Пираты "Клятва Лжи". Смерть без косы.

Шадоу, пошатываясь, медленно поднялся. Кровь стекала по подбородку, оставляя рубиновую дорожку на светло-голубой коже. Его гетерохромные глаза — сверкали. Он больше не скрывал лица. Лишь потомучто небыло возможности. Пур Ванилла сжал в руке его маску, отступив на шаг. — Не стоило тебе видеть это, — с горечью выдохнул Шадоу, создавая тенью тонкое копьё. Оно зазмеилось в воздухе. — Почему? — прошептал Ванилла. — Ты… красивый. Даже с этим шрамом. Шадоу на секунду опустил глаза. Но времени на эмоции не было. С противоположного борта грациозно шла по воздуху — словно по сцене — Етернал Шугар. Платье, белое как сахарная глазурь, развевалось на ветру, открывая разрисованные вензелями ноги. Её кожа сияла нежным розовым, а волосы — розовые кудри, сплетённые с жемчугом — мерцали в свете взрыва. Она была великолепна. Опасно великолепна. — О, Шедоу, ты стал ещё театральнее, чем прежде, — кокетливо произнесла она, закрутив в пальцах леденец в форме сердца. — Была бы я злее — сказала бы «жалок». — А я стал терпимее. Потому и не убил тебя при первой встрече, — с усмешкой произнёс Шадоу, но руки дрожали от напряжения. Он знал: её силе нельзя недооценивать. Шугар мягко щёлкнула пальцами — и вокруг закружился тёплый, сверкающий ветер. От него веяло мёдом и ядом. Это был её сахарный бриз. Пур Ванилла почувствовал головокружение — словно туман в голове, будто кто-то гладил его разум изнутри. — Ванилла, назад! — скомандовал Шадоу, и лента тени вырвалась из-под ног, оттянув юношу в укрытие за поваленной бочкой. — Ты никогда не мог сосредоточиться на бою, когда рядом кто-то ценный тебе, Шедоу, — усмехнулась Шугар. Её голос звучал будто песня. — Ты и сейчас отвлекаешься. Всё ради этого мальчишки? — Он не игрушка, — прошипел Шадоу и метнул теневое копьё. Шугар взмахнула рукой — и пряничный щит с сердечками вспыхнул перед ней. Он треснул, но выдержал. — Ах! Как грубо, милый. Она двинулась в ответ — её сладкие стрелы с шипами карамели полетели в разные стороны, а под ногами у Шадоу внезапно начала растекаться розовая лужа. Каждый шаг становился тяжёлым, вязким. — Восхитительное Искушение. — голос Шугар был тих, но заклинание сработало. Тени начали расползаться, теряя форму. Даже воздух вокруг казался слишком сладким, чтобы сопротивляться. Но Шадоу сжал зубы. «Я утсал» — приносилось у него в голове. Вдруг, мощный выброс тьмы, как взрыв. Корабль затрясся. Из его плеч вырвались несколько сотен теней, развеяв бриз. Он взмыл в воздух, и с силой обрушился на Шугар. Тьма сошлась с сахарной шпагой, высекая искры. С каждым ударом, Шугар, отступала назад. — Ты ведь скучал, — прошептала Шугар в ухо Шадоу, прижавшись на секунду. — Ты ведь так скучаешь по тем временам... — А ты — скучаешь по той, что сбежала от тебя, — отрезал он и нанёс удар вбок. Шугар отлетела назад, платье её было испачкано пеплом, но она только смеялась. На палубе Кэнди снова взялась за дело: скомандовала перезарядку "красной бомбы". — Сахарная тварь, получай карамельной конфетой! — заорала Кэнди, и с катапульты вылетел вращающийся снаряд, покрытым карамелью и огнём. Взрыв снова осветил всё алым. Сахарное облако окутало противников. Из него вырвался Шадоу — он был весь в царапинах, дыхание сбивалось, но взгляд был ясен. Он прыгнул к Ванилле, резко прижал его к себе и вновь склонил, как в танце. Их лица оказались ещё ближе, чем раньше. — Ушибся? — хрипло выдохнул он. — Только сердцем, — прошептал Ванилла. — Странно всё это — добавил Ванилла, не открывая своего взгляда. *** Взрывы утихли. Остатки сахарной армии отступили, унося Шугар с собой. — Я приду снова, и ты ответишь за свой слова про мою Холибери— прошипела она, растворяясь в сладком тумане. — Но, Шедоу, скажи мне… когда ты стал таким нежным? Тишина. Только ветер. — С тех пор как нашёл смысл жизни? — произнёс он, глядя на Ваниллу. От такой прямолинейности, Ванилла покраснел. Продолжение следует...