Выживание Некроманта

— ...Ничего такого. — Он расстроен, потому что завтрак был невкусным. Я тоже не хотел, чтобы последствия нашей размолвки стали очевидны, но холодный ответ Со Да Вона задел меня за живое. Я имею в виду, что, как бы другой ни старался помочь, как можно притворяться таким близким после того, как ты устроил беспорядок и ушёл? Я уставился на невозмутимого Со Да Вона. Но из-за того, что Чон Га Рам сердито крикнул: «Что?! Я впервые готовлю!», я не успел разозлиться на Мага. В конце концов я молча подавил вздох — потому что с едой всё было в порядке — и заставил себя проглотить кусочек жареного риса. — Думаю, мы сможем провести операцию быстрее, чем планировали. — Ким О Лим поставила ноутбук на стол, немного повозилась с ним, а затем повернула экран к нам, чтобы что-то показать. На экране была фотография Пак Хо Сока, нашей цели на следующую неделю, которому выдают билеты в аэропорту. — Эта информация поступила утром. Сообщается, что Пак Хо Сок направляется на остров Чеджу. Мы не знаем, зачем, но он сказал, что торопится и едет тайно, без охраны. — И без семьи тоже? — Чон Га Рам, у которого загорались глаза, когда речь заходила о Пак Хо Соке, тут же втиснулся между мной и Ким О Лим и сосредоточился на экране. Ким Олим мягко кивнула. — Эту информацию нам передал Гу Хви Со. По его словам, Гу Гён Ман увлекался гольфом и приезжал на остров Чеджу, когда у него были выходные. Кроме того, семейная вилла, которую Пак Хо Сок приобрёл на острове Чеджу, находилась недалеко от виллы Гу Гён Мана. — Тогда почему на этот раз он переезжает один? — По словам Гу Хви Со, во время расследования местонахождения Гу Гён Мана полиция расширила зону поиска, включив в неё остров Чеджу. Он считает, что действия ведутся в соответствии с этой информацией. Должно быть, там что-то скрывается. Поскольку Гу Гён Ман в настоящее время находится под стражей, он не может связаться с Пак Хо Соком. Однако, поскольку он стал главным подозреваемым в убийстве председательницы Шин, а полиция не может установить его местонахождение, похоже, что его личная вилла и окружение попали под подозрение. Поскольку Пак Хо Сок ранее был связан с «Красным Драконом», у него не было другого выбора, кроме как связаться с Гу Гён Маном. До сих пор они оба вели нечестную жизнь. — Возможно... Что-то есть на вилле на острове Чеджу? — Поэтому Гу Хви Со тоже остановился на этой детали. Он спросил своего брата, сколько раз тот бывал на его вилле и как часто ездил туда с Пак Хо Соком. Гу Гён Ман сказал, что в прошлом году он был там около двадцати раз, и четырнадцать из них — с Пак Хо Соком, — сказав это, Ким О Лим показала документы с просьбой разрешить отпуск за счёт государственных средств компании. …..Нет, 800 миллионов вон? Каким бы богатым ты ни был, как ты мог потратить 800 миллионов вон на недельный отпуск? Разве это не значит, что он тратил больше 100 миллионов вон в день? — Гу Хви Со спрашивал своего брата о его отпуске на острове Чеджу? — однако, пока я прибывал в шоке от суммы, Со Да Вон, молча выслушав, задал вопрос Ким О Лим. — Он спросил, но, похоже, не смог задать вопрос как следует, потому что в последнее время состояние Гу Гён Мана довольно тяжёлое. Он утратил как минимум половину способностей говорить. — Он спросил?.. — думаю, это было всё равно что спросить, не пытал ли он его. У меня по коже побежали мурашки, когда я вспомнил жуткий, приглушённый голос Гу Гён Мана, записанный на диктофон. — Что ж, в любом случае это хорошо, верно? — уверенно заявил Чон Га Рам. — Он отправился один, без охраны и надоедливой семьи; мы должны избавиться от него до того, как он вернётся в Сеульский Хаб. «…….» — Мы ещё не полностью готовы, но… Я согласна с мнением Чон Га Рама. Это лучшая возможность. Даже по моему мнению, лучше всего было бы напасть, когда Пак Хо Сок будет без охраны. Однако вместо того, чтобы с готовностью согласиться, Со Да Вон посмотрел на меня. Когда наши взгляды встретились, он отвернулся. «……?» — Хорошо. Тогда давай улетим утренним рейсом, — вскоре после этого Со Да Вон кивнул, избавившись от смущения, которое он испытывал, глядя на меня. Мне было немного неловко, но я не мог проявить инициативу и привлечь его внимание из-за того, что чувствовал себя отстранённым после недавних событий.

***

В тот вечер мы быстро закончили ужинать и сообщили Гу Хви Со, что уезжаем завтра. Изначально пользователям было непросто покинуть Хаб и добраться до аэропорта Кимпхо, но Гу Хви Со предоставил пропуска, которыми пользовались руководители гильдии «Красный Дракон», что позволяло им без проблем отправляться в аэропорт Кимпхо на рассвете. Гу Хви Со через своего секретаря не только разослал пропуска, но и предоставил водителей и роскошные лимузины. Это было очень любезно с его стороны, поскольку у меня не было машины, но та малая толика благодарности, которую я испытывал, испарилась, когда мы сели на заднее сиденье и на экранах заднего ряда появилось видео Гу Хви Со. [Я записывал в спешке, потому что боялся, что ты забудешь моё лицо… Я планировал поприветствовать тебя вместе с Гён Маном, но он немного чувствителен — возможно, из-за того, что у него ранний срок беременности. Так что тебе не будет скучно во время путешествия —] — Ах, это так чертовски смешно, — Чон Га Рам громко расхохотался, когда я выключил экран, не в силах больше смотреть. — Разве Гу Хви Со не уморителен? Он записал и отправил видео Ли Гён-и… Но он решил включить в него и Гу Гён Мана… Я сжал руку младшему, потому что то, как он открыто смеялся над чужим несчастьем, было отвратительно. — Я, что ли, записал это видео? — сказал Чон Га Рам. — Почему ты злишься на меня?! — и прижался ко мне ещё сильнее, переплетя свои руки с моими. Как только включилось видео Гу Хви Со, Ким О Лим подняла брови; когда я выключил экран, она скрестила ноги и закрыла глаза. Однако казалось, что она не может полностью расслабиться: её глаза были приоткрыты и смотрели на выключенный экран. А Со Да Вон, за которого я переживал со вчерашнего дня, мельком взглянул на меня, прежде чем уставиться в окно с таким видом, будто ему было всё равно. — Учитывая, как сильно ему нравится Ли Гён-и… Как он смог удержаться и не поехать за нами? — тем временем Чон Га Рам продолжал раздражать. — Полиция подозревает Гу Хви Со; ему будет сложно оказаться на передовой, — удивительно, но Ким О Лим серьёзно ответила на насмешки Чон Га Рама. Нахмурившись, она продолжила: — У преемника гильдии не было причин убивать свою мачеху и сбегать. В этом случае Гу Хви Со, который первым сообщил об этом инциденте, вызывает наибольшие подозрения. Если бы он ввязался в эту историю, его бы тщательно допросили. Расследование едва не зашло в тупик из-за того, что не был найден труп, а также из-за того, что не удалось обнаружить доказательства злодеяний Гу Гён Мана. Честно говоря, мне стало не по себе, когда я на мгновение убедил себя, что все дела с Гу Гён Маном улажены. В конце концов, потенциальный крах Гу Хви Со был связан не только с его бизнесом, но и с моим. — Это ещё не конец... Если так, то не стоит ли нам на этот раз быть осторожнее? Глядя на Со Да Вона, который не отрывал взгляда от окна, я предположил, что его беспокоит не то, сможет ли Чон Га Рам победить Пак Хо Сока... А то, что произойдёт потом. Юный Ассасин был далёк от того, чтобы действовать осторожно или глубоко обдумывать свои поступки. Кроме того, наша месть выходила за рамки закона. — Мы прибыли на место. Однако у меня не было времени глубоко размышлять над такими вопросами — расстояние между Сеулом и аэропортом Кимпхо было небольшим. Проехав по свободной дороге, мы добрались до аэропорта Кимпхо примерно за полчаса. На входе в аэропорт Кимпхо мы прошли через ворота [только для пользователей] . Там пропуск, который предоставил Гу Хви Со, показал свою силу. Наша поездка, конечно, отличалась от школьной экскурсии на остров Чеджудо, но приём, оказанный нам в связи с проходом на борт, был особенно неловким. Стюардесса лично пришла в зал ожидания; нам пришлось ждать посадки всего полчаса. В наш адрес дважды прозвучали милые комментарии вроде: «Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, дайте нам знать». — Как обременительно... Я был не единственным человеком в зале ожидания, там было довольно много других посетителей. Некоторые были одеты так, будто приехали в отпуск, но те, кто выглядел как обычные пользователи, то и дело поглядывали на меня. Атмосфера была немного странной. — ...А? В этот момент я услышал голос позади себя. «Конечно, это не имеет ко мне никакого отношения», — подумал я, но главная героиня этого голоса прошла прямо передо мной, цокая каблуками. — Я права? Тот, кто продал Барназий… Вы меня помните? — ...Да? Сначала меня смутило то, что незнакомцы загораживают мне обзор, но постепенно я начал узнавать женщину, стоявшую передо мной. Её загорелая кожа, спортивная стрижка и татуировки на открытых плечах. Но ещё больше меня впечатлили её слова о Барназии. — А, да. Доброе утро… Она была последней, кто купил Барназий, которые я продавал. Потом, позже, я столкнулся с ней в торговом центре, где проходила встреча с участием Бэ Дже Мина... Не зная, что делать, я неловко улыбнулся и поздоровался, но внутри у меня всё сжалось от тревоги. У меня было предчувствие, что что-то пойдёт не так. — Что ты делаешь? — спросил мужчина. Моё предчувствие меня не подвело. Пока я здоровался с женщиной, из-за её спины выскочил кто-то с короткими зелёными волосами и уставился на меня. Это был тот самый мужчина, который начал проявлять враждебность, когда Бэ Дже Мин впервые проявил ко мне интерес... Я встретился взглядом с мужчиной, который, как было подтверждено во время телепередачи, являлся исполнительным директором «Омута».