Выживание Некроманта

В настоящее время Гым Ми Ён занимает должность исполнительного директора в «Today Bookkeeping Co». Когда мы искали её на просторах интернета, мы увидели её фотографии и впечатляющую историю карьеры. Также были доступны фотографии и интервью с известными мастерами гильдий. За последние три года её выдающаяся карьера пошла в гору, что совпало с падением «Красного Лотоса»; её новая компания была основана всего через два месяца после катастрофы. Глядя на эту хронологию, можно только предположить, что она знала о том, что произойдёт в «Башне Офицеров», и подготовилась заранее. — Каждый из её клиентов впечатляет. «Красный Дракон», «Опера», «Виртуоз» тоже… А недавно она заключила контракт с «Омутом». Кроме того, на главной странице «Today Tax Corporation» было опубликовано содержание контрактов с крупными гильдиями. В результате наши подозрения в том, что она нас предала, подтвердились: контракты были не из тех, которыми могла бы воспользоваться недавно созданная компания. — Было бы неплохо организовать встречу с Ми Ён-щи через Гу Хви Со. У нас есть хороший повод, ведь только что сменился глава гильдии, — немного поразмыслив, Со Да Вон неожиданно предложил встретиться с Гым Ми Ён. — Гу Хви Со? — тихо спросив, Ким О Лим обратилась к Со Да Вону. Поскольку она воскресла после того, как свершилась месть над Гу Гён Маном, она не знала, что произошло после её смерти. Итак, Со Да Вон и Чон Га Рам подробно рассказали обо всём, что произошло. Поначалу Паладин слушала их без особого выражения на лице, но когда она услышала о несчастной судьбе Гу Гён Мана, павшего от рук своего брата, на её лице появилась лёгкая улыбка. — Жаль, что я не могла увидеть это своими глазами, — сказала она. — Мы заедем проверить, как он себя чувствует, прежде чем его убьют. — Но… Неужели он действительно собирается оплодотворить Гу Гён Мана? Я пил воду, слушая их разговор, и вдруг услышал, как Чон Га Рам что-то пробормотал себе под нос. Я закашлялся, и вода пошла не в то горло. В последний раз, когда я его видел, он выглядел жалко. Когда я вспомнил бледное и мрачное лицо Гу Хви Со, у меня по рукам побежали мурашки. Погрузившись в свои мысли, я почувствовал на себе молчаливые, пронзительные взгляды трёх слуг. Обернувшись, я увидел, что все они откровенно пялятся на меня. — ...Что, почему? — растерянно спросил я. Внезапно Ким Олим поджала губы и ответила: — Не издавай таких странных звуков при дыхании. — А? Я-я? — А кто ещё? Сбитый с толку её словами, я, естественно, начал стесняться своего дыхания. Она что, говорит, что я раздражающе дышу? Сам того не осознавая, я машинально прикрыл рот рукой. Несмотря на это, Ким О Лим начала критиковать меня ещё сильнее. — Ты слишком шумный. Тебе обязательно так громко пить воду? — Г-громко пить..? — Разве вы не слышите эти глотки? Даже те, кто бродил по пустыне три дня, пили бы тише, чем ты. Что это вообще за словесное оскорбление? Я поклялся, что сделал всего один маленький глоток. И даже тогда я подавился этим единственным глотком и закашлялся… Однако по её холодному выражению лица было не похоже, что она шутит, и я не мог ничего возразить в свою защиту, потому что всё ещё очень её боялся. — Чем больше слушаешь, тем больше привыкаешь, — с улыбкой перебил нас Со Да Вон. — Ли Гён-и не нарочно такой шумный. Просто мы слышим его на такой громкости. — А ведь раньше он говорил мне прямо в ухо... — Ах, это могло быть немного опасно. Что в этом опасного? Я покраснел от унижения, увидев широкую улыбку Со Да Вона. Мне хотелось крикнуть ему: «Извращенец!» — но я подавил это желание, боясь снова сорваться. Если подумать, я уже давно задавался этим вопросом, потому что они говорили, что отчётливо слышат даже самые тихие звуки, которые я издаю. В то время Со Да Вон предположил, что слуги чувствительны к каждому звуку, слетающему с моих губ, потому что их обычно призывают по имени. Другими словами, дело не в том, что я такой шумный, а в том, что виновата система. Это было совершенно несправедливо. Я сжал кулак, потрясённый и удручённый тем, что непреднамеренно причиняю им слуховой дискомфорт. — Разве голос Чхве Ли Гёна не прекрасен? Я могу заснуть, слушая, как он бормочет что-то себе под нос… — тем временем Чон Га Рам, то ли защищая меня, то ли подшучивая надо мной, добавил свою реплику. Хотя я был рад, что Чон Га Рам, похоже, не слишком беспокоился о моей манере говорить, что он имел в виду, назвав мой голос «прекрасным»? Это просто обычный голос, в нём нет ничего особенного. Ким О Лим ответила Чон Га Раму прежде, чем я успел что-то сказать: — Для мужского голоса он довольно высокий — не слишком глухой и в то же время чистый. Вот почему он выделяется, когда вокруг тихо. У него нормальная громкость, но есть привычка смягчать окончания предложений. Особенно когда он нервничает, он склонен не заканчивать предложения и вместо этого произносить последние слова по слогам. Кроме того, время от времени он оценивает эмоции людей и вздыхает, а сразу после этого тихо зевает. «...» Я потерял дар речи и мог только беззвучно открывать и закрывать рот. Чон Гарам наклонился и сказал: — Нуна, ты действительно внимательно слушала… — почему-то мне показалось, что он надо мной насмехается. Однако Ким О Лим серьёзно кивнула: — Он так и продолжает бесконечно вздыхать. Мне кажется, что я слышу, как где-то рядом скулит собака; я не могу сосредоточиться. — То есть ты хочешь сказать, что тебя беспокоят вздохи Ли Гёна? — Да. Что-то вроде того. — Пф-ф... С кем они меня сравнивают?! — Просто пососи леденец. Честно говоря, было бы лучше, если бы леденец стучал по твоим зубам, — Ким О Лим, по-прежнему совершенно серьёзная, не скупилась на советы.

***

— А теперь дыши спокойно. Я укрывался одеялом в комнате. Услышав голос Со Да Вона, я осторожно опустил одеяло. С тех пор как Ким О Лим заговорила, я так беспокоился о том, как звучит мой собственный голос, что мне ничего не оставалось, кроме как прикрыть голову, хотя я был в комнате один. Я оглядел комнату, понизил голос и спросил: — Это… Ты меня там не слышишь? — Нет. — Ха-а… — только после того, как я получил подтверждение, я выдохнул и опустил голову. Было трудно заставить себя сидеть неподвижно и не издавать ни звука. Я не мог вести себя дерзко по отношению к Паладину… — Почему ты просто не проигнорировал её? — спросил Со Да Вон. — Я не ты. — Не беспокойся о ней слишком сильно. Со Да Вон мог быть таким беззаботным, потому что она была его подругой. Что касается меня, которому она угрожала, то для меня было бы гораздо лучше до конца жизни оставаться под одеялом, чем быть тем, кто её раздражает. Увидев, что я качаю головой, он наклонился и сел рядом со мной на кровать. — Почему ты слушаешься Ким О Лим? — спросил он шутливым тоном. — Я ревную… — Ты шутишь? Ты ведь это сказал, не так ли? Это неправда, что слуги не могут нападать на своих хозяев! — Но ведь это очень редкие случаи. — Меня душили сразу после того, как я подписал контракт! Со Да Вон обхватил мои раскрасневшиеся щёки обеими руками и приподнял мою голову. Это было немного… Двусмысленно, так что я покачал головой, пытаясь заставить его отпустить меня. Как и ожидалось, он не отпустил. Вот так просто Со Да Вон с ухмылкой ущипнул меня за щёки. — Если бы это действительно было настолько громко и раздражающе, что она не могла это слушать, то эта девушка из тех, кто может заткнуть тебе рот или отрезать язык. «...» — Она всего лишь велела тебе съесть конфету. Это говорит о том, каким милым она тебя считает. — Я не милый! Мне не нужна эта милая агрессия!!! Однако, как только я закончил говорить, Со Да Вон на этот раз крепко прижал пальцы к моим губам. Он часто прикасался к моим щекам, но впервые сделал это так близко к моим губам. Я вздрогнул, и моё тело напряглось. Со Да Вон наверняка знал, что я смущусь, но всё равно надавил на мою нижнюю губу, как будто отодвигал её. Я не смог удержаться и слегка приоткрыл рот. — ...Ч-что это? — спросил я. Что-то круглое и твёрдое скользнуло мне в рот; когда оно коснулось языка, я почувствовал сладкий привкус. По вкусу оно напоминало зелёный виноград, но быстро раскрошилось и исчезло без следа. [Выносливость увеличена на +1!] Затем, откуда ни возьмись, появилось системное сообщение о том, что один из моих показателей увеличился. К моему изумлению, Со Да Вон наконец протянул правую руку, которую держал за спиной, и потряс жестяным футляром с логотипом «Flavor 13» на крышке. В нём были алхимические конфеты, которые при употреблении случайным образом повышали характеристики. Конечно, я знал о существовании таких вещей, но впервые попробовал их из-за высокой цены. Я немного смутился, увидев обёртку от конфеты с надписью «Вкус: Шайн мускат». Но почему… Он продолжает делать такие бесстыжие вещи? Он вечно надо мной издевается… — Спасибо... — начал я. — Не стоит благодарности. В конце концов, я заказал это на деньги Ли Гён-и. Конечно, не прошло и секунды, как это странное ощущение исчезло. После этого Со Да Вон уложил меня и стал по одной класть конфеты мне в рот. Последнюю конфету стащил Чон Га Рам, который ворвался в комнату с недовольным видом. — Что вы делаете одни в комнате после того, как включили шумоподавление?