Out of My System

— Что еще за Шуга? — Тэхён выглядит озадаченным, когда Хосок подсаживается ближе. — И почему ты решил, что Чимин с ним встречается? — Это сценическое имя Юнги-хёна, — Хосок ухмыляется младшему, протягивая руку, чтобы сплести их пальцы, но его прерывают, не дав сказать больше. — Эй, что вы тут делаете? — Джин садится на третью бетонную скамейку возле стола, за ним следует Намджун. — О… хён, доброе утро, — Чимин поднимает взгляд и мягко улыбается Джину, который отвечает тем же. — Слышали? — Хосок наклоняется вперед, ухмыляясь Намджуну. — Что? — Намджун смотрит на парня с улыбкой в виде сердца. — Похоже, Шуга-хён с кем-то встречается, — Хосок заговорчески улыбается Намджуну, а затем поворачивает голову к Чимину. — Хён! — Чимин пинает Хосока под столом. — АЙ! — кричит Тэхён, подтягивая ногу на сиденье. — Это была моя лодыжка! Хосок смеется, поглаживая ладонь Тэхёна большим пальцем, пока Чимин извиняется перед лучшим другом. — Ты в порядке? — спрашивает Хосок у Тэхёна, и тот, надув губы, кивает. — Просто не смогу ходить, наверное, — небрежно отвечает Тэхён, вращая лодыжкой, чтобы оценить урон. — Придется тебе носить меня везде, хён. Чимин хохочет, заваливаясь на бок: — Тебе бы это понравилось, да, Тэ? — Заткнись, — бормочет Тэхён, щеки его краснеют, и он отпускает ногу обратно на землю. — Кто такой Шуга? — Джин крадет одну из картошек Намджуна. — И почему меня должно волновать, с кем он встречается? — Шуга — парень с нашего курса по рэп-поэзии. Настоящее имя — Юнги, Шуга — сценическое, — отвечает Намджун за Хосока, воруя луковое колечко у Джина. — Но я тоже не понимаю, почему нас должно волновать, с кем он встречается. — Ну, когда узнаешь, с кем, сразу заинтересуешься, — Хосок ухмыляется, глядя прямо на Чиминe. — Почему ты все время пялишься на… — начинает Джин, но его перебивает крик Намджуна. — Погоди, Чимин? Наш Чимин встречается с Шугой? — Намджун роняет бургер на стол. — Чимин, ты встречаешься с Юнги-хёном?! — Что? Чимин что?! — восклицает Джин, и Хосок смеется. — Я НЕ ВСТРЕЧАЮСЬ, ПОНЯТНО? МЫ НЕ ВСТРЕЧАЕМСЯ, — кричит Чимин, затем понижает голос, когда соседние столы оборачиваются. — Я его едва знаю. — Правда? Тогда объясни почему на тебе его толстовка, — Хосок озорно смеется, и Чимин краснеет. — А что с его толстовкой? — Намджун прищуривается, разглядывая одежду на Чиминe. — Боже мой, — бормочет Джин, наклоняясь ближе к младшему. Щеки того алеют, когда Джин тянет за ткань на его плече, чтобы разглядеть спину. Джин отпускает толстовку и смотрит Чимину в глаза: — На спине его имя, да? Это его имя? — Верно, хён, — отвечает Хосок, развязывая пластиковый пакет на столе, чтобы достать еду для себя, Тэхёна и Чимина. — Тэ, — Чимин умоляюще смотрит на лучшего друга, который наблюдает за всем с задумчивым видом. Намджун и Хосок смеются, пока Чимин ищет у Тэхёна поддержки. — Они не встречаются, — констатирует Тэхён. — Они просто трахнулись прошлой ночью. — БОЖЕ МОЙ, ТЭХЁН! — Чимин вскакивает, толкая Тэхёна с сиденья на землю. Хосок и Намджун заливаются смехом, и Хосок притягивает Тэхёна ближе, чтобы Чимин не достал его. — Я даже не знаю, как на это реагировать, — бормочет Джин, качая головой. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но замечает кого-то, бегущего в сторону двора. — Эй, эй, это, кажется, Юнги-хён, — Намджун старается незаметно указать на бегущего парня. — Что? — глаза Чимина в ужасе расширяются, он резко оборачивается и видит парня в паре метров, согнувшегося, упирающегося руками в бедра и тяжело дышащего. Юнги поднимает взгляд, и, когда их глаза встречаются, Чимин видит явное раздражение. Юнги выпрямляется, и Чимин наблюдает, как тот решительно шагает к ним, расстояние сокращается с каждым шагом. — О-о-о, — выдыхает Чимин. — Пак. Чи. Мин. — каждое слово Юнги произносит четко и резко, и Чимин не может придумать ничего лучше, кроме как широко улыбнуться в ответ. — Юнги-хён, — Чимин продолжает сиять, пока глаза Юнги сужаются, — привет, что ты тут делаешь? — Пак. Чертов. Чи. Мин. — бормочет Юнги, глядя на толстовку на Чиминe. Глаза Хосока слегка расширяются, когда Юнги ругается. Он открывает рот, но Джин его опережает. — Ты, должно быть, Шуга, или предпочитаешь Юнги? — голос Джина абсолютно спокоен, и Чимин бросает взгляд на старшего. — Хён… — Чимин поворачивается к Джину, и Юнги отрывает взгляд от толстовки, чтобы посмотреть на Джина. — О? — голос Джина тихий, он указывает на Юнги. — Вчерашний клиент? — О? Вчерашний бармен? — Юнги повторяет жест Джина, и тот кивает. — Э-э, — одновременно говорят Чимин и Тэхён. — Вы знакомы? — Намджун переводит взгляд на Юнги и Джина, которые продолжают смотреть друг на друга. — Он был одним из первых клиентов вчера, — отвечает Джин, глядя на Намджуна, и Юнги узнает в Намджуне парня с ямочками. Юнги оглядывает стол и смутно припоминает, что видел Хосока и Тэхёна. Его взгляд возвращается к Чимину, и он хмурится. Чимин снова ему улыбается, и Юнги качает головой. — Что угодно, — бормочет Юнги, наклоняясь так, что его лицо оказывается прямо перед Чимином, — ты мог взять что угодно. Но из всех вариантов выбрал именно это, потому что…? — Ты не шутил? — Джин удивленно смотрит на Тэхёна, и тот сияет. — Ага, — Тэхён смотрит прямо на Юнги, — они трахались. Удивленный выбором слов младшего, Юнги поворачивает голову к Тэхёну, затем обратно к Чимину. Он вздыхает, проводя рукой по волосам. Шестеро смотрят друг на друга, тишина опускается на стол, пока Тэхён не решает ее нарушить. — Ну, это уже становится неловким. Юнги откашлялся, и Чимин смотрит на Тэхёна, умоляя о помощи. Тэхён лишь пожимает плечами, и Чимин дуется. — Снимай, — Юнги слегка тянет за капюшон, и Чимин выглядит так же удивленно, как и остальные. — Прямо здесь? — спрашивает Чимин, и Юнги оглядывает соседние столы. — Ты в общежитии живешь, да? — спрашивает Юнги. — Иди, переодевайся, сейчас же. — Но, хён, я голодный, — Чимин надувает свои и без того пухлые губы. Юнги достает кошелек из заднего кармана и бросает пару купюр на стол: — Деньги? Вот. Побалуй себя. А теперь иди домой, переоденься и верни мне мою одежду. Гневный взгляд Чимина заставляет Юнги понять, что он, возможно, перегнул. Джин первым подбирает купюры и швыряет их обратно Юнги: — Он тебе не какая-то проститутка, которую ты подцепил на улице. Ему не нужны твои деньги. Он вполне может себе позволить еду. Дай ему поесть, а потом он вернет твои вещи. Юнги смотрит на Джина, приподнимая бровь, но Джин не отводит взгляд. — Хён, — Намджун успокаивающе кладет руку на предплечье Джина, зная, что, когда дело касается Чимина и Тэхёна, старший не даст их в обиду. Юнги первым отводит взгляд, наклоняется, чтобы подобрать купюры, и засовывает их в передний карман джинсов. — Прости, солнышко, — голос Юнги неуверенный, он смотрит на Чимина. — Я не это имел в виду. Просто… прости. Поешь. Я вернусь позже. — Ничего, — отвечает Чимин, но не поднимает голову. Хосок откашлялся, когда стол снова погружается в тишину: — Юнги-хён, почему бы тебе не присоединиться? — Эм, — одновременно говорят Чимин и Юнги, глядя друг на друга. — Я… — Юнги первым отводит взгляд, — вернусь позже или что-то типа того. — Нет, все в порядке, хён, — улыбка Чиминe робкая, — садись с нами. Юнги приподнимает бровь, словно хочет удостовериться, и Чимин кивает. — Теперь это превратилось из веселья в неловкость, — бормочет Тэхён, и Чимин бросает на него гневный взгляд. Хосок косится на Тэхёна, и тот, встретив его взгляд, заметно сникает. — Юнги-хён, я Хосок, — улыбается юноша, доставая из пакета сэндвич и передавая его Тэхёну. — Вот твоя курица терияки, Тэ. — Эм, откуда ты меня знаешь? — Юнги садится рядом с Чимином, который подвигается, освобождая место. — У нас общий курс! — восклицает Хосок, передавая Тэхёну сэндвич. — Чон Хосок? — Мы вместе учимся? — Юнги всматривается, пытаясь вспомнить. — Погоди, ты сказал Хосок? Чон Хосок? Юнги поворачивается к Чимину: — Чон Хосок? Чимин смотрит на Юнги и кивает: — Да, Хоби-хён. Ты сказал, имя звучит знакомо, да? — Мы все вместе на поэзии рэпа, хён, — перебивает Намджун, и Юнги удивленно смотрит на него. — Я Намджун. Ким Намджун. — О, я… извини, я не особо внимателен на этом курсе, — на губах Юнги появляется робкая улыбка. — Не виню тебя, — отвечает Намджун, закидывая в рот картошку. — Курс отстой, только семинары и спасают. Юнги кивает: — Согласен. — Ох, — Чимин разочарованно выдыхает, разворачивая сэндвич, и Юнги поворачивается к нему, видя, как тот грустно смотрит на еду. — Что? — спрашивает Хосок, откусывая свой. — Ох, — бормочет Джин, глядя на Чимина. — Это тунец? Чимин грустно смотрит на Джина и кивает. Джин смеется над его выражением лица и ерошит волосы младшего. — Что? Я думал, ты любишь тунец, — Хосок выглядит озадаченным, и Намджун смеется. — Вообще-то, — Намджун поднимает руку, — это я. — Что? Нет. Разве Чимин… — Хосок замолкает, хмурясь, пытаясь вспомнить. — Чимин ненавидит тунец, хён, — говорит Тэхён с набитым ртом. — Ой, прости, — Хосок виновато смотрит на Чимина. — Не знал, что перепутал тебя с Намджуном. — Ничего, — Джин достает из сумки ролл и предлагает его Чимину. Чимин качает головой: — Нет, нет, хён, все нормально, это просто еда. Я съем. Ты, наверное, сам это сделал, и уверен, оно вкуснее, чем это. — Ничего, Чимин, хён не против, — Джин подталкивает ролл к Чимину. — Бери. — Правда, хён? — Чимин с надеждой смотрит на Джина. Джин смеется и сам меняет еду, наблюдая, как Чимин сияет. — Спасибо, хён, — Чимин дарит Джину широкую улыбку, глаза превращаются в полумесяцы. — Ты лучший! Джин снова ерошит волосы Чимина: — Ты такой милый! Тэхён замирает, с открытым ртом и сэндвичем в воздухе. Он смотрит, как Чимин краснеет от слов Джина, и неприятное чувство оседает в его животе, когда Джин снова открывает рот. — Разве мой маленький Минни не самый прелестный на свете? — Джин ни к кому конкретно не обращается, поправляя волосы Чимина, все еще улыбаясь. Тэхён видит, как Чимин напрягается при этом прозвище, опуская взгляд на стол. Он замечает, как Юнги резко поворачивает голову, но тот не поднимает глаз, сосредоточившись на разворачивании ролла Джина. Тэхён следит, как взгляд Юнги переходит на Джина, а затем обратно на Чимина, и он знает.

***

Первой реакцией Юнги становится смех, от которого Чимин поднимает взгляд. — Вау, — выдыхает Юнги, смех ненадолго стихает, — просто ВАУ. Хосок смотрит на Тэхёна, и тот отвечает взглядом, понимая, что Хосок тоже все понял. — Эм, — Джин удивленно моргает на смеющегося Юнги, — ты… в порядке? Но Юнги не смотрит на Джина, упираясь локтем в стол и подпирая подбородок ладонью, поворачиваясь к Чимину. — Ну, — ухмылка Юнги широкая и непривычная, —разве это не занимательно? На лице Чимина смесь удивления и страха, он думает, сколько Юнги готов сказать при всех. Остальные четверо переводят взгляды между Чимином и Юнги, в головах у каждого свои мысли. Лицо Юнги смягчается, когда он замечает страх младшего, но в глазах блестит озорство, а улыбка становится слегка опасной. Он запускает руку в волосы Чимина, и тот замирает, пока Юнги их растрепывает, разрушая все, что сделал Джин. Юнги тихо посмеивается, убирая руку. Чимин мягко качает головой, когда Юнги открывает рот, его глаза умоляют не говорить ничего. Юнги закрывает рот, ухмыляясь еще больше, и понимая, чего хочет младший. — Ну, разве мы не полны сюрпризов? — просто говорит Юнги, и Чимин смотрит на него, пока тот возвращается к прежнему положению, глядя вперед с легкой улыбкой. — Хён? — голос Чимина тихий, и Тэхён задумывается, не происходит ли между ними больше, чем он думал. Юнги смотрит на Чимина, пожимает плечами и начинает выстукивать пальцами по столу ритм песни, над которой работает. Но Чимин знает, что Юнги все понял.

***

— Окееееееей, — тянет Намджун, оглядывая стол, — кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? Я немного в замешательстве. — Поддерживаю, — Джин смотрит на Чимина, который с улыбкой откусывает кусочек от ролла, и на Юнги, молча оглядывающего двор. — Я ВСЕ ЕЩЕ ГОЛОДНЫЙ! — кричит Тэхён ни к кому конкретно, заставляя всех вздрогнуть. — Тэ, ты только что поел, — напоминает Хосок, и Тэхён дуется на него. — Но я все еще голоден, хён. — У меня есть нарезанные фрукты, — бормочет Джин, лезя в сумку. — Мы с Намджуном собирались перекусить ими на учебе, но бери. — СПАСИБО! — почти кричит Тэхён, хватая фрукты. Тэхён не пропускает подозрительного прищура Намджуна, который беззвучно говорит: «Ты мне это потом объяснишь». Он также замечает благодарную улыбку Чимина и любопытный взгляд Юнги. — ПРЕКРАТИТЕ, — Тэхён закрывает лицо руками, — не смотрите на меня, когда я ем. Это смущает. Джин смеется над выходкой младшего, а глаза Намджуна сужаются еще больше. — Юнги-хён, ты не будешь есть? — Чимин поворачивается к старшему. Юнги качает головой, потягиваясь: — Я не голоден. — Хочешь половину? — Чимин указывает на свой обед. Юнги снова качает головой: — Нет, спасибо, малыш. — Ничего, хён, тебе надо поесть! — Чимин чуть ли не подпрыгивает, размышляя, как разделить ролл. — Солнышко, я сказал, что не хочу, — тон Юнги твердый, но Чимин не слушает. — Не хочу его испортить, — бормочет он, поворачиваясь к Юнги. — Я съем половину, а остальное тебе, хорошо, хён? Юнги закатывает глаза, но не останавливает Чимина, пока тот с радостью жует. Шестеро сидят в комфортной тишине, слышен только звук еды и голод, заглушающий желание говорить. — Вот, — Чимин с трудом говорит с набитым ртом, протягивая ролл Юнги. — И это по-твоему половина? — Юнги приподнимает бровь, и Чимин смущенно улыбается. — Было вкусно, — бормочет Чимин, жуя, и Юнги закатывает глаза. — Хорошо, что ты не на матфаке, — отвечает Юнги, но берет еду. — Хочешь? — Тэхён пододвигает наполовину пустую коробку с фруктами к Чимину. — Но ты никогда не делишься едой! — восклицает Чимин. — Да… но это ты, — Тэхён тыкает вилкой в клубнику и подносит ее к Чимину, который наклоняется, чтобы откусить. — Тэ, — Чимин сияет, глядя на Тэхёна, — я тебя люблю. — Ага, я тоже тебя люблю, — бормочет Тэхён, не глядя, беря виноград. — Юнги-хён, поменяйся со мной местами, — Чимин встает и обходит скамейку. — Подвинься, я хочу сесть ближе к Тэ. Юнги пересаживается, не обращая внимания, слишком занятый едой. — ТэТэ, — говорит Чимин, и Тэхён отвечает ухмылкой. — ЧимЧим, — отвечает Тэхён. — ТэТэ. — ЧимЧим. Юнги смотрит на них, озадаченный, но забавляющийся, пока они повторяют прозвища, жуя фрукты, и Джин хихикает над его выражением. — Они иногда так делают. Привыкнешь, — тихо говорит Джин Юнги. — Это мило. — Ладно, — тянет Хосок, кладя руки перед лицами Тэхёна и Чимина. — Хватит. Это раздражает и пугает. Тэхён смеется: — Не завидуй нам, хён. — Мхм, — кивает Чимин. — Мы все знаем, что Тэ глаз не сводит только с тебя, тебя, тебя. Тэхён краснеет, Хосок сияет, и Чимин улыбается им. — Итаааак… — Хосок тянет слово, когда стол погружается в неловкую тишину, все делают вид, что заняты едой или стараются молчать. — Знакомство, — говорит Намджун с набитым ртом, за что Джин бросает на него взгляд. — Надо познакомиться. — Но мы все друг друга знаем, — указывает Тэхён, беря сливу и предлагая ее Чимину. — Кроме Юнги-хёна. — Мин Юнги, — говорит Юнги, когда все, кроме Чимина, смотрят на него. — Музыкальное продюсирование, четвертый курс, заканчиваю этим летом с отличием. — Ким Сокджин, — отвечает Джин, откусывая сэндвич с тунцом. — Хосок и Джуни уже представились. Это Тэхён, и Чимина, ты уже знаешь. — О, сливы вкусные! — восторженно восклицает Чимин, когда Джин заканчивает. Юнги поворачивает голову, наблюдая, как Чимин закидывает еще кусочек в рот и стонет от вкуса. Не осознавая, что его рука движется сама, Юнги касается большим пальцем уголка губ Чимина, стирая сок. Чимин удивленно смотрит на Юнги, когда тот касается его нижней губы, и наблюдает, как Юнги медленно отводит палец, не отрывая взгляда. Юнги подносит палец к своему рту, с любопытством слизывая сладкий нектар, его выражение меняется. Рот Чимина открывается, щеки теплеют, и он не уверен, но чувствует, что весь стол, вероятно, смотрит на Юнги. — Мхм, — Юнги кивает, одобрительно мыча. — Слива хороша. Сладкая. Чимин, всё ещё пылая румянцем, слегка поворачивает голову, чтобы заметить, как Джин и Намджун переводят взгляды между ним и Юнги, с открытыми глазами и ртами. У него не хватает смелости повернуться и взглянуть на выражения лиц Хосока и Тэхёна. Джин поворачивает голову к Чимину, приподнимая одну бровь, на его лице появляется понимающая улыбка. Чимин думает, как было бы здорово, если бы земля просто поглотила его... или, ну, знаете, если бы он просто спонтанно воспламенился прямо сейчас. Оба варианта подойдут; он не слишком придирчив.

***

— Пока! Давай обедать вместе чаще, — Чимин машет рукой, выскальзывая с сиденья, в то время как Юнги ждет его в паре шагов. — О, Тэ, ты скоро вернёшься? — Чимин оборачивается. — Не знаю. А что? Планируешь что-то с Юнги-хёном? — Тэхён ухмыляется, шевеля бровями, и Чимин жалеет, что у него нет ничего под рукой, чтобы кинуть в лицо друга. — Захотелось приготовить ужин, — отвечает Чимин, убирая телефон в карман. — Готовить на двоих? — Готовь на троих, — улыбается Джин, глядя на младшего. — Если только ты не хочешь, чтобы я пришёл и помог. — Э-э, — Чимин краснеет, — не нужно. Я тебя накормлю, хён! За то, что поменялся сэндвичами. Что хочешь поесть? — Ммм, — Джин задумывается, и Юнги смотрит на старшего, гадая, замечает ли тот румянец на щеках Чимина. — Ты хорошо готовишь пасту. — Это, кстати, был я, — указывает Хосок. — Я готовил. И как невежливо с твоей стороны, Чимин, не пригласить меня. Я же твоя надежда, твой любимый хён. Чимин смеётся и поворачивается к Хосоку: — Хочешь тоже прийти, хён? Намджун ахает: — О, так ты всех их пригласишь, а меня нет? Я тебе не нравлюсь, да? Чимин неловко улыбается и притворно вздыхает: — Ладно, ты тоже можешь прийти. Решите, что хотите, и напишите мне. Я закуплю продукты после того, как верну одежду. Пойду, пока Юнги-хён не решил заставить меня раздеться прямо здесь. — Во-первых, солнышко, — Юнги поднимает указательный палец, — это грубо. Я бы никогда такого не сделал. Во-вторых, это не твоя одежда. Имя на спине тому подтверждение. Чимин краснеет и тянет Юнги за собой, оборачиваясь, чтобы быстро помахать остальным за столом. — Ладно, — Хосок наклоняется вперёд, как только парочка уходит из зоны слышимости, — кто ещё в шоке от происходящего? — Я не то чтобы в замешательстве, — Намджун постукивает указательным пальцем по подбородку. — Меня больше смущает, какого рода у них отношения, — заканчивает за него Сокджин, и Намджун кивает в знак согласия. Тэхён внезапно хихикает, продолжая наблюдать, как Юнги и Чимин направляются к комнате в сторону общежития. Все трое поворачивают головы к нему. — Что? Тэхён издаёт невнятные звуки, а затем шёпотом, с широкой улыбкой, говорит: — Он называет моего ЧимЧима солнышком. Он зовёт его солнышком!

***

— Итак, Ким Сокджин, да? — Юнги бросает Чимину ухмылку, наблюдая, как тот на секунду замирает, прежде чем продолжить идти к своему общежитию. — Что насчёт него? — голос младшего ровный, когда они доходят до здания. — Не знаю, ты мне скажи, солнышко, — отвечает Юнги, пока они идут к лестнице. — Он довольно симпатичный, но я не думал, что это твой типаж. — Не понимаю, о чём ты, хён, — бормочет Чимин, ускоряя шаг. — Правда? Ты реально не понимаешь, о чём я, Минни? — Юнги ухмыляется, когда Чимин открывает дверь четвёртого этажа с чуть большей силой, чем нужно. — Хён, заткнись, не суй нос, куда не просят, — слова Чимина удивляют старшего. Юнги фыркает: — Родители не учили тебя манерам, малыш? — Учили, — Чимин оборачивается, и Юнги останавливается. — Но ещё они научили меня не терпеть дерьмо от таких, как ты. Юнги смеётся: — Мило. Но не ругайся, солнышко, тебе не идёт. Чимин закатывает глаза и марширует к комнате, которую делит с Тэхёном, отпирая дверь ключами. — Серьёзно, Чимини, ты должен благодарить меня за то, что я ничего не сказал при остальных, — Юнги переступает порог, наблюдая, как Чимин идёт в спальню. — Вау, комната больше, чем я ожидал, малыш. У вас даже есть гостиная и кухня! — Вот, хён, — Чимин выходит из спальни и бросает кофту и джинсы Юнги. — Мог бы хотя бы в пакет положить, — бормочет Юнги, ловя одежду. — Вот твоя толстовка, — Чимин передаёт последний предмет, доставая свою одежду из шкафа. — Всё? — Не хочешь забрать свои вещи? — спрашивает Юнги, аккуратно складывая одежду. — Думал, зайду завтра… — Завтра меня не будет дома, — отвечает Юнги, глядя на Чиминe. — Я должен был работать в студии сегодня, но уже не хочу возвращаться. Наверное, проведу там весь день. Поехали ко мне, заберёшь их сегодня. — Я… о, — Чимин смотрит на Юнги и кивает. — Ладно, это ведь недолго. Тогда закуплю продукты где-нибудь рядом с твоим домом. — Поехали, — Юнги идёт к двери, держа одежду в одной руке и ключи от машины в другой. — Хён? — голос Чимина мягкий, заставляя Юнги обернуться. — Ты… никому не расскажешь? Юнги смотрит на ожидающее выражение лица Чимина и проглатывает ком в горле. Он качает головой: — Это не моя тайна, солнышко. К тому же, уверен, все заметили, как ты пялишься на этого красавчика. Чимин ахает: — Я не пялился на Джина-хёна! Юнги фыркает: — Конечно. Продолжай так думать, чтобы спать спокойно. — Погоди, я пялился? Думаешь, он заметил? Думаешь, Намджун-хён заметил? — кричит Чимин, и Юнги смеётся над страхом в его голосе. — Сомневаюсь, — отвечает Юнги, открывая дверь и ожидая, пока Чимин выйдет. — Твой хён немного тормоз. А вот его парень… не могу сказать, что он знает, а что нет. — Боже мой, — Чимин хватается за голову. — Намджун-хён гений! Он, наверное, всё понял. Думаешь, он меня ненавидит? Хён, я не хочу, чтобы он меня ненавидел. Он делает Джина-хёна счастливым. Я не хочу, чтобы Джин-хён нас покинул из-за того, что я раздражаю Намджуна-хёна. Юнги улыбается, затем тянет Чимина за запястье, вытаскивая его из комнаты и забирая ключи: — Не переживай, не думаю, что твой любовник такого типа. Ты ему нравишься, очень. Не так, как ты хочешь, но он тебя обожает. — Правда? — Чимин слегка подпрыгивает, и Юнги хмурится, возвращая ключи. — Разве я не сказал, что не так, как ты хочешь? — Нет, я просто… — Чимин смотрит в пол, и Юнги вздыхает, снова беря его за запястье, чтобы вести вниз.

***

Чимин слегка краснеет, входя в лифт, вспоминая события прошлой ночи. Юнги встречается с ним глазами через зеркало и подмигивает, заставляя Чимина отвернуться, румянец усиливается. Юнги смеётся и, не задумываясь, тянется погладить волосы юноши: — Чего краснеешь, малыш? — Не краснею, — протестует Чимин, уворачиваясь от руки Юнги. — Просто камеры… — Как я сказал вчера, — Юнги ухмыляется, глядя на двери лифта. — Я показывал им и похуже. — Просто рановато, — бормочет Чимин, и Юнги прислоняется к стене лифта, разглядывая его. — Ты милый, — тихо говорит Юнги скорее себе, но Чимин улыбается. — О, хён, ты что, влюбился в меня? — Чимин игриво шевелит бровями, его уверенность взлетает от одного лишь слова. — Паршивец, — Юнги фыркает, скрещивая руки, но продолжает улыбаться. — Спасибо, — мягко шепчет Чимин, и Юнги отрывает взгляд от кнопок, чтобы посмотреть на него. — И за вчера тоже, — продолжает Чимин, мягко улыбаясь Юнги. — Спасибо. Мне было весело, хён. Я немного боялся пробовать снова, но… просто спасибо. — Это потому, что ты всё делал неправильно раньше. Ну, не то чтобы неправильно, просто… не так, — бормочет Юнги, и Чимин отводит взгляд. — Прости, — Чимин не знает, за что извиняется, но чувствует, что должен. — Не за что, я тоже получил удовольствие, наверное, — признание Юнги удивляет Чимина, но прежде чем он успевает ответить, лифт звенит, и Юнги выходит. Чимин следует за ним, замечая, что Юнги ускоряет шаг к своей двери. — Чонгук? — голос Юнги звучит мягче, чем помнит Чимин, и тот обходит старшего, чтобы увидеть парня, сидящего с рюкзаком на коленях, прислонившегося к двери старшего. — Чонгук? — Юнги наклоняется, чтобы разбудить парня, и Чимин вдруг вспоминает женщину с прошлой ночи. «Ох, — думает Чимин, когда парень открывает глаза, — это её сын?» — Хён, — голос Чонгука пропитан усталостью и облегчением, он моргает, улыбаясь Юнги. — Ты так быстро вернулся. — Чонгук, что ты тут делаешь? — Юнги протягивает руку, и младший, взяв её, поднимается. — Ждал тебя, но, похоже, заснул, — отвечает Чонгук, потирая глаза, и замечает Чимина, стоящего за Юнги. — О… ты привёл друга? В глазах Чонгука вопрос, и Чимин гадает, приводил ли Юнги «друзей» домой посреди дня. — Ага, что-то вроде, — Юнги потирает затылок, бросая взгляд на Чимина. — Привет, я Пак Чимин, — Чимин широко улыбается высокому парню, протягивая руку. — Кажется, вчера я встретил твою маму. Чонгук с презрением смотрит на протянутую руку, но что-то щёлкает: — Хён, где ты его вообще нашёл? Погоди, о… о. Вчера, понял. Улыбка сползает с лица Чиминe от взгляда Чонгука, и он видит, как Юнги смеётся над словами младшего, заходя в квартиру. — Ты тот ещё паршивец, знаешь, Чонгуки? — Юнги ухмыляется, поворачиваясь к Чимину. — Заходи, Чимини, ждешь приглашения? — Да, но признай, хён, это то, что ты во мне больше всего любишь, — Чонгук заходит, будто это его дом, бросая рюкзак на диван. Юнги фыркает: — Кто кого любит? — Ты меня любишь, — зубастая улыбка Чонгука очаровательна, и Юнги хихикает, ероша его волосы. — Эм, не хочу прерывать, — бормочет Чимин, надеясь, что Юнги сжалится. — Но можно забрать мои вещи, хён? — О, прости, солнышко, секунду, — Юнги снимает куртку. — Чёрт, я оставил свою одежду в машине. Ладно, потом заберу. — Хён, я голодный, — ноет Чонгук с дивана. — В холодильнике пицца, — кричит Юнги, идя в спальню, а Чимин неловко стоит в гостиной, доставая телефон, чтобы проверить сообщения. Чонгук возвращается с пиццей и банкой газировки раньше Юнги, и Чимин думает, стоит ли начать разговор. — Я, — голос Чиминe слишком тихий, он откашлялся и пробует снова. — Слышал, ты собираешься в Кёнхи. Чонгук отрывается от пиццы и пару секунд враждебно смотрит на Чимина, затем кивает: — Ага. Ответ короткий, но Чимин не сдаётся: — Ты поступил на музыкальный, да? Больше по инструменталке или вокалу? Может, оркестр? Чонгук снова смотрит на Чимин, и тот с облегчением замечает, что взгляд уже не такой недружелюбный. Голос младшего мягкий: — Вокал. — О, — Чимин улыбается, надеясь, что парень раскроется. — У меня друзья тоже учатся в этой программе. Мой лучший друг специализируется на вокале, а один хён получает двойную специальность по вокалу и киноискусству. — Правда? — в глазах Чонгука вспыхивает интерес, и Чимин улыбается, понимая, что зацепил его. Громкий стук в дверь, и Чимин замирает, видя страх на лице Чонгука. Он идёт к двери, сомневаясь, стоит ли открывать, но Юнги опережает его. Юнги встречается с Чимином взглядом, затем смотрит в глазок. — Чонгук, — тихо зовёт Юнги, и Чимин видит, как парень вздыхает и встаёт с дивана. Стук повторяется, и Чонгук нерешительно смотрит на Юнги. — Это твоя мама, — Юнги смотрит на Чонгука, затем открывает дверь.

***

— Госпожа Чон, какой приятный сюрприз, — сарказм в голосе Юнги заставляет Чимина поежиться. — Простите за грубость, но я не припомню, чтобы приглашал Вас. — Не пытайся сменить тему, Мин Юнги, — в голосе женщины яд. — Он здесь, не так ли? — Понятия не имею о ком Вы говорите, — начинает Юнги, но женщина заходит. — Чон. Чон. Гук, — тон женщины спокоен, но пугающе холоден, и Чимин невольно отступает. — Да, госпожа Чон, конечно, заходите, — бормочет Юнги, но она не обращает внимания. — Да, мама? —цедит Чонгук сквозь зубы, пытаясь звучать вежливо, и Чимин гадает, стоит ли ему быть здесь и стать свидетелем того, что сейчас произойдёт. Юнги поворачивает голову к Чимину, и их взгляды встречаются. Юнги качает головой, и Чимин понимает, что надо остаться. — Ты снова прогулял подготовительные курсы. Будь добр, объяснись? Чонгук опускает взгляд в пол и молчит, поджимая губы. — Отвечай! — кричит женщина, и Чимин вздрагивает от её пронзительного голоса. На языке Чонгука куча оправданий, но он не может выдавить ни слова. — Ладно. Как пожелаешь. Я отменяю все твои занятия танцами, пока ты не возьмёшься за ум. Ты примешь предложение от СНУ, не будешь прогуливать курсы и подтянешь свои оценки, понял? Только тогда мы с отцом подумаем о твоем возвращении к танцам летом. — МАМ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ОТМЕНИТЬ МОИ ЗАНЯТИЯ! — кричит Чонгук, вскидывая голову. — Я НЕ ХОЧУ ПРИНИМАТЬ ПРЕДЛОЖЕНИЕ СНУ! — И почему это? — госпожа Чон приподнимает бровь, скрещивая руки. — МАМ! — Чонгук кричит, и Юнги видит, как дрожит его нижняя губа — он старается не заплакать. — Я не хочу в СНУ, я хочу в Кёнхи на музыкальный. — Нет, — коротко отвечает она, качая головой, и Чимин даже жалеет парня. — Ты НЕ пойдёшь в это ужасное место. Ты идёшь в СНУ, и точка. А теперь домой, будешь наверстывать пропущенные курсы. ПОНЯТНО? — НЕТ! — крик Чонгука разносится по комнате, он вытирает слезу, скатившуюся по щеке. — Я НЕ пойду в СНУ. Мне почти 18, и я буду делать, что хочу. Я приму предложение Кёнхи, и вы с папой ничего не сможете сделать. — Ты. НЕБЛАГОДАРНЫЙ. РЕБЁНОК. Ты должен быть благодарен за деньги, которые мы тратим на тебя и твоё образование. Любой другой отпрыск боготворил бы родителей за то, что мы для тебя делаем! — каждое слово пропитано ядом, и Чимин видит, как женщина делает шаг и к сыну, понимая, что та собирается сделать. Чимин подходит ближе к Чонгуку и оттаскивает его назад, становясь перед ним. — Нет причин поднимать на него руку, — Чимин стоит перед Чонгуком. — Он почти взрослый. Вы должны позволить ему жить, как он хочет. Глаза Юнги расширяются, он встречается взглядом с Чонгуком поверх плеча госпожи Чон. — А ты кто такой? — женщина фыркает, оглядывая Чимина, затем её глаза слегка распахиваются от узнавания. Её враждебный взгляд напоминает Чимину взгляд Чонгука несколько минут назад. Чимин видит, как она ухмыляется, поворачиваясь к Юнги: — О, так ты теперь приводишь своих шлюх домой даже днём? Гнев вспыхивает в глазах Юнги, он делает шаг вперёд, но Чимин опережает его. — Простите? Я НЕ шлюха, и даже если бы был, какое Вы имеете право смотреть на меня свысока? Женщина гневно смотрит на него: — Не суй свой дешёвый нос туда, куда не следует, понял? Научись уважать старших. — Только после того, как Вы научитесь уважать мечты своего ребёнка, — парирует Чимин, и Чонгук ахает, когда рука его матери ударяет Чимина по щеке. Глаза Чимина распахиваются в удивлении, стоит ему почувствовать силу удара, а рука автоматически хватается за горящую щеку. — ВОН, — кричит Юнги на женщину, подскакивая, чтобы спрятать Чимина за себя, пылая гневом. — ВЫЙДИТЕ. ПРЯМО СЕЙЧАС. Громкий голос Юнги пугает женщину, её глаза слегка расширяются, но она быстро берёт себя в руки, лицо снова становится равнодушным. — ВЫ МЕНЯ СЛЫШАЛИ? — Юнги угрожающе наклоняется. — ВЫЙДИТЕ ИЗ МОЕГО ДОМА. — ЧОН. ЧОНГУК. ДОМОЙ. СЕЙЧАС, — женщина поворачивается к сыну. Её вид пугает Чонгука, но он понимает, что должен когда-то дать отпор: — Нет, я вернусь, когда захочу. Мне почти 18, вы больше не можете мной управлять. — Если не хочешь оказаться на улице, советую пойти со мной. Иначе твой отец с тобой разберётся. — Мам, — протестует Чонгук, но Юнги его перебивает. — Чонгук, иди домой, — Юнги встречается с умоляющим взглядом младшего. — Хён… — Твой отец уже едет, — госпожа Чон смотрит на сына, когда её телефон жужжит. — Он будет недоволен. Либо ты идёшь домой сам, либо он приедет и заберёт тебя силой. Что выбираешь? Глаза Чимина снова расширяются от такого ультиматума, и он ненадолго задумывается, стоило ли вообще вмешиваться в этот хаос. — Я пойду с тобой. Пойдём, Чонгук, — Юнги отходит от Чимина. — Я тебя не приглашала, Мин Юнги. Держись подальше от моего сына, — кричит женщина, когда Юнги надевает куртку. — Я не пойду, если Юнги-хён не пойдёт со мной, — Чонгук топает ногой, и Юнги закатывает глаза. Женщина гневно смотрит, но её сын непреклонен: — Ладно, отец всё равно с тобой разберётся. Посмотрим, как ты его обрадуешь, притащив его с собой. — Чонгук, пошли, — Юнги выпроваживает младшего, полностью игнорируя слова матери Чона, пока она выходит. — Солнышко, останься здесь. — Эм, я думаю, мне лучше тоже уйти, хён, — бормочет Чимин, убирая руку со щеки. — Чимини, останься, — голос Юнги мягкий. — Я скоро вернусь. Никуда не уходи. — Я, — Чимин открывает рот, чтобы возразить, но выражение лица Юнги заставляет его лишь кивнуть. — Ладно.

***

Юнги тихо возвращается домой, меняя обувь на тапочки, и идёт в гостиную, где оставил Чимина. Он стоит у входа, засунув руки в карманы джинсов, молча наблюдая за младшим, который сидит на подлокотнике кожаного кресла, глубоко задумавшись, глядя на свои руки. Чимин не замечает Юнги, всё ещё погружённый в свои мысли. — Прости, — голос Юнги мягкий и искренний. Чимин вздрагивает, услышав старшего. Тихое «ох» слетает с его губ, когда Юнги медленно сокращает расстояние между ними. — Прости, — повторяет Юнги, проводя рукой по волосам, останавливаясь перед Чимином. — Я не знал, что она тебя ударит. — Знаю, — Чимин кивает, глядя в извиняющиеся глаза Юнги. — Я тоже не думал, что она это сделает. Не ожидал, это было неожиданно. Юнги кладёт указательный палец под подбородок Чимина, слегка поворачивая его голову влево, затем нежно касается щеки большим пальцем. Чимин слегка вздрагивает от холодного пальца Юнги, щёки теплеют, пока тот продолжает гладить его лицо. — Будет синяк, — тихо бормочет Юнги, убирая руку, и Чимин видит гнев в его глазах. — Прости. — Ты уже говорил это, хён, — Чимин пытается улыбнуться, но морщится от боли. Юнги замечает это. Глаза Юнги темнеют, когда он видит боль на лице Чимина, пытающегося улыбнуться. — Это из-за кольца, — Чимин смотрит прямо в глаза Юнги, надеясь успокоить его. — Иначе пощёчина была бы больше шокирующей, чем болезненной. — Неважно, больно или нет, ты этого не заслужил, — взгляд Юнги прикован к щеке Чимина, губы сжаты в хмурой линии. — Хён, — Чимин тянется и цепляется за куртку Юнги, притягивая его ближе. — Не злись. Я вообще не должен был вмешиваться. — Не смей так думать, — взгляд Юнги встречается с младшим. — Ты лишь защищал себя. Чимин видит извинение в глазах Юнги, знает, что, несмотря на твёрдую, равнодушную маску, старший глубоко стыдится случившегося. — Хён, ты что, волнуешься за меня? — Чимин слегка наклоняет голову, выдавая самую дерзкую улыбку, какую может в такой ситуации. Юнги тихо смеётся над его выражением: — Нет. Чимин ахает, словно его осенило: — Хён, не говори, что ты влюбился в меня после вчерашнего. Не то чтобы я тебя винил. Да и кто бы не влюбился? Юнги слегка щёлкает Чимина по лбу: — Мелкий засранец. Нежность на лице Юнги и мягкость, с которой он гладит щёку Чимина, застают того врасплох. Чимин смотрит на Юнги, затем быстро целует его в губы: — Всё нормально, я тебя не виню, хён. — Ты только что…? — Юнги смотрит на младшего, который улыбается в ответ. — Мхм, — отвечает Чимин, замечая, как взгляд Юнги опускается к его губам. — И я сделаю это снова. Чимин наклоняет голову, чтобы поцеловать Юнги, языком и зубами медленно облизывая и покусывая его нижнюю губу. Юнги стонет, когда язык Чимина касается его губы, но открывает рот, давая младшему доступ. Чимин подвигается к краю подлокотника, притягивая Юнги ближе. Он запускает руки в волосы Юнги, перебирая короткие пряди на затылке, затем тянет за них. Чимин внутренне усмехается, когда Юнги отдаёт контроль младшему. Его язык исследует рот Юнги, запоминая ощущения. Постепенно он чувствует жжение в лёгких, и старший стонет. — Чимини, хватит, — Юнги отстраняется, кладя руку на грудь Чимина. — Ночь кончилась, малыш. — Ещё разок? — Чимин смотрит с надутыми губами, но Юнги качает головой. — Я не сплю ни с кем дважды. — Хён, — ноет Чимин, — ну давай, ещё разок. — Не-а, — Юнги качает головой. — Если я позволю этому произойти, это точно не ограничится «последним» разом. — Ограничится. Ну же, хён, ещё раз. Что в этом плохого? — Ты привяжешься, — Юнги пожимает плечами. — Ты из таких, знаешь. Дай палец - откусят всю руку. Чимин широко раскрывает глаза и надувает губы, используя все приемы, что перенял у Тэхёна. — Пытаешься быть милым, чтобы я передумал и переспал с тобой? — Юнги моргает, глядя на младшего. Чимин фыркает: — Не понимаю, почему ты так категоричен. Тебе же понравилось. И последствий никаких не будет. — Малыш, мне понравилось, но нельзя. Это не способ забыть кого-то. Чимин напрягается при этом упоминании, но тянется поцеловать Юнги, используя все приёмы с прошлой ночи. — Я делаю это не поэтому, — тихо бормочет Чимин, когда Юнги снова целует его. — Пожалуйста, солнышко, я видел, как ты смотрел на него всё утро, — шепчет Юнги, мягко гладя больную щёку Чимина, заглушая его хныканье. — Тогда помоги мне. Пожалуйста, хён? — Чимин шепчет у губ Юнги, ныряя в новый поцелуй, позволяя их языкам сплестись. Юнги рычит, притягивая младшего ближе, пока Чимин лижет нёбо старшего, заставляя его стонать. Юнги наклоняет голову, беря контроль над поцелуем, наслаждаясь звуками, которые издаёт Чимин. Он делает шаг вперёд, усаживая Чимина на подлокотник дивана. Их стоны наполняют комнату вместе со звуками поцелуев, и Юнги внутренне вздыхает, понимая, что снова попался. — Надо торопиться, — бормочет Юнги, отрываясь от поцелуя, чтобы пройтись губами по шее Чимина, ища точку, от которой младший мурлычет. — А? — в тумане отвечает Чимин, пока Юнги резко тянет за ворот его толстовки, обнажая плечо. — Чонгук, — Юнги покусывает ключицу Чимина, затем лижет, чтобы успокоить боль, — он вернётся со своими вещами. — Что? — стонет Чимин, смутно пытаясь осмыслить слова Юнги, пока тот снова целует его. — Нужно поторапливаться. У нас меньше получаса, — Юнги бормочет у губ младшего, отрываясь, чтобы посмотреть ему в глаза. Чимин кивает, быстро стягивает футболку и с улыбкой смотрит, как Юнги оглядывает его торс, облизывая свои губы. — Нравится, что видишь? — Чимин слегка напрягает мышцы, наблюдая, как взгляд Юнги возвращается к его лицу. — Кровать. Сейчас, — голос Юнги грубый, и Чимин не теряет времени, тянется к губам Юнги. Обхватив его талию ногами, Чимин успевает схватить свою толстовку, пока Юнги несёт его в спальню. — Хочешь попробовать что-то новое? — бормочет Юнги, отрываясь от поцелуя и целуя шею Чимина, отчего тот выгибается в его руках. — У нас, — Чимин стонет, когда Юнги сильно посасывает, — хватит времени? Юнги ногой захлопывает дверь спальни, прижимая Чимина к ней. — Мхм, время есть, солнышко. Как насчёт того, чтобы ты был сверху в этот раз? — Ты хочешь, чтобы я…? — Чимин смотрит на Юнги с лёгким замешательством и хмурится, когда тот смеётся, поворачиваясь к кровати. Юнги мягко бросает Чимина на кровать, затем снимает свою куртку и рубашку. Он тянется к джинсам, расстёгивая только ремень. Затем он забирается сверху на Чимина, и младший слегка отодвигается к изголовью. Блеск в глазах Юнги и хищная улыбка на его губах посылают дрожь по спине Чимина, но в то же время он чувствует прилив возбуждения. Юнги наклоняется, чтобы прикусить мочку правого уха Чимина, и кожа младшего покрывается мурашками, когда тёплое дыхание Юнги касается его уха. — Чимин, — голос Юнги мягкий и опасный одновременно, и Чимин стонет, когда рука Юнги скользит к ширинке его джинсов. — Как насчёт того, чтобы хён научил тебя, как ездить верхом?

***

Чимин кончает с громким стоном, сперма брызгает на грудь Юнги, когда большой палец старшего надавливает на щель его члена, и этот звук отправляет Юнги за грань. Одна рука Юнги ложится на бёдра младшего, пока он толкается в Чимина, чтобы продлить свой оргазм, продолжая стимулировать младшего, пока оба не оказываются полностью истощёнными. Чимин падает на грудь Юнги, тяжело дыша, и обе руки Юнги автоматически обнимают младшего, игнорируя тяжесть на своей груди. — Это было весело, хён, — шепчет Чимин у подбородка Юнги, их тяжёлое дыхание наполняет комнату. — Это было лучше, чем вчера. Намного лучше. Почему мы не попробовали это сразу? Юнги смеётся, его тело сотрясается, а пальцы запутываются в волосах Чимина, мягко их распутывая. — Хён? — Чимин поднимает голову, слегка наклоняя её, чтобы встретиться с глазами Юнги, который смотрит вниз. Рука Юнги скользит к подбородку Чимина, приподнимая его голову ещё выше, а затем наклоняется и целует его жёстко. Поцелуй застаёт Чимина врасплох, но он отвечает с энтузиазмом, открывая рот, позволяя своему языку столкнуться с языком Юнги. Юнги вскоре прерывает поцелуй, но тут же наклоняется снова, чтобы оставить последний целомудренный поцелуй на губах младшего. — Ты единственный в своём роде, солнышко, — Юнги тихо выдыхает у губ Чимина. — Поистенне великолепный. — Ты счастлив, хён? — спрашивает Чимин, глядя на Юнги полуприкрытыми глазами, и невинность в его голосе трогает сердце старшего. — Не уверен, что счастлив-счастлив; скорее, удовлетворён или насыщен, — честно отвечает Юнги, и это заставляет Чимина улыбнуться. — Значит, мы можем повторить? — дразнится Чимин. Юнги на это тихо смеётся, вызывая трепет в сердце младшего. — Ненасытный маленький засранец, — бормочет Юнги спустя время, — тебя никогда не удовлетворить, да? Чимин легко смеётся в ответ: — Хочешь попытаться? — Нет, — отвечает Юнги с улыбкой на губах, затем аккуратно перекатывает Чимина с себя на кровать. Чимин переворачивается и подползает ближе, почти подсознательно прижимаясь к боку Юнги. — Отодвинься, — Юнги чуть шевелится, но Чимин придвигается ещё ближе. — Нет, ты тёплый, — счастливо вздыхает Чимин. — Я не твой парень, малыш, не пытайся со мной обжиматься, — лицо Юнги принимает раздражённое выражение, и он поворачивает голову к часам. — Чёрт, Чимин, вставай! Чонгук, наверное, уже идёт. Давай! Вставай, вставай, вставай. — Почему он возвращается? И что, если он увидит меня таким? Он же уже всё понял, — Чимин лениво ухмыляется Юнги, пока тот встаёт и направляется в ванную. Юнги оглядывается и закатывает глаза, надеясь, что младший шутит. — Что стало с твоей танцевальной выносливостью? Не говори, что ты уже выдохся, — кричит Юнги, и Чимин слышит звук льющейся воды. — Это ты предлагаешь ещё раунд, хён? Попробуем еще что-нибудь новенькое? — улыбка Чимина озорная, он шевелит бровями, когда Юнги возвращается с влажным полотенцем. Юнги качает головой, пока Чимин лежит, глядя в потолок, позволяя старшему вытереть его влажной тканью. — Будь честен, солнышко, ты ведь соврал вчера о том, что не занимался сексом несколько месяцев, да? Когда Чимин не отвечает, Юнги смотрит на него и видит, что младший глубоко задумался. — Это плохо? Что я хочу еще? — Чимин смотрит с тревогой. Вопрос слегка ошарашивает Юнги, но он качает головой: — Нет, совсем нет. Просто было бы лучше, если бы ты нашёл подходящего человека. Кого-то, кто так же готов потакать тебе и твоему желанию экспериментировать. — Кого-то, кто так же готов, — бормочет Чимин, обдумывая слова Юнги. — Звучит весело. «Жаль, — думает Юнги, отворачиваясь, чтобы надеть новые боксеры, — если бы его первые разы не были с неопытным идиотом, он бы сейчас наслаждался жизнью по полной. Возможно, мне бы даже не пришлось ничего ему показывать». — Хён, — Чимин хихикает, вставая, — можно позаимствовать твои боксеры? Не волнуйся, я проверю, чтобы на них не было твоего имени. Юнги бросает на смеющегося над своей шуткой Чимина косой взгляд, но всё же даёт ему новую пару. Он смотрит, как Чимин их надевает, затем садится, оглядываясь в поисках своей одежды. «Да, — думает Юнги, наблюдая, как Чимин натягивает джинсы, — Чимини точно бы наслаждался экспериментами с кем-то таким же ненасытным. В самом деле, жаль». Они молча одеваются, натягивая одежду одну за другой, когда в дверь стучат. — Вот твои вчерашние вещи, — говорит Юнги, протягивая Чимину пластиковый пакет, из которого виднеется край его свитера. — Это, наверное, Чонгук. — Спасибо, хён, — Чимин берёт пакет и засовывает свитер, напоминание о прошлой ночи, глубже. С глаз долой, из сердца вон.