Хочу. Хочу. Хочу.

Марк Убираю недоеденные роллы в холодильник, думая лишь об одном: оговорился или всё-таки нет? Он же буквально сказал, что лифчики — не его этот самый фетиш, потому что сисек нет. Но разве этот пресловутый фетиш не должен возбуждать тебя в другом человеке? Получается, что Егора возбуждают "красивые трусики", а разве чёрные кружевные трусы не могут быть красивыми? Ему это нравится, и вполне возможно, что это не было никакой случайностью. И как меня это сразу не смутило? Ну как могут быть в стирке абсолютно все трусы? Он за эти пару дней-то уже три раза стирал. Как же меня всё это… возбуждает. Я и так еле справился с собой, когда заходил к нему в комнату. Он не открывал мне дверь, наверное, минут двадцать. Поэтому пришлось самому зайти туда, откуда доносились такие звуки, от воспоминаний о которых у меня дёргается член. Комната у Егора была светлой и просторной. От этого мысли разбегались. Где он этим занимался? На кровати или, может быть, на небольшом ярком диванчике? Диванчик откровенно выбивался из общей, почти однотонной картины. Он был ярко-зелёного оттенка и стоял прямо напротив огромного настенного зеркала в пол. Мне бы действительно очень сильно хотелось знать, где и как он это делал. Язык прямо-таки зудит задать этот вопрос Егору и посмотреть, как он на это отреагирует. Хуета, конечно, всякая после этих разговорчиков и его стонов в башку лезет. Но я не могу переключиться, а самое главное… Я не хочу переключаться. Иду в комнату с намерением прошерстить все сайты со статьями про эти его "фетиши", но сначала я захожу в его Инстаграм, нахожу ту самую фотку в зеркале, где он по пояс голый, и снимаю с себя лишние вещи. Как я могу после всего, что было, не подрочить? Невозможно. Наверное, у меня просто сила воли слабая, но сейчас, когда на телефоне открыта его фотка, а в руке я держу свой твёрдый член, мне абсолютно наплевать на мою силу воли. ** В обед кто-то очень настойчиво звонит в звонок. Егор ушёл в гости к своей Нике час назад на весь день, и он точно брал с собой ключи. Думаю, что может быть, это Валерка с Катюхой, но, открыв дверь, я вижу низкого парнишку с огромной кепкой на голове. — Здрасти. Ежемесячный сбор денег на уборку в подъезде, с вас 1000 рублей, — чеканит парнишка, снимая кепку и вытирая пот со лба. — Здрасти забор покрасти. Это чё за наёбка для уёбка? — Хоть бы рублей сто попросил, а то штуку. Сейчас, знаем мы таких. Уборка подъездов. Насмешил. — Вы, должно быть, недавно переехали? Можете спросить у кого угодно, но жильцы дома давно наняли службу для уборки в подъезде. Уборка осуществляется буквально каждый день, кроме самых значимых праздников: Новый год, Восьмое марта и 9 мая, — гладко стелет. Беру телефон, чтобы наверняка спросить у Егора. — Да, алло? — Егор отвечает на звонок быстро, почти с первых гудков. — Тут парнишка пришёл, просит штуку на какую-то уборку подъезда. — Блин, забыл тебе сказать. Возьми у меня наличку в шкафу, в нижнем втором ящике с правой стороны. Не перепутай с левым, — Егор, не прощаясь, бросает трубку. — Сорян, бро. Говори номер, я переведу, — буду я у него какую-то тысячу брать из шкафа. У меня и у самого деньги есть. — Мы принимаем оплату строго наличными. Я могу зайти к вам попозже, чтобы вы успели сбегать снять, — парнишка накидывает кепку обратно на голову и смеряет меня пустым взглядом. — Подожди, я сейчас принесу, — иду в комнату Егора. Шкаф у него очень массивный, состоящий из трёх нижних ящиков и верхних отделов. Открываю второй нижний ящик с правой стороны. Нахожу кучу носков, а в самом углу торчат бумажные купюры. Отдаю их парнишке, прощаюсь и захлопываю дверь. Интересно, а почему нельзя было перепутать с левым? В этом у него лежат носки, а в том что? Трусы? Скорее всего, да. А если прям одним глазом заглянуть в этот ящик? Просто интересно, прав ли я в своей догадке, но ведь копаться в чужих вещах в поисках белья – это пиздец днище. Фетиш, но не тот, который "нормальный", а наоборот. Хожу вокруг двери в комнату Егора ещё минут пять, прежде чем всё-таки зайти опять и выдвинуть чёртов ящик с левой стороны. Ох, ебать. Реально трусы. Всё довольно аккуратно сложено. Один ряд светлых с легко читаемой надписью "Кельвин Кляйн". Второй ряд уже разных цветов и оттенков. Красные, чёрные, синие и даже оранжевые. Обычные мужские боксеры. А вот третий ряд… Тот самый: ох, ебать. Здесь трусы уже заметно более открытые, штук 6. А ещё, помимо них, как будто по линеечке сложенные, виднеются те самые кружевные. И ещё какие-то совершенно непонятные. Я беру их в руки, чтобы увидеть полностью. И такого я ещё в своей жизни не видел. Меня сразу кидает в жар, я представляю их на Егоре. Что это вообще? Спереди всё закрыто, а сзади… Всё открыто. Какие-то непонятные резиновые полоски только. Ни разу не видел таких. Похожи на что-то порнушное. В них же… Трахать в жопу очень удобно. Потому что всё открыто. Буквально. Кроме этих резиновых ремешков по бокам ничего нет. Разве у обычных нормальных поциков такое в шкафу есть? Даже если и эти подарила очередная подруга, то как нормальный пацан он бы их выкинул сразу. Я уверен, что купил он их себе сам. Возникает вопрос нахуя ? В голове всплывает наш разговор про фетиши, его блядские стоны. Его чёрненькие кружевные трусики. А не является ли Егорка часом пидрком? Почему-то мне кажется, что я и сам знаю ответ на этот вопрос.