Выживание Некроманта

— ...Кровь? Я неосознанно положил руку на шею и стал теребить её. «Какое ему дело до моей крови, если он говорит о подготовке к моему возможному убийству? И я не так уж часто истекал кровью рядом с ним…». Но как только я об этом подумал, я взглянул на Со Да Вона: он не сводил глаз с моей шеи, буквально пожирая её взглядом. Вздрогнув, я рефлекторно откинулся назад. Мне показалось, что меня схватил голодный зверь. «Я не думал, что такое возможно… Неужели он действительно хочет выпить моей крови?» — я не озвучил эти мысли — всё было ясно по выражению его лица… Между мной, потерявшим дар речи, и ним повисло странное молчание. Подумать только, Со Да Вон видел во мне добычу, которую можно съесть... Конечно, как разумный человек, он должен был стараться не делать этого. «В любом случае он хотел меня съесть, и ему пришлось сдерживаться». Этого было достаточно, чтобы вывести из равновесия меня, которому он всё это время нравился. Можно сказать, что мне следовало догадаться об этом раньше, но я впервые осознал, что он действительно «не такой», как все люди. С другой стороны, раз он не мог нормально питаться, возможно, ему действительно нужна была моя кровь. В конце концов, некоторые люди регулярно сдают кровь. Я задумался, смогу ли я сдать ему достаточно крови, не навредив при этом своему здоровью. Возможно, я воспринял эту новость с некоторым предвкушением, думая, что это может придать смысл моему существованию. — Эм, извини… Могу ли я помочь, если тебе нужно что-то выпить? Я могу сдать кровь, если это не повлияет на мой образ жизни… Однако эта мысль тут же померкла на фоне внезапно помрачневшего лица Со Да Вона. Нас окутала враждебность, которой я раньше не ощущал. С неловким выражением лица я продолжил, пытаясь исправить своё предыдущее высказывание. — Если тебе не нравится эта идея… — Мне это не нравится, — тут же ответил Со Да Вон. Одна только мысль о поспешности этого ответа испортила мне настроение. Его ответ меня немного задел: Маг редко выражал своё отвращение. Я должен был почувствовать облегчение от его твёрдого заявления, что он не станет меня есть, но, как дурак, попался на удочку и решил, что он отвергает именно мою кровь. — Ах, м-м-м… Если тебе нужна чья-то ещё кровь… — Ты спрашиваешь, хочу ли я выпить крови другого человека? — Э-э, да... — Я ни разу не испытывал ничего подобного, — на мои повторяющиеся вопросы Со Да Вон отвечал всё более резким тоном, как будто хотел сказать: «Хватит об этом спрашивать». Глядя на это лицо, я мысленно усмехнулся. «Если ты будешь таким, то какой смысл просить меня «приказывать» тебе, как я захочу…». Конечно, его тон может показаться уважительным, но, судя по выражению его лица, если бы я действительно сделал то, что хотел, у нас бы точно возникли проблемы. Я имею в виду, что если тебе нужна была кровь — и это должна была быть моя кровь, — почему бы просто не принять её? Почему он так зациклен на поддержании такого опасного, хрупкого баланса, который казался рискованным даже со стороны? «Может быть, он не может себя контролировать?». Может быть, его ситуация была похожа на ситуацию вампира? Конечно, я никогда не видел настоящего вампира, но в фильмах они обычно сходили с ума при виде крови и бесчинствовали, не заботясь о последствиях… Если Со Да Вон испытывал те же побуждения, возможно, он думал: «Может, я и хочу пить кровь, но, поскольку я могу убить Чхве Ли Гёна, я вообще не хочу этого делать?». Учитывая уверенность и эгоизм Со Да Вона, это вполне возможно. — Что касается моих «приказов»… В твоём нынешнем состоянии ты должен подчиняться всему, что я говорю, верно? — Да. — Ты никогда не сможешь отказаться? — Да. Я уточнил у Со Да Вона, в чём заключаются эти «приказы». Как и ожидалось, эта особая способность должна обеспечивать абсолютный контроль над слугами. То, что кто-то с характером Со Да Вона так уважительно говорит со мной... Это во многом подтверждает эту теорию. — Сиди неподвижно. Не двигайся, пока я не скажу, — приказал я. «...» Я по-прежнему сомневался в эффективности этого метода, но сразу после того, как я отдал команду, Со Да Вон уставился на меня, выпрямившись. Едва уловимое изменение в атмосфере придало мне уверенности в том, что он добросовестно выполняет мои приказы. — Уф… — я глубоко вздохнул и достал из инвентаря кинжал. Доставая его, я взглянул на Со Да Вона. Хотя он и не пошевелился, я почувствовал, как от него исходит напряжение. Когда я приложил лезвие к ладони, вибрация стала ещё более хаотичной. И в центре этого странного ощущения был Со Да Вон, который смотрел прямо на меня, не моргая. Этот неподвижный взгляд пугал меня, но в конце концов я крепко зажмурился, сжал кинжал и порезал ладонь. «Ну, если он говорит, что мне не нужно ходить вокруг да около и командовать им...» Почувствовав пульсирующую боль в ладони, я медленно открыл глаза. Однако Со Да Вон не пошевелился, как я и опасался. На самом деле выражение его лица тоже не изменилось. Казалось, что «приказ» был важнее его желания моей крови. Конечно, в комнате по-прежнему царила странная атмосфера, но, по крайней мере, моей жизни ничего не угрожало. Поэтому, глядя на кровь, которая медленно стекала по моей руке, я думал о том, как передать её Со Да Вону. «Было бы неплохо, если бы у меня была чашка…». Стоит ли мне пойти на кухню? Я запоздало упрекнул себя за то, что порезал ладони, не подумав. Было бы разумно взять чашку заранее, до того, как я поранился. Заставлять его облизывать мои ладони было бы негигиенично, и Маг мог бы почувствовать себя униженным, если бы я попросил его об этом… — Ха-а… Однако все эти мысли улетучились, когда я услышал, как тяжело дышит Со Да Вон. Я удивлённо посмотрел на него. Со Да Вон по-прежнему сидел неподвижно, но атмосфера вокруг него была ещё более жуткой и гнетущей, чем раньше. Конечно, он всё ещё подчинялся моему приказу. С течением времени напряжение нарастало; я подавил в себе волнение и протянул Магу окровавленную руку. — Ты можешь выпить это. Но взамен ты должен остановиться, когда я скажу. «...» Со Да Вон опустил глаза, словно покорно подчиняясь моим словам. Затем он схватил меня за пальцы одной рукой. Я вздрогнул от лёгкого толчка, притянувшего меня к нему, но постарался не выдать своего волнения и заставил напряжённые плечи расслабиться. Когда его губы коснулись моей ладони, я сохранил спокойствие, не обращая внимания на горькую, жгучую боль. Однако Со Да Вон не пошевелился, прижавшись губами к моей ладони. Даже после того, как я разрешил ему пить, он не стал. — Э-э-э, если ты не хочешь… Смутившись, я подумал, что, возможно, неправильно его понял, и попытался отдёрнуть руку, но меня удержала сила, которая не шла ни в какое сравнение с тем мягким притяжением, которое я ощутил ранее. Словно очнувшись от глубокого сна, Со Да Вон открыл глаза с безмятежным выражением лица. Затем он вытер кровь с губ тыльной стороной моей ладони. Казалось, он решил не пить, но для такого решения его поведение было слишком настойчивым. Я невольно покраснел. — Я сказал, что не хочу делать это, но… — тихо прошептал Со Да Вон, посмотрев на меня. — А... — Это не то, чего я жажду, — с этими словами Со Да Вон лизнул моё запястье. Взволнованный, я попытался вырвать руку из его хватки; он сжал её сильнее, задев недавний порез. — Н-нгх…! — от боли у меня на глазах выступили слёзы, но Со Да Вон не ослабил хватку, даже услышав мои стоны. Напротив, он сильнее надавил на рану, причиняя невыносимую боль. — Стой! Стой… — закричал я в конце концов. Он тут же ослабил хватку и убрал руку. Я был потрясён, увидев рваные края раны, из-за которых казалось, что я не порезал, а порвал ладонь. — Думаю, теперь ты наконец понял, — спокойно сказал Со Да Вон. — …Что? — Вот как ты должен «приказывать» мне.

***

Я залечил рану на руке с помощью зелий, оставшихся в моём инвентаре, и отменил «приказ», который дал Со Да Вону. Когда глаза Мага пришли в норму, он вышел из комнаты, не сказав мне ни слова в качестве извинений. Я перестал пытаться его понять — я мог только догадываться, что моё вмешательство в его планы каким-то образом его задело. — Почему у Ли Гён-и такой вид, будто он наелся дерьма? — однако мне было трудно найти время, чтобы предаваться унынию в одиночестве. Чон Га Рам небрежно открыл запертую дверь и вытащил меня наружу, сказав, что нам пора ужинать. С угрюмым выражением лица Со Да Вон поставил передо мной жареный рис, блестящий от масла. Я машинально хотел отчитать его за эти безумные выходки, но, не желая показывать свои чувства, стал теребить палочки для еды. Сразу после этого Чон Га Рам начал расспрашивать меня.