Out of My System

Следующие две недели они не видятся, и Юнги старается не чувствовать слишком сильное разочарование. Он знает, что так будет лучше, но не может не желать иного. Он избегает групповых встреч, ссылаясь на финальные проекты, но иногда встречается с остальными ребятами по отдельности. Если кто и замечает, как старательно Чимин и Юнги избегают друг друга, то они молчат. Юнги возвращается домой всё раньше, проводя меньше времени в студии и больше дома, планируя будущее. Он изучает детали города, куда переедет, ищет студии поблизости, проверяет цены. Если Чонгук замечает перемены, он не комментирует, и Юнги понимает почему. Даже если Чонгук не показывает этого, даже если держит людей на расстоянии, в конце концов, он всего лишь ребёнок, жаждущий внимания и общения. Чонгук спрашивает, почему Чимин больше не приходит помогать ему, настаивая на встречах в библиотеке или где-то ещё. Юнги пожимает плечами, притворяясь, что не знает, и ответ всегда один: «Наверное, ему так удобнее. Экзамены близко, он занят учёбой и репетициями» Юнги получает ещё одно письмо о созревании его трастового фонда, который скоро станет доступен. Он смотрит на сумму, затем на несколько копий резюме Чонгука, лежащих на журнальном столике. — Это недостаточно, — думает Юнги. — Не хватит, чтобы себя обеспечить. Вспоминая слова Чимина, он заставляет себя просматривать вакансии.

***

— Столик на шестерых, пожалуйста, — Джин вежливо улыбается хостес ресторана, пока Намджун и Чимин заходят в небольшую зону ожидания. — Добрый вечер, — высокая рыжеволосая девушка вежливо приветствует их, её взгляд скользит по группе, на лице сдержанная улыбка, когда она замечает их слишком простой стиль одежды. — Секунду, пожалуйста. Джин и Намджун переглядываются, затем кидают взгляд на остальных. — Всё будет нормально, — шепчет Намджун старшему, когда на лице Джина мелькает тревога. — В худшем случае откажут. Девушка возвращается, её улыбка на месте: — Сейчас все столики заняты. Не против подождать? — Как долго ждать? — спрашивает Намджун. — По моим подсчетам, от получаса до часа. — Ох. Юнги, Тэхён и Хосок входят в ресторан одновременно, волосы слегка влажные от мелкого дождя. Юнги избегает взгляда Чимина, когда младший поворачивается к нему при их появлении. — Что случилось? — Хосок замечает выражения Джина, Намджуна и Чимина. — Они пускают только по брони или что? — Юнги вопросительно смотрит на старшего, и тот качает головой. — Нет, нам нужно… — Джин прерывается, когда официант подходит к хостес и что-то шепчет ей на ухо. — О, похоже, есть свободный столик. Кто-то только что отменил бронь. Подождите здесь, я проверю, готов ли ваш стол. — Нам везёт, — Хосок улыбается группе, и Джин облегчённо выдыхает. Девушка возвращается через минуту: — Пожалуйста, следуйте за мной. Кабинка, куда их усаживают, немного тесновата, но никто не жалуется. — Вот ваши меню, — девушка раздаёт шесть буклетов. — Ваш официант скоро подойдёт. — Хён, ты угощаешь? — Тэхён хитро ухмыляется Джину, но тот лишь смеётся и кивает. — Ешь от души, Тэ, — отвечает Джин и взвизгивает от удивления, когда Тэхён обнимает его, крепко сжимая. — Поздравляю! — первым говорит Тэхён, затем остальные присоединяются. Джин смеётся, оглядывая всех, замечая широкую улыбку даже на лице Юнги, и чувствует, как глаза увлажняются. Он подносит руки к глазам, и хор голосов Чимина, Тэхёна и Хосока кричит: — Хён, не плачь! Юнги и Намджун смеются, и последний протягивает Джину салфетку. — Простите, — бормочет Джин, слегка промокая глаза. — Буду скучать по нашим посиделкам. — Мы никуда не денемся, хён, — мягко говорит Намджун, глядя на Джина с нежностью. Он тянется, сплетая их пальцы. — Мы всё равно будем видеться, может, не так часто. — Обещайте, — требует Джин, поворачиваясь к остальным. — Обещайте, что будем встречаться. — Обещаем! — хором восклицают Чимин и Тэхён. — Обещаю, — тихо вторит Хосок. Джин выжидающе смотрит на Юнги, но их прерывает официантка. — Здравствуйте, простите за ожидание, — весело говорит девушка. — Меня зовут… Юнги? — А? — половина стола удивлённо восклицает, глядя на официантку, затем на Юнги. — Эм, — Юнги запинается, глядя на девушку, гадая, откуда она его знает. — Да? — О, какой сюрприз! — восклицает девушка, забыв о работе. — Я раньше никогда тебя тут не видела. Едва узнала. — А, да, я… эм… не живу в этом районе. Простите, вы кажетесь знакомой, но я не могу вспомнить имя, — Юнги блефует, надеясь, что она не заметит. — О, ничего страшного! Кажется, прошёл почти год. Я Со Ву! Помнишь? — О! Дочка дяди Хёнджу, да? — Юнги понимает. — Почему ты тут работаешь? — Надо отдать долг папе, — хмурится Со Ву. — Я ездила в поездку и превысила лимит на карте. Он заставляет меня отрабатывать. — А, — Юнги кивает, глядя на остальных, неловко смотрящих то на него, то на Со Ву. — О, простите! — восклицает девушка, оглядывая группу. — Меня зовут Со Ву, и я ваш официант на сегодня. Могу принять заказ или вы ещё выбираете? — Ещё выбираем, — Джин улыбается ей, и она кивает, убирая ручку и блокнот. — Хорошо, вернусь позже. — Кто это? — любопытно спрашивает Намджун, поворачиваясь к Юнги. — Дочь делового партнёра моего отца, — отвечает Юнги, потирая левую бровь. — Я даже не узнал её. — Не часто с ними видишься? — Хосок наклоняет голову. — В детстве они часто бывали у нас, но с тех пор, как я поступил в Кёнхи, почти их не видел, — говорит Юнги после паузы. — Вы казались довольно близкими, — замечает Тэхён, и Юнги просто пожимает плечами. — Мы тут, чтобы отпраздновать успех Джин-хёна, почему говорим о Юнги-хёне? — вмешивается Чимин, сидящий с краю. — Давайте о другом. — О чём тогда? — спрашивает Хосок, пока Юнги бросает Чимину благодарный взгляд. Чимин пожимает плечами: — О чём угодно. Семестр почти закончен, летние каникулы близко! — Кто-то рад вернуться домой? — Намджун наливает себе воды. — О, —одновременно говорят Тэхён и Чимин, переглядываясь. — Что? — Намджун прищуривается, отпивая воду. — Я, эм, — Чимин смотрит на Юнги, который подбадривающе улыбается. — Я не еду домой этим летом. — Что? — Джин наклоняется через Тэхёна, чтобы посмотреть на Чимина. — Как это? — Меня… пока не ждут, — тихо говорит Чимин. — Я отдал свой билет Тэхёну. — Что? — Хосок хмурится, глядя на Тэхёна, затем на Чимина. — Я совершил каминг-аут перед родителями, — отвечает Чимин. — Они… сказали, что им нужно время, чтобы это принять. Так что сказали не приезжать этим летом, но, может, следующим или через одно. Джин и Намджун переглядываются, не зная, что сказать. Тэхён берёт руку Чимина, рисуя на ней большим пальцем круги. — Значит, больше тебя для нас, — мягко говорит Хосок, но его улыбка грустная. — Ты ведь ещё не особо гулял по Сеулу? Не волнуйся, хён этим летом всё исправит. Я тебе всё покажу. Чимин качает головой: — Не надо. У тебя наверняка будет работа и свои дела. — Думай позитивно, — тихо говорит Намджун. — То, что они сказали про следующее лето, уже много значит. Всё будет хорошо. Чимин кивает, затем внезапно оживляется: — Не позволяйте мне и моей ситуации портить настроение! Сегодня празднуем новую работу Джин-хёна! Закажем выпивку? — Нет! — громче, чем нужно, восклицает Юнги. — Никакой выпивки. Если напьётесь, я не повезу ни тебя, ни Тэхёна домой. Я не собираюсь тащить одного из вас по четырём лестничным пролётам, пока другой всю дорогу цепляется за мою ногу. Ни за что! Никогда! Нет! Этому не бывать! Тэхён смеётся: — Но, хён, это было так весело! И не ври, ты ехал на лифте. Чимин тоже хихикает, и Юнги удивлённо смотрит на младшего, пока Чимин избегает его взгляда. Джин бросает на Юнги сочувствующий взгляд. — Я займусь детьми в этот раз, а ты возьмёшь Намджуна и Хосока? — Эй, хён, — ноет Хосок. — Мы же празднуем твою новую работу. Ты должен выпить! — Тогда ты поведёшь машину? — спрашивает Джин, но их прерывает Со Ву. — Готовы сделать заказ? — улыбается Со Ву. — Мы ещё не уверены. Что порекомендуете? — спрашивает Хосок с вежливой улыбкой. Глаза Со Ву загораются, и она улыбается шире: — На закуску советую крем-суп из курицы. Подаётся в хлебной миске, есть два размера — маленький и большой. Рекомендую большой, маленький для шестерых маловат. — Отлично, начнём с этого? А основное выберем позже, — говорит Хосок. — Конечно, — Со Ву записывает заказ. — Напитки? — Колу, — быстро говорит Тэхён, и Со Ву странно на него смотрит, но записывает. — "Пина коладу", — говорит Джин, глядя в раздел напитков. — Я возьму… — Чимин хмурится, изучая алкогольные напитки. — "Ширли Темпл" — перебивает Юнги, ухмыляясь Чимину. — Он возьмёт "Ширли Темпл". Намджун и Хосок заливаются смехом, а Чимин сердито смотрит. — Я достаточно взрослый, хён, — протестует Чимин. — Ты не можешь мне запретить. — Могу, если я повезу тебя домой, солнышко, — Юнги мило улыбается, глядя на Со Ву. — Ширли Темпл для него. — Х-хорошо, — Со Ву выглядит растерянной. — Остальные? — Я пас, — Хосок рассеянно кивает. — Вода подойдёт. — Раз никто не пьёт, возьму «Апельсиновый всплеск», — Намджун откладывает меню. — «Алоха» для меня, — говорит Юнги. — Хорошо, скоро вернусь с напитками, — Со Ву задерживает взгляд на Юнги, и затем уходит. — Не могу поверить, что ты это сделал, хён! — восклицает Чимин, когда она выходит, временно забыв о дистанции, которую держал всё это время. — Я уже пострадал однажды, — Юнги качает головой, вздрагивая от воспоминания. — И не повторю это снова.

***

— Что-то нибудь ещё? — Со Ву возвращается, видя, что группа увлечена разговором, а вся еда съедена. — Нет, только счёт, пожалуйста, — Джин тянется к заднему карману за кошельком. — Платите отдельно или общий счёт? — Общий. Дебетовой картой, — отвечает Джин, доставая карту, Со Ву кивает и выходит, чтобы принести чек. — Ах, — вздыхает Хосок, оглядываясь. — Было весело. Мы давно не собирались все вместе. — Мхм, — Джин кивает, берёт печенье с предсказанием и ломает его пополам. — Экзамены через неделю, а через месяц — выпуск. — Я уезжаю, — поспешно говорит Юнги, и вся группа поворачивается к нему. — Что? — спрашивает Намджун за всех. — Я уезжаю за границу на четыре года. Не знаю, вернусь ли потом, — тихо говорит Юнги, отворачиваясь, чтобы избежать их взглядов. — Что ты имеешь в виду? — спрашивает Джин после нескольких минут тишины. — То, что сказал, — Юнги смотрит, как Со Ву возвращается. — Вот, пожалуйста, — Со Ву передаёт Джину счёт и терминал, и тот берёт их, слегка ошарашенный. — Это значит, ты уедешь из страны после выпуска? — Тэхён смотрит на Юнги, и тот встречает его взгляд, кивая. — Именно. — О, — Со Ву оживляется, поворачиваясь к Юнги. — Ты в этом году выпускаешься? — Эм, да, — Юнги избегает её взгляда, не желая продолжать. — О, какая у тебя специализация? Я тоже на бизнесе, точнее, на менеджменте. Я, кстати… — Думаю, вы ошибаетесь, — перебивает Хосок, и глаза Юнги расширяются. — Юнги-хён не на бизнесе. — Оу? — Со Ву выглядит растерянной и смотрит на Юнги. — Я, эм, — Юнги запинается, встречаясь взглядом с явно нервничающим Чимином. — Да, — добавляет Намджун. — Он на программе музыкального продюсирования. Выпускается с отличием этим летом. Слышали его треки? Со Ву смотрит то на Юнги, то на Намджуна, затем её лицо становится пустым, и она забирает терминал, выдающий чек. — А, понятно, — говорит Со Ву, отрывая чек для Джина. — Должно быть я ошиблась. Я, наверное, спутала тебя с твоим братом. Надеюсь, еда вам понравилась. Хорошего вечера! — Спасибо, — бормочет Джин, затем оглядывает группу. — Пойдём обсудим это где-нибудь ещё, да? Все кивают, когда Со Ву уходит, вставая. Юнги и Чимин всё ещё смотрят друг на друга, с широко распахнутыми глазами.

***

— Что хотите, ребята? — Джин поворачивается к Чимину, Тэхёну и Хосоку, пока те разглядывают десерты в морозильнике у прилавка. — Не знаю, — хмурится Чимин. — Может, мне не стоит это есть. Нужно быть в форме для финального выступления. Тэхён фыркает: — Ложка мороженого ничего не изменит. Ты и так спалишь всё своими тренировками. — Не у всех твой метаболизм, Тэ, — Чимин закатывает глаза, глядя на меню над прилавком. — Хочу банановый сплит, — бормочет Хосок. — Он слишком большой, половину выброшу. Но неважно, я заслужил награду. — За что? — спрашивает Намджун из-за его спины. — За то, что терпел тебя и Джин-хёна вчера, — Хосок ухмыляется, поворачивая голову. — Боже мой, — громко шепчет Джин. — Не при всех. Тэхён и Чимин смеются над выражением лица Джина. — Мне нравится, когда кто-то разделяет мои страдания, — ухмыляется Хосок. — Так легче. — Возьму маленький Близзард , — говорит Чимин через минуту. — Печенье и сливки. — Хороший выбор, — кивает Намджун. — Думаю, попробую один из их новых вкусов. — Юнги, что хочешь? — спрашивает Джин и замечает, как Юнги напрягается, услышав своё имя. — Не уверен, — отвечает Юнги после паузы, пока все замолкают. — Пожалуй, возьму просто рожок мороженого. — Это скучно, — жалуется Тэхён. — Я возьму клубничный сандей. — Мой банановый сплит частично клубничный, возьми у меня. Я всё равно не съем его один, — замечает Хосок. — Да, но он соприкасается с ананасом, а ты знаешь, что я не люблю ананас, — отвечает Тэхён, и Хосок закатывает глаза. — Делиться — значит заботиться, малыш, — Намджун кладёт руку на плечо Тэхёна. — Ничего страшного, — Хосок пожимает плечами. — Юнги-хён берёт только рожок, отдам ему, что не доем. — Эй, кто сказал, что я буду доедать за тобой? — Юнги поворачивается к Хосоку, который лишь пожимает плечами. — Значит, все решили? — прерывает Джин. — Почему бы вам не сесть, я закажу. — Давай я, — говорит Намджун, касаясь локтя Джина, чтобы остановить его. — Нет, всё нормально, — Джин качает головой, пока остальные идут к столику. — Я справлюсь. — Знаю, хён, — Намджун улыбается. — Но я хочу. Позволь мне угостить разок, пожалуйста? Джин ищет на лице Намджуна признаки сомнения, но не находя их, кивает. — Хорошо. — Спасибо, — тихо выдыхает Намджун, наклоняясь, чтобы быстро поцеловать Джина в губы. — Теперь иди успокой Юнги-хёна. Он выглядит, будто в панике. Я вернусь со всем. — Знаешь, что я хочу заказать? Намджун ухмыляется: — Маленькую порцию брауни, чтобы побаловать себя? Джин кивает, хихикая, и улыбается, когда Намджун идёт к прилавку, приветствуя кассира своими ямочками и глубоким голосом.

***

— То есть, хён, ты говоришь, что все твои родственники думают, будто ты выпускаешься с дипломом по бизнесу, а на самом деле нет, и ты собираешься уехать за границу и притвориться, что получаешь MBA? — Хосок спрашивает ровным голосом, отрываясь от своего бананового сплита. — Именно, — вздыхает Юнги, слизывая полоску ванильного мороженого. — Поэтому та девушка подумала, что ты на бизнесе, — Джин задумывается. — Это теперь создаст проблемы? — Не знаю, — честно отвечает Юнги. — Надеюсь, нет. Я… не знаю, что будет, если они узнают. — Прости, я не знал, что не должен был это раскрывать, — Хосок виновато смотрит на Юнги. — Теперь ничего не поделать, — Юнги старается не звучать обвиняюще. — И всё это из-за того, что ты отказался помогать с семейным бизнесом? — тихо спрашивает Тэхён. — Почему ты не сделал двойную специальность, хён? До этого бы не дошло. — Потому что я не хотел заниматься бизнесом, — Юнги хмурится на младшего. — Я хотел создавать музыку и жить, как хочу. — Так не работает, хён, — Тэхён качает головой, когда Хосок пытается его остановить. — Нельзя всю жизнь жить эгоистично. Компромиссы важны. Ты мог бы помогать, а музыку делать на стороне. Юнги фыркает: — Думаешь, они бы мне позволили? Жизнь — не сплошные солнце и радуги. Это бы не сработало. — Откуда ты знаешь, если не пробовал? Они твои родители, они столько для тебя сделали. Ты не мог отплатить им даже так? — Тэхён слегка повышает голос. — Не каждая семья как твоя, знаешь? — Юнги сверлит его взглядом. — Ты хотел, чтобы я всю жизнь вкалывал на работе, которую ненавижу только потому, что родители попросили? Я бы их возненавидел, если бы так сделал. Разве сейчас не лучше? Тэхён саркастично смеётся и отодвигает миску с сандей: — Не знаю, хён. Лучше ли? Ты всё равно их не ненавидишь? За столом воцаряется тишина, атмосфера накаляется. — Нет, — отвечает Юнги через минуту. — Не ненавижу. Если бы ненавидел, я бы не ехал один в чужую страну на четыре года. Я бы взял, что у меня есть, и свалил. То, что я не преклоняюсь перед ними, не значит, что я их не люблю. Не все цепляются, чтобы показать привязанность, знаешь? Лицо Тэхёна тут же мрачнеет, и он открывает рот, чтобы извиниться. — Забудь, — Юнги поднимает руку. — Не утруждайся. Ты сказал, что хотел, не надо извиняться. — Прости, — говорит Джин через минуту, беря Юнги за руку. Юнги удивлённо и шокированно смотрит на старшего. — Прости, что тебе приходится проходить через это одному. — Буду скучать, хён, — тихо говорит Хосок. — Где я ещё найду того, кому так нравится мой характер? Юнги фыркает, не сдержав лёгкий смех. — Когда уезжаешь? — спрашивает Намджун, и Чимин затаивает дыхание, ожидая ответа. — Через неделю после выпуска. — Значит, у нас ещё месяц, — после долгого молчания, говорит Чимин, и Юнги поворачивается к нему, кивая. — Только месяц. — А что дальше? — любопытно спрашивает Намджун. — Когда пройдет четыре года? Они вычеркнут тебя из семейного реестра? Ты всё раскроешь? Если твои родители могут ждать, пока твой двоюродный брат закончит учёбу, почему не сказать всем, что ты не будешь вести их бизнес? Юнги качает головой: — Они не вычеркнут, но мне придётся обеспечивать себя полностью. У меня есть кузены и дети управляющих партнёров, которые хотят занять место родителей. Если станет известно, что я занимаюсь музыкой, пока мой младший брат ещё в школе, все потребуют, чтобы их ребёнок стал лидером третьего поколения. — Это корпорация? — спрашивает Намджун, в голове крутятся мысли. Юнги качает головой: — Это бизнес, принадлежащий сотрудникам. Мы что-то вроде инвестиционной фирмы, дела идут неплохо. У нас несколько филиалов по стране. — Ну, твои родители, наверное, ещё не слишком стары, — рассуждает Намджун. — Да, твой брат в старшей школе, но пять лет — не так долго. Юнги закатывает глаза: — Ты хочешь, чтобы мы посадили свежевыпущенного парня в кресло председателя? Это несправедливо, если он начнёт сразу с вершины не имея опыта. В компании нужно расти, иначе всё рухнет, чего никто не хочет, особенно в таком бизнесе. — О, точно, — кивает Намджун. — Верно. — Звучит сложно, — бормочет Хосок. — И сложно, и нет, — отвечает Юнги, откусывая рожок. — Значит, всё решено? — Джин затаивает дыхание, и Юнги просто кивает. — Решено, и уже довольно давно. Билет у меня есть, осталось собрать чемоданы. Чимин молчит, оставляя мороженое нетронутым, потеряв аппетит из-за разговора. — И что теперь? — спрашивает Хосок. — Ничего. Проводим вместе столько времени, сколько можем, а потом прощаемся, — Юнги старается говорить ровно. — Ты вернёшься, да, хён? — тихо спрашивает Тэхён, глядя на Юнги широко распахнутыми глазами. — Не знаю. Если там не срастётся, или если смогу себе позволить, — Юнги старается не думать об этом. — Значит, ты хочешь работать там? — Джин боится ответа Юнги. — Родители будут платить только за еду, и я не могу просто так потратить четыре года. Ищу работу, потому что моих денег надолго не хватит. — Чем займёшься? — тихо спрашивает Чимин. — Попробую продюсировать музыку. Ищу студии рядом с местом, где буду жить, надеюсь, смогу отправить туда своё оборудование. Если не выйдет, может, возьму какие-нибудь подработки. — Ты мог бы делать это и здесь, — говорит Намджун через минуту, хмурясь. — Если бы не уезжал, мог бы заниматься этим здесь. — Да, — отвечает Юнги смиренно. — Но нет смысла желать того, что не случится.

***

— Ты идиот, знаешь, хён? — тихо шепчет Тэхён с пассажирского сиденья, прислонив голову к окну. — Прости? — Юнги косится на зеркала заднего вида, перестраиваясь на другую полосу. — Ты всё знал и всё равно водил его за нос, — говорит Тэхён, глядя на проносящиеся машины на шоссе. — Не водил. Я ясно дал понять, что это ничего не значит, — Юнги оглядывается на спящего Чимина на заднем сиденье. — Нет, не дал, — голос Тэхёна тихий и полный боли. — Я много раз говорил, что секс ничего не значит. Это не моя вина, — протестует Юнги. — Действия громче слов, хён. То, что ты говорил, не значит, что так и было. Ты заботился о нём и не только в те моменты. Ты… ты столько для него сделал. Неужели ты не ожидал, что он привяжется? Юнги молчит, и Тэхён фыркает. — Вы оба идиоты, — снова бормочет Тэхён. — Он влюбился, и ты вскоре тоже. Это так глупо. — Прости, — говорит Юнги с искренностью, украдкой глядя на заднее сиденье, сердце взлетает при виде Чимина, свернувшегося калачиком в его куртке, защищающей от холода. — Он тебя любит, знаешь. Мне плевать, если ты отталкиваешь его, утверждая, что был лишь заменой, но знай, что он правда тебя любит. — Знаю, — тихо говорит Юнги, съезжая с шоссе. — Если это поможет, он тоже мне нравится. — Знаю, — отвечает Тэхён через минуту, голос сонный, но с ноткой осуждения. — Это так глупо. Вы оба такие глупые.