же почти в лагере. И как так быстро дошли? — Хорошо, я понял, — подтвердил я. — Вот и ладненько, — Хельг протянул мне обратно мой коммуникатор. — Сейчас ужин и спать. Ваша палатка стоит третью стражу. Это с трех часов ночи до пяти утра. Потом общий подъем, час на подготовку и охота. Шаг и прямо перед нами возник лагерь. Зарах дыма и тушёной крольчатины, разговоры и смех ребят. На мгновение показалось, что мое короткое ночное приключение было только сном. Но вновь промокшие кеды и усмешка Хельга утверждали обратное. Так. У меня осталось два дня, чтоб доказать инструктору, что на меня можно положиться и что я буду полезнее в Вехе, чем дома. А о том, что и как я буду объяснять маме… я подумаю потом. Она меня обязательно отпустит! Настроение стремительно улучшалось, и к костру я топал уже улыбаясь во весь рот. У меня есть два дня и я их не просру!