Лесные травы

-Ну что? Надумал. Яевинн руки на груди сложил, пристально смотря на Паука. -Не совсем. Но по крайней мере готов выслушать аргументы. Ты же не думаешь что я просто так соглашусь на союз с этими… Южными варварами? ​​​​​​​Паук вздохнул. Яевинн всегда был упрямым, как осел. Даже от Изенгрима решил отделится и собрать свой отряд. -Эмгыр обещал земли и независимость за победу над Северянами. -И что? Он же только и ждет момента, чтобы воткнуть нам нож в спину! Наши предки заплатили кровью за свободу и я не собираюсь продавать ее за пустые обещания. -Я понимаю твои опасения. Но времена меняются. И если мы хотим выжить, нам нужно искать новые пути. Нильфгаард – это сила, с которой нельзя не считаться. Если мы сможем использовать эту силу в своих интересах… То стоит рискнуть. Ради блага нашего народа. Тот молчал, барабаня пальцами по рукояти меча. -Сколько уже собралось? Сколько командиров согласились участвовать в этом? -Не считая меня тридцать. Яевинн усмехнулся. Тридцать один. Капля в море. Но это уже что то. -И ты уверен что они не переметнутся к Северянам при первой же возможности? -Каждый волен делать то, что считает нужным. Все мы устали от постоянных войн и грабежей. Хотим мира и процветания для своих собратьев. И Эмгыр может это дать. Яевинн отвернулся, глядя на горизонт. Вновь замолчал, обдумывая все это. -Хорошо. - Сказал наконец. - Я согласен. Но при одном условии. -Каком? -Ты поклянешься на крови и будешь отвечать за каждое слово этого южанина. Если он нарушит хоть одно обещание, то я приду за тобой. И никакая магия тебя от моего клинка не спасет. Чародей кивнул. Добыл из рукава клинок и ладонь себе порезал. -Клянусь своей жизнью и честью. Если Эмгыр нарушит хоть одно обещание пусть мое имя будет проклято. Яевинн шумно вздохнул. Серьезно настроен этот белобрысый. Чародеи себе кровь пускать не любят. Тоже какая то магия в ней. -Когда Сбор? -Сегодня вечером. Я забегу за тобой. Мне еще к паре наших надо. - Уже не так серьезно. - Не таких упертых как ты. -Я думаю своей головой! Ринор лишь улыбнулся. Скрылся из виду. Яевинн его взглядом проводил. Упертый значит? Может, и так. Но кто то же должен думать о последствиях, а не слепо верить сладким речам императора. Северяне, южане – все они одинаковы! Жаждут власти и чужих земель. Просто одни действуют открыто, а другие плетут коварные сети. Приказы отдал бойцам, чтобы не расслаблялись пока его не будет. Лагерь жил своей обычной жизнью: кто то чистил оружие, кто то точил клинки, а кто то просто травил байки у костра. Он окинул взглядом бойцов. Верные, закаленные в боях. Они шли за ним в огонь и воду. Мысли вихрем кружились в голове. С одной стороны, союз с Империей это шанс на долгожданный мир и процветание для его народа. С другой предательство собственных идеалов и продажа свободы за сомнительные обещания. Помнил прекрасно рассказы о зверствах нильфгаардцев, об их безжалостности и жажде завоеваний. Неужели готов довериться этим dh'oine? Вечер опустился на землю, окрашивая небо в багровые оттенки. Паук появился вновь, как и обещал. -Ну что? Готов? -Колдуй свой портал, чародей. -Прошу. Чародей вскинул руки, произнося слова на древнем языке. Вокруг них закружились искры. Воздух задрожал. Вскоре открылся портал. Они вошли в него и оказались на месте сборов. Тридцать командиров скоя'таэлей собрались на поляне в глубине леса. Костер освещал их лица, отражая отблески пламени в глазах. Яевинн окинул взглядом собравшихся. Кто то был знаком. Кого то видел впервые. Но все они соратники, объединенные общей целью – защитить свой народ. Теперь их цель изменилась. Вместо борьбы с людьми собираются заключить союз с Империей... Изенгрим кивнул в знак приветствия. -Как раз вовремя. Иорвет усмехнулся. -Давно мы так не собрались. Ристан кивнул. Фэнгиль фыркнул. Все еще был недоволен, но против большинства не попрешь. Эльдайн ухмыльнулся. -Думаю теперь точно можно начинать. Мы тут итак явно надолго. ​​​​​​​Паук вышел в центр и поднял руку, призывая к тишине. -Мы собрались здесь сегодня, чтобы составить список требований. Эмгыру нужна помощь, чтобы покарить Север. Но за нашу помощь нужно будет заплатить. Он хлопнул в ладоши и в воздухе появились пергамент и перо. -Предлагайте свои варианты. Послышался гул голосов. Каждый хотел высказать свое мнение, внести вклад в будущий договор. Земли, леса, реки – все, что когда то принадлежало эльфам должно вернуться к ним. Право на самоуправление, собственные суды и законы. Никакого угнетения. Полная свобода вероисповедания и возможность строить храмы своим Богам. Кто то предлагал более кровожадные требования, но Паук их отвергал. Слишком рискованно. Эмгыр может передумать. Ему нужны были бойцы, а не сборище отморозков. Составление списка требований заняло несколько часов. К утру пергамент был заполнен до отказа. Ринор вздохнул устало и свернул его. После запечатал своей печатью. -Отлично. Сегодня же отправлюсь в Нильфгаард и передам все это Эмгыру. Солнце уже поднималось над горизонтом, когда собрание подошло к концу. Командиры начали расходиться, возвращаясь в свои отряды. Кто кто, кто из далека был, оставался рядом с Пауком, активно обсуждая предстоящую войну. Яевинн хмыкнул. -Ты действительно веришь, что Эмгыр согласится на все это? -Уверенность – это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Но я знаю, что у него есть свои причины. Северяне слабы. И ему нужна наша помощь, чтобы их добить. -И ты думаешь что он сдержит свое слово? Ринор пожал плечами. -Время покажет. Но мы должны попытаться. Если ничего не сделаем, нас ждет гибель. -Тц... Изенгрим к ним подошел. По плечу его хлопнул. -Расслабься, Яевинн. Мы свое возьмем. Главное держаться вместе. Тот ушами шевельнул, ничего не отвечая. Эльдайн хохотнул. -Артачится как Фэнгиль. Иорвет хмыкнул, трубкой затягиваясь. -Опасения всегда нужны. Но Паук дело говорит. Сейчас союз с Югом наш шанс. Или они прижмут к ногтю так же, как остальных. -Может быть... -В любом случае идем до конца! **** -Интресно услышать как стучат нильфские мечи. -Они уже приперлись? -Паук говорил что на днях собираются. Пока у нас есть время окончательно подготовиться. Ты закончил со своими травками? -Почти. С такими целями нужно их годовой запас. -Отличные цели. Мне нравятся. -Может хоть в этот раз броню наденешь? -Не-а. -Самоуверенность тебя погубит, Эльдайн. -Может быть. Но умирать в броне – это так скучно. А ты нас схоронишь на Кэдва Гэнвид. -Так уверен что выживу, а ты нет? -Не знаю. Просто тебя смерть будто стороной обходит. Ты ей противен. А я... Я знал на что шел, когда становился скоя'таэлем. Мы обречены на поражение. На этом пути нас ждет только смерть. Даже если так, хочу чтобы dh'oine нас запомнили. У меня получилось стать их худшим кошмаром? Якуб понимающе кивнул. -Вполне себе. Тот усмехнулся. -Значит все не зря. Может, хоть кто-то из них задумается, прежде чем обижать нелюдей. -После той истории с трубадуром уж точно. После появления скоя'таэлей в Синявой Пуще людей, которые осмеливались идти через чащу, можно было разделить на тех, кого охраняли двадцать наемников, и тех, кто из Пущи не возвращался. В ней с прежних времен осталось много эльфских руин. Aen Seidhe просили Эльдайна восстановить их, но тот отказывал. Некоторые думали что он хотел, чтобы разрушенные памятники служили воинам напоминанием о людской низости. Только правда была куда более прозаичной: за руинами легче было прятаться от нападающих. Да. Этот бывший купец был хитер. -Почему тогда согласился пойти с остальными за Нильфгаард воевать? Раз уже приготовился умереть. -Потому что Нильфгаард предложил то, о чем мы могли только мечтать – землю, где эльфы, краснолюды и гномы могли бы жить свободно, без страха и гонений. Пусть даже эта земля была завоевана кровью и железом. Разве это большая цена за шанс на новую жизнь? -И ты поверил? Эльдайн пожал плечами. -Верить или нет – не важно. Важно попытаться. Даже если Нильфгаард обманет, мы заставим их заплатить высокую цену за свою ложь. А если нет… Если мы действительно сможем построить свой собственный мир, то все жертвы будут оправданы. -Хммм... -Ты ведь с нами до конца, Змей? -Мне уже некуда деваться. Стар я бегать туда сюда. -Не прибедняйся. Ты еще молодым фору дашь! Он отлип от дерева, к которому стоял прислонившись. Ближе подошел и присел на корточки. -М? -На самом деле я не только на поболтать пришел. -Что еще? Опять от лешая лечить твою задницу? -Не угадал. Хотя, такого счастья мне не надо больше тоже. -Тогда чего? Новак глаза шире открыл, когда поцеловали. Так, будто это был их последний поцелуй. -Мм? Они в траве оказались лежащими. -Что за домагательства? -Просто хотел запомнить этот момент. Вдруг и правда наш последний секс. -То утешительный, то по пьяни. Из тебя романтик херовый, товарищ. Эльдайн рассмеялся, запрокинув голову. -Романтика – это для тех, у кого есть будущее. У нас есть только здесь и сейчас. И я хочу прожить это "сейчас" так, как будто завтра не наступит. Седой фыркнул, но не оттолкнул его. Наоборот притянул ближе, углубляя поцелуй. Пальцы зарылись в темные волосы. И правда, какая разница, что будет завтра? Сейчас есть только тепло чужого тела, запах трав и земли, и ощущение надвигающейся опасности, которое лишь усиливает остроту момента. ​​​​​​​-Ладно, уговорил,. Но если мы выживем, с тебя нормальное свидание. С цветами и вином. Эльф усмехнулся, забираясь руками под рубаху. -Договорились. Он снова наклонился и их губы встретились в жадном поцелуе. Якуб за плечи чужие ухватился. -Ты иногда та еще коварная зараза! -Просто никому не устоять перед моим обаянием. -Особенно когда пытаешь людей у дороги и выбрасываешь из тела близь поселений. -Это все ради искусства, Змей. Представь как живописно выглядит распятый торговец на фоне заката! -Даа. Охренительная картина. Тот рассмеялся снова. Потянул за один из поясов колдуна, развязывая его. -Ты тоже не святой. Я помню что рассказывал по вечерам. Как сжигал людей заживо и отравлял колодцы, чтобы поселения вымирали в муках. -Тогда были обстоятельства. Либо я их, либо они меня. -Слишком знакомо. Руки скользнули ниже. Якуб замер, глядя в темные глаза Эльдайна. В полутьме те казались черной бездной. -Знаешь, а ведь я и правда не против умереть вот так. - Усмехнулся, запрокидывая голову и подставляя шею под поцелуй. - В объятиях эльфийского дьявола. В лесу, который пропитан кровью. Это куда лучше, чем сгнить в какой-нибудь канаве или догореть на костре посреди деревни. -Вот видишь. Какая перспектива. Их судьба предрешена. Но пока есть "сейчас", пока есть возможность чувствовать, любить, ненавидеть — они будут жить так, словно завтра не существует. ​​​​​​​Новак застонал, когда чужие зубы прикусили его шею. -Зараза. Сам не оставал, раздевая командира. Избавился от рубахи Эльдайна, бросив ее куда то в сторону. Пальцы блуждали по гладкой коже. Возможно это их последний раз. От того хотел впитать в себя остроухого целиком, чтобы потом, даже в самой кромешной тьме, вспоминать его прикосновения. Эльдайн отвечал на ласки с не меньшей страстью. Его руки были сильными и уверенными, а поцелуи становились все более требовательными. Казалось что они оба тонут в этом моменте, забывая о войне, о скорой смерти и обо всем остальном мире. Остались только они двое в этом маленьком кусочке леса, где время остановилось. Якуб выгнулся в спине, когда почувствовал прикосновение к самому сокровенному. Он прикрыл глаза, стараясь запомнить ощущение. Запах травы и земли смешивался с запахом Эльдайна, создавая пьянящий коктейль, который лишал рассудка. Кажется, это безумие. ​​​​​​​Эльдайн шептал что то на Старшей речи, отчего по коже Якуба бежали мурашки. Колдун раскраснелся до кончиков ушей. Его осыпали поцелуями, спускаясь ниже к животу. Так что томно дышал, перебирая пальцами темные волосы. В ушах звенело, в глазах плясали яркие пятна. Каждое прикосновение обжигало словно клеймо, что, казалось, оставляя след на его душе. Эльфская подстилка. Еще и с мужиком. О, да. В глазах чужих упал ниже некуда. Но было как то все равно. Якуб хрипло простонал, когда Эльдайн вошел в него. Толчки отдавались приятной болью внизу живота. Он вцепился пальцами в траву, стараясь удержаться на грани безумия. Вскоре оба дышали тяжело и прерывисто. Эльдайн немного отстранился. Глаза Якуба горели потусторонним огнем, а зрачки сузились так, что напоминали кошачьи. Первые пару раз это заставило обосраться, но потом привык. Колдун чудит во всем. Поцелуями свользнул по груди. Прихватил один из сосков и прикусил. Якуб дернулся, застонав громче прежнего. Эльдайн хитро улыбнулся, видя его реакцию. Знал как свести колдуна с ума. Как заставить его забыть обо всем на свете. И сейчас пользовался этим знанием в полной мере. ​​​​​​​Ритм движений нарастал, становясь все более диким. Якуб чувствовал как его тело горит от желания. Каждая клеточка его существа требует большего. Готов был отдать все, лишь бы этот момент длился вечно Ногами за талию командира обнял, ближе его прижимая. Первым излился себе на живот с глухим стоном. -Блядь... Эльдайн зарычал ему в шею, продолжая двигаться с неумолимой силой. Его тело дрожало от напряжения, а дыхание стало хриплым. Чувствовал как грань между реальностью и безумием стирается, оставляя только первобытное желание и неутолимую жажду. Колдун откинул голову назад. Посмотрел на переплетение ветвей над головой. Листья танцевали в легком ветерке, словно насмехаясь над их страстью. Вскоре и Эльдайн излился, сотрясаясь от наслаждения. После оба лежали без сил, тяжело дыша. Тишина леса казалась оглушительной после бури страсти, что только что пронеслась между ними. Якуб чувствовал себя опустошенным и в то же время наполненным до краев. -Ну что, Змей? Ты все еще хочешь нормальное свидание? Тот рассмеялся, притягивая его к себе для еще одного поцелуя. ​​​​​​​-После такого ты обязан на мне женится. -С удовольствием свяжу себя узами брака с таким очаровательным колдуном. Но приданого не дам. И вообще должен останусь. Якуб фыркнул, ткнувшись носом в шею Эльдайна. Лежать вот так, в объятиях, было слишком приятно. -Ладно, так и быть. За тебя сам заплачу. Но с тебя – вечная любовь и верность. -Как скажешь, мой хороший. Только вот верность… Не уверен что смогу тебе ее обещать. Но любовь — ее у тебя будет хоть отбавляй. Песни под луной все дела. -Заткнись, остроухий засранец. И целуй меня. ​​​​​​​Эльдайн с радостью выполнил приказ, жадно сминая чужие губы. Седой его обнял за шею. -Ммм... -Что за корешки жуешь что и в триста стоит? - Ехидно спросил темноволосый, по бедру его пригладив. -Могу дать пожевать. Но сомневаюсь, что не сдохнешь в процессе. -Пожалуй, откажусь. У меня все работает как часы. -Ну ну. Колдун усмехнулся и коснулся его плоти. Та сразу отреагировала на прикосновение. Эльдайн застонал, прикрывая глаза. Кажется, Якуб решил не давать ему передышки. Впрочем, не был против. Руки сами собой скользнули под ягодицы колдуна, приподнимая его и углубляя поцелуй. -Я люблю тебя, остроухий дьявол. -А я люблю тебя, коварный Змей. - Ответил, сжимая его к себе в объятиях. - Даже несмотря на то, что ты пытаешься меня изнасиловать. -Это называется любовная прелюдия. - Пробормотал Якуб, целуя его в шею. - И вообще, кто кого тут насилует — это еще вопрос. -Конечно же ты. Я бедный несчастный наивный эльф. Попал в руки злого колдуна. -Да да, рассказывай. Я прямо вижу, как ты страдаешь. Фыркнул, продолжая ласкать его тело. Эльдайн лишь рассмеялся в ответ, позволяя колдуну делать все что тот пожелает. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая лес в багряные тона. Тени становились длиннее, а воздух – прохладнее. Но им не было холодно. ​​​​​​​Якуб нежно провел пальцами по щеке Эльдайна, любуясь его лицом. Острые черты, длинные волосы, спадающие на плечи, и глаза, полные огня и страсти. Сильный, смелый, дикий и безумно красивый. Просто невероятный. -Собираться пора. А то подумают что пропали. -Подожди. Еще пять минут. Ловко его бедра оседлал. Седые кудри взметнулись от такого. -Пять минут, говоришь? Что же ты за пять минут успеешь сделать, коварный колдун? -Сейчас увидишь. Он приподнялся, рукой в себя чужую плоть направляя. Опустился, шумно вздохнув. Эльф ушами шевельнул, застонав. Горячо. Колдун его так сжимал внутри. На Старшей речи выругался, за бедра его хватая. Движения Якуба были медленными и уверенными. Колдовские цацки звенели в такт этому действу. Эльдайн запрокинул голову. -Какая ты сволочь... -Я знаю. - Прошептал Якуб ему на ухо и прикусил острый кончик. - Но ты же меня любишь за это. Тот ничего не ответил, лишь сильнее сжал его в объятиях. Они лежали, тяжело дыша. Солнце скрылось за горизонтом, лес наполнился сумраком. Но им было тепло и хорошо вместе. -Ну что? Доволен, остроухий? -Более чем. Но я все еще считаю, что ты меня изнасиловал. Якуб рассмеялся, на локтях поднимаясь. -Тогда я буду насиловать тебя до конца наших дней. Эльдайн лениво потянулся. -Я буду только рад. Стали собираться, а то и правда в лагере хвататься. Ладно колдун пропал, но к командиру уже вопросы будут. Якуб быстро оделся. Опоясался тремя тканными поясами. Эльдайн грациозно поднялся, как специально не смеша одеться, лишний раз красуясь. -Вот и перед кем ты жопой виляешь, командир? -Ну ты тут один. -И Белки, которые чудом не явились смотреть чем мы тут занимаемся. Закатил глаза. Вечные препирательства с эльфом стали частью их совместной обитания. Своеобразным ритуалом. Любил эту колкость в его голосе, эту показную небрежность. Эльдайн накинул рубаху, подчеркивающую его точеную фигуру. Якуб невольно залюбовался им. Движения его были плавными и грациозными, словно танец. Понимал, что Эльдайн нарочно демонстрирует себя, но не мог удержаться от восхищения. Остроухий засранец... -Наши заняты более важными делами, чем подглядывание. Хотя, зная их, вполне возможно что они уже сделали ставки кто из нас сегодня окажется сверху. Якуб усмехнулся. -И на кого же ставят Белки? -Мнение разделились. Мы с тобой слишком непредсказуемы. -Ну ну. Как собрались двинули к лагерю. Там их встретили оживленные голоса и запах готовящейся еды. Скоя’таэли, как всегда, суетились вокруг костра, обсуждая последние новости. Предстоящая война будоражила. Да и награда за победу была достойной. Якуб бросил на Эльдайна лукавый взгляд. Тот лишь пожал плечами с невозмутимым видом. Ему стесняться нечего. Пусть другие думают что хотят. Посмотрит на того, кто захочет возникать о том с кем командир спит. Вечер прошел в разговорах о предстоящих сражениях и планах на будущее. Эльдайн внимательно слушал каждого, принимая решения и раздавая указания. Якуб же оставался в тени, лишь изредка вставляя колкие замечания, которые вызывали смех или раздражение у слушателей. К полуночи лагерь начал стихать. Якуб прислонился к дереву, наблюдая, как Эльдайн обходит дозорных, проверяя, все ли на своих местах. Кого то будил звонкой оплевухой. Когда вернулся, колдун ему протянул кружку с травяным чаем. Эльф принял, делая небольшой глоток. -Ты так уверен? -В чем? -Что не переживешь эту войну. Тот плечами пожал. -Одним Богам известно что будет. Якуб вздохнул, запрокидывая голову к звездному небу. Тишина леса успокаивала, заглушая предчувствие беды. -Глупо так говорить. Ты Белочкам нужен. Да и кому я буду надоедать своими придирками? Эльдайн усмехнулся, присаживаясь рядом. -Найдешь себе другого остроухого дурачка. На тебя вон Ристан засматривался. Или заведешь роман с краснолюдом. -Да уж, представляю. Бородатый коротышка в кружевных панталонах. Якуб скривился, представив картину. -Нет уж, спасибо. Мне тебя вполне хватает! Ты мне обещал серенады под луной. Эльдайн отпил еще чая. -Тогда постараюсь пережить эту войну. - Ухмыльнувлся, обнажая ровные зубы. - Или умрем вместе. Тоже романтично. Тот притянул его к себе за грудки, целуя. Когда они оторвались друг от друга, Эльдайн слегка задыхался. -Я сожгу себя вместе с твоим трупом. -Ого... Звучит блестяще. Ты умеешь развлекаться. - Хохотнув. - И явно страдаешь пироманией! Колдун отстранился, с любопытством глядя на эльфа. -Что ж, развлечемся напоследок. Они вновь поцеловались. Но в этот раз поцелуй был нежным и успокаивающим. Он касался губами его лица, шеи, вдыхая запах леса и трав, которым всегда пахло от Эльдайна. Хотел запомнить его таким – живым. Слишком многих своих знакомых близких уже схоронил. Перспектива вновь это делать нависла над ним. В этот раз, возможно и сам погибнет. Но в глубине души, кажется, уже и сам этого хотел. Уйти на покой. Вечный покой. ​​​​​​​Впереди их ждало привычное партизанство, но уже в более активном виде. А сейчас только тепло чужого тела и горячий чай. Ночь укрыла лагерь своим темным полотном. У костра остались лишь дежурные, чьи силуэты едва различались в мерцающем свете. Якуб и Эльдайн, устроившись под сенью старого дуба, вглядывались в звездное небо. Эльф, прикрыв глаза, подставил лицо прохладному ночному ветру. Его черты казались еще более изящными в полумраке. Колдун наблюдал за ним. -Знаешь... Иногда мне кажется, что мы живем в долг. Каждый день, каждый час – это подарок, который может быть отнят в любой момент. -Тогда будем брать от жизни все что она нам предлагает. И не будем сожалеть ни о чем. -Хах! Если все же не выгорит, согласен пойти со мной в Дол Блатанну? -А мне будет там место? Я все же не эльф. -Я найду тебе местечко, не беспокойся. Скажу что ты мой… Телохранитель. Или ручной колдун. Седой фыркнул. -Ну уж нет, спасибо! Лучше уж телохранитель. Хоть какой-то статус. -Тогда договорились. Щекой прижался к седой макушке. Тот глаза прикрыл. Ну и выбор. Либо последнее лето, либо место жительство в Долине Цветов. По истине жизнь непредсказуемая вещь. **** -Не стони, ушастый. До свадьбы заживет. Якуб лоб вытер тыльной стороной ладони. Теперь почуял какого это работать лекарем по полной программе. Скоя'таэли активно атаковали обозы и просто солдат, которым не повезло оказаться рядом. Из пещеры, переделанной под госпиталь, почти не вылезал. Каждого магией лечить было не вариант. Иначе упадет рядом. Работал травами. Только сильно раненых бедолаг ворожил. -Да что ж такое? - Простонал тот, над кем сейчас работал. У юнца был распорот бок. - Точно сдохну… Колдун скривился. -Бабы когда рожают больнее бывает. У них кости выворачиваются. А я тебя сейчас заштопаю — полегчает. Только не дергайся. Игла прошла сквозь плоть, оставляя за собой тонкий кровавый след. Седой ловко орудовал ей, стягивая края раны. Парень дернулся, но двое товарищей его удержали. -Терпи, остроухий. Пару недель и как новенький будешь при лучшем раскладе. Уже не считал сколько таких "красавцев" прошло через его руки за последние недели. Война, будь она неладна, щедро поставляла работу. И работы этой было столько, что вздохнуть некогда. Мог махнуться местами и податься в лучника на коне, но Эльдайн пошлет в пешее эротическое. Сейчас нужен как толковый лекарь, а не боец. -Все. Отпускайте. - Сказал, закончив с боком. После бросил взгляд на следующего пациента. Этот лежал без сознания, с перебитой ногой. Видимо, досталось от арбалета. Колдун вздохнул. Придется ворожить. ​​​​​​​Он обернулся к юнцу, которого штопал. Тот молча пялился на него со смесью благодарности и удивления. -Ну что? Живой? -Вроде да... -Вот и славно. Лежи, отдыхай. Завтра повязку поменяю. Перебрался к другому раненому. Рассмотрел лучше перебитую ногу. Кость торчала наружу, плоть вокруг была в рваных ранах, залитых кровью. Добыл из за пояса нож с символами. Ладонь себе порезал и поднес к разбитой ноге. Закрыв глаза, начал читать заклинание. Слова вылетали из его уст тихо и плавно, наполняя пещеру магической энергией. Скоя'таэли, ему помогавшие, и рененные, что были в сознании, с любопытством и страхом на это смотрели. Колдовтво всегда вещь необъяснимая. Постепенно кости начали срастаться, плоть затягиваться. Якуб продолжал ворожить, пока нога не приняла более менее нормальный вид. Для полного восстановления потребуется время, но, по крайней мере, тот будет жив и сможет ходить не хромая. Якуб открыл глаза. Зрачки были вертикальными, а из носа потекла тонкая струя крови. Магия вытягивала из него Силы, делая похожим на покойника. Обессиленно опустился тут же рядом. Украшения тихо звякнули. Губы пересохли, а в горле першило. -Колдун, ты как? -Воды притащите. А то рядом лягу. Ему флягу кинули. Якуб ее поймал и жадно припал, делая несколько больших глотков. Живительная влага вернула немного сил. -Спасибо. - Сказал, вытирая рот ладонью. - Что там дальше? Есть еще желающие на воскрешение? Один из его помощников пожал плечами. -Еще двое. Один без сознания, у второго стрела в животе. Тот шумно вздохнул. Похоже, сегодня отдохнуть не удастся. -Сумку мою кинь. Ему сразу же ту передали. Новак достал оттуда пару корешков и ягод. В рот закинул и прожевал, стараясь не морщится от кислого вкуса. После перебрался к тому, что со стрелой в животе. Достал все нужные приблуды: травы, мази, бинты. Все должно быть под рукой. Времени на лишние движения не было. Стрела в пузе — это херово. Не знал хватит ли в таком состоянии Сил на двоих. Придется полагаться на удачу и знания анатомии. -Готовьте горячую воду и молитесь всем Богам, чтобы выжил! Якуб принялся за работу. Осторожно ощупал живот раненого, определяя положение стрелы и возможные повреждения. Каждое движение было выверенным, точным. Помощники подали горячую воду. Колдун смочил тряпку и начал аккуратно протирать рану, удаляя кровь и грязь. Затем достал тонкий, изогнутый инструмент и, глубоко вздохнув, принялся извлекать стрелу. Раненый закричал от боли, но его крепко держали, не давая дергаться. Когда стрела была извлечена, из раны хлынула кровь. Якуб быстро прижал к ране тампон, пропитанный смесью трав, и зашептал заклинание. Магия медленно проникала в тело раненого, восстанавливая поврежденные ткани и органы. Останавливала кровь. Якуб чувствовал как с каждым заклинанием все больше слабеет, но продолжал, пока не почувствовал, что раненый начинает дышать ровнее. Перевязал его и тут же рядом упал без без сил. В темное было пусто. Тихо. А потом перед глазами встала картина давно минувших дней. Старая изба. Жаркая кухню, где пахло травами. Мать — ведьма с озорными зелеными глазами над чем то хлопотала у плиты. Отец, старый охотник, чинил сеть, напевая себе под нос какую то балладу. Маленький он крутился возле матери, пытаясь стащить печенье с орехами, за что получал легкий шлепок по руке. Тепло, уют, безопасность. Дом. Но потом все рухнуло в одночасье, как гнилая крыша под тяжестью снега. Отец, повешеный на дубе, что рос рядом с домом. Мать, горящая на костре. И он, едва встретивший пятнадцатую весну, сидел в подвале, слыша крики бешеной толпы. Резкий запах нашатыря вернул его в реальность. Над ним склонился один из помощников. -Эй, ты как? Оклемался? -Вроде. Дай полежать. Сейчас продолжим... С трудом поднялся, опираясь на руку. Тело ныло от усталости, магия иссушила его до дна. Окинул взглядом пещеру. Раненые стонали и бредили. В воздухе витал запах крови, пота и лекарственных трав. Этот госпиталь, устроенный вдали от людских глаз, был убежищем и проклятием одновременно Последнее лето... Некоторые о нем теперь только и мечтают. Может и сам откинется от того количества Румян, которое сожрал за это время, чтобы Силы собирать, но на себя было все равно. Подошел к последнему раненому, как полегчало немного, и стал его осматривать. Без сознания был, но не сильно побит. Ссадины и синяки. Обойдется без колдовства. Достал из сумки пузырек с нашатырем. Понюхать дал. Тот закашлялся. Глаза открыл. -Где я? Что случилось? -В госпитале. Контузия у тебя. Отлежишься немного и в строй вернешься. Юнец попытался сесть, но его тут же уложили обратно. -Лежи, кому говорят. Тебе еще рано геройствовать. Якуб утер пот со лба. Помощникам кинул: -Пересмотрите раны. Если что зовите. Я на перекур. Выбрался из пещеры на свежий воздух. Ночь обняла плечи прохладой. Усыпанное звездами небо раскинулось над головой словно бархатный полог. Якуб присел на камень у входа, достал трубку и закурил, жадно затягиваясь. Дым терпким облаком обволакивал лицо, успокаивая нервы. Тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков, казалась целительной бальзамом после дня, полного работы с ранеными. Перед глазами встала картина смерти сына. Януша тоже забрала война. Помнил как держал его мертвое тело на руках. Весь обгоревший и с искаженным от боли лицом. Ему было всего сорок. Для колдуна вообще не срок. Януш так и не смог увидеть новорожденного сына. Ярость тогда затмила разум. Хотелось крушить и ломать, уничтожить все, что причастно к его смерти. Сжег то поле до тла. Горели и мертвые, и живые. Колдун затянулся еще раз. Выпустил дым в ночное небо. Война… Она никогда не меняется. Только лица и имена. И всегда забирает самых дорогих. Вновь ввязался в это. Возможно, с желанием отомстить. А возможно, чтобы разорвать порочный круг.