Малыш гонок 2.

Глава 21

POV Чарли

Первая выездная активность прошла успешно, хотя сначала я был уверен, что всё провалится из-за того, что «непоседа» явился и начал всё портить. Признаюсь, я не особо удивился, что Бэйб появился в такой важный для моей работы день. Я знал, что он смотрит мои прямые эфиры, следит за мной во всех социальных сетях. Я видел его комментарии. Было несложно догадаться, что Бэйб в ближайшее время явно не планирует жить по принципу «каждый сам по себе». Это сильно отличается от нашего первого расставания, когда мы оба были настолько разбиты, что даже не могли воспринимать, что происходит с другим. Тогда любое взаимодействие казалось невозможным, а притворяться равнодушным – ещё сложнее. Но в последний раз, когда мы серьёзно обсуждали «нас», я сразу почувствовал, что гнев у него на первом месте. Бэйб был зол и унижен, ведь он пошёл на уступки: приехал ко мне домой, переспал со мной, умолял меня пересмотреть наши отношения и начать всё сначала. Я сделал вид, что готов, но в итоге снова отказал ему. Я знаю, для Бэйба гордость – это всё. Он из тех людей, которые скорее умрут, чем поступятся ею. Но ради меня он нарушал свои принципы и убеждения бесчисленное количество раз. Ничто не может доказать его любовь сильнее, чем это. Поэтому мне всегда было жаль, что я так жестоко попирал его жертвы. И неудивительно, что теперь он так зол и хочет отомстить мне. Тем не менее, последний случай оказался не таким уж плохим, потому что я смог справиться с ним до того, как он устроил ещё больший хаос. Когда я понял, что он специально пришёл, чтобы сорвать моё мероприятие, я был так зол, что не мог найти слов. Если бы существовал рейтинг людей, которые знают, насколько эти активности важны для меня (не считая тех, кто их понимает или поддерживает), Бэйб был бы на первом месте. Он часто говорил, что то, чем я занимаюсь, важнее для меня, чем он сам (что, конечно, не правда). Поэтому меня так бесит, что он пытается разрушить мои усилия без капли сочувствия. А когда он видел, как я злюсь, это только доставляло ему удовольствие. Он начинал ещё больше издеваться надо мной, а потом отказывался от самых компромиссных моих предложений, не раздумывая ни секунды. Поведение, которое почти вывело меня из себя, произошло в тот момент, когда Бэйб притворился, что оставляет поцелуй на моих губах своей ладонью. Это был, без сомнения, самый нелепый способ разозлить меня, но при этом он оказался невероятно эффективным. Бэйб, вероятно, прекрасно понимал, что своими действиями он лишь сильнее провоцирует мой гнев. С самого начала я ясно давал понять, что мне не нравится, когда наши личные дела становятся предметом публичного обсуждения, особенно когда их с удовольствием критикуют. Хотя мне безразлично, что говорят обо мне окружающие, я не могу спокойно относиться к тому, что они плохо отзываются о Бэйбе. В таких любовных делах он никогда не получал должного признания. Люди всегда готовы обвинить Бэйба, выставляя меня жертвой, которую стоит жалеть, хотя они даже не знают его так, как знаю я. До сих пор мне непонятно, откуда у этих незнакомцев берется такая уверенность, чтобы судить других, обладая столь ограниченным восприятием. На этот раз, думаю, Бэйб отступил из-за шока, и, если честно, я тоже был потрясен. Что касается остановки времени, я сам не ожидал, что способен на это. Тогда это было чисто инстинктивное действие. Эта способность, своего рода мистический дар, была со мной с детства. Любой навык или дар имеет свои особенности применения и ограничения. Как вор, я не знал о своей способности, и предыдущий её носитель никогда не учил меня, как ей пользоваться. Очевидно, никто бы не стал этого делать. Однако я освоил её так, будто она всегда принадлежала мне. Возможно, это заняло время, но в итоге я научился контролировать энергию, стабилизировать её и глубже понять её природу самостоятельно. Все это благодаря инстинктам. Каждый раз, когда я осваиваю новый навык, мне кажется, что мое тело разделено на две части. Одна часть ясная и четкая, каждая её деталь понятна, тогда как другая окутана тьмой. Я чувствую, что в этой тени что-то движется, но не могу понять, что это, как оно выглядит и как с этим справиться. Со временем светлая область постепенно поглощает темную, искусно сливаясь с ней. В конечном итоге я вновь обретаю внутреннюю ясность. Остановка времени – это способность того мальчика, брата Джинни. Сначала я не обратил на него особого внимания, но поведение девочки заставило меня задуматься. Она часто смотрела на своего брата, как будто наблюдала за ним. Когда я спросил ее, почему она хочет встретиться со мной, она задумалась, а затем снова посмотрела на своего брата, прежде чем ответить. Этот ответ показался мне совершенно нелогичным. Именно тогда я понял, что дело не только в желании победить друга, которое заставило Джинни заинтересоваться разрушением способностей, а в том, что она хотела помочь своему близкому. Взгляд, которым Джинни смотрела на своего брата, был до боли знаком. Он напоминал тот взгляд, которым Джефф смотрел на меня. Часто он даже не осознавал, насколько явно выражает свои эмоции. Несмотря на то, что он младше меня и формально считается младшим братом, он постоянно заботится обо мне, как взрослый человек. Особенно в моменты, когда понимает, что не может ничем помочь, в его глазах отражается боль. Не знаю, осознает ли это Джефф, но видеть такой взгляд делает мою боль вдвое сильнее. Именно поэтому я не могу допустить ошибки. У этой истории может быть только один конец. – Джефф, какие планы на продвижение на следующей неделе? Ты уже отправил их мне? Тишина, последовавшая в ответ, заставила меня поднять взгляд от экрана ноутбука. Джефф сидел на диване в трех метрах от меня, и я говорил достаточно громко, чтобы он услышал. Но мой младший брат с каменным выражением лица вел себя так, будто мои слова – просто ветер, который пролетел мимо. – Джефф. Я позвал его снова, но он остался таким же невозмутимым. Это было очевидным признаком намеренного игнорирования, и я, кажется, понял, в чем дело. – Джефф, – я снова обратился к брату, на этот раз мягче, повернувшись к нему всем телом, чтобы показать свою искренность и желание поговорить. – Когда ты перестанешь злиться? – Думаю, нескоро, – ответил вместо него доктор, случайно проходивший мимо. Его насмешливый тон заставил меня закатить глаза. Конечно, доктор Крис был совершенно невозмутим. Он широко улыбнулся, сел на диван напротив Джеффа и начал читать комикс, который принес с собой, совершенно не обращая внимания на напряженную атмосферу между мной и братом. – Прости, – сказал я Джеффу с максимальной искренностью, на которую был способен. Я сделал немного виноватое лицо, надеясь заслужить хоть каплю сочувствия, хотя и не был уверен, сколько очков мне дадут. – Правда, я больше так не буду. Ну перестань злиться. – Я не злюсь, – наконец ответил Джефф, но его тон был совсем не обнадеживающим. – Но сержусь. – Я знаю, что ты сердишься, поэтому и прошу прощения. – Ммм. – Что значит «ммм»? – Принял к сведению. – Джефф... – я протянул голос и пересел рядом с братом, слегка потряс его за руку, пытаясь выглядеть как можно милее. С противоположной стороны раздался тихий смех, и я бросил взгляд туда. Доктор Крис смотрел на меня с явным презрением, но, заметив, что я его поймал, тут же сделал вид, будто увлечен своим комиксом. – Правда, прости. Тогда я просто не успел подумать. Мне стало жалко его... – Ага, может, нам стоит вообще бросить исследования и позволить тебе заниматься сбором способностей? – Не говори так. – Почему? Все ведь достойны жалости. Почему ты не возьмешь у всех подряд? Тогда Пи Криса с ребятами не пришлось бы отвлекать на исследования, экономя и деньги, и время. Когда я получил такой длинный ответ, я сам не нашел, что сказать, лишь бросил взгляд на врача, который читал мангу. Но он, кажется, понял, что я прошу о помощи. – Не смотри на меня. На этот раз я на стороне Джеффа. Но помощи от него ждать не стоило. На него действительно нельзя рассчитывать. – Естественно, в этом вопросе единственный, кто поддержит Чарли, – это сам Чарли, – спокойно сказал Джефф. Он словно становился все больше и больше, а я уменьшался до размеров муравья. По правде говоря, сначала я даже не думал, что это станет такой большой проблемой. Но Джефф разозлился, и все встали на его сторону. Теперь я остался один, как перец на тарелке. – Чарли пожалел других, поэтому решил взять их навыки, хотя обещал прекратить этим заниматься. Никто не любит тех, кто нарушает обещания. Но Чарли, похоже, это нравится, ведь он никогда не держит слова. Если бы мы жили в мире аниме, то сейчас я, вероятно, постепенно увядал бы, а ветер унес бы меня, словно осенний лист. Мой младший брат язвительно упоминал мое имя в каждом предложении, словно подчеркивая свою правоту. Единственный, кто мог бы меня поддержать, хладнокровно отвернулся. Я так привык мириться с Бэйбом, что уже забыл, насколько сложнее найти общий язык с Джеффом. Если конфликт с Бэйбом можно назвать гражданской войной, то ссора с Джеффом – это холодная. И, как бы ни складывались обстоятельства, я почти всегда остаюсь в проигрыше. Я не считал это незначительным, но и не думал, что гнев Джеффа – это пустяк. Мы обсуждали этот вопрос не раз. Джефф открыто говорил, что не хочет, чтобы я перенимал чужие способности. Мы оба понимали: каждый раз, когда я беру чей-то навык, вместе с ним ко мне переходят и проклятия. Все ограничения и страдания, которые испытывал обладатель силы, неизбежно становятся и моими. Это обратная сторона моей способности. Особая чувствительность Бэйба делает его органы чувств гиперактивными, что приводит к усталости, бессоннице, потере концентрации и эмоциональной нестабильности. Создание иллюзий или галлюцинаций истощает его мозг, удваивая психическое напряжение, вызывая кошмары и путаницу между реальностью и сном. Предчувствия и способность распознавать ложь усиливают тревожность. Навык решения числовых задач имеет минимальное негативное влияние – максимум, что он может вызвать, это кратковременный стресс. Геометрия и логические схемы оказались для меня полезными, поскольку соответствуют изначальной работе моего мозга и уровню IQ. К тому же мои собственные способности заметно возросли за последние пару лет. Передача навыков стала происходить быстрее, а адаптация к энергии – эффективнее. Это стало очевидно недавно: мне достаточно было лишь прикоснуться к руке предыдущего владельца, чтобы полностью перенять его силу, и всего за несколько минут я смог понять и адаптироваться к ней. Обычно невозможно сразу использовать способности на полную мощность, но, применяя навыки того юноши несколько дней назад, я почувствовал, что полностью их контролирую, хотя даже не тренировался. На первый взгляд это кажется хорошей новостью, но проблема в том, что я до сих пор не знаю, какой высокой ценой может обернуться такая сила. – Ты вроде бы умный, Чарли, но иногда ведешь себя до ужаса глупо, – нахмурился Джефф. Каждый раз, когда разговор заходит об этом, его раздражение словно выходит из-под контроля. И чем старше он становится, тем больше его умение ворчать достигает новых высот. Теперь я понимаю, почему Пи Алан всегда был таким осторожным. – Ты ведь изучал эти вещи всё это время. Ты должен быть лучше всех осведомлён и готов к последствиям. А вместо этого поступаешь так, как тебе вздумается. – Я уже понял, что был неправ. В следующий раз буду осторожнее... – Это уже должно быть само собой разумеющимся. Этот раз – последний. Если такое повторится, я с тобой больше не разговариваю. – Джефф... не надо так, – простонал я тихо, невольно бросив взгляд на третьего человека, который спокойно наблюдал за нашей ссорой. Если бы он был обычным человеком, то уже давно бы ушёл, чувствуя неловкость, но… – Хватит уже ругаться, мне стыдно. – А чего стыдиться? Ты ведь действительно заслужил упрёк за своё поведение. Кроме Бэйба, только Джефф мог довести меня до такого состояния. – Сколько раз я тебе говорил, что не стоит связываться с навыками, связанными со временем? – голос Джеффа стал мягче, когда он дошёл до этой фразы. Казалось, он был слишком измотан, чтобы тратить остатки своей энергии на упрёки упрямому брату. Единственное, что он мог сделать сейчас, – это попытаться уговорить. – Мы ничего не знаем об условиях силы этого мальчишки. Но одно можно сказать точно – это не стоит риска. Навыки манипуляции временем – одни из самых опасных. Причина его гнева крылась не только в том, что я бездумно перенял чужие способности. Главным было то, что эти навыки касались управления временем – той же категории, что и способности самого Джеффа. Чтобы пояснить: дар Джеффа позволяет ему заглядывать в будущее, а у брата Джинни – останавливать время. Эти умения кажутся невероятно мощными, но требуют куда большей "платы", чем другие способности. В случае Джеффа его дар осложнял общение и мешал строить близкие отношения, порождая тревогу на уровне, который сложно игнорировать. Более того, это могло привести к временной путанице в будущем. Известны случаи, когда люди с подобными навыками с возрастом теряли способность различать прошлое, настоящее и будущее, так как слишком увлекались взаимодействием со временем. Именно поэтому Джефф теперь старается избегать использования своего дара. С научной точки зрения, "время" – это непрерывная величина, движущаяся в одном направлении. Оно не должно останавливаться или идти вспять. Любое отклонение от этой нормы нарушает ход событий в разных временных периодах, вызывая цепную реакцию. Обычные люди могут не замечать этих изменений, но те, кто вмешивается, ощущают последствия на себе. Я не обманываю себя: последствия для брата Джинни были значительными. Иначе она бы не беспокоилась о подавлении его способностей, а он сам не выглядел бы так, словно только что пережил перерождение. В тот момент, когда я пожал ему руку, только мы с этим подростком понимали, что наши жизни уже никогда не будут прежними. – Ты сам себе создаёшь проблемы. – Я знаю, – кивнул я, принимая упрёки младшего брата без возражений. Я прекрасно понимал, что Джефф абсолютно прав. – Это будет в последний раз. – Пора взрослеть, Чарли. Когда-то я говорил это Бэйбу. А сегодня я сам вынужден выслушивать такие слова от своего младшего брата. – Ты человек, хватит быть помойным ведром. Помойное ведро, да? Я никогда не думал о себе в таком ключе. Но, оглядываясь на свои глупые поступки, я понял, что в глазах Джеффа действительно выгляжу как ёмкость для чужого мусора. – Не думай так много о других. После смерти, сколько людей действительно поблагодарят тебя? – голос младшего брата звучал в моей голове. Он повторялся, словно гипнотизируя меня, заставляя задуматься. Но я не уверен, насколько это подействовало, ведь я никогда не ждал благодарности от кого-либо. Я просто делал то, что хотел, думал только о себе, и всё. – Попробуй пожить так, чтобы самому кого-то благодарить. Это не так уж плохо. Я снова взглянул на Пи Криса. Он тоже смотрел на меня. Мы встретились взглядами, прежде чем он беззвучно шевельнул губами: – Однажды мы всё равно умрём. ****** POV Бэйб – Сделай нормальное лицо. – Ай! Честно говоря, я хотел возмутиться громче, но, сохраняя хоть каплю приличия, лишь тихо вскрикнул и бросил сердитый взгляд на капитана, который обращается со мной, как с ребёнком. Говорил, что он взрослый человек. Какой нормальный взрослый хлопает других по затылку в общественных местах? – Не притворяйся, я слегка хлопнул, – Пи Алан посмотрел на меня с раздражением, словно собирался повторить свой поступок. Но, заметив, что людей вокруг становится всё больше, решил сохранить образ известного капитана гоночной команды (хотя, честно говоря, ему следовало подумать об этом заранее). – И сделай нормальное лицо, а то выглядишь так, будто я тебя в наручниках держу. – Если бы у тебя были наручники, ты бы уже их использовал. – Они есть, просто я не хочу использовать их на тебе. – Фу, – я закрыл уши руками, чувствуя отвращение. Хотелось бы вернуться на десять секунд назад и либо сломать себе барабанные перепонки, либо ударить этого извращённого старшего так, чтобы он больше ничего не мог сказать. – Я пожалуюсь Джеффу. – Попробуй. – Как только его нет рядом, ты сразу становишься смелым. Капитан, уверенный в себе, смотрел на меня без тени страха. Сегодня действительно не было никого, кто мог бы контролировать его поведение. Я даже не знаю, как относиться к тому, что Джефф не пришёл на это мероприятие. Сначала я почувствовал облегчение – не нужно было терпеть его ворчание и резкие комментарии с неизменным равнодушным выражением лица. Но теперь я начинаю скучать по нему. Когда настоящего босса нет рядом, этот дядя становится слишком самоуверенным, что раздражает. – Ого, какой ты красивый, Пи Бэйб! Голос Соника прозвучал ещё до того, как он подошёл. Быстрым шагом он оказался рядом, ткнул меня в бок и осмотрел с головы до ног, как настоящий модник. Увидеть меня в полном костюме – редкость, поэтому маленький модник явно не смог сдержать своего восторга. – Спасибо, – я не знал, что ещё сказать, кроме этого. Честно говоря, я всегда чувствую себя неловко, когда приходится одеваться официально. Перед выходом из дома я несколько раз смотрелся в зеркало, но только после комплимента, особенно от Соника, почувствовал себя немного увереннее. – Ты тоже сегодня выглядишь классно. – Это просто вежливость. – Ну ты ведь всегда наряжаешься. – Конечно, я лучше умру, чем увижу в зеркале некрасивый наряд, – с гордостью заявил Соник, и я верю, что он действительно так думает. С тех пор как мы познакомились, я ни разу не видел его в обычной одежде. Сегодня тоже. Хотя он был в чёрном костюме, его образ был безупречным: приталенный крой, отсутствие внутренней рубашки, блестящая брошь в виде змеи на лацкане и жемчужное ожерелье, которое я даже не могу представить на себе. Но на Сонике оно смотрелось идеально. Думаю, это особый дар модников. – Но сегодня ты оделся правильно, я горжусь тобой. – Со мной ты так не разговариваешь, да? Мой ответ уже не имел значения, когда появился "Соник номер два". Норт в элегантном темно-сером костюме с нахмуренным лицом вошел вместе с Дином, который шел позади, широко улыбаясь, как будто ничего не произошло. Похоже, они парковали машину, поэтому вошли следом за Соником, который, вероятно, приехал с Нортом, но не любит ждать, пока найдут место для парковки. – Я же сам тебя одел с головы до ног, что мне тебя еще хвалить? – Даже в дорогой одежде и перед элитным торговым центром эти двое вели себя так же, как в мастерской. Норт недовольно скривил губы, а Соник, уперев руки в бока, смотрел на него с вызовом. Дин же пытался помешать им начать драку. – Ты, наоборот, меня хвали! Из бешеной собаки я стал домашним псом миллионера, благодаря кому, а? – Ну ты загнул… Я ведь не настолько уродлив, правда? – На самом деле, ты хуже, чем домашний пес. – Эй... Я с усталостью смотрел на этих ребят и начинал понимать Пи Алана. Теперь мне стало ясно, каково это – заботиться о таких придурках в команде. Мне повезло, что моя задача – просто быть гонщиком. Если бы я должен был еще и следить за этими детьми, то у X-Hunter осталось бы только имя. Уж я-то точно не такой спокойный, как Алан. – Как мило. Я вздрогнул, услышав, как кто-то шепнул мне на ухо. Резко обернувшись, я сжал кулаки по инстинкту. Однако, к счастью, моя реакция не была полной, иначе этот мальчишка с европейской внешностью точно бы не стоял здесь с такой довольной улыбкой. – Ты что, с ума сошел, Вилли? – пробормотал я, постепенно успокаиваясь, когда понял, что зашел сзади не кто-то опасный. Но это вовсе не значит, что я был рад его видеть. – Перестань улыбаться. Уже хорошо, что я тебя не ударил. – Почему ты всё время приказываешь? Даже улыбаться нельзя? – парень с европейской внешностью притворился обиженным, хотя уголки его губ продолжали подниматься, выдавая его удовольствие. – Чем ты кормишь своих младших? Почему он такой строгий? Вилли обернулся к Алану, который стоял рядом. Старший брат с невозмутимым выражением лица ответил: "Сухим кормом", и отошел, чтобы ответить на звонок. – А ты зачем тут появился? – я подозрительно прищурился. Было немного странно, что куда бы я ни пошел, я везде сталкиваюсь с этим парнем. Да, мы в одной сфере, но это не значит, что мы должны так часто встречаться вне соревнований. Или проблема в том, что Вилли слишком близок с нашей командой? Или он на самом деле сталкер? Но если он появляется так открыто, можно ли его так назвать? – Знаю, что ты меня обожаешь, но следить за мной до такой степени – это уже страшно. Я могу заявить в полицию. – Почему у милых людей такой низкий интеллект? – Эй! Как только я решил поговорить с ним нормально, этот маленький иностранный мальчишка снова начал вести себя нахально, не проявляя никакого уважения. Разница между уважением и дерзостью у Вилли оказалась настолько короткой, что его просто хотелось стукнуть. Если бы я сделал это, Лан наверняка потерял бы терпение окончательно. – Да куда бы я ни пошёл, везде вижу только тебя. А это мероприятие вообще-то организовано кхун Питом и не имеет никакого отношения к твоей команде. Если ты не следишь за мной, то зачем ты здесь вообще? – Это правда, но сегодня я здесь не как гонщик, – ответил Вилли с расслабленным видом, засунув руки в карманы, что выглядело довольно вызывающе. Надо признать, что сегодня он раздражал больше обычного, но выглядел при этом лучше. На нём был чёрный костюм без узоров и лишних деталей, но сразу было видно, что он дорогой. Правда, рубашка под пиджаком была небрежно застёгнута, и весь его вид говорил о том, что его, вероятно, заставили надеть костюм и буквально впихнули в машину, чтобы он оказался здесь. Тем не менее, нельзя отрицать, что сегодня этот мальчишка выглядел лучше, чем я его помнил. – Мой отец – партнёр кхун Пита. Если бы я не пришёл, меня бы отчитали. После этих слов всё стало на свои места: и то, почему Вилли оказался здесь, и его неохотный вид в костюме. То, что я называл его "маменькиным сынком", оказалось недалеко от истины. Он всё ещё делал всё, что ему приказывали дома, в обмен на комфортную жизнь, хотя в его возрасте у него не так много возможностей для переговоров. Чем больше я узнавал Вилли, тем больше понимал, что он, возможно, не просто ребёнок, который пользуется привилегиями своих родителей и тратит деньги направо и налево, как я думал сначала. Он всего лишь мальчишка, который случайно родился в богатой семье и вынужден идти по пути, который для него определили родители. У некоторых людей просто нет выбора. Иногда быть пешкой в чужой игре – это необходимость. Я это хорошо понимаю. – Молчи уже, – сказал этот "маменькин сынок" с дерзкой улыбкой. – Ты что, смущён? Думаешь, я так сильно в тебя влюблён? – А разве это не так? – Вместо того чтобы отступить, я решил, что с таким, как Вилли, лучше идти напролом. Я улыбнулся ему и наклонил голову, глядя на него взглядом, который Чарли называл – взглядом кота-воришки. Он говорил, что этот взгляд напоминает хитрого кота, который притворяется милым, чтобы украсть рыбу с прилавка уличного торговца. И хотя Чарли прекрасно понимал, что это лишь притворство, этот взгляд всегда работал безупречно. – Обидно, конечно. Я думал, ты действительно сильно меня любишь. Вилли замер. Он смотрел на меня с широко раскрытыми глазами, а его уши постепенно краснели, словно кто-то поднес к ним огонь. Губы дрожали. Мне казалось, он хотел что-то сказать, но его мозг уже перестал работать. Сработало даже лучше, чем с Чарли. – Ну... мне нравится... – Что это? Ты сразу же завис? – рассмеялся я, глядя на смущенного юнца, который еще недавно пытался казаться таким уверенным. Наверное, он думал, что если будет меня прижимать, я отступлю. Но разве можно так недооценивать Пита Бэйба? – Не слишком ли ты слаб, малыш? – Что? Чем больше я смеялся, тем больше Вилли терялся. А чем больше он терялся, тем громче я смеялся. – Ты издеваешься? – А ты как думаешь? Что я действительно буду жалеть тебя? – Эй... ты ужасный человек! Вилли возмущался, будто моя шутка была чем-то смертельно обидным. Хотя, если бы он был хоть немного сообразительнее, то понял бы, что я никогда не стану переживать из-за таких мелочей. Особенно из-за мальчишки вроде Вилли. Сказать, что собака откладывает яйца, было бы более правдоподобно. – Как можно шутить на такие темы? Это нехорошо. – Ну вот такой я. А тебе зачем нравиться? Не успел Вилли ответить, как вернулся Алан, который недавно выходил поговорить по телефону. Он оглядел нас, словно проверяя, все ли на месте, и, убедившись, что все в сборе, кивком головы дал понять, что пора идти. Вилли пришлось замолчать из-за серьезного выражения лица капитана. Он лишь хмуро шел за мной, бормоча что-то себе под нос. Но догадаться, что это было обо мне, было несложно. Сегодня важный день для группы Beyond. Главный спонсор команды X, кхун Пит, лично пригласил нас две недели назад на открытие нового торгового центра своей сети. Логотип этого центра, возможно, будет красоваться на наших машинах или гоночных костюмах в следующем сезоне. Поэтому Алан строго-настрого велел прийти всем, а также уделил особое внимание нашему внешнему виду, словно мы собирались дебютировать как новые звезды. Новый торговый центр Пита можно назвать уникальным воплощением роскоши, соответствующим стилю Beyond Group. Он сочетает в себе атмосферу веселья, живости и современности, при этом не выглядит настолько роскошным, чтобы люди боялись зайти. Возможно, это связано с намерением сделать его местом для встреч и отдыха. Слышал от Алана, что здесь, помимо ресторанов и магазинов, есть лазертаг, клубы по интересам, выставочные залы, концертный холл и множество зон для мероприятий. Увидев всё это, я поражаюсь, как Пит успевает всё организовать, несмотря на то, что уже два года жалуется на неудачи в любви. Наверное, у бизнесменов разум работает отдельно от сердца. Я бы так точно не смог. Когда мы поднялись на этаж, где проходило мероприятие, к Пи Алану подошла невысокая девушка. Она была одета в строгий чёрный костюм, туфли на шпильке, а волосы убраны в хвост, что придавало ей элегантный и уверенный вид. Несмотря на небольшой рост, она выглядела эффектно. Девушка тепло улыбалась и уверенно разговаривала, что выдавало близкие отношения с нашим капитаном. Я предположил, что это, вероятно, личный секретарь Пита, о которой он упоминал не раз, хотя я никак не мог запомнить её имя. – Кхун Пит просил передать извинения за то, что не смог встретить вас лично. Перед началом мероприятия ему нужно было повторить сценарий, поэтому я пришла вместо него, – сказала она. Ах да, её зовут Мэй. – Ничего страшного, – ответил Пи Алан с дружелюбной улыбкой. Его сдержанность и тёплая улыбка могли бы легко покорить сердца, как это было раньше. Хотя, возможно, и сейчас они всё ещё действуют. Если бы Чарли так улыбнулся кому-то другому, я бы тут же почувствовал ревность. Но в случае с Джеффом, этим бесчувственным парнем, он бы, наверное, ничего не заметил. Честно говоря, мне кажется, что Джефф давно потерял способность что-либо чувствовать. – Но после мероприятия мы сможем с ним увидеться? – Конечно, кхун Пит уже выделил время для встречи с вами, – ответила Мэй. – Отлично, – сказал Алан. После этого Алан представил нас Мэй. Она вежливо улыбнулась каждому, но я заметил, что, встретившись со мной взглядом, она немного занервничала. Если она не испытывает ко мне симпатии, то, вероятно, просто боится меня. Обычно первое впечатление обо мне у незнакомцев либо положительное, либо вызывает страх или неприязнь. Такой подход к выбору людей довольно прост и удобен, поэтому я не вижу в этом проблемы. Думаю, что оформление сегодняшнего мероприятия немного напоминает свадьбу: столы расставлены в формате длинного стола, центральная часть украшена белыми цветами с зелеными листьями, а также декором в приглушенных золотистых тонах. На каждом месте подготовлен набор закусок, а молодые официанты с аккуратным внешним видом разносят яркие напитки по всему залу. Все гости одеты в официальные, роскошные наряды, что вызывает у меня ощущение неестественности. Возможно, для других это выглядит нормально, но для меня единственное чувство – это дискомфорт, настолько сильный, что хочется взять аппарат для дыхания. Думаю, прошло немало времени с тех пор, как я посещал подобные мероприятия. Если это не связано с командой (или если меня не заставляет брат Алан), я практически никогда не бываю на таких встречах. Ведь как ни посмотри, я совершенно не вписываюсь в подобные искусственные светские мероприятия. X-Hunter былb размещенs за первым столом от входа, в зоне главного стола, прямо перед сценой. Без слов понятно, что Пит уделяет нам не меньше внимания, чем своим партнерам. Хотя я немного сопротивлялся идее прийти на это важное мероприятие, я не могу отрицать, что был впечатлен его заботой. Алан сказал, что церемония начнется не позднее чем через десять минут. Пока слышны только разговоры и смех, которые создают ощущение, будто банкноты и золото падают с небес каждый раз, когда эти люди открывают рот. Мне как-то говорили, что даже смех может передать финансовый и социальный статус. Как человек, который раньше был частью этого круга, я вполне согласен. Если закрыть глаза и слушать смех богатых и бедных, я уверен, что смогу их различить. Смех человека, который думает, куда вложить деньги, и смех того, кто переживает, где взять деньги на следующую еду, звучат совершенно по-разному. Слева от меня сидит Пи Алан, а справа раньше сидел Норт, но теперь его место занял Вилли, и я не знаю почему. Когда я спросил его, почему он сел здесь, этот парень с невинным видом ответил: "Папа сказал, что можно сидеть где угодно". Если честно, мне хотелось отправить его куда-нибудь еще, но Алан, сидящий рядом, постоянно бросал на меня строгие взгляды. Поэтому, несмотря на раздражение, я решил оставить все как есть. Я молча сидел, ни с кем не разговаривая, ожидая начала церемонии, которая должна была начаться через пять минут. Но вдруг маленькое спокойное пространство в моей голове было нарушено гулом голосов гостей. Я сразу понял, что этот шум, похожий на рой разлетевшихся пчёл, – не просто оживлённые разговоры, смешанные с деловыми переговорами. Что-то происходит. Группа людей вошла в зал. Я попытался сосредоточить взгляд на этой группе, которая пробивалась сквозь шёпот и обсуждения. Их было четверо, но только один человек привлёк моё внимание за считанные секунды. Даже если вокруг него были другие люди, даже если освещение в зале было тусклым и мешало различить детали, даже если эти громоздкие украшения затрудняли обзор – он выделялся на фоне всего остального. Чарли. Как он оказался здесь? Даже в тот момент, когда я впервые понял, что влюблён в него, мир не остановился так, как сейчас. Тогда всё вокруг словно наполнилось светом, очертания предметов стали мягче, будто на старой фотографии, сделанной цифровой камерой. Это был образ, который я никогда не думал, что смогу полюбить, но внезапно он стал мне дорог благодаря этому человеку. Теперь всё иначе. Его образ стал чётким, почти резким, хотя цвета вокруг кажутся приглушёнными, не такими яркими, как прежде. Но я не могу отвести от него взгляд, даже на мгновение. Высокий, стройный, с безупречно красивым лицом. На нём элегантный чёрный костюм с галстуком. Единственные детали, притягивающие взгляд, – бриллиантовая серьга в левом ухе и блестящие кожаные туфли. Его волосы аккуратно уложены, а лицо лишено очков и той яркой, искренней улыбки, которая всегда была его визитной карточкой. Сейчас его выражение спокойно, словно он больше ничего не ждёт от этого мира. Все взгляды прикованы к ним. И это неудивительно. Если бы кто-то задал вопрос, кто сейчас самый обсуждаемый и популярный человек, имя Чарли и его команды наверняка оказалось бы в числе первых. Его появление на этом мероприятии стало настоящей сенсацией. Никто не мог предположить, что человек, открыто выступающий против капиталистов, сможет так уверенно войти на вечер, организованный одним из самых влиятельных представителей этого мира. И ещё один шокирующий момент – человек, который идёт рядом с ним, Пи Крис. Те, кто хоть немного знаком с автоспортом или самим Чарли, не могли не узнать в нем Вэя. Видеть человека, так похожего на давно умершего, прогуливающегося с таким спокойствием, – это само по себе вызов. Хорошо, что никто не начал читать молитвы или падать в обморок. Что касается меня и остальных членов команды, мы не верили, что появление Чарли здесь было случайным. Было очевидно, что это приглашение – дело рук Пита. Но почему именно Чарли? Этот вопрос оставался загадкой. Чарли вошёл в зал и сел за стол, расположенный рядом с нашим. Он занял место лицом к нашему столу, чуть по диагонали. Рядом с ним расположились Крис, Лю и Пи Тач в указанном порядке. С этого ракурса я мог отчётливо видеть его лицо между двумя собеседниками. Чарли вежливо кивнул в знак приветствия соседям по столу. Его улыбка была едва заметной, скорее жестом вежливости, чем искренней радости, – ненавязчивой, но всё же тёплой. Конечно, окружающие ответили ему с энтузиазмом. Они выглядели взволнованными, словно фанаты, встретившие своего кумира, в то время как сам Чарли сохранял абсолютное спокойствие, будто был здесь лишь по долгу. Я вдруг почувствовал, что звуки вокруг словно исчезли. Пи Алан, сидящий рядом со мной, что-то говорил, но я не мог разобрать ни слова. Краем глаза я заметил, как Вилли смотрит на меня. Возможно, он хотел что-то сказать, но, увидев моё состояние, предпочёл выждать момент. Я понимал, что должен уделять внимание людям рядом со мной, но это оказалось невозможным. Мой взгляд был прикован к Чарли, даже несмотря на то, что он ни разу не посмотрел в мою сторону. Чарли разговаривал с женщиной, сидящей рядом с ним. Она, похоже, занимала высокую должность в какой-то компании. Ее лицо было красивым, кожа сияющей, как и драгоценности на ее изящной шее. По ее взгляду было очевидно, что она была в восторге от Чарли. А вот что касается Чарли, я не мог понять, что он чувствует. Если бы я думал, как бывший близкий человек, то предположил бы, что он просто вежливо общается или пытается завязать контакт ради какой-то выгоды. Но если бы я думал, как бывший партнер (а здесь эмоции перевешивают логику), то мне казалось бы, что он отвечает на ее симпатию без тени смущения. Когда ведущий вышел на сцену и мероприятие началось по расписанию, я все еще не мог сосредоточиться на происходящем. Ведущий, Пит и еще несколько руководителей с гордостью рассказывали о новом торговом центре, а в моей голове крутилась только одна мысль: "Что он здесь делает?" Чарли смотрел на сцену, как будто внимательно слушал речь Пита. Крис что-то шепнул ему на ухо. Чарли коротко ответил, кивнул и снова сосредоточился на выступлении. Он вел себя как примерный слушатель и участник мероприятия – сдержанно и с интересом. С этого ракурса он совсем не напоминал двадцатилетнего парня, который когда-то ходил за мной по пятам. Чарли выглядел как зрелый молодой человек, воспитанный и обученный искусству общения с самого детства. Его изменившееся поведение заставило меня почувствовать замешательство. Я невольно начал размышлять и сравнивать: каким же на самом деле был Чарли? Тем, кого я знал и в кого влюбился, или тем, на кого я сейчас смотрю? На самом деле я хорошо знал его или совсем не знал? – Все в порядке, Пи? – Вилли наклонился и прошептал мне на ухо после того, как долго сидел молча. Я подумал, что он, вероятно, терпел до последнего. Он не выдержал и наконец задал вопрос: – Хочешь выйти на улицу? Я могу пойти с тобой. Но я продолжал погружаться в свои мысли о том мужчине, который... – Все нормально, – я мельком взглянул на Вилли и прошептал в ответ. Его лицо выглядело обеспокоенным, это было заметно. Мне показалось, что я немного пришел в себя благодаря его заботливому взгляду. – Просто удивлен, что он появился здесь. – Наверное, он пришел за связями, – сказал Вилли. Я ничего не ответил, потому что это и так было очевидно. Парень вроде Чарли не любит светские мероприятия, но если это место может стать ступенькой к его цели, я уверен, что он не станет колебаться, даже если придется переступить через себя. – Здесь только руководители и знаменитости. Даже просто поговорить с ними уже выгодно. – Если бы не ради этого, он бы сюда не пришел, – не удержался я от сарказма, чувствуя раздражение из-за того, что этот глупый парень готов на всё ради своих идеалов. Даже я для него всего лишь ненужный груз, от которого он может избавиться в любой момент. – Он хитёр, всё, что он делает, тщательно продумано. – Ты, похоже, злишься на своего бывшего, – заметил Вилли. – Я просто раздражен. – Злишься, что он тебя бросил? – Эй! – я резко повернулся и машинально ударил его по ноге. Но, кажется, я сделал это слишком громко, потому что Пи Алан обернулся и строго посмотрел на меня. Я натянуто улыбнулся в ответ, вместо того чтобы извиниться вслух, и, стиснув зубы, сказал Вилли: – Я сам его бросил, ясно тебе? – Это не было просто на зло ему? А он решил воспринять это всерьёз? – Ты издеваешься? Конечно, нет. – Тебя бросили – в этом нет ничего постыдного. Это нормально. – Меня никто не бросал. – Я же говорил, мне всё равно, – Вилли сделал невинное лицо, но я знал, что он просто хочет меня подразнить. – К тому же, если ты будешь со мной, я никогда тебя не брошу. – Ты... – я чуть повысил голос, но вовремя остановился. Быстро посмотрел в сторону Пи Алана – он был полностью поглощён происходящим на сцене и не заметил моего поведения. Я собирался повернуться обратно и разобраться с этим мальчишкой, но не успел. Мой взгляд вдруг встретился с глазами того, кто смотрел прямо на меня. Чарли смотрел на меня. Интересно, как долго? Только что он проявлял интерес к мероприятию на сцене, вел себя как примерный зритель. Но теперь даже не смотрит в её сторону. Он сидит, повернувшись лицом к столу, и пристально смотрит на меня. Его взгляд настолько пронизывающий, что я это сразу замечаю, как будто я сделал что-то не так. Но я уверен, что ничего плохого не сделал, поэтому не вижу причин отводить взгляд. Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь понять, что у него на уме. Мне любопытно, о чём думает Чарли. Только сейчас он заметил меня или видел с самого начала, но специально игнорировал? Рад ли он встрече, или, наоборот, раздражён? После нашего расставания я так и не научился разгадывать, что творится в его голове. Его взгляд на мгновение скользнул куда-то рядом со мной, а затем снова вернулся ко мне. Но теперь в его глазах появилось что-то новое. Объект, который привлёк его внимание секунду назад, был… Вилли. Ну что ж, по крайней мере, теперь я знаю, о чём он думает. Похоже, Чарли не так просто отпустит ситуацию с Вилли, как он пытался это показать. И это меня, честно говоря, забавляет. Я даже не обращаю внимания на происходящее на сцене. Лишь слышу, как ведущий упоминает, что вскоре выступит популярная айдол-группа. Но всё это превращается в неразборчивый шум. Между тем, я и Чарли продолжаем нашу немую игру взглядов. Мне кажется, что если я отведу глаза первым, это будет означать поражение. А я ненавижу проигрывать. Хотя, если честно, человек, который ненавидит проигрывать больше меня, сидит за столом напротив. Я слегка наклоняю голову, разглядывая своего бывшего, и думаю: "Я не проиграю. Ни за что". Мои инстинкты обостряются, как в момент, когда я за рулём. Только здесь финиш требует не скорости, а чего-то большего. Моя рука легко ложится на бедро Вилли. Как только я касаюсь его, он тут же выпрямляется. Внутри я едва сдерживаю улыбку. Этот парень всегда был дерзким и самоуверенным, но стоит мне проявить инициативу, как он тут же теряется. Он замирает на несколько секунд, явно пытаясь собраться с мыслями, пока я слегка сжимаю и массирую его бедро, не отводя взгляда от Чарли. Вилли наконец поворачивается ко мне и шепчет: "…Что ты делаешь?" "Скучно", – отвечаю я спокойно. "И это помогает от скуки?" "Да", – я перевожу взгляд с Чарли на Вилли. – "А что, я не могу так делать с тобой?" Парень замолкает. Он не выглядит так, будто собирается возражать, но кажется сбитым с толку из-за того, что я вдруг начал заигрывать с ним таким неожиданным образом. Щёки Вилли краснеют, его выражение лица колеблется между смущением и лёгким удовольствием. Он словно пытается взять себя в руки, но его способ справиться с этим – прижаться лбом к моему плечу, как будто он полностью сдался. Сделать так, чтобы кто-то оказался побежденным у ваших ног, не так уж сложно. Чарли мог заставить меня почувствовать слабость на мгновение, но я все равно остаюсь собой. Все, чего бы я ни хотел, в конце концов, станет моим. – С Вилли что-то не так? – спросил Пи Алан, когда заметил, что Вилли сидит, опустив голову и прислонившись к моему плечу. – Неважно себя чувствует, – спокойно ответил я. – Говорит, что у него болит голова. – Почему ты не отправил его домой отдыхать? – Я сказал ему, но он не ушел. Боится, что отец будет ругать, – соврал я, не моргнув глазом. Вилли не стал исправлять мои слова, продолжая сидеть тихо, глубоко и размеренно дыша, словно медитируя. Я же сжимал и гладил его бедро, словно это была игрушка для тренировки рук. – С ним все будет в порядке. – Ты уверен? – Уверен, – ответил я с улыбкой. – Правда, Вилли? Я попросил подтверждения у Вилли, и он охотно согласился. Не поднимая головы с моего плеча, он слегка кивнул в знак согласия. Пи Алан, увидев это, больше ничего не спрашивал. Он повернулся, чтобы поговорить с мужчиной рядом, который, кажется, пытался начать разговор уже некоторое время. Таким образом, ситуация снова свелась к нам троим – мне, Чарли и Вилли, который оказался вовлечен в происходящее, сам того не подозревая. Чарли все еще смотрел на меня, его взгляд стал более пристальным. В какой-то момент мне показалось, что он собирается встать со стула. Казалось, он хочет подойти ко мне, резко оттащить Вилли и страстно поцеловать меня на глазах у всех. Конечно, это всего лишь плод моего воображения. Если бы это произошло на самом деле, нас обоих выгнали бы с мероприятия, что стало бы сенсацией и вызвало бы шквал критики на несколько недель. Это явно не то, что сделал бы здравомыслящий человек вроде Чарли. На сцене тем временем начали показывать видеоролик в ожидании выступления айдол-группы. Я воспользовался моментом, когда свет приглушился и все внимание было приковано к сцене, чтобы выйти из зала. Я сказал Вилли, что собираюсь в туалет. Он посмотрел на меня с удивлением, затем слегка кивнул, не пытаясь последовать за мной. Наверное, потому что я слишком резко с ним обошелся ранее, и его система дала сбой. Я шел по боковому коридору зала. Здесь было тихо, поскольку на этаже находился только один зал, и все были внутри. Снаружи были лишь несколько сотрудников и охранников, которые время от времени проходили мимо. Я повернул и вошел в мужской туалет, остановившись перед зеркалом. В помещении никого не было, кроме меня, что было даже к лучшему, так как я не собирался заниматься личными делами. Мне просто хотелось побыть в месте, где меня никто не видит, хоть немного. Прошла минута или две, и звук кожаных подошв, ударяющихся о пол, стал приближаться... Пока не остановился прямо перед зеркалом, рядом со мной. Я не обернулся, лишь посмотрел на молодого человека, который только что вошел, через отражение в зеркале. Он тоже ничего не сказал, просто продолжал смотреть на меня так же, как тогда, когда мы сидели в зале. – Не собираешься в туалет? – спросил я, чтобы разрушить тишину, одновременно протянув руку к крану и открыв его, позволяя воде стекать по ладоням, хотя они вовсе не были грязными. Это было напряжение. – Просто захотел выйти, – спокойно ответил Чарли, не прекращая смотреть мне в лицо. – Внутри... – Я думал, тебе нравится, когда вокруг много людей. – С каких это пор мне могло нравиться что-то подобное? – Не знаю, – ответил я, закрывая кран. Затем я потянулся за салфетками под зеркалом, взял две штуки и медленно вытер мокрые ладони. – Просто предполагаю. Я ведь не так уж хорошо тебя знаю. – Если ты меня не знаешь, то кто тогда знает? – Возможно, никто, – ответил я, бросая использованные салфетки в мусорное ведро рядом с раковиной. После этого я повернулся лицом к своему бывшему, которого я, как оказалось, практически не знал, даже сейчас, когда он стоял прямо передо мной, выглядя идеально с головы до ног. Тем не менее, я ощущал, будто он находится на другом конце света. – Ты когда-нибудь позволял кому-то узнать тебя по-настоящему? Чарли молчал. Его выражение стало немного мягче по сравнению с тем, каким оно было перед другими людьми, но я всё равно чувствовал напряжённые эмоции, кипящие внутри него. Это было очевидно. Иначе он бы не пошёл за мной. – Почему ты так поступаешь? – спросил он. – Что именно? – Я поднял бровь. – Мою руки? – Ты знаешь, о чём я. – Если знаешь, зачем спрашивать? Чарли тяжело вздохнул. Казалось, мой ответ только усилил его нарастающее раздражение. – Я ничего не имею против того, чтобы ты общался или встречался с Вилли. Но разве это не слишком быстро? – наконец, прямо спросил Чарли, хотя, возможно, сделал это из-за того, что я специально давил на него. – Новость только недавно появилась, и всё ещё не утихла. А теперь все думают, что ты изменил мне. И вот ты уже появляешься с ним на публике. Скоро это снова станет трендом. – К чему ты это всё говоришь? – спокойно спросил я, абсолютно не переживая из-за его слов. – Я беспокоюсь. – Как кто? – Как бывший. Я рассмеялся. Несмотря на раздражение, мне действительно нравилось, когда Чарли так реагировал. – Ладно, этот статус я могу принять, – я кивнул с лёгкой улыбкой, а затем спросил: – Но бывший просто беспокоится? Или, может быть, ревнует? – Ревную я или нет – это не имеет значения, не так ли? – Брошу я или нет – это ведь не так важно, правда? – Сказал так – значит, бросишь. – А если я ревную? Я уже много раз лгал Чарли о своих чувствах к нему. Лгал намеренно и ни капли не чувствовал вины. Потому что всегда с гордостью признавал себе правду. Каждый раз, когда я заглядывал в своё сердце, я находил там Чарли. Снова и снова я садился и разговаривал с ним – с Чарли из моих фантазий, который был со мной почти три года. Я говорил ему, что скучаю, прошу прощения и всё ещё люблю его всем сердцем. Это мучительно, и я никак не могу по-настоящему отпустить его. Я признаю этот факт и стараюсь поддерживать себя мыслью, что однажды смогу его забыть. Я думал, что справлюсь. Но всего одна фраза от него – и моя уверенность начала рушиться. – Нет. Похоже, я действительно не смогу его забыть. – Даже если ты бросишь меня на произвол судьбы, я всё равно не остановлюсь. Чарли достаточно хорош, чтобы заставить меня любить его. Но не настолько, чтобы приказать мне забыть его.