Вопреки

      Том не понимал, как согласился на этот абсурд. Его парень с гордостью называл это «походом», уверяя, что «это поможет им сблизиться и лучше понять друг друга».       А началось всё два дня назад.       Поттер ворвался в их комнату с глупым магловским журналом в руках, тряся перед его носом статьёй: «Насколько хорошо вы знаете свою пару?»       — Давай проверим! — воскликнул он, сверкая глазами.       Том ответил на восемь вопросов из десяти.       И этого оказалось недостаточно.       Гарри замкнулся, его плечи опустились, а губы сжались в тонкую линию разочарования.       — Видимо, я один в этих отношениях что-то чувствую... — пробормотал он, нервно теребя страницы журнала.       Реддл почувствовал, как что-то резко кольнуло в груди.       Он ненавидел походы. Ненавидел грязь, комаров, отсутствие нормального душа и эту идиотскую идею «единения с природой». У него был финальный этап разработки зелья для восстановления магического ядра — работа, которая могла изменить магический мир!       Но...       Гарри ходил по комнате, бормоча что-то под нос, его обычно яркие глаза потускнели.       И Том сдался.       — Хорошо, — сказал он, стиснув зубы. — Мы идём в твой дурацкий поход.       Лишь бы в этих глазах снова появился свет.       Стоило Поттеру услышать согласие Тома, как с его лица вмиг сошла вся печаль — словно её и не было. Он тут же принялся суетиться, наполняя походные сумки вручную, по-магловски, с какой-то нелепой тщательностью.       Реддл смотрел на это с плохо скрываемым отвращением.       — Может, всё-таки воспользуемся магией? — предложил он, глядя, как Гарри запихивает в рюкзак третий свитер.       — Нет! — Поттер даже не поднял головы. — Тогда весь смысл теряется.       Смысл...       Том едва не закатил глаза. Какой смысл может быть в том, чтобы тащить на себе лишний вес, если можно просто... не тащить? Но он промолчал.       Дальше — хуже.       Перед выходом Гарри заставил его проверить список — как будто Том не мог просто взмахнуть палочкой и убедиться, что ничего не забыто. Потом — три часа в душном автобусе, битком набитом людьми, которые, казалось, специально собрались здесь в такую рань.       Старушки в поношенных шапочках. Женщины с орущими детьми. Взгляды — оценивающие, осуждающие.       Реддл игнорировал их.       Гарри же, конечно, сразу уступил место какой-то древней старушке в дырявой кофте.       — Том, — прошипел он, подталкивая его локтем.       Реддл даже не пошевелился.       — Я берегу своё физическое здоровье, — сухо ответил он. — Потому что психическое, похоже, уже не спасти.       Поттер фыркнул, но ничего не сказал.       Автобус трясло на кочках, за окном мелькали скучные пейзажи, а Том всё сильнее жалел, что не придумал хотя бы убедительную смертельную болезнь, чтобы избежать этого ада.       Но...       Ради этих глаз он готов был терпеть...       Даже это.       Каким-то непостижимым чутьём Гарри уловил, что их остановка близко, и, ущипнув Тома за плечо, подал знак готовиться к выходу.       Реддл поднялся, и в тот же миг за его место разгорелась нешуточная битва: две старушки с острыми локтями и беременная женщина с решительным взглядом вступили в молчаливую схватку. Выбираться пришлось буквально продираясь сквозь толпу — Том получил пару тычков в рёбра, прежде чем выбрался в проход.       Напоследок он обернулся.       Победительницей вышла дряхлая бабка с тростью, которая, восседая на заветном сиденье, смотрела на поверженных соперниц с таким величием, будто только что заняла трон.       Том фыркнул.       Водитель, видимо, про их остановку благополучно забыл и резко затормозил в последний момент, так что половина пассажиров едва не полегла друг на друга. На прощание он рявкнул, что «не телепат» и «в следующий раз пусть кричат заранее», после чего дверь с грохотом захлопнулась.       Поттер едва успел оттащить Тома, успевшего уже обдумать несколько изящных способов объяснить этому магглу, как вежливо общаться с магами. Но транспорт уже уносился вдаль, оставляя их на пыльной обочине.       — Том, пошли! — Гарри уже размахивал навигатором, высматривая тропинку к озеру.       Реддл пошёл.       Через десять минут ветка хлестнула его по лицу. Ещё через двадцать он окончательно возненавидел сумки, оттягивающие ему плечи. А Гарри всё шагал впереди, сверяясь с картой на экране, которая, судя по всему, был сделана гоблинами — они шли уже больше часа, а озера всё не было видно.       — Ты уверен, что мы не в Мёртвых болотах? — процедил Том, снимая с себя очередную паутину.       Гарри только улыбнулся.       — Это же приключение!       Реддл задумался, не слишком ли поздно притвориться, что у него внезапная аллергия на жизнь.       Наконец Гарри остановился и жестом показал вперед. Том поднял взгляд — перед ними расстилалось озеро, больше напоминающее грязную лужу, затянутую водорослями.       — Вот оно! — восторженно объявил Поттер, словно перед ними сверкали воды Тихого океана.       Реддл молча опустил сумки, разминая онемевшие пальцы.       Гарри тут же взялся за палатку, разложив на пне инструкцию, написанную таким мелким шрифтом, будто её специально создавали, чтобы испытать человеческое терпение. Полчаса спустя, после особенно громкого проклятия, Том сдался и присоединился к мучениям.       С его помощью дело пошло быстрее, хотя несколько деталей так и остались лишними. Впрочем, конструкция держалась, и, если не трясти её слишком сильно, угрожающе не шаталась.       Развели костёр.       Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряные тона. Жареный зефир не приносил сытости, но Поттер, кажется, этого не замечал.       — Правда романтично? — улыбнулся он, подбрасывая в огонь щепку.       Том кивнул, не в силах спорить.       Гарри наклонился.       Зефир больше не казался таким противным и липким, когда его сладкий привкус оставался на чужих губах.       Но тут раздалось зловещее жужжание.       Комары.       Мордред бы их подрал!       Кровососы словно только и ждали этого момента. Они роились в воздухе, с каждым взмахом крыльев становясь всё наглее.       Места укусов распухали и нестерпимо зудели.       Гарри с ужасом разглядывал лицо Реддла — красные пятна, припухшие веки, шея, покрытая волдырями...       — Кажется, у тебя аллергия... — прошептал он.       Том медленно повернулся к нему. Глаза сузились, губы дрогнули.       — Да, любовь моя? — прозвучало неестественно спокойным тоном.       Поттер почувствовал, как по спине пробежал холодок.       Ох...       И тут раздался первый хлопок — заклинание, которое Том, кажется, выучил специально для таких случаев.       Комары начали взрываться.       Один за другим.       Как мини-фейерверк.       Поттер зажмурился.       — Может, всё-таки вернёмся в палатку?..       Том улыбнулся.       — Отличная идея.       Гарри осторожно нанёс на покрасневшую кожу Тома мазь. Та приятно холодила, оставляя после себя лёгкий мятный шлейф.       Реддл развалился на спальном мешке, приглушённо пробормотав:       — Когда следующий автобус?       Ему нестерпимо хотелось сбежать отсюда и больше никогда не возвращаться.       Он почувствовал неладное, когда ответа сразу не последовало. Вместо этого Гарри обнял его и уткнулся лицом в шею, дыша горячим, виноватым дыханием.       — Гарри? — Том приподнял бровь.       — На следующее утро… — прозвучало шёпотом.       И Реддл понял.       Это был его личный ад на земле.       А за стенками палатки уже слышалось назойливое жужжание — новая волна кровососов готовилась к атаке.       Этой ночью он точно не поспит…