Выживание Некроманта

Рю Хё Рин была редким случаем: она пробудилась как пользователь, когда ей было чуть меньше десяти лет. Она даже решила вступить в класс [Священников]. В раннем возрасте она выделялась среди других пробуждённых. Поскольку она была известна своим выдающимся талантом и востребованным классом, многие крупные гильдии делали заманчивые предложения родителям Рю Хё Рин. Из всех этих гильдий «Опера» предложила самую большую сумму. В то время несовершеннолетним пользователям запрещалось находиться в подземелье более восьмидесяти часов в месяц. Кроме этого, не было никакой другой защиты от потенциального психологического и физического вреда. Менее чем через год после пробуждения Рю Хё Рин пришлось переехать из родительского дома в общежитие крупной гильдии. К двенадцати годам она уже была готова к тому, чтобы входить в подземелья и зачищать их. Монстры, конечно, были страшными, но ребёнку младшего школьного возраста приходилось иметь дело и с пользователями, которые остро реагировали на малейшие ошибки. В конце концов, одна оплошность могла привести к ужасной, необратимой травме. Священники были ценным и редким ресурсом как тогда, так и сейчас, поэтому ни одна гильдия (даже сегодня) не набирала двух Священников в одну команду. Гильдия, заплатив её родителям непомерную сумму за услуги по поиску, заставила её работать по восемьдесят часов в месяц, чтобы вернуть свои деньги. Всякий раз, когда Рю Хё Рин заходила в подземелья вместе с назначенным ей членом гильдии, они говорили достаточно громко, чтобы она могла их слышать: «В подземелье нет такого понятия, как «ребёнок» — никаких оправданий. Она что, думает, мы будем за ней убирать?» «Если ты совершишь ошибку, мы все погибнем». «Неужели она думает, что слезами можно что-то решить?» Её часто сравнивали с более старшими и опытными Священниками. «Что это вообще за рейд, который мы проводим с таким ребёнком...?» «Хватит колебаться! Почему ты стоишь и тупо смотришь!» «Сегодня не Джи Хё-нуна? А она? Ха-а, это сводит меня с ума…» Рю Хё Рин быстро перестала плакать, осознав, что, сколько бы она ни плакала, ничего не изменится. Она прибережёт слёзы до тех пор, пока не закончится рейд в подземелье и ей не вернут конфискованный телефон. Тогда она позвонит родителям. «Мам, можно я приеду домой?» «Здесь слишком страшно, это сложно...» Родители Рю Хё Рин всегда отвечали на звонки дочери. «Наша дочь, у тебя ведь много трудностей, верно?» «Хё Рин-и прекрасно справляется! Даже господин глава гильдии хвалил тебя. Ты даже не представляешь, как мы на тебя надеемся». «Сначала постарайся улыбнуться и поздороваться с товарищами по команде. Если ты будешь вести себя дружелюбно, онни и оппы откроются и будут добры к тебе». Однако они никогда не позвонили бы первыми. Они бы даже не пришли. Лишь намного позже она узнала, что «Опера» ограничила право её родителей на посещение в контракте. Они заявили, что это помешает её обучению. Однако посещения не были полностью запрещены — просто они не приходили. Рю Хё Рин постепенно перестала звонить родителям: даже если бы она позвонила, это ничего бы не изменило. Однако она всё же последовала совету родителей и подошла к другим членам гильдии с натянутой улыбкой. Эта улыбка, однако, делала её ещё более подобострастной. «Хё Рин-а, ты что, не можешь прочитать, что здесь написано?» «Что? Почему?» «Честно говоря, здесь ясно написано «Открыть», но ты явно ничего не понимаешь...» «Ого, правда?» «Она таких вещей не знает, потому что она идиотка». «Айя~ Красавчикам не нужно учиться». Даже если она пропускала школу на несколько дней, никто её не искал. Рю Хё Рин пришлось остаться в школе ещё на год из-за пропусков. Она с трудом разбиралась в английских словах и почти не понимала иероглифы ханча. Рю Хё Рин не смогла прочитать слово «Открыть» на крышке новой упаковки зелья, поэтому попросила лидера своей команды разобраться с этим. Её публично унижали, пока она не покраснела от стыда. — Тебе не нужно учиться, потому что ты красивая, — сказал пользователь средних лет Хё Рин и как-то странно похлопал её по плечу. Она страдала от бессонницы, потому что в памяти всплывали его прикосновения. С того дня она училась, даже если спала меньше обычного. Однако даже после этого члены команды продолжали оскорблять её, называя «куриными мозгами» или «тупоголовой идиоткой». «Я бы хотела сменить команду...» «Скоро мы проведём перестановки в третьем квартале, так что держись до тех пор». Более того, когда она выразила желание сменить команду Ким Су Ён, мастеру гильдии «Опера», ей сказали, что она должна остаться в той же команде, в которой сменились только два пользователя во время перестановок в третьем квартале. Когда она связалась с агентом, чтобы узнать об условиях расторжения контракта, глава гильдии пригрозил ей огромным штрафом за расторжение. Однако даже в том возрасте Рю Хё Рин могла подсчитать, что вернёт эту сумму за десять лет. Но… «Хё Рин-а, это люди, которые тебя вырастили. Вот как ты отплатила за ту доброту, с которой они относились к тебе до сих пор…?» «Это что, пубертатный период? Ты думаешь, что уже взрослая?» Глава гильдии снова заковала её в кандалы, упомянув её родителей и используя их в качестве залога. Агент, с которым она была в контакте, всего лишь принес ей контракт на рабство – не настоящий контракт – и просто дал подозрительные обещания Рю Хё Рин, которая теперь была ученицей старшей школы. Он утверждал, что кто-то из «Ассоциации Пользователей» хотел встретиться с ней наедине. После того, как все её надежды рухнули, её положение ухудшилось после возвращения в её первоначальную команду. Лидер гильдии ненадлежащим образом снабдила молодого Священника расходными материалами, такими как зелья, и начала запугивать ее, требуя переписать отчеты, несмотря на то, что она приложила все необходимые квитанции. Рю Хё Рин решила подождать, пока она не сможет подписать свой собственный контракт – когда она, наконец, станет взрослой. Тогда... Она смогла впервые встретиться с Со Да Воном в возрасте девятнадцати лет. «Один миллиард вон только для того, чтобы поддержать Священника? Я вас правильно понял?» «Она лучший Священник в нашей гильдии». «А-а-а... Учитель Ким Су Ён лично приедет в нашу гильдию?» «Нет, конечно, нет… Что за чушь…?» «Лучший Священник в «Опере»… Разве это не вы?» «О боже! Это же… Ха-ха-ха, ну и шутка!» «Возможно, это имело бы смысл, если бы учитель Ким Су Ён лично посетила нашу гильдию, но в противном случае один миллиард вон — это слишком много». «Чёрт возьми... Даже если ты будешь так меня ублажать, я...» «Тогда как насчёт продления контракта? Мне тоже нужно сохранить лицо. Если я заплачу Священнику один миллиард вон за шесть месяцев, я уверен, что О Лим… я уверен, что мой заместитель главы гильдии меня убьёт». «М-м, тогда...» Ким Су Ён уведомила несколько гильдий о намерении временно сдать Рю Хё Рин в аренду в качестве наёмницы. Рю Хё Рин было нечего сказать — это была не только часть её работы, но и своего рода рабство. Она не имела права влиять на это решение. А сегодня она узнала, что глава гильдии, в которой она работала по договору аренды, пришёл, чтобы поставить печать на контракте. Стоя перед кабинетом главы гильдии, она чувствовала, что её вот-вот уведут. Однако перед тем, как войти, она услышала, как мужчина приятным голосом отчитывает Ким Су Ён. Ким Су Ён была помешана на деньгах — она была скрягой, — так что, должно быть, она запросила сумасшедшую сумму. Один миллиард вон за шесть месяцев. Это была смехотворная сумма, учитывая, что за всю свою жизнь она заработала лишь половину этой суммы. Однако атмосфера была довольно странной. В отличие от своих обычных махинаций, Ким Су Ён не пыталась подколоть мужчину, и теперь уже он доминировал в разговоре, обсуждая нелепый контракт. Мужчина хотел продлить аренду на два года, и, что удивительно, глава гильдии рассматривала эту возможность. Даже сейчас Рю Хё Рин сомневалась, действительно ли человек в комнате — глава её гильдии. Голос звучал выше обычного, но это всё равно должна была быть Ким Су Ён… Однако, пока она стояла и размышляла, уткнувшись носом в дверь, та внезапно и пугающе распахнулась. Вздрогнув, она отступила на несколько торопливых шагов. — Ах…! — Рю Хё Рин-щи? — человек, открывший дверь, был выше Рю Хё Рина. Она оторвала взгляд от его груди и посмотрела ему в лицо. Она сделала ещё полшага назад, испугавшись ещё больше, чем когда открылась дверь. Когда Рю Хё Рин встретилась взглядом с этим мужчиной, она поняла, почему Ким Су Ён была не в себе. Она с опозданием осознала, что её глава гильдии не могла оторвать глаз от этого мужчины, чтобы даже просто подшутить над Рю Хё Рин. Она сделала ещё один шаг назад, чтобы не стать объектом насмешек. Рю Хё Рин машинально заправила волосы за ухо и с небольшим опозданием ответила на вопрос мужчины. — …Да, это я. — Я Со Да Вон из «Красного Лотоса». Я с нетерпением жду возможности поработать с вами в будущем, — мужчина улыбнулся, но на его лице не отразилось никаких эмоций — он вёл себя очень профессионально и по-деловому. Она задавалась вопросом, не покраснели ли её щёки и не опустились ли её глаза от смущения из-за того, что она впервые увидела мужчину примерно своего возраста. Однако она постаралась подавить эти эмоции и взяла протянутую руку мужчины. Почему-то она думала, что его рука будет холодной, но она оказалась на удивление тёплой. И… — Пожалуйста, позаботься обо мне... К сожалению, он слишком рано убрал руку. Она действительно впервые испытала такие чувства.