Выживание Некроманта

— Привет? В этот момент я почувствовал чьё-то присутствие позади нас. Вскоре рядом со мной появился Чон Га Рам. Обычно Чон Га Рам и Ким О Лим приходили ко мне вместе, но сегодня Паладин пришла немного раньше. Я был немного напряжён из-за нашего предыдущего разговора и чуть не подпрыгнул на месте. Однако мне удалось сдержаться. — Ха? Как подозрительно, — сказал Чон Га Рам. — ...? Да? Что подозрительного? — Что это за выражение лица, когда ты меня увидел? Я ужасный актёр... Чон Га Рам ухмыльнулся и уставился на меня. Когда я напрягся, он сделал паузу, прежде чем перевести взгляд на Ким О Лим. И… — Нуна, ты ведь говорила обо мне за моей спиной, да? — он сразу же спросил об этом Ким О Лим. Я удивлённо посмотрел на Паладина — как Чон Га Рам успел так быстро всё заметить? Но, взглянув на неё, я понял причину поразительной проницательности Ассасина. — Я не понимаю, о чём ты говоришь… — похоже, Ким О Лим тоже не умела контролировать выражение своего лица! Она отвернулась от Чон Га Рама с напряжённым выражением лица; было видно, что она что-то скрывает. Я переводил взгляд с одного на другого, ёрзая на кровати от волнения, что нас вот-вот раскроют. Однако, как ни странно, Чон Га Рам посмотрел на нас, а затем с ухмылкой сел на оставшийся стул. — Ну… думаю, ты мне не расскажешь, потому что мне это не нужно знать, верно? «…» — Всё верно. Это пустяки. Тебе не стоит об этом беспокоиться, — сказала Ким О Лим. — Ты и правда сплетничала, да? — Чон Га Рам закинул ногу на ногу и уставился на Паладина. Ким О Лим, напротив, молчала и безучастно смотрела в стену. Было очевидно, что она избегает его взгляда. После этого в комнате повисла напряжённая тишина, которая длилась около десяти минут. Конечно, мы с Ким О Лим были единственными, кому было неловко. Чон Га Рам беззаботно играл в игры на моём телефоне. Однако, когда начало светать, Чон Га Рам, который какое-то время был поглощён игрой, заговорил с Ким О Лим. — Нуна, разве ты не говорила, что собираешься поехать в аэропорт, чтобы посмотреть, кто сегодня прилетел? — ...Я так и сделала. Но разве не Чхве Гён Сик должен был сегодня прийти и позаботиться о Чхве Ли Гёне? — Гён Сик-и провёл двадцать часов за приготовлением лекарства и очень устал. Поэтому я сказал, что поменяюсь с ним сменами. — Он уже приготовил лекарство? — Он сказал, что почти закончил. — Понятно… — на лице Ким О Лим на мгновение отразилась внутренняя борьба. Ей придётся оставить меня наедине с человеком, от которого она меня предостерегала, — с человеком, которого она считала достаточно опасным, чтобы посоветовать мне вооружиться [Падением сильфиды]. Я понял, что она борется с собой, и взял инициативу в свои руки. — Ты будешь занята, так что давай. Га Рам-и всё равно здесь… — ...Поняла. Я постараюсь вернуться через два часа. — Тебе не нужно напрягаться... — Чон Га Рам, тебе тоже не стоит действовать опрометчиво. — Да, да... Посмотрев на меня долгим взглядом, в котором читались размышления, Ким О Лим в конце концов вышла из комнаты. Как только Ким О Лим ушла, Чон Га Рам улыбнулся и положил телефон на стол, как будто ждал этого момента. Затем он сразу же начал расспрашивать меня. — О чём вы там говорили? — Н-ничего особенного… — Что ты имеешь в виду? У тебя ужасное выражение лица, — Чон Га Рам подошёл ко мне, словно призывая меня перестать лгать. Затем он протянул ко мне руку, но остановился, не успев схватить меня за воротник, и склонил голову набок. — Хм? Но где же эта собака… Я имею в виду Лакей? Мне показалось, что здесь чего-то не хватает… — А, его забрал Да Вон-и. — Он забрал Лакея?.. — казалось, Ассасин не мог поверить, что я покорно позволил Магу забрать скелет. «Ты просто стоял и смотрел на Со Да Вона и ничего не делал?» — казалось, говорил взгляд Га Рама. Я вдруг почувствовал себя ужасным человеком, который отдал любимого щенка незнакомцу. Поэтому я поспешно добавил: — Это… У Со Да Вона была работа для Лакея, поэтому я разрешил ему взять его на время… — Готов поспорить, ты больше его не увидишь. — Да Вон-и не такой человек! — Пф-фа-ха-ха! Ты единственный, кто так думает о Да Вон-хёне, — Чон Га Рам рассмеялся, словно услышал что-то особенно забавное. Я пристально посмотрел на Чон Га Рама, пытаясь понять, как «Красный Лотос» относится к своему лидеру. С моей точки зрения, они были достаточно близки и подходили друг другу, чтобы быть вместе и после смерти... — Несмотря на это, они не доверяют друг другу... Особенно когда дело касается личных качеств. Они относятся друг к другу строже, чем к незнакомцам... Было невероятно, что они стали одной из лучших гильдий в мире благодаря такой командной работе. У Ра Ги, казалось, хорошо следовал указаниям Со Да Вона, но даже он не вмешивался в личные дела. Было ли это так называемым «разделением личной и профессиональной жизни»? Не подозревая о моих сложных чувствах, Чон Га Рам продолжал ласково поддразнивать меня. — Ну, Да Вон ведёт себя так, будто у него не всё в порядке с головой, когда дело касается тебя, но… Не стоит слишком расслабляться рядом с ним. — Почему вы так не доверяете друг другу? — Я? Я доверяю Да Вон-хёну. Но ты слишком сильно ему доверяешь — это проблема, — сказал Чон Га Рам. Несмотря на юный возраст, выражение его лица было одновременно дерзким и зрелым. — Кажется, ты что-то неправильно понял… — ответил я, нахмурившись. — Со Да Вон сейчас ничего не может мне сделать. — Пфа-ха-ха-ха! — Я серьёзно. Вчера я немного приструнил Да Вона. Чон Га Рам надул щёки, пытаясь сдержать смех, как будто это был какой-то челлендж «не смейся». Потыкав его в надутые щёки, я сказал: — Так что не волнуйся. Я справлюсь. — А? Что за. Неужели что-то случилось? — Много чего произошло… Чон Га Рам стоял неподвижно, словно ждал, что я продолжу говорить. Однако я не собирался поднимать эту тему. Возможно, он заметил мою сдержанность. В конце концов Ассасин сдался и подошёл ко мне. Затем он по-детски захныкал. — Мне скучно. — Поиграй ещё. — Можно я лягу рядом с тобой? Как только я это услышал, голос, похожий на голос Ким О Лим, сказал у меня в голове: «Откажись», но я лишь мягко кивнул. Когда я немного отодвинулся, Чон Га Рам без колебаний забрался на кровать. Подложив мою руку под голову вместо подушки и устроившись поудобнее, он запустил игру. Поскольку это была гоночная игра, телефон довольно громко звучал каждый раз, когда Ассасин использовал ускоритель. — У тебя это неплохо получается. — Но я же на седьмом месте. Между нами повисла неловкая пауза. Я просто сказал ему, что у него всё хорошо получается, потому что, похоже, Ассасин усердно трудится… Чон Га Рам продолжал бормотать, нажимая на сенсорный экран. — Ах, до того, как я умер, я был очень хорош в этой игре. «…» — Эти ублюдки — я уже три года топчусь на месте, — он проиграл несколько игр подряд. Я думал, что Чон Га Рам в отчаянии бросит телефон, но Ассасин был настойчив. Позже ему даже удалось не проиграть в одной или двух играх. При виде его беззаботного и счастливого лица я почувствовал, что мой разговор с Ким О Лим был напрасным. Кроме того, мне захотелось спать, пока я смотрел, как Га Рам играет в игры… Я опустил голову, почти заснув, и чуть не врезался головой в Ассасина. Он вскрикнул и заметил. — Ты ведь шпион той команды, не так ли? — Ах, извини... — Ты устал? — М-м-м… — я собирался попросить его разбудить меня, когда врачи будут обходить палату, но зевнул и передумал. Когда я зевнул, мой подбородок коснулся его мягких волос. Я слегка вздрогнул, потому что было щекотно. Я немного нервничал, но Чон Га Рам ничего не сказал, хотя я буквально давил ему на голову. Он был полностью сосредоточен на игре. Я смотрел, как он играет, и меня снова одолела сонливость. В конце концов я закрыл глаза; усталость взяла верх. К тому времени мне казалось, что Чон Га Рам свернулся калачиком в моих объятиях, но было уже слишком поздно. Моё сознание уже улетало. — …Чхве Ли Гён, ты спишь? Кто-то, вероятно Чон Га Рам, что-то прошептал мне. Я никак не отреагировал — моё тело было слишком тяжёлым. Вскоре после этого я почувствовал лёгкое прикосновение к ключице, но оно меня не особо беспокоило. Затем моё настроение испортилось, потому что прикосновение переросло в нечто похожее на облизывание. Однако я не мог стряхнуть его с себя, потому что уже погружался в глубокий сон, похожий на кому. — Серьёзно… — я услышал обрывки чьего-то голоса; что-то кольнуло меня в затылок, но даже это было нормально. Я погрузился в глубокий сон.

***

— …А? — я испуганно приподнялся на кровати, увидев тускло освещённую больничную палату. Я так крепко спал, что, когда проснулся, за окном уже садилось солнце, а уголки моих губ были влажными от слюны. Когда я машинально поднял руку, чтобы вытереть их, я увидел, что к тыльной стороне моей ладони подключена капельница, чего не было, когда я засыпал. — Мне поставили капельницу? Ого, я ничего не помню… — рассеянно произнёс я, вытирая рот рукавом. Было немного обидно, что мой дневной сон так внезапно прервали. Кроме того, у меня закружилась голова от резкого поворота. — Ах, как же кружится голова… Неужели я слишком долго спал? — пробормотал я, спуская одну ногу с кровати и пытаясь встать, чтобы пойти в ванную. Внезапно полутёмная комната озарилась светом. — Агх! — я удивлённо посмотрел в сторону выключателя. Там, прислонившись к стене, с раздражённым выражением лица стоял красивый мужчина, скрестив руки на груди. Это был У Ра Ги.