Малыш гонок 2.

POV Алан – Что с ним не так, Пи? – спросил Дин, скрестив руки и глядя на кхун Пита, который кивал, как ученик перед классом. Тем временем роль учителя исполнял Норт, забывший, что он уже давно не просто молодой гонщик. Хотя по ощущениям все еще видели в Норте ребенка, который только и делает, что играет весь день, в другом смысле он был одной из ключевых фигур команды X. Он был не просто стажером, а участником, который много раз соревновался в одних гонках с Королем Пит Бэйбом. Так что если кому-то и поручать роль наставника для этого бизнесмена, то Норт – лучший выбор. Это было неожиданно, но правильно. – Это ты про кхун Пита или Норта? – пошутил я. Судя по тому, что я видел, ничего не казалось нормальным. Генеральный директор крупной компании вел себя как начинающий гонщик, учась у самого "несерьезного" члена команды... Судя по всему, сегодня будет весело. – Не цепляйся к Норту, – ответил Дин, опираясь рукой на капот своей машины, которую я помогал модифицировать. Дин серьезно тренировался с тех пор, как вернулся в команду ивышел на трассу. Хотя я говорил ему сделать перерыв между сезонами, этот парень игнорировал мои советы и прилежно приходил на тренировки каждый день. Похоже, его угроза превзойти Норта была не просто шуткой. – Я имею в виду кхун Пита. Почему он вдруг захотел попробовать гоняться? – Думаю, просто скучно. Работаешь так много, что выгораешь. Чего ты ожидаешь от богатых людей? – Ты богат, но я не вижу, чтобы ты хотел стать бизнесменом, – нахмурился Дин. – Или ты хочешь? – Как думаешь, чем я занимаюсь в последнее время? – лениво ответил я, продолжая работать над "внутренностями" машины Дина. После многих лет простоя этот "малыш" был слаб и не показывал максимальных результатов на трассе. Даже сейчас я не уверен, в чем реальная проблема. – Гонки – это не благотворительность. Это бизнес. – Знаю, но ты бы назвал себя бизнесменом? – Эм... нет. – Я слегка покачал головой, представляя себя в дорогом костюме, шагающим по блестящим плиткам под звук кожаных туфель, и это вызывало у меня легкий озноб. – Максимум, ты назовешь меня... дядей. – Точно. Это тебе подходит, – согласился Дин. Я ожидал услышать что-то вроде «На самом деле ты не такой уж дядя», но, похоже, мои ожидания были слишком высоки. – Ты больше подходишь для гаража и гоночной трассы. – Как и кхун Пит, он больше подходит для кресла председателя. – Но это не факт. Может, у него есть потенциал, просто он еще не имел возможности его раскрыть. – Ты так думаешь? – Он выглядит в форме и, кажется, сообразительный, – молодой гонщик сделал свой анализ, придерживаясь принципов. – Но главное – это его душа. Думаю, у него есть душа. – Что ты знаешь о его чувствах? – Ничего. Просто предполагаю. Кажется, что у него всегда что-то на уме. Как будто он полон решимости добиться успеха. Хотя его слова звучали просто, на самом деле он оказался весьма проницательным. Лишь немногие знали о Пите и Вэе. Мне кажется, все чувствовали, что между ними было что-то особенное. Самое очевидное случилось, когда Вэй умер. Пит участвовал во всем процессе, хотя они только начали сближаться. Но никто не задавал лишних вопросов. Почему он плакал на похоронах Вэя? Почему он попросил сохранить все, что связано с ним? Если бы кто-то захотел спросить, вопросов могло быть много. Но команда предпочла вести себя так, будто ничего не произошло, просто признавая, что произошло – что-то важное. – Должно быть, что-то меня беспокоит, – ответил я уклончиво. Хотя я точно знал, что меня тревожит, это не моя работа – рассказывать об этом. – Оставь это. Делай, что считаешь нужным. Ты справишься. – Наверное, так, – Дин кивнул, соглашаясь. – Но ты уверен, что хочешь оставить Норта одного? – Не думаю, что будут какие-то проблемы. – Ты хорошо знаешь Норта? – Ты хочешь сказать, что твой друг – неудачник? Я рассмеялся. – О, я не про его навыки, – Дин сразу замахал рукой, отрицая. – Я про его характер. – Он знает. Я вытянулся, чтобы сесть ровно, и слегка помассировал поясницу после долгого пребывания в неудобной позе. Несмотря на годы тренировок, мое тело все еще не привыкло. Или, возможно, оно начало протестовать из-за слишком долгих нагрузок. Я не был уверен. – За последние два года вырос не только ты. – Всё стало гораздо лучше, не так ли? – Дин улыбнулся, мельком взглянув на меня, прежде чем снова переключить внимание на Норта, который серьезно объяснял основы гонок. – Очень, – согласился я. Я не мог не гордиться своим младшим. – Тебе нужно догнать его. – Я ускоряюсь. – Я буду ждать и смотреть. Дин остался тем же амбициозным парнем, которым был два года назад. Он всё ещё стремится к вершинам, постоянно подталкивая себя вперёд. Но что изменилось, и за что я особенно рад, так это то, что теперь Дин умеет ценить истинную красоту соревнований. ****** POV Чарли – Ты готов? – Всегда готов, – ответил я, не задумываясь, доктору Крису прежде чем подняться и сесть на свое обычное место для укола. Из-за своей неосторожности сегодня я решил надеть худи вместо футболки, которую можно легко закатать, поэтому мне пришлось ее снять, чтобы доктор смог вставить иглу в мое плечо. Честно говоря, было немного неловко снимать байку перед столькими людьми, даже если они все мои друзья. А если еще и Бэйб узнает, что я разделся перед Лю, он точно подожжет и меня и здание. – Твоя рука выглядит жалко, – сказал доктор Крис, аккуратно очищая мое плечо ватным тампоном, пропитанным спиртом. Когда он произнес "жалко", я понял, что он имеет в виду следы от предыдущих инъекций. Обычно уколы лекарств или вакцин практически незаметны уже через час, но экспериментальное средство, которое мы разрабатываем, оставляет после себя гораздо более серьезные последствия. Некоторые версии вызывают отеки в месте укола, словно после укуса огненных муравьев, которые держатся несколько часов. Другие заставляют кожу становиться пугающе фиолетово-зеленой – как это было в тот день, когда я оставил Бэйба посреди поездки. Тогда моя рука выглядела не только устрашающе, но и результаты теста оказались провальными. А некоторые версии оставляют синяки, которые до сих пор не сходят. Неудивительно, что доктор Крис сочувствует моей руке. – Может, найдем кого-нибудь другого? – Нет, – ответил я твердо. – Я же говорила, – вмешалась Лю, которая мыла лабораторное оборудование неподалеку. Ее голос звучал спокойно, как будто ей все равно, но она всегда внимательно слушала. Более того, ее язык был готов к любым комментариям. – Чарли любит быть героем. – Я не хочу быть героем. – Тогда кем ты хочешь быть? Подопытной свинкой? – саркастично усмехнулся доктор Крис, медленно вставляя иглу в мою руку. Его прикосновения были необычайно легкими, и я почти не почувствовал укола, пока он не начал вводить препарат. – Ох... – Больно? – Чувствуется, будто лекарство бежит к кончикам пальцев, – попытался я описать странное ощущение как можно точнее, чтобы Пи Тач, наблюдавший за процессом, мог записать это в отчет. – Боль идет не от иглы, а само лекарство вызывает тупую боль. – Но она терпимая, верно? – Если не станет хуже, я выдержу. – Надеюсь, – пожал плечами доктор, словно говоря: "Если повезет, хуже не будет". Не знаю, как обстоят дела с врачами в других лабораториях, но здесь никто не утруждает себя поддержанием морального духа. Или могли бы, но предпочитают не делать этого. – Иди отдохни. Результаты начнут проявляться через пару часов. – Тогда, пока перерыв, может, проведем собрание? – предложил я, поправляя рубашку, чтобы никто случайно не сфотографировал меня и не отправил снимок Бэйбу. У меня было слишком много дел на сегодня, и я не хотел добавлять к ним еще одну катастрофу. – Что ты понимаешь слово "отдых", юноша? – Пи Тач поставил руки на бедра и посмотрел на меня с усталым выражением лица. – Ты никогда не сможешь просто остановиться, да? – Со мной все в порядке. Я же не собираюсь бегать. Просто посижу, и мы поболтаем, – ответил я. – Не хочу терять время. Если все пройдет быстро, все смогут уйти домой раньше. – Ты назначил встречу с Пи Бэйбом? – Доктор Крис спросил, убирая инъекционное оборудование. – Мы встречаемся каждый день. – Он все еще злится? – Ну… Для него это нормально – дуться. Мой ответ заставил всех рассмеяться, хотя я не собирался шутить. Бэйб постоянно злится на меня каждый день по той или иной причине. Мне просто нужно стараться больше не огорчать его ради всеобщего спокойствия. Не только моего, но и всех, на самом деле. – О чем ты хочешь поговорить? – Лю подошла, закончив уборку лабораторного оборудования, и махнув остальным, чтобы присоединялись. – Говори быстро, чтобы ты мог отдохнуть. – Здесь? – Я посмотрел налево и направо, немного растерянно. Потому что сидеть на стуле, вокруг которого стоят пять-шесть человек, совсем не походило на собрание. Если бы я сказал, что меня окружили, это было бы точнее. – Прямо здесь, – спокойно ответила Лю. – Так мы сможем поговорить быстрее. Если мы сядем и начнем полноценное собрание, ты просто не успеешь закончить. – Эй... Хотя мне хотелось возразить, я знал, что все равно проиграю. К тому же никто другой не высказал возражений. Было очевидно, как сильно все хотели, чтобы я оставался неподвижным, хотя со мной все было в порядке. Возможно, потому что я самый младший, все считали, что должны заботиться обо мне. Наверное, они забыли, что через несколько месяцев мне исполнится 25. – Хорошо, раз все так говорят, тогда я начну. – Я почесал голову, перебирая темы в уме, думая, с чего начать и как рассказать об этом максимально быстро. – Я знаю, что сейчас все усердно работают над лекарством. Судя по отчетам, мы движемся в правильном направлении. Возможно, есть некоторые проблемы, как мы все понимаем, но, думаю, скоро все будет готово. Все кивнули. Такое сосредоточенное выражение лица можно было увидеть только на собраниях. Вне этого, всегда есть что-то странное, на что можно обратить внимание, особенно во время испытаний лекарств. – Так что я думаю… сейчас нам стоит начать работу над продвижением. Как мы говорили с самого начала, даже если мы получим действенное лекарство, это не значит, что проект будет успешным. Если люди не поймут его назначение, каким бы хорошим ни было лекарство, оно не поможет. Поэтому нам нужно параллельно провести кампанию, объяснять людям проблему, заставить их понять, почему это лекарство полезно, и показать, что это еще один хороший вариант. – Хм... Я понимаю, о чем ты говоришь, но у меня есть один вопрос, – Крис поднял руку. – Мы согласны, что нужно его продвигать, но наше лекарство пока не готово. Разве не стоит дождаться, пока оно заработает? Я не хочу тебя расстраивать, но что, если в итоге у нас так и не получится? – Я не планирую провал, – я ответил без колебаний. В комнате воцарилась тишина, и я знал, что это из-за моей самоуверенности и манеры говорить, как безжалостный диктатор, который не признает своих ошибок. Но именно так я и думал. – Я говорю это не для того, чтобы оказать давление. Я знаю, что все хотят, чтобы оно получилось, поэтому все стараются изо всех сил. Но я не начинал этот проект с мыслями: если все получится, это будет здорово. Я начал его, зная, что он обязательно получится, так или иначе. Я ужасный лидер: узколобый и не признаю существование ошибок в мире. Меня интересует только достижение результата, и это может не понравиться всем, кто работает со мной, ведь я не гибкий человек. – Эм, хорошо. – Лю нарушила молчание. Она пристально посмотрела на меня, прежде чем слегка кивнуть. – Лекарство все равно будет успешным. Начинать его продвижение сейчас – правильное решение. – Чем раньше мы начнем, тем лучше. Мнения людей не меняются за одну ночь, – добавил Пи Тач. Остальные кивнули в знак согласия, как будто то, что сказал я, было правильным, хотя даже мне самому не нравилось сказанное. Я повернулся, чтобы встретиться с взглядом Криса. Он стоял, скрестив руки, и уголки его губ слегка приподнялись, словно он был чем-то доволен. Доктор кивнул мне. Если я не ошибался, его взгляд как будто говорил: "Это то, что я хотел услышать", что немного противоречило тому факту, что именно он поднял эту тему. Но реакция Криса помогла мне понять истинную цель его вопроса. Он не хотел услышать ответ на тему "что если ничего не получится". Пи Крис просто хотел, чтобы я заверил всех, что мы движемся с уверенностью вперед и цель близка. Хотя он немного пугает, я рад, что доктор Крис теперь на нашей стороне. – Спасибо всем за понимание, – сказал я с улыбкой и волнением в сердце. – Просто хочу, чтобы вы знали: если у вас есть идеи, пожалуйста, предлагайте их. Но не переживайте слишком сильно о продвижении. Я сам этим займусь. Джефф тоже придет и поможет. А вы сосредоточьтесь на лаборатории и испытаниях. – Но, мы хотим помочь с продвижением, – Лю подняла руку. Ее слова были такими же яркими, как и ее наряд (сегодня она была в ярко-желтом платье с пышной юбкой, больше подходящем для прогулки в парке, чем для работы в лаборатории), но выражение лица и тон, как всегда оставались спокойными. – Я давно хотела выйти на публику. – Ты? – Крис сузил глаза, глядя на девушку, словно не мог поверить, что кто-то вроде нее заинтересован в работе с внешним миром. Учитывая ее замкнутую натуру, кто бы мог подумать, что она добровольно возьмется за такую задачу? – Гадалка сказала, что если я сейчас выйду из своей зоны комфорта, то найду свою вторую половинку. Этот ответ объяснил все одним предложением. У всех сразу пропали сомнения. – Я не знал, что Пи Лю интересуется такими вещами, – рассмеялся я. – Меня всегда интересовала астрология. – Я имею в виду вторую половинку, – устало ответил я. – Я думал, Пи Лю не интересует идея иметь парня. – Если это хорошая возможность, меня интересует всё, – ответила девушка. Ее слова говорили об интересе, но лицо выражало абсолютное равнодушие ко всему в мире. Если бы мы не знали друг друга столько лет, я бы подумал, что она всех ненавидит. – А тебе лучше быть осторожным, Нонг Чарли. – Мне? – я удивленно поднял брови и указал на себя. – Что ты имеешь в виду? – Ну, если в итоге звезды скажут мне, что ты моя вторая половинка, тогда я тебя заберу. Все разразились смехом, а Лю осталась стоять с каменным лицом. Казалось, она была серьезна. – Делай как хочешь, – рассмеялся я. – Если думаешь, что сможешь победить Бэйба, вперед. – О, какая большая задача, Лю! – подключился Пи Тач. Не только я знал о силе моего парня. Слава Пит Бэйба была широко известна. Все знали об этом. И да, Бэйб был знаменит не только своими навыками вождения. – Я умею драться, – ответила Лю, подняв кулаки в защитной позиции. Честно говоря, она выглядела как маленький плюшевый медвежонок, который пытается казаться устрашающим. Но, конечно, это не сработало. – Может быть, мне нужно немного потренироваться. Наша короткая встреча в лаборатории длилась меньше тридцати минут, из которых почти десять ушли на сухой юмор, который было сложно игнорировать. Основная цель заключалась в том, чтобы согласовать продвижение проекта, запланированное на начало следующего месяца. Мне предстояло взять на себя ведущую роль в этом процессе, так как все единогласно решили, что мой имидж и репутация могут сыграть ключевую роль (как же это неловко!). Джефф займётся разработкой формата продвижения и координацией с внешними организациями, а исследователи продолжат сосредотачиваться на научной работе. Дополнительные задачи включали предоставление медицинской информации о препарате для повышения доверия. Всё остальное зависело от желания и времени каждого участника. На удивление, все проявили больше энтузиазма, чем ожидалось, особенно Лю, которая даже обратился к гадалке, чтобы обсудить перспективы продвижения. После окончания встречи все разошлись по своим делам. Пи Тач и Лю возглавили команду исследователей, чтобы спрогнозировать влияние последней версии препарата на мой организм. Пи Крис отправился вниз, чтобы приготовить кофе. А мне было настоятельно рекомендовано найти место для отдыха. На этот раз я был обязан выполнить просьбу, так как обещал всем, что после встречи обязательно отдохну. Это был не просто совет, а категорический приказ. – Как ты себя чувствуешь? – доктор Крис сел на одиночный диван рядом со мной, держа чашку кофе, пока я вытянул ноги на длинном диване. – Есть какие-нибудь симптомы? – продолжил он. – Немного сонный, – ответил я. – Но я не уверен, связано ли это с лекарством. Возможно, я просто устал. – Ты не должен чувствовать сонливость просто так. – Не уверен. Может, мне просто приятно лежать под прохладным кондиционером. – Придётся подождать и посмотреть. Если станет хуже, возможно, это побочный эффект лекарства. – Если препарат работает, а единственным побочным эффектом остаётся сонливость, это вполне приемлемо. – Даже если он не сработает, мы разработаем новый, который точно будет эффективным, – спокойно сказал Пи Крис, поднимая чашку и делая глоток. Я всегда находил его движения странно притягательными. Они не были чем-то особенным, но создавали ощущение гармонии. Пи Крис двигался медленно, но не выглядел вялым. Он просто знал, как правильно распределять скорость своих действий, что делало его образ спокойным и уместным. Возможно, именно эта черта делала его очаровательным, несмотря на то, что его лицо напоминало кого-то, кого я не особо люблю. – Что ты имеешь в виду? – спросил он, заметив, что я слишком долго смотрел на него. – Ничего, – поспешно ответил я. Я решил не делиться своими мыслями, чтобы не создавать неловкую атмосферу. Лучше оставить такие размышления при себе. – Чем больше смотришь, тем больше схожести?.. – Эээ?.. – На того, кого звали Вэй. Я промолчал. Возможно, мои мысли были не совсем точными, но я не мог отрицать, что они действительно возникли. Я надеялся, что со временем смогу увидеть различия между Пи Крисом и Пи Вэем. Однако прошло уже больше месяца, а я всё ещё не мог их найти. – Я немного поинтересовался, он довольно известен, – сказал Пи Крис, оставаясь таким же спокойным, как и всегда, даже когда речь зашла о чем-то неловком. – Мы действительно похожи. Когда я впервые увидел его фотографию, я был удивлен. Я подумал, что это я гонщик. – Да, вы очень похожи. – Ты его не любишь, да? Доктор Крис умеет говорить прямо. Его ум словно огромная библиотека, где информация обо всём рассортирована по категориям и типам. Немного телепатии – и он находит правильный ответ за считанные секунды. Возможно, так работает мозг гения. Не знаю. Это первый раз, когда я встречаю такого человека в своей жизни. – Мы... просто не очень ладим. – Думаю, это самое краткое и менее неловкое объяснение. – Он тоже меня не любил. – Любовный треугольник? Он что, заглядывает в мои воспоминания? Это становится слишком страшно. – Наверное, что-то вроде этого. – Тяжело сражаться с теми, кто был до тебя? – Несмотря на то, что я ничего ему не рассказал, доктор Крис смог ясно изложить всю историю. Теперь я не уверен, поехал ли он в Америку учиться на врача или на гадателя. – Я видел фотографии его и Бэйба повсюду, так что знал, что они близки. Не нужно так пугаться. Он даже подумал, что я нахожу это жутким. – Честно говоря, это было не так утомительно, – сказал я. – Потому что они были лишь друзьями. – Эта фраза очень раздражает, ты знаешь? – Я не хотел сказать это так... – Понимаю, – Пи Крис рассмеялся. Он посмотрел на меня так, как смотрят на маленького ребёнка, который хочет что-то сказать, но не может чётко произнести слова. – Бэйб никогда не видел Вэя больше чем просто другом. Он даже не был твоим соперником. – Я с самого начала не думал о конкуренции с кем-либо. – Тогда почему он тебе не нравился? Вопрос прозвучал, словно ключ, открывающий запертую дверь в моей памяти. Комнату двухлетней давности, полную историй, которые я старался избегать. Я не хотел забывать их, но и открывать слишком часто тоже не хотелось – там хранилось то, что было слишком мучительным. – Он сделал кое-что действительно ужасное, – ответил я после короткой паузы. – Он был несправедлив ко мне, но с Бэйбом он поступил просто отвратительно. – Это было настолько плохо, что даже после его смерти ты не можешь простить? – Даже само отсутствие ненависти к нему уже можно считать добротой. Пи Крис не сразу ответил. Он молча потягивал кофе, внимательно глядя на меня, словно мои слова разрушили его прежний образ меня. Как будто я перестал быть Чарли из его представлений и превратился в кого-то совершенно другого. – Ты гораздо жестче, чем я думал, – наконец сказал доктор, медленно кивая. – Когда дело касается Бэйба, ты становишься совершенно другим человеком. – Я не рад его смерти. – Я понимаю. Но ты ведь не сочувствуешь, верно? – Это сложно объяснить… правда сложно. – До сих пор я не могу найти подходящего определения этому чувству. Оно не умещается в одно слово. Каждый раз приходится подробно объяснять, что именно я ощущаю. – Я сочувствую. Я сожалею как человек. Я грущу как партнер Бэйба. Как человек, который испытывает гнев, я рад, что он умер. Но я знаю, что если бы он остался жив, то страдал бы каждый день, мучился всю оставшуюся жизнь из-за того, что он сделал с Бэйбом. Наверное, Пи Крис прав. Я не могу простить Пи Вэя. Даже сейчас, просто говоря о случившемся, я не могу отпустить свои старые чувства. Его смерть, возможно, стала своего рода компенсацией для Пит Бэйба или Пи Алана, но для меня она остаётся бессмысленной. – Пи Вэй очень любил Бэйба. Мне тяжело это признавать, но, думаю, в этом мире есть только один человек, который мог любить Бэйба так же сильно, как я, – это он. Поэтому я уверен, что он испытывал огромную вину и боль каждый раз, глядя на Бэйба. Я знаю это, потому что сам чувствовал то же самое. Когда я понимал, что огорчил Бэйба, мне было так тяжело, что казалось, лучше бы я умер. По крайней мере, мне не пришлось бы видеть его взгляд, полный разочарования. Это было невыносимо, и я уверен, Пи Вэй чувствовал то же самое. Мой голос становился всё тише, темп речи замедлялся, и всё вокруг – даже очертания Пи Криса – начинало размываться. Лекарство, похоже, действовало всё сильнее. Это была не обычная сонливость. – Если так, то, возможно, смерть была менее болезненной. – Голос врача звучал всё менее различимо. Или, возможно, он говорил ясно, но из-за сильной усталости я не мог разобрать его слова. Казалось, будто он произносил одно слово, затем замолкал, а потом говорил следующее, словно теряя связь между ними. – Жить с чувством вины… непросто. Я должен был что-то ответить, но моё тело больше не выдерживало. Веки были тяжёлыми и медленно закрылись без моего контроля. Голос, который я слышал ясно, стал далёким, слабым звуком, прежде чем всё погрузилось во тьму. Не знаю, сколько прошло времени, когда я почувствовал, что кто-то трясёт мою руку. На мгновение мне показалось, что я спал всего несколько минут, а потом – что я спал несколько часов. И пока я спорил сам с собой о том, сколько времени прошло, внезапно возникла мысль: "Это сон?" Короче говоря, я ничего не знал. – …ли. Чей-то голос был рядом. Наверное, это тот, кто меня трясёт. Я хотел ответить, но моё тело не реагировало. Я даже не мог открыть глаза. – Чарли… Теперь ясно, этот человек назвал моё имя. – Чарли… проснись. Пи Крис… голос Пи Криса. Но почему его голос звучит так тревожно? Обычно он так не говорит. – Чарли! Это был самый громкий голос, который я когда-либо слышал от доктора Криса с тех пор, как мы познакомились, и он вырвал меня из самого глубокого сна, который я когда-либо испытывал. – А? Что? – Я моргнул, чтобы сфокусироваться. Первое, что я увидел, – лицо Пи Криса, которое выглядело гораздо серьезнее, чем у того доктора Криса, которого я знал. – Пи Крис... – Телефон, – перебил Пи Крис. Его голос звучал встревоженно. В руках он держал мой телефон. Его напряжённое поведение заставило меня почувствовать, что пока я спал, произошло что-то плохое. – Что случилось…? Мой голос был хриплым, а голова тяжёлая. – Бэйб... Одно только это слово мгновенно заставило мое тело, которое до этого игнорировало любые команды, мгновенно прийти в норму. ***** POV Бэйб Сегодня утром я сказал Чарли, что собираюсь остаться дома и почитать книгу, которую недавно купил. (Да, я зашёл в книжный магазин, хотя сделал это только потому, что ждал, пока Чарли выберет книгу себе.) Чарли был доволен моим планом. Он заметил, что это полезно – расслабиться, попробовать что-то новое, а чтение поможет мне сосредоточиться и успокоиться. Я не уверен, был ли в его словах скрытый смысл, но звучало это разумно, поэтому я решил не менять свои намерения. Однако результат меня разочаровал. Книга, которую я выбрал, оказалась скучнее, чем я ожидал. Честно говоря, я не особо думал, когда её покупал. Просто заметил, что она стоит на полке бестселлеров, а обложка выглядит довольно привлекательно. Хотел произвести впечатление на Чарли, показать, что заинтересовался чтением, поэтому и взял её. Перед тем как открыть, я надеялся, что она поможет скоротать время, пока Чарли не вернётся. Но… всё пошло не так. Каждая минута тянулась бесконечно, а сюжет оставался загадкой: я никак не мог понять, что собирается делать главный герой. Читая, я всё время думал о том, что скажу Чарли, когда он вернётся. Был уверен, что он спросит: «Как тебе?» и «Расскажи о книге». Если я брошу чтение, то не смогу ответить на его вопросы. Неожиданно я почувствовал себя так, будто готовлюсь к экзамену. Ха-ха Чарли говорил, что чтение успокоит меня, но всё вышло наоборот. Я становился всё более раздражённым из-за бесконечных размышлений главного героя и его жалоб на всё подряд. Он писал целые абзацы о каждой мелочи, обвиняя себя в вещах, к которым не имел никакого отношения. Чем больше я читал, тем сильнее хотелось влезть в книгу, встряхнуть этого парня и сказать: «Научись винить других, идиот!» – а потом поскорее выбраться обратно. После часа ворочаний на диване моё терпение иссякло. Я закрыл книгу, бросил её на стол перед собой и просто уставился в потолок. Размышлял, чем бы заняться, если не читать. Первой мыслью было отправиться на тренировку. Наверняка сегодня на трэке много людей, ведь Алан вчера вечером написал в групповом чате, что собирается настроить машину. Но потом я вспомнил, что тренировался только вчера, и, честно говоря, мне совсем не хотелось надевать этот жаркий гоночный костюм. А если я туда не пойду, то мне больше некуда идти. Идти в новое место? Боюсь, Чарли начнёт переживать. Он стал гораздо более нервным из-за моих дел в последнее время. К тому же, даже если я подумываю о новых местах, у меня нет никаких идей. Моя жизнь вращается вокруг нескольких привычных локаций. Если меня никто не приглашает выйти, я почти никуда не хожу. Особенно в перерывах между сезонами моя жизнь кажется пустой, как у пенсионера. У меня есть парень, но он занят миллионом дел. У него просто нет времени быть со мной каждый день. Я это понимаю. Но всё же... я скучаю по его компании. Может, мне стоит сходить к Чарли? Эта мысль внезапно пришла мне в голову. В любом случае, у Чарли сегодня не было планов идти куда-то еще. Он весь день проведет в лаборатории, где его работа порой превращалась в бесконечное ожидание. Но сегодня у меня появилась идея, как сделать его день немного интереснее. Свободное время, которое он может провести со мной, я решил превратить в импровизированное свидание прямо в исследовательской лаборатории. Ему не придется отвлекаться от работы, а я просто буду рядом, наблюдая за ним. Это лучше, чем скучная книга, которую я пытался читать. С этой мыслью я резко вскочил с дивана и поспешил наверх, чтобы переодеться во что-то более эффектное. Хотя Чарли видел меня в самых разных состояниях, остальные сотрудники лаборатории привыкли видеть меня только в презентабельном виде. Я хотел, чтобы они подумали: «Вау, у Чарли действительно отличный вкус», а не «О, вот и конец рекламной акции». На подготовку ушло всего несколько минут. Я схватил ключи от машины, телефон и, уже собираясь набрать номер Чарли, внезапно решил сделать ему сюрприз. Почему бы не появиться в лаборатории неожиданно? Это добавит немного интриги и веселья. Улыбнувшись своей задумке, я убрал телефон в карман и направился к своей машине. Сев за руль, я надел солнцезащитные очки, добавляя образу водителя нотку уверенности и стиля. Хотя дорога до лаборатории занимает меньше двадцати минут, я всегда наслаждаюсь этим коротким путешествием. Узкий салон моей машины превращает меня в короля дороги. Здесь я держу всё под контролем: руки уверенно сжимают руль, ноги плавно работают с педалями, взгляд сосредоточен на дороге и зеркалах, а музыка задаёт настроение. Вождение всегда наполняет меня адреналином, даже если это не гонка. Мои чувства уже не такие острые, как раньше, но я всё ещё считаю себя человеком с тонким слухом и зрением. Если вокруг происходит что-то необычное, я, как правило, замечаю это первым. Через пятнадцать минут я должен был быть у лаборатории Чарли, особенно учитывая свободную дорогу. Но за последние пять минут я заметил странное: черный внедорожник следовал за мной всю дорогу. Он оставался в той же полосе, что и я, не пытался обогнать, даже когда я замедлял ход. На каждом перекрестке он повторял мои манёвры. Когда я сделал вид, что собираюсь остановиться у обочины, он тоже остановился. Тогда я понял — меня преследуют. Я продолжал ехать, хотя мог бы повернуть и добраться до лаборатории за считанные минуты. Однако это могло бы создать проблемы для Чарли. Мысли о том, что кто-то следит за мной от самого дома, уже были достаточно тревожными. А если бы преследователи узнали о местоположении лаборатории, это стало бы серьёзной угрозой. Там содержались разработки, которые Чарли хотел сохранить в тайне. Это место должно оставаться защищённым от любопытных глаз, папарацци и нежелательных гостей. Мне придется отвлечь преследователя, увести его как можно дальше и найти способ избавиться от него. Водитель черного внедорожника явно был опытным. Как бы я ни старался уйти, он настойчиво держался за мной. Даже если мне удавалось немного оторваться, он вскоре догонял. Я продолжал двигаться всё дальше, пока маршруты не стали незнакомыми. Случайные повороты, выбор полос — иногда я успевал прочитать дорожные знаки, иногда нет. Мой мозг работал на полную мощность, пытаясь найти выход из этой ситуации, но одного разума было недостаточно. И, как всегда, когда я не знаю, что делать, я обращаюсь к своему спасательному кругу. – Позвони Чарли. Я активировал систему голосовых команд автомобиля, отдавая ассистенту распоряжение связаться с моим парнем. Ожидание на линии затянулось. Обычно Чарли отвечает практически мгновенно. Каждый раз, когда я ему звоню, он берет трубку максимум после третьего сигнала. Но сейчас все было иначе – Чарли не отвечал. – Чем ты занят? – пробормотал я, мельком взглянув в зеркало заднего вида. Черная машина все еще следовала за мной, словно не собиралась отступать. Городские улицы казались бесконечными, и я начинал уставать от этой гонки. – Позвони Чарли. Я повторил команду. С каждым звуковым сигналом ожидания мое сердце начинало биться быстрее. Причиной была не только угроза со стороны преследователей, но и тревога за Чарли. Мой разум рисовал самые разные сценарии, почему он не отвечает, и, честно говоря, главная версия была пугающей. Наконец ожидание закончилось. – Алло... – Чарли, я снаружи. – Я перебил его, не дожидаясь окончания приветствия. Руки крепче сжали руль – черная машина ускорилась, пытаясь подрезать меня. Казалось, что терпение иссякло не только у меня, но и у преследователей. – Я хотел приехать к тебе, но за мной кто-то следит. Я боюсь, что это... Я не смог закончить то, что собирался сказать. Внедорожник резко ускорился рядом со мной. В сложившейся ситуации он мог бы меня обогнать, но не стал этого делать. В долю секунды мой заторможенный разум понял, что он не собирался меня подрезать, как я думал. Договорить я не успел. Внедорожник резко ускорился, оказавшись рядом. Он мог бы просто обогнать меня, но вместо этого перекрыл путь к побегу. Машина прижимала меня к крайней левой стороне дороги, где впереди стоял припаркованный грузовик. Места для маневра не оставалось, а затормозить я уже не успевал… Первое, что я почувствовала, была – боль. Что-то тяжелое давило на правую сторону моего лица. Паника охватила меня, но, когда я попытался коснуться поврежденного места, оказалось, что кожа цела. Это было странное ощущение, как будто ткань прилипла к лицу. – Бэйб?.. К счастью, первое, что я увидел, кроме яркого белого света, – это лицо Чарли. – Больно? – спросил он, аккуратно помогая мне сесть, пока я приходил в себя. Судя по рядам кроватей, белоснежным занавескам и стерильному запаху, мне не требовалось задавать вопрос: "Где я?" Это определённо была больница. На мне всё ещё оставалась та же одежда, в которой я вышел из дома. Кроме бинтов на лбу и скуле, всё выглядело вполне нормально. Руки и ноги были на месте, а лицо моего парня я узнавал без труда. Это, вероятно, означало, что ситуация не так уж и плоха. – Доктор сказал, что, возможно, у тебя была сильная головная боль и ты испугался, поэтому потерял сознание. Успокаивающим подтверждением этому был расслабленный вид Чарли. Если бы я был серьёзно ранен, он точно не сидел бы здесь с широко раскрытыми глазами, попивая сок из коробочки рядом с моей кроватью. – Это было довольно шокирующе. Я врезался во фруктовую лавку, и все разбежались. Даже воспоминания перед аварией сохранились, хотя и немного путаные из-за множества событий и удара головой. В целом я чувствовал себя нормально. Теперь можно было отбросить страх деменции. – Кто-нибудь ещё пострадал? – Нет, – Чарли медленно покачал головой, шумно втянув сок через трубочку. Мне показалось, что его глаза слегка затуманены. – Свидетели говорят, что ты громко сигналил, и в лавке в тот момент никого не оказалось, так что обошлось без пострадавших. – Фух, это облегчение. – Хорошо, что ты успел увернуться вовремя. – Да, это была чистая удача. – Облегчение всё ещё не покидало меня, когда я вспоминал тот момент. Всё происходило на уровне инстинктов, без времени на раздумья. Мозг просто дал команду. – Спортивная машина против грузовика … Если бы я врезался в него лоб в лоб, меня бы раздавило. – Ты невероятный. – Чарли поднялся. Он подошёл, обнял меня, пока я сидел на больничной койке, и легко поцеловал в макушку. Затем тихо добавил: – Не опозорил свой титул… Гонщик номер один. – Ты пьян? – Я поднял взгляд на Чарли. Уже некоторое время его поведение казалось мне странным: движения замедленные, речь будто заторможена. – Нет, – очкарик рассмеялся, медленно отстраняясь. – Мне только что сделали укол. Голова всё ещё немного кружится. – Пьяный от лекарств. Я думал, ты выпил перед тем, как прийти сюда. – Не говори такого! Медсестры могут вызвать полицию. – Судя по твоему состоянию, их стоит вызвать прямо сейчас. – Я слегка похлопал своего парня по щеке, надеясь, что это поможет ему прийти в себя. Но его бредовая улыбка никуда не делась. – Хотя, если честно, всё могло быть намного хуже. – Почему, Бэйб, тебе нравится, когда я пьян? – Я просто подумал, что хорошо, что с тобой все в порядке. – Возможно, странно, что это говорю я, учитывая, что только что рисковал своей жизнью, но я действительно почувствовал облегчение, увидев Чарли в его привычном состоянии. – Когда моя машина разбилась, первой мыслью было: "Черт! Чарли сойдет с ума". Но когда я очнулся и увидел тебя сидящим там с глупым выражением лица, я почувствовал облегчение. – Почему ты так переживал? – рассмеялся Чарли, садясь на край кровати. Он взял меня за руку и уверенно произнес: – Пока я ждал автобус до больницы, Бэйб позвонил мне. Услышав его голос, я понял, что все будет хорошо. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить этот момент в памяти, но это оказалось несложно. Я вспомнил, как позвонил Чарли сразу после аварии. Ударившись головой, я не сразу потерял сознание – голова просто слегка кружилась. Местный парень постучал в окно моей машины, чтобы узнать, в порядке ли я. Я кивнул и показал знак – ОК. Он помог мне выбраться из машины и отвел в ближайший магазин, где я мог немного отдохнуть. Там вызвали скорую. Пока мы ждали, меня спросили, звонил ли я родственникам. Тогда я вспомнил, что должен позвонить Чарли. Кажется, я говорил с ним до прибытия скорой. После этого мои воспоминания становятся смутными – думаю, тогда я уже потерял сознание. – Но ты действительно молодец, – я с нежностью похлопал по голове этого наркошу. – Обычно, если на меня брызгает масло, ты сразу делаешь лицо испуганной собаки. – Я уже взрослый. – Не знал, что ты так вырос. – Теперь знаешь, – самодовольно фыркнул он. – Если бы я каждый раз шокировался, когда ты ранишь себя, думаю, я бы прожил недолго. – Я не так часто раню себя. – А помнишь, когда ты последний раз был в больнице? – Недавно я привел тебя сюда, чтобы выколоть тебе глаз. – Я сделал жест, будто собираюсь выколоть его круглые глаза пальцами. Чарли быстро поднял руки, чтобы закрыть их, будто боялся, что я действительно это сделаю. – Если бы у меня был выбор, разве я хотел бы приходить в больницу? – Я знаю. Я тоже не хочу, чтобы детка часто сюда приходил. – Я буду осторожнее, – я посмотрел ему в глаза и пообещал серьезно. Хотя я знал, что уже давал такие обещания раньше и не всегда выполнял их так, как должен был, я хотел заверить Чарли, что стараюсь ради него. Я стараюсь быть в безопасности… ради Чарли. – Спасибо, – Чарли улыбнулся. Он обнял меня за плечи, притянул к себе и быстро поцеловал в лоб. – Но ты уже очень хорош. Чарли действительно сильный. Со стороны может показаться, что именно я тот, кто может защитить его, но на самом деле я всегда ищу в нем опору. Завишу от Чарли – и физически, и морально. Он для меня как убежище, где мне нечего бояться. Я импульсивен и часто теряю голову из-за мелочей. А вот Чарли… хотя он намного младше меня, умеет стоять на своем и является для меня сильной поддержкой. Мой парень действительно замечательный. – А ты знал, что это был не я, кто сначала ответил на звонок? – внезапно спросил Чарли. – Что? – Конечно, я был в замешательстве, не понимая, о чем он говорит. – Когда? – В первый раз, перед аварией. – Тогда... разве это был не ты? Мои глаза широко раскрылись. Хотя я услышала лишь слово "Алло", как я мог не узнать голос своего парня? Или я был слишком шокирован, чтобы заметить? – Нет, – Чарли рассмеялся. Он посмотрел на меня с невероятной нежностью в глазах. – Я тогда спал. Пи Крис взял трубку вместо меня. – Ох... – Когда он понял, что что-то пошло не так, он разбудил меня и отвез сюда, потому что я все еще плохо себя чувствовал. – Крис слышал аварию? – Да, – Чарли кивнул. – Он был в шоке. Это был первый раз, когда я видел его таким. Это было удивительно. – Мне стоит поблагодарить его за аварию? – Не думаю, что это того стоит. Я рассмеялся, и Чарли тоже. Мы разговаривали всего несколько минут, как вдруг к нам ворвалась вся команда X, явно взволнованная. Норт, Соник и Дин бросились ко мне, обняли и начали причитать, будто я потерял ногу или был при смерти. Алану пришлось дать каждому из них по затрещине, чтобы они успокоились. Джефф, как обычно, не стал присоединяться к веселью. Он тихо стоял в стороне, смотрел на меня несколько секунд, а затем подошел и прошептал: – Ты в порядке? Пока остальные были заняты тем, что Пи Алан отчитывает своих беспокойных младших, я кивнул, показывая, что все нормально. Джефф тоже кивнул и вернулся к своему месту. Наши отношения с этим парнем всегда такие. Кажется, мы редко говорим о серьезных вещах или выражаем свои настоящие чувства, но мне странным образом комфортно и спокойно рядом с ним. Джефф ведет себя так, будто ему не особенно важно, что со мной происходит, но в такие моменты я всегда чувствую его заботу. – Пит тоже приехал. Он паркуется, – сказал Пи Алан, оборачиваясь ко мне. – Как он тут оказался? – удивленно спросил я, не ожидая, что большой босс команды найдет время, чтобы навестить такую мелкую рыбку, как я. – Он приехал покататься на треке, а Чарли позвонил и рассказал о тебе. Вот он и притащил всех сюда. – И все это из-за разбитой головы? Вся деревня должна собраться? – Пи Крис все еще здесь, – сказал Чарли с кривой улыбкой, намекая, что моя "деревня" включает больше людей, чем я думал. – Отправился найди место, чтобы покурить. – Даже не остался в больнице? – я поморщилась. – И это при том, что он врач. – Какой Крис? – спросил Пи Алан. – Доктор, который помог Чарли, тот, о котором я тебе рассказывал раньше, – ответил я вялым голосом. Мне совсем не хотелось говорить о том странном докторе, хотя сегодня он был моим благодетелем. – Тот, который похож на Вэя. – О, он тоже здесь? – капитан широко раскрыл глаза. – Хочу его увидеть. Хочу посмотреть, насколько они похожи. – Он скоро придёт, –с улыбкой ответил Чарли. – Но я думаю, тебе стоит немного подготовиться. – Он действительно так похож? Ты не преувеличиваешь? – Просто подожди и увидишь, дядя, – подтвердил я, уверенный, что это не просто массовая истерия. Крис был настолько похож на Вэя, что они могли бы жить друг вместо друга. Я уверен, если Пи Алан увидит лицо Криса своими глазами, он будет потрясен, его глаза широко раскроются, как будто он увидел призрака. – Это реально. Это как умереть и вновь родиться… **** POV Крис Я раздавил окурок в пепельнице, сделав глубокий вдох. Горький запах дыма остался на моей одежде, кончиках пальцев, даже во рту. Возвращаться к остальным в таком состоянии было бы неуместно. Я полез в карман, надеясь найти оставшуюся мятную жвачку, но разочаровался – я уже все пережевал. Единственный выход – сходить в магазин. Я вспомнил, что на первом этаже, рядом со входом в отделение стационара, есть магазинчик. Вместо того чтобы сразу идти в отделение неотложной помощи, я направился к соседнему зданию. Магазин был удобно расположен, я сразу заметил его, как только пересек улицу. Зайдя внутрь, направился к отделу конфет и жвачки. На полках лежало множество упаковок – зеленых, синих. Просто глядя на них, я почувствовал свежесть, даже не успев положить их в рот. Я взял упаковку знакомого бренда и собирался платить, но передумал и вернулся за еще одной. Прежде чем повернуться к кассиру, мой взгляд остановился на стоящем с серьезным лицом мужчине в отделе корзин для посетителей в конце прохода. Его лицо было серьезным. – Вы покупаете это для посещения пациента или чтобы подарить родственнику? Не знаю, почему я подошёл, чтобы заговорить. Может быть, потому что я такой, а может быть, потому что он, казалось, нуждался в помощи, и я не мог его игнорировать – Если вы покупаете подарок для родственников, то молоко, ласточкины гнёзда или фрукты вполне подойдут. Однако, если подарок предназначен для пациента, важно уточнить диагноз. Некоторые болезни требуют избегать сахара, а некоторые фрукты содержат его в избытке. Другие заболевания исключают употребление молока или продуктов с высоким содержанием натрия. Например, экстракт куриного супа можно исключить. Я внимательно изучил содержимое готовых корзин. Честно говоря, их состав был далёк от идеального для больного человека. Но я понимал, что это больше вопрос социальной традиции. По моему опыту, такие подарки редко доходят до пациента – их обычно съедают родственники. И это, на мой взгляд, вполне справедливо: забота о больном – одна из самых тяжёлых работ в мире. – Что случилось с человеком, к которому вы пришли? – я повернулся, чтобы посмотреть на человека рядом, и был удивлён, увидев, что он уже смотрел на меня. – Кхун? И самое странное было его выражение лица. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, словно увидел говорящего монстра. Лицо было бледным, глаза покрасневшими и опухшими, будто он вот-вот заплачет. Я не был уверен, правильно ли я поступаю. Возможно, он просто боялся разговаривать с незнакомцами. Не все привыкли общаться с такими, как я. Неужели я случайно напугал его? – Что случилось? – повторил я, глядя на него. Он стоял неподвижно, его глаза были широко открыты, как у человека в шоке. Губы дрожали, он несколько раз открывал их, словно хотел что-то сказать, но так ничего и не произнёс. – Кхун... – Вэй... Его голос был слабее дыма от моей сигареты, но я чётко услышал это слово. И этого оказалось достаточно, чтобы понять, почему он смотрел на меня, как на монстра. В его глазах я действительно выглядел как нечто пугающее – или, точнее, как призрак. Этот человек, вероятно, из круга Чарли. Встретить его здесь, перед корзинами с пожеланиями выздоровления, казалось почти символичным. Скорее всего, он один из гонщиков, выбирающий подарок для Бэйба, который сейчас лежит с разбитой головой и синяками на лице. Его внешность привлекала внимание: красивое лицо, высокий рост, крепкое телосложение. Даже в обычных джинсах и простой белой футболке он выглядел элегантно, словно носил дорогой костюм. Честно говоря, он совсем не походил на типичного члена гоночной банды Бэйба. – Ты друг Чарли? Фух! Незнакомец не ответил на мой вопрос. Вместо этого он сделал нечто неожиданное – бросился вперёд и обнял меня. Его объятия были крепкими, искренними, словно мы были старыми друзьями, а вокруг нас не было ни магазина, ни людей, которые постоянно приходят и уходят. – Кхун, эм... – Спасибо, что вернулся. Хорошо, это не шутка. Он... плачет. – Я ждал тебя, Вэй. Я ждал каждый день. Есть так много вещей, которые я хочу тебе сказать. В то время я просто думал, что не будет поздно поговорить, когда всё станет лучше. Я просто думал, что всё равно увижу тебя снова. Я был глуп, Вэй. Я... Я просто стоял там, замерев на месте, не зная, что делать. Среди всех людей, которых я знал, этот оказался самым эмоциональным, и да, с ним было труднее всего справиться. Я хотел оттолкнуть его, но почему-то решил, что лучше будет просто стоять, хотя девушка-кассир за стойкой уже несколько раз взглянула на нас. – Я больше не буду терять время. Я не буду думать, что ты будешь здесь вечно, – сказал он, его голос дрожал, а руки всё крепче обнимали меня, словно он боялся, что я испарюсь и исчезну. – Мне всё равно, кто у тебя в сердце. Сейчас просто позволь мне сделать всё, что я должен был сделать тогда. Хорошо, может быть, пришло время сказать что-то. – Ты мне нравишься, Вэй. Хм... когда мне сказать ему, что я не Вэй?