Малыш гонок 2.

Глава 20

POV Чарли

Звон в ушах был сильнее, чем обычно. Мимо проезжали машины, звучали автомобильные гудки, свистки дорожной полиции, музыка доносилась издалека, кричали люди, приглашая остановиться и что-то купить, а самым очевидным звуком были разговоры. Я не мог разобрать, о чём они говорили, потому что это было похоже на сотни людей, говорящих одновременно. Я не знал, слушает ли кто-нибудь, но шум, казалось, не собирался стихать в ближайшее время. Он становился всё громче и громче. Даже запахи, которые попадали мне в нос, были смесью парфюма и человеческого пота, что вызывало у меня головокружение. Несмотря на то, что я сидел в фургоне с закрытыми занавесками, я всё равно чувствовал, будто осознаю всё, что происходит снаружи, потому что мои чувства были более обострёнными, чем обычно. Тук-тук-тук. Раздался мягкий стук в окно машины. Я, сидя на заднем сиденье за водителем, глубоко вдохнул, прежде чем медленно открыть глаза и ответить: – Да. Как только мой голос стих, дверь фургона открылась. Человек, который постучал в окно, была Лю. Сегодня она была одета в красное платье с цветочным принтом, носки и шляпу того же цвета. Лю сказала, что сегодняшний счастливый цвет – красный. Кроме того, что он приносит удачу, он ещё помогает любому делу, которое находится в процессе, добиться успеха. Она пыталась убедить меня ещё вчера надеть красную одежду, но я отказался. Потому что, помимо того, что я не верю в счастливые цвета, я также слишком скучен, чтобы носить такие яркие оттенки. Поэтому я предпочитаю носить то, в чём чувствую себя уверенно. Если я надену счастливые цвета, мне не придётся так много работать. – Ты готов? – Лю забралась на сиденье рядом, прежде чем закрыть дверь фургона. – Снаружи всё готово? – Почти. – Много людей? Лю не ответила, её равнодушное выражение лица, как обычно, трудно было прочитать, и из-за этого я начал чувствовать беспокойство. Хотя я не люблю, когда на меня смотрят, я не боюсь стоять перед таким количеством людей. Я знаю, что должен сказать, я знаю, что должен сделать, я уверен, что могу привлечь внимание и контролировать аудиторию, так что больше всего меня беспокоят не мои собственные способности, а… люди снаружи. Как бы хороши ни были мои слова, если нет слушателей – это ничего не значит. Раньше я всегда общался со своими подписчиками через социальные сети. Это первый раз, когда мы выходим на публику. Я надеюсь поговорить с людьми лично, надеюсь увидеть их реакции вживую – как на их лицах, так и услышать их голоса, а не просто читать слова, которые бегут по экрану во время трансляции. Я верю, что это будет способ создать связь, которая приблизит меня к массам, но это будет невозможно, если они не выйдут из своих домов, чтобы увидеть меня. – Всё в порядке, – с улыбкой сказал я Лю. – Даже если будет только один человек, я могу говорить. – Мы знаем, что ты можешь всё. – Когда П'Лю это сказала, я почувствовал смущение. – Тебе не бывает неловко, когда ты флиртуешь с девчонками в прямом эфире, а от меня тебе неловко? Я мог только криво улыбнуться. Я не знал, как это объяснить. Сказать, что то, что ты видишь в прямом эфире, – это не я, было бы ложью, потому что я не притворяюсь. Все, что я показываю, – это то, что я сам хочу делать. Я не пытаюсь играть чью-то роль. В то же время человек, который сидит здесь, – это тоже я. Нет ни настоящего, ни фальшивого меня. Есть только я, меняющийся в зависимости от хода событий и желаний, которые движут мной изнутри. – Ну как ты сейчас? Ты сосредоточился? – Нормально. Немного шумно, но думаю, это терпимо. – Хочешь помощи? – Помощи? – Я приподнял брови, недоумевая. – Что ты имеешь в виду? – Пи Крис сказал, что когда ты участвовал в гонках, ты всегда делал что-то, чтобы сконцентрироваться перед стартом...... – Хватит. – Я быстро поднял руку, чтобы остановить Лю, прежде чем она продолжит. Это была моя вина: я случайно рассказал об этом новостному центру, доктору Крису, думая, что он никому не скажет. Помимо того, что это смущает, какой вообще разговор мог бы это объяснить? – Не слушай слишком много Пи Криса. Пожалуйста. – О... это неправда? – Правда, но не обязательно слушать. Лю рассмеялась, её маленькие руки полезли в её сумочку в форме клубники, и она что-то достала. – Дай мне руку, – спокойно сказала молодая исследовательница. Я не очень понял, но послушно протянул ладонь, так как понял, что она хочет мне что-то дать. Лю нежно взяла мою руку, обернула вокруг запястья красный плетёный шнурок и аккуратно завязала его. Я почувствовал себя так, как будто старушка благословляет меня, но, конечно, я не мог сказать об этом Лю. – По крайней мере, теперь у меня есть что-то красное, – спокойно сказала медик лаборатории, удовлетворённо глядя на плетёный шнурок на моём запястье, словно этот вопрос беспокоил её с самого вчерашнего дня. – Не знаю, успокаивает ли это тебя, но меня – да. – Ладно, – рассмеялся я, радуясь её прямолинейности. – Если это только этот красный цвет, то это нормально. Лучше, чем быть одетым во всё красное. – Всё красное лучше, чем всё чёрное сейчас. – Лю оглядела меня с ног до головы, бросив на меня явный осуждающий взгляд, показывая, что её не устраивает мой вид. – Ты похож на плохого парня. – Но мне это нравится. – Тебе нравится выглядеть плохим парнем? – Даже если бы я оделся во все красное, я все равно остался бы плохим парнем. Лю снова посмотрела на меня, склонив голову в серьёзной задумчивости, тщательно обдумывая, прежде чем кивнуть в знак согласия. – Это правда, – сказала она. – Проблема здесь. Исследовательница обвела пальцем круги вокруг своего лица, подчеркивая, что самая недружелюбная часть меня – это моё лицо, и я был склонен согласиться. В последнее время я часто думаю о том, насколько недружелюбно я выгляжу, когда смотрюсь в зеркало, хотя Бэйб раньше говорил, что у меня лицо, которое приглашает людей общаться, потому что я выгляжу добрым и не слишком умным. Думаю, это потому, что я повзрослел. – Спасибо, Лю. – Я улыбнулся Пи. Теперь я чувствовал себя намного спокойнее. Хаос, который только что нарушал мое восприятие, утих, хотя я и не использовал "помощника", как обычно. Возможно, это из-за того, что я лучше привык к ощущениям Бэйба. И хотя мне не хотелось себя хвалить, я считал, что контролирую его способности лучше, чем Бэйб. Может быть, это потому, что они лучше подходят моему телу. – Благодаря счастливому красному цвету, и тому, что ты пришла составить мне компанию, я чувствую себя намного лучше. – На самом деле, Пи Крис приказал нам следить за тобой. Он боялся, что ты сбежишь. – Почему я должен сбегать? – Я рассмеялся. – Кто знает? Если ты слишком переживаешь, ты можешь передумать. – Я не передумаю, – твёрдо ответил я. В то же время экран телефона Лю засветился. Имя доктора Криса появилось крупным шрифтом, что, вероятно, было знаком того, что время пришло. – Мы зашли так далеко, я не могу передумать. – Это хорошо, – ответила Лю, прежде чем ответить на звонок. 📞– Хорошо, я собираюсь вывести героя сейчас. – Она ответила равнодушным тоном в телефон, одновременно посмотрев мне в глаза в последний раз. ***** Рёв был настолько громким, что мне захотелось закрыть уши. Думаю, даже человек с обычным восприятием признал бы это за раздражающий шум, так что неудивительно, что такой странный человек, как я, с более развитым восприятием, чувствовал, что мои барабанные перепонки вот-вот лопнут. Я повернулся, чтобы посмотреть на Пи Криса, который стоял неподалеку. Рядом с ним был Джефф, говоривший в рацию. Он посмотрел на меня несколько секунд, прежде чем подойти ко мне, вытащить беруши из кармана рубашки и быстро вставить их мне в уши. – Чувствуешь себя лучше? – спросил он. Я кивнул, так как мои уши почувствовали облегчение. Стадион обычно был таким шумным, но, возможно, из-за того, что зрители были дальше от меня, шум уже не был таким оглушительным, хотя вокруг было много людей. Я огляделся и вдруг понял, почему Лю не ответила, когда я спросил её, много ли людей. Я подумал, что она не решилась ответить, потому что людей было так мало, что это могло бы расстроить. Но теперь я знал, что это было из-за того, что людей было намного больше, чем я ожидал, и она предпочла уклониться от ответа, боясь, что это вызовет у меня ещё большее давление и волнение. Это было открытое пространство, зона для проведения мероприятий наполовину напоминающая парк, недалеко от большого торгового центра в центре города. Здесь есть участок с зелёной искусственной травой, мощёная площадка для мероприятий, крупные деревья вокруг, горшечные растения разных размеров и украшения, а также разбросанные по всей территории скульптуры среднего размера странной формы. Чуть дальше находится просторная бетонная площадка, которая в основном используется для спортивных тренировок, катания на скейтборде, а иногда и для фестивалей. Это считается многофункциональной зоной, полностью оснащённой всем необходимым. Честно говоря, сначала я не думал, что мы сможем забронировать это место, потому что, во-первых, у нас не было так много связей, а во-вторых, наши действия были довольно рискованными, так как наши цели явно противоречили интересам крупных инвесторов. Раньше нас блокировали и ограничивали во многих аспектах, до такой степени, что мы вынуждены были ждать и смотреть, запретят ли нам даже размещать что-то в социальных сетях. Так что возможность использовать место в центре города, куда проходит так много людей, была чем-то вроде мечты. Но на прошлой неделе доктор Крис воплотил мою мечту в реальность, подойдя ко мне и сказав: "Это не за пределами наших возможностей!" Я знаю, что Пи Крис имеет некоторые связи, но я никогда не мог себе представить, что он сможет добиться такого. Кажется, теперь мне придется больше разузнать о нем. Если он окажется страшным мафиози, это будет большая проблема. – Привет всем. Просто короткое приветствие легко вызвало восторженную реакцию у аудитории. Передо мной стояли дети, школьники, студенты, взрослые среднего возраста и пожилые люди, все смешались, представляя собой разнообразие полов и возрастов. Все взгляды были устремлены на меня. Первый ряд находился всего в четырех или пяти шагах от меня. Что касается заднего ряда, я даже не мог его разглядеть. Он был так далеко, что мои глаза не могли туда дотянуться. Низкая сцена не позволяла мне видеть многое, но если бы мне пришлось угадать, то, вероятно, вся площадь, которую мы запросили для проведения мероприятия, была заполнена. Сначала я думал, что места будет достаточно, чтобы все могли спокойно сесть и слушать, но, судя по количеству людей, которые собрались сейчас, хорошо уже было то, что они просто стояли и не толкались. – Прежде чем я что-либо скажу, позвольте мне убедиться, что все в порядке. Меня слышно сзади? – Кто-то крикнул из заднего ряда, дав понять, что они меня слышат. Поэтому я немного успокоился, убедившись, что звуковая система, которую подготовил Пи Тач, достаточно мощная. – Не слишком ли душно? Они закричали в унисон: "Нет". Я почувствовал себя идолом или рок-звездой, хотя никогда в жизни не пел нигде, кроме как в ванной у себя дома. – Может быть, здесь немного тесновато. Простите. Я не ожидал, что придет так много людей. И, как ожидалось, они все ответили хором: "Все в порядке". – Огромное спасибо всем, кто пришел сегодня. Не знаю, хотите ли вы, чтобы я танцевал или пел, или что-то еще. Позвольте мне сразу сказать, что я ничего этого не умею. Единственное, что я могу, это дрифтовать, но если я начну это делать, боюсь, будет слишком весело. – Их смех заставил меня почувствовать себя гораздо более расслабленным. Хотя я не боюсь выступать перед людьми, я не могу отрицать, что это довольно нервирует. Когда я был гонщиком, даже будучи достаточно известным, мне не приходилось ни с кем разговаривать. Иногда я давал интервью для СМИ, но это было только для небольшой группы людей. И не нужно было беспокоиться о том, что они не захотят меня слушать, потому что заставить меня говорить – это была их работа. Так что это ничто по сравнению с тем, что сейчас передо мной. – Перед тем, как войти сюда, я думал, что здесь будут симпатичные парни и красивые девушки, раздающие листовки, но если у кого-то их нет, поднимите руку. Кто-нибудь принесет вам. Я сам составил и разработал всю информацию для этой брошюры, поэтому хочу, чтобы все ее прочитали. После того, как я закончил говорить, поднялось около десяти рук. Лю, Пи Тач, Джефф и другие сотрудники сразу побежали с пачкой листовок. Только доктор Крис остался стоять на месте. Конечно, это была не его работа. Задача доктора Криса заключалась в том, чтобы быть рядом со мной и помогать мне на протяжении всего мероприятия. Если бы он был знаменитостью, его, вероятно, называли бы менеджером. Причина, по которой Пи Крис взял на себя эту роль, не в том, что он переживал или хотел заботиться обо мне или что-то в этом роде. Он просто хотел заниматься работой, которая не похожа на работу других. – Хорошо, команда сейчас все раздаст. Я собираюсь начать. Если я буду ждать дольше, боюсь, что не смогу спеть по-настоящему, – сказал я, мило улыбаясь аудитории в первом ряду. Большинство из них были девочки-подростки, которые все время держали телефоны, направленные на меня, как будто они фанаты знаменитостей. Я не понимаю, что такого веселого в том, чтобы следить за мной. Я не артист. Когда я был гонщиком, было понятно, что они приходили смотреть мои заезды. Но теперь я не могу показать им ничего. Однако они выглядели такими счастливыми, видя меня. Мир фанатов иногда бывает трудным для понимания. – Прежде чем я начну говорить лишнее, я хотел бы пригласить всех сыграть в веселую игру. Для этой игры нужен один доброволец. Я выберу сам. Если кого-то выберут, и это неудобно, пожалуйста, откажитесь. Не стесняйтесь. Я обошел сцену, сканируя зал в поисках кого-то, кто мог бы подойти в качестве добровольца. Некоторые нервно отводили взгляд, в то время как другие следили за мной и обменивались взглядами, как бы говоря: "Выбери меня. Выбери меня". Через двадцать секунд поиска мои глаза остановились на девочке, которая выглядела как ученица старших классов начальной школы. У нее были две косички на голове, светло-голубой бант, завязанный на простом платье. Рядом с ней стоял мальчик постарше, вероятно, ученик старшей школы, который выглядел похожим на нее – скорее всего, брат. Я подошел к тому месту, где она стояла, и опустился на колени перед ней, так чтобы наши глаза были как можно ближе друг к другу. – Я нашел, – сказал я с улыбкой, глядя на девочку, взволнованную тем, что я стою перед ней. – Можно ли сыграть с тобой в игру? Она замешкалась, переводя взгляд то на меня, то на своего брата, стоявшего рядом. Брат выглядел скучающим – возможно, он просто сопровождал сестру, или родители настояли, чтобы он привёл её сюда. Его безразличие лишь усилило моё желание выбрать именно эту девочку. – Старший брат, можно мне на минутку забрать твою сестру? – обратился я к нему. Он выглядел слегка удивлённым, его лицо выражало растерянность, а глаза метались, словно он не знал, как правильно ответить. – Обещаю, это не будет опасно. Это просто короткая игра, которая займёт не больше минуты. Вы можете в любой момент остановить её, – добавил я, чтобы немного его успокоить. После короткого раздумья он мягко произнёс: – Давай. – Брат согласен. А ты как, согласна? – спросил я девочку с голубыми бантиками. Её лицо озарила широкая улыбка, и она энергично кивнула, так что чёлка взлетела. Видимо, она сомневалась раньше, опасаясь, что брат будет против. Теперь же, получив его одобрение, она выглядела невероятно счастливой. – Отлично. Тогда поднимайся сюда, – сказал я, указывая на лестницу возле сцены. Пи Крис, который стоял рядом, спустился, чтобы встретить ее, и помог ей подняться. Она покраснела, увидев его, и стала еще более застенчивой, когда Джефф улыбнулся ей. Казалось, я был не единственным, кто ей нравился. – Привет, – формально поприветствовал я, когда девочка встала рядом со мной на сцене. – Как тебя зовут? – я поднёс микрофон к её лицу. Видно было, что она нервничает, осознавая необходимость говорить в микрофон, но всё же проявляет решимость. – Джинни, – тихо ответила она. – Джинни... какое красивое имя, – улыбнулся я ей. Девочка смущённо улыбнулась в ответ, закручивая кончик своей косы пальцем, чтобы справиться с неловкостью. – Сколько тебе лет, Джинни? – Одиннадцать. – Можно узнать, почему ты пришла сегодня? – Я... хотела послушать, как говорит Пи Чарли, – искренне ответила она. В этот момент она впервые посмотрела мне прямо в глаза, и я почувствовал, что её интерес был настоящим. – Почему ты хочешь слушать? – спросил я, несколько удивлённый. Я не ожидал, что ребёнок её возраста заинтересуется такими темами. Некоторые из них могли показаться слишком сложными и скучными. Но Джинни, казалось, слушала с самого начала. – Есть ли что-то, что ты хочешь узнать? – Я просто хочу знать, действительно ли есть способ избавиться от способностей, – ответила она, и её глаза загорелись. В них светилась надежда, когда она смотрела на меня. – Я хочу, чтобы способности... были уничтожены. – Почему? – спросил я. – Почему ты хочешь их уничтожить? – Потому что... – Джинни снова замешкалась. Она колебалась, прежде чем повернуться к брату, стоявшему внизу сцены. Старшеклассник смотрел на свою младшую сестру с обеспокоенным взглядом. Он медленно покачал головой. Джинни вздохнула, увидев выражение лица старшего, прежде чем спокойно ответить: – Мои друзья сказали, что это невозможно, и ни один особенный человек не захочет уничтожить свои собственные навыки. Поэтому я хотела доказать им, что это неправда. – Хм... Это веская причина, – искренне похвалил я её, опускаясь на колени перед Джинни и встречаясь с её взглядом. На этот раз девочка не отвела глаз. Она смотрела мне в глаза, словно надеясь найти ответ, который скрывался в её сердце. – Тогда, позволь Пи Чарли, задать тебе ещё один вопрос. Джинни кивнула. – Джинни, есть ли кто-то в этой жизни, кого ты действительно хочешь встретить, но думаешь, что у тебя не будет такой возможности? Маленькая девочка с голубым бантом застыла. Она на мгновение взглянула на своего брата, а затем снова посмотрела на меня, и в её глазах отразилась явная грусть. Джинни глубоко вдохнула и тихим голосом ответила: – Да. – Хорошо, Джинни, тебе не обязательно говорить мне, кто это. Но я хочу, чтобы ты представила лицо человека, того, кого ты хочешь встретить. Закрой глаза и представь его как можно яснее. Девочка кивнула, прежде чем медленно закрыть глаза. – Можно я возьму тебя за руку? Если тебе это не нравится, просто покачай головой. Джинни не покачала головой. Она закрыла глаза и осторожно протянула мне руку. Я легко положил свою руку на её ладонь, не сжимая её, просто позволив нашим ладоням соприкоснуться. Маленькие руки Джинни слегка дрожали, вероятно, от волнения. Но я был уверен, что вскоре это чувство исчезнет. Вокруг стояла мёртвая тишина. Казалось, что здесь не собралось сотни людей. Все взгляды были устремлены на сцену, как будто они ждали волшебного шоу. Я начал чувствовать себя немного как знаменитый фокусник, который вот-вот заставит дождь вернуться обратно в небо. – Расслабься и представь ясно, – прошептал я Джинни, не используя микрофон. Она кивнула, её глаза оставались закрытыми, а лицо выглядело спокойным, словно она блуждала в другом измерении, частью которого я не был. Прошло около тридцати секунд, и по-прежнему царила тишина. Только где-то вдали слышался слабый голос. Юная девушка в голубом платье стояла неподвижно в центре сцены, её дыхание, которое раньше было ровным, начало сбиваться. Её красивые глаза, скрытые за веками, заметно двигались. Она крепко сжала губы, как будто пыталась сдержаться, но в конце концов не смогла подавить свои чувства. Джинни разрыдалась. Прозрачные слёзы покатились по её щекам, прежде чем она медленно открыла глаза и посмотрела на меня. – Как всё прошло? – спросил я. Джинни подняла руку и поспешно вытерла слёзы, затем снова повернулась к своему брату. Он смотрел на неё с тревогой, но Джинни широко улыбнулась и слегка кивнула, словно говоря: "Со мной всё в порядке". Её поведение тут же успокоило брата. – Ты встретила того, кого хотела встретить? – снова спросил я. – Да, – уверенно ответила Джинни. Теперь она широко улыбалась, хотя слёзы всё ещё текли по её лицу. – Я даже обняла его. – Это прекрасно. Замечательно видеть, как Джинни улыбается. И ещё лучше... видеть, как улыбается её брат. – Спасибо, Пи Чарли. – Я рад, – ответил я с улыбкой. – И тебе спасибо, Джинни. Ты – молодец. Джинни улыбнулась в ответ. Она поблагодарила дважды: "Спасибо, большое спасибо", сказала она, прежде чем доктор Крис увел ее со сцены. Он отвел девочку к ее брату, который находился внизу. Я подошел и снова остановился перед ними, улыбаясь парнишке, который, казалось, очень любил свою младшую сестру, но, вероятно, не показывал этого часто. Я надеялся, что после сегодняшнего дня он сможет проявлять свои истинные чувства чаще. – Спасибо, старший брат, – поблагодарил я молодого человека, протягивая ему руку. Брат Джинни посмотрел на мою ладонь с некоторым колебанием, но, к счастью, не почувствовал отвращения. В конце концов, он поднял руку, чтобы пожать мою. Я слегка сжал ее, удерживая не более трех секунд, а затем отпустил. Брат Джинни проследил за моей рукой, его глаза широко раскрылись, а рот приоткрылся, словно он хотел что-то сказать, но я мягко покачал головой, давая понять, что ничего не нужно говорить. Ему не нужно было ничего говорить мне, он просто улыбнулся сквозь слезы, и я всё понял. – Вы, наверное, задаетесь вопросом, что я сделал раньше, и почему Джинни плакала. Во-первых, клянусь, я ее не щипал. – Смех снова раздался, полностью разрушив гробовую тишину. – То, что вы только что видели, было иллюзией. Конечно, все, что вы видели, это то, как я касаюсь руки Джинни. Но то, что видела Джинни... было изображением в ее воображении. Я поднял ладонь, показывая всем, что она была совершенно пуста, ничем не отличалась от ладони обычного человека, и окинул взглядом заполненную площадь, наблюдая за их реакцией. Конечно, она была самой разной. Кто-то был удивлен, кто-то шокирован, а многие сомневались, верить в это или нет. – Это один из моих навыков, и я понимаю, что в это трудно поверить. Никто в это не верит, пока не испытает сам. Я понимаю. Иногда я чувствую себя шаманом или лидером какого-нибудь культа. – Мои глупые шутки, как обычно, вызвали смех. Мне нужно поблагодарить всех из команды X за то, что они помогли мне научиться делать это, не чувствуя смущения. – И я также знаю, что многие могут подумать, что это все подстроено. Что Джинни может быть моей племянницей, которую я нанял, чтобы она помогла устроить этот трюк. Поэтому это всего лишь пробная игра. Поскольку все вы потратили время, чтобы прийти сюда и посмотреть на меня, было бы несправедливо, если бы Джинни играла в эту игру в одиночку. После этой фразы шепот усилился. Волнение охватило не только их, но и меня, стоящего на сцене. Ведь это был не просто разговор о чем-то, что я хотел сказать, или небольшое шоу навыков, как раньше. Это был первый раз, когда я собирался создать иллюзию, чтобы контролировать восприятие сотен людей одновременно. Я никогда не делал этого раньше, но я уверен, что это сработает. – Метод похож на тот, который использовала Джинни ранее. Для тех, кто хочет это проверить, я прошу вас закрыть глаза, но не думать ни о чем. Пусть ваш разум будет пустым, расслабьтесь. Этого достаточно. Остальное доверьте мне. Все закрыли глаза, как я и приказал. Джинни и ее брат, даже Джефф, и вся наша команда – все закрыли глаза. Атмосфера вновь погрузилась в тишину, оставив с открытыми глазами меня одного. Я медленно вдохнул и выдохнул, повторив это три раза, прежде чем позволить текущей энергии в моем теле сделать свое дело. Я почувствовал, как энергия устремляется от кончиков моих ног до макушки головы, а затем снова возвращается вниз. Реакция публики изменилась: они казались более спокойными, как будто позволили своим душам выплыть из тел. Без раздумий, без колебаний, без шока, только тишина. Я был последним, кто закрыл глаза. Закрыть глаза в реальном мире – это как открыть их в воображаемом. Я все еще стоял на сцене, и та же группа людей все еще стояла передо мной. Но наше окружение изменилось. Это было огромное, белое, открытое пространство. Никаких деревьев, травы, странных скульптур, земли или неба. Только яркий белый свет вокруг нас. Все озадаченно оглядывались, задавая друг другу вопросы, будто не могли поверить своим глазам. "Ты видишь то же самое?", "Где мы?", "Как он это сделал?" или даже "Это правда иллюзия?" Я не стал ничего объяснять, позволив им самим испытать иллюзию без каких-либо подсказок. Через мгновение я решил добавить небольшой штрих. Расслабив руку, я слегка повернул ее. Все, что было белым, в мгновение ока стало черным. После этого все, что раньше было чисто белым, мгновенно стало черным. Мы словно стояли в середине пустого пространства, видя только себя и людей вокруг. Кроме этого, кругом была кромешная тьма. Никаких звуков извне слышно не было, только гул наших собственных голосов. К этому моменту, думаю, у никого не осталось вопросов. Когда я размышлял, какой образ создать дальше, пространство восприятия, которое я создал, вдруг стало странным. Оно уже не было таким тихим, как прежде. Пронесся странный звук. Это был не человеческий голос. Сначала я не мог понять, что это, пока звук не начал становиться все громче и громче. Чем громче он становился, тем больше я к нему привыкал. Этот звук... я слышал его почти каждый день на протяжении многих лет. Врум! Черное пространство исчезло, словно огромное покрывало, закрывающее небо, было сорвано одним махом. Всех выбросило из иллюзии, отвлекло на этот сумасшедший звук. Нет, на самом деле, тот, кто был настолько отвлечен, что не смог контролировать свою силу, – это был я. Я обернулся и встретился взглядом с доктором Крисом. Он держал рацию у уха, ожидая чего-то. Через несколько секунд из устройства раздался треск, за которым последовал голос Пи Тача, перемешанный с его тяжелым дыханием. "Команда X... прямо здесь". Я не могу сказать, что был шокирован. На самом деле, я мог догадаться с того момента, как услышал звук двигателя. Это был не звук обычного автомобильного мотора. Я мог определить по звуку, что это должен быть гоночный автомобиль. А гоночный автомобиль, который так громко ревет двигателем где-то поблизости... Я не хочу никого обвинять, но разве это так трудно угадать? "Бэйб тоже здесь". Пи Тач произнес следующую фразу, и она заставила меня сорваться с места. Я передал микрофон Крису и сбежал со сцены, даже не объяснив ничего зрителям. Просто услышав это знакомое имя, я понял, что не могу больше терять ни минуты. *****

POV Бэйб

Сегодня я чувствую себя максимально отдохнувшим за последние недели. Рев двигателя, проникающий до глубины души, заставляет меня ощущать себя невероятно живым. Норт взял своего "любимого сына" и кружит с ним посреди широкого поля, пока клубы пыли не взмывают в воздух. Зрители вокруг восторженно аплодируют и кричат. Следом за ним выходит Дин, чьи навыки значительно улучшились. Он с уверенностью демонстрирует мастерство, перенятое у Пи Норта. Но самым захватывающим моментом становится появление гоночного автомобиля, неизвестного публике, но способного выписывать невероятные маневры. Рев мотора звучит громче грома, вызывая бурю эмоций. Молодые парни и девушки на обочине, а также члены команды кричат до хрипоты. Ведь это впервые за долгие годы капитан команды X-Hunter вывел своего "сына", чтобы показать его публике. Разумеется, главный герой должен появиться последним. Я взял своего талантливого "малыша" и отправился с ним кататься по широкому полю, превращенному в небольшой гоночный трек. Хотя здесь невозможно показать всю мощь скорости, но для демонстрации техники это место идеально. Скрежет шин по бетону и мощный звук двигателя – настоящая музыка для ушей. Видя, как публика вокруг меня наполняется восторгом, я ощущал, как энергия переполняет меня. Так давно я не испытывал такого удовольствия. Я почти забыл, как сильно люблю вождение. После завершения нашего выступления машина остановилась, и я вышел под шквал аплодисментов и крики восхищенной толпы. Честно говоря, я действительно скучал по этому чувству. Это было словно возвращение в прошлое, когда жизнь была наполнена гонками, свободой и безграничным весельем. Думая об этом, я не могу понять, как я мог отказаться от такого счастья. Наверное, раньше я был словно в тумане, потеряв связь с самим собой. Я послал зрителям воздушные поцелуи в знак благодарности за их невероятную поддержку. Но их реакция казалась ничем по сравнению с выражением лица человека в первом ряду. Он стоял, скрестив руки, и сверлил меня взглядом. – О! Папа тоже пришел посмотреть? Я сделал вид, что удивлен, слегка опираясь бедром на капот своей машины, и встретил взгляд своего красивого, но явно недовольного бывшего парня, который целеустремленно направлялся ко мне. Что с ним случилось? Ему не понравилось мое выступление? – Что ты делаешь, Бэйб? Это было первое, что произнес Чарли. Его привычная милая улыбка исчезла, а голос звучал холодно и отстраненно. Этот парень был действительно груб. – Работаю, а что еще? – ответил я с легкой небрежностью. – Это работа? – его вопрос прозвучал с ноткой сарказма. – Конечно. Мы пришли всей командой, разве не видишь? Я взмахнул рукой вокруг. Норт, Соник и Дин поприветствовали Чарли с застенчивыми улыбками. Тем временем Пи Алан стоял рядом с Джеффом, опустив голову, а тот, скрестив руки, что-то недовольно бормотал. Похоже, он возмущался тем, что мы появились здесь без предупреждения. Хотя именно я попросил Алана держать это в секрете – семейные проблемы не должен решать капитан, разве не так? – Гоночной команде тоже нужна реклама, – продолжил я. – Чтобы привлекать новых гонщиков и спонсоров. Новый сезон уже на пороге, мы не можем просто сидеть сложа руки, верно? Ты ведь сам гонщик, как ты можешь не понимать таких элементарных вещей? – Я понимаю, – ответил Чарли нейтральным тоном. Он, как всегда, старался сохранять спокойствие, но я знал, что внутри он кипел. – Но, Бэйб, ты хочешь сказать, что команда приехала сюда сегодня ради рекламы совершенно случайно? – Хм... Если я скажу, что это совпадение, это будет немного ложью, – ответил я с искренней улыбкой. Я не хотел, чтобы казалось, что я наслаждаюсь чужими неприятностями. Но чем больше я видел, как расстроен Чарли, тем сильнее мне хотелось улыбаться еще шире. Хотелось улыбаться так, чтобы рот растянулся до ушей. – На самом деле, я ходил к гадалке. Он сказал, что если мы хотим привлечь внимание к команде, то делать это нужно именно здесь, сегодня и только в это время. И, судя по тому, что я вижу, эта гадалка оказалась довольно точной. Я оглядел площадь. Теперь собиралось все больше людей. Не только те, кто пришел посмотреть гонку, но и те, кто хотел увидеть Чарли. Все с интересом смотрели на нас двоих. Многие начали фотографировать и снимать видео на телефоны. Некоторые даже, кажется, транслировали это в прямом эфире. Конечно, воссоединение пары, которая рассталась, – горячая тема для сплетен. Лично мне было все равно, как и в каком виде эта картина выйдет в свет. Но насчет Чарли я не знал, понравится ли ему это. Может быть, красавчик не хотел оказаться в одном кадре со своим бывшим парнем, таким как я. – Давай поговорим где-нибудь в другом месте, – сказал Чарли, оглядываясь вокруг и замечая, что взгляды становятся все более пристальными. Его голос стал мягче, он почти шептал, как будто умоляя меня уйти оттуда вместе с ним. – Не делай из этого сенсацию. – Почему... Это же хорошо – быть в новостях, – ответил я, полностью игнорируя обеспокоенное выражение лица парня рядом. – Я смогу продвинуть команду. Ты тоже привлечешь внимание. Разве ты не хотел быть в центре внимания? Почему ты боишься новостей? – Это другое дело, – знаменитый парень сказал сквозь стиснутые зубы. Он, должно быть, изо всех сил старался, чтобы никто не догадался, о чем мы говорим, поэтому он старался двигать губами как можно меньше, чтобы предотвратить чтение по губам. – Не поднимай личные вопросы. Это того не стоит. – Какие личные вопросы? У нас еще есть личные вопросы? – Бэйб, я знаю, что ты хочешь мне отомстить, но не делай этого. Это для меня важно... – О чем ты говоришь? Не выдумывай глупости. Я перебил его, потому что не хотел слушать, как он снова и снова говорит одно и то же, что я уже слышал сотню раз. Всегда одно и то же: его идеалы были важнее, чем держать меня в своей жизни; наши отношения были препятствием для его мечтаний. Одни мысли об этом вызывали у меня отвращение. Я больше не хочу слышать эти истории. – Я просто делаю то, что хочу, вот и всё. Не думай об этом слишком много. – Я не смог удержаться от смеха. Выражение лица Чарли в этот момент сделало меня действительно счастливым. Он был зол, но ничего не мог сделать, настолько разочарован, что даже не мог говорить. И глубоко внутри я верила, что он тоже хотел отомстить мне. Но в этой ситуации он ничего не мог со мной сделать. Нет, в любой ситуации он ничего не мог бы сделать. – И ещё кое-что, Чарли... Ты больше не так важен для меня. Я не знаю, осталось ли у него место для меня в сердце, но я действительно надеюсь, что эта фраза будет ранить его ещё долгие дни. – То, что я делаю, – это моё дело. Это не значит, что это имеет отношение к тебе. – Если это не имеет ко мне отношения, могу я попросить тебя об одолжении? – твёрдо сказал Чарли, его лицо оставалось равнодушным, как будто мои слова не задели его ни на секунду. – Моя работа ещё не закончена. Шум машины Бэйба мешает мне работать. Могу я попросить тебя прекратить шум на полчаса? – Нет. Чарли глубоко вздохнул. Казалось, он сдерживал себя изо всех сил, но он, вероятно, не знал, что чем больше он себя сдерживал, тем больше мне хотелось увидеть, как он взорвётся. – Бэйб. – Чарли понизил тон, давая понять, что он не шутит и ему совсем не нравится моя игра. – Да? – ответил я сладко, наклонив голову, чтобы посмотреть на него, делая самое милое выражение лица, которое, как я был уверен, поможет моему красивому бывшему парню взорваться ещё быстрее. – Почему ты такой суровый... Папа не рад меня видеть? Чем более невозмутимо я себя вел, тем больше злился Чарли. Я знал это. Чарли всегда расстраивался, когда я оставался спокойным, а он был настроен серьёзно. Когда мы ещё были вместе, он смотрел на меня строго и говорил: "Если ты не готов говорить, то поговорим позже. Мне не нравится, когда Бэйб так себя ведёт". И если он это говорил, а я не останавливался, то готовься к буре. – Не делай так, – резко сказал Чарли, отводя взгляд. Я знал и это. Если он смотрел на меня слишком долго, он злился ещё сильнее. Вот почему Чарли продолжал отводить взгляд. – Ты уже взрослый, Бэйб. Хватит вести себя как ребёнок. – Я не хочу. – Бэйб, не провоцируй меня. – Я хочу играть, хочу быть ребёнком, в чём проблема? Я говорил дерзко и кончиками пальцев повернул его острый подбородок ко мне. Он слегка отвернулся, раздраженный, но чем больше он так делал, тем больше мне это нравилось. На этот раз я прижал ладонь к его щеке, и это заставило его замерть. Это также вызвало оживление среди зрителей на площади. – Что ты собираешься делать? Чарли смотрел на меня так, будто у него больше не осталось сил бороться. Он просто стоял и позволял мне касаться его лица, как мне хотелось, думая, что это максимум, на что я способен. Но... он ошибался. Я улыбнулся своему единственному бывшему парню, поднося руку, которая касалась его щеки, к своим губам, а затем снова возвращая её к губам Чарли. Толпа гудела. Многие девушки кричали, как будто сцена происходила прямо из их любимого романа или дорамы. Чарли застыл. Он ничего не говорил в ответ. Он просто стоял, глядя на меня, сглатывая вязкую слюну, будто впервые учился глотать. Мне кажется, он оглох. – Я ничего не сделал... Я просто хотел поиграть. Чарли оставался молчаливым, настолько молчаливым, что я начал думать, что он не только оглох, но и впал в шок. Пока... он не улыбнулся. – Хорошо, – сказал Чарли, и будто стал совершенно другим человеком. У меня вдруг побежали мурашки по коже из-за его улыбки и перемены в его глазах. – Если Бэйб хочет поиграть, я тоже могу. – Что? Объяснений больше не последовало. Чарли посмотрел на меня и щелкнул пальцами. Звук щелчка заставил мое тело задрожать до костей. В ушах раздался пронзительный свист, пронзающий мой череп. Но что было еще страшнее... всё вокруг остановилось. Это не было ощущением, не было галлюцинацией моих чувств, но всё вокруг нас – зрители, члены команды X, исследователи Чарли, прохожие, машины на дороге, даже птицы в небе – всё замерло, будто кто-то нажал на видео паузу. Только это было не видео, это была реальная жизнь, реальное течение времени, которое не должно было останавливаться. Но теперь оно остановилось. Стрелки на часах башни тоже замерли. Время... остановилось. – Как ты...? – Мой голос, казалось, растворился вместе с движением вещей. Я посмотрел на Чарли в замешательстве. Сейчас только мы двое могли двигаться нормально. И это точно был не я, кто всё это устроил. Значит, единственный подозреваемый – он. – Нет... с каких пор ты это делаешь? – Есть ещё много того, чего Бэйб не знает. Улыбка всё ещё оставалась на его красивом лице. Чарли медленно подошёл ко мне, всё ближе и ближе, пока я не отступил назад, но вскоре понял, что убежать у меня не получится. Чарли упёрся руками в капот машины, прижимая меня с обеих сторон, и его лицо приблизилось настолько, что я почувствовал его дыхание. – Бэйб, ты правда думаешь, что сможешь победить меня? Я открыл рот, чтобы ответить ему, но он опередил меня. Чарли прижался губами к моим, быстро и плотно. Его губы были тёплыми, и становились всё горячее, когда он без колебаний углублял поцелуй. Я едва мог вспомнить, когда в последний раз у меня был такой страстный поцелуй. Он был грубым, резким и почти невозможным для сопротивления. Но что хуже... я не хочу сопротивляться ему. Я закрыл глаза, наклонил лицо, чтобы охотно принять поцелуй своего жестокого бывшего парня. Я поднял обе руки, чтобы поддержать его лицо, впился в его губы и закрутил свой язык, сражаясь без намерения сдаться. Мне казалось, что это был не поцелуй, рожденный из привязанности, а скорее из массы эмоций, которые нас обоих переполняли: злость, разочарование, желания победить. Всё это соединилось и захлестнуло меня, пока, в конце концов, мы не выбрали использовать этот поцелуй, чтобы сражаться и отомстить друг другу. Чарли отстранился от поцелуя. Я почувствовал жжение в уголке нижней губы. Не нужно было говорить – поцелуй был настолько интенсивным, что я почувствовал вкус крови. Ржавый запах во рту был хорошим доказательством, а виновник, который довел меня до такого состояния, похоже, не испытывал ни капли вины. – И... вот как выглядит настоящий поцелуй. Я не хочу признавать, что проиграл в этом раунде. Если кто-то спросит, я скажу, что это была ничья.