Выживание Некроманта

— …Вот что я тогда думала, — погрузившись в воспоминания о прошлом, Рю Хё Рин пришла в себя, услышав, как кто-то грызёт ногти, и посмотрела прямо перед собой. Повернув голову в сторону звука, она увидела, что Бэ Дже Мин безучастно смотрит в окно и кусает ногти так сильно, что у него идёт кровь. Она думала, что они уже закончили разговор, который вели ранее, но Бэ Дже Мин по-прежнему выглядел встревоженным, как будто что-то не давало ему покоя. Рю Хё Рин, у которой по какой-то причине побежали мурашки по коже, подавила раздражение и коротко сказала: — Не делай этого. «…» Бэ Дже Мин моргнул, как будто не понимал, что ранит себе пальцы, пока она ему не указала. Однако теперь, когда она обратила на это его внимание, он перестал грызть ногти, хотя всё ещё выглядел неважно. Бэ Дже Мин хрипло вздохнул и застонал от боли. Рю Хё Рин не могла понять, что с ним не так, но она подошла к Священнику. Когда она нежно похлопала его по спине, Бэ Дже Мин открыл рот и сказал срывающимся голосом: — ...Что-то не так. — Что именно? — Это странно. Мне всё время кажется, что я что-то упускаю. — Из-за Лим Джи Су? «…» Рю Хё Рин молча смотрела на Бэ Дже Мина, который не отвечал на её вопросы. Похоже, что сейчас Бэ Дже Мина беспокоили последствия, которые могли наступить после вызова Лим Джи Су. Конечно, Рю Хё Рин тоже знала, насколько опасна Лим Джи Су; она не хотела втягивать этого человека в план по избавлению от «Красного Лотоса». Как жаль, что всё так обернулось. Казалось, что они связались с лисой, чтобы прогнать тигра. Однако, с точки зрения Рю Хё Рин, Лим Джи Су была обречена на пожизненное заключение после того, как она беспомощно проиграла Со Да Вону, если бы не встретила их. Даже если бы она избежала тюрьмы, ей пришлось бы покинуть Восточную Азию, свою родную страну; она не смогла бы жить так, как хотела. Итак, Священник относилась к Лим Джи Су как к партнёру. И по сравнению с той дурной славой, которую приобрела эта женщина, Лим Джи Су была довольно добра к Рю Хё Рин. Поэтому Рю Хё Рин не могла до конца понять, что творилось в душе у Бэ Дже Мина. Сколько бы она ни ждала, Бэ Дже Мин так и не ответил, поэтому она заговорила более твёрдым тоном. — Ты же знаешь, что люди, давшие [Клятву], не могут убивать друг друга. — Дело не в этом… — Бэ Дже Мин продолжал склонять голову, слушая Рю Хё Рин. Он выглядел хрупким и неустойчивым, как треснувшее стекло. Она заметила, что Бэ Дже Мин был сам не свой с тех пор, как они снова отправились в подземелье «Башня Офицеров». После смерти Пак Хо Сока его депрессия усугубилась. В конце концов Рю Хё Рин решила перестать притворяться, что ничего не замечает, и ждать, пока он сам выйдет из депрессии. Она подняла тему, которую они оба избегали. — Ты заметил, что стал немного… Неуравновешенным с тех пор, как мы снова отправились в «Башню Офицеров»? «…» — Ты не можешь об этом рассказать? Даже мне? — Я бы никогда тебя не обманул... — Тогда расскажи мне. С тех пор ты ведёшь себя странно. «...» Бэ Дже Мин в конце концов сжал кулак в ответ на эти нежные уговоры. Он знал, что Рю Хё Рин месяцами терпела его поведение и не злилась на него. Она была не из тех, кто терпеливо ждёт желаемого — будь то материальные ценности или информация; она была вспыльчивой. Однако, когда Бэ Дже Мин не доверился ей, она оказала ему услугу и тактично промолчала. В конце концов Бэ Дже Мин один за другим начал делиться тревогами, которые были скрыты глубоко в его сердце. — …Мне кажется, с тех пор всё пошло наперекосяк. — С тех пор как прошёл рейд на «Башню Офицеров»? — Да, — Бэ Дже Мин машинально прикусил губу. Чтобы остановить его, Рю Хё Рин нежно погладила его по губам. Бэ Дже Мин посмотрел на её руку и, стиснув зубы, сказал: — Вообще-то я тебе кое-что не сказал. — Что же? — В тот день, когда мы снова отправились в рейд на «Башню Офицеров», мне приснился странный сон. Со Да Вон появился в подвале «Башни»… «…» — Во сне он стоял передо мной. Выражение лица Рю Хё Рин изменилось, когда он подчеркнул слово «сон». Бэ Дже Мин всегда говорил о своём навыке [Ясновидения] особым тоном. Сначала она сочла его способность совершенно невероятной, но у Бэ Дже Мина действительно была возможность видеть будущее. Она больше не могла спокойно относиться к его заявлениям как к чепухе, ведь Бэ Дже Мин всегда использовал свою способность с большим успехом, прежде чем приступить к осуществлению их планов. Рю Хё Рин убрала руку, которой обнимала его, и резко спросила: — Почему ты говоришь об этом только сейчас? — Это бессмысленно. Как мог передо мной появиться мёртвый человек? «…» — Конечно, я не понимал, что этот сон был частью моего [Ясновидения]. Я просто подумал, что это какой-то дурацкий сон. Но мне было не по себе… Поэтому я пошёл туда, где в этом сне появился Со Да Вон. — Там было что-то странное? — …Нет. Я ничего не нашёл, — честно говоря, в тот день Бэ Дже Мин хотел получше осмотреть окрестности. Однако он был с Лим Джи Су, которая ничего не знала о его навыке [Ясновидение]. Бэ Дже Мин никогда и никому, кроме Рю Хё Рин, не рассказывал об этом умении. Поэтому ему приходилось таскать за собой Лим Джи Су, не отвечая на её едкие и саркастичные замечания, и он мог лишь вяло продолжать расследование. Кроме того, ему было трудно избавиться от искушения просто с оптимизмом назвать свою мечту несбыточной. — Тогда в чём проблема? — спросила Рю Хё Рин. — Однако… Тот факт, что я ничего не обнаружил, был странным. Я определённо думал, что там кто-то есть. Меня многое беспокоило. «…» — Больше всего меня беспокоило «руководство». Это означало, что кто-то другой прошёл хардкорный маршрут до меня… Я единственный оставшийся в живых Пользователь, который знает короткий путь; об этом не знает даже Лим Джи Су. Однако я так и не смог его найти — а я искал до самого конца. У Лим Джи Су не было причин лгать о том, что она нашла его раньше меня, поэтому я подумал, что, возможно, я заблуждался или сценарий изменился. Но… Рю Хё Рин выслушала своего товарища и с бледным лицом спросила: — Мы ведь убедились, что Со Да Вон мёртв? Бэ Дже Мин ответил с небольшой задержкой. — ...Я не мог убедиться в его смерти своими глазами. — Но я это подтвердила. Бэ Дже Син уставился на неё. Рю Хё Рин почувствовала на себе его подозрительный взгляд и заговорила громче, уверенным тоном. — Я видела это. Я видела, как Гу Гён Ман проделывал дыры в теле Со Да Вона, и я видела, как Лим Джи Су растворяла его тело в соляной кислоте! Несмотря на то, что меня тошнило и хотелось блевать, я отчётливо видела всё своими глазами. Как он мог выжить после этого? Эти ребята что, бессмертные или что-то в этом роде? «…» — И если они выжили, то чем они занимались все эти три года? Нет, на этот раз твоя сон действительно бессмысленный. Бэ Дже Мин не стал ей возражать. Однако вскоре он пробормотал то, что они отчаянно пытались не замечать. — …Но как же жутко, что убийца Пак Хо Сока так хорошо подражал Чон Га Раму. Как будто… Этот человек знает всё. «…» — Рю Хё Рин, не отрицай, что тебе тоже неловко из-за этого. — Это всего лишь предположение. — Нет, вообще-то я должен был заметить, что что-то не так, когда разбирался с Гу Гён Маном: Гу Хви Со. Ты, наверное, ничего об этом не знаешь, но этот человек был не в том состоянии, чтобы самостоятельно покинуть больницу. Он был даже не жив, — Бэ Дже Мин не сказал Рю Хё Рин, что выполнил секретное поручение Гу Гён Мана, чтобы заручиться поддержкой главы гильдии. Конечно, она смутно догадывалась, что между ними есть какая-то договорённость, но подробности её не слишком интересовали. С того момента, как Гу Гён Ман увидел Рю Хё Рин, он стал похож на тигра, выслеживающего свою добычу... Он флиртовал и ждал возможности увести её. Им удалось разочаровать его, показав, что Рю Хё Рин и Бэ Дже Мин состоят в серьёзных отношениях; в противном случае он мог бы сделать что-то действительно отвратительное. Поэтому Рю Хё Рин была не в восторге от сотрудничества с Гу Гён Маном, но без его помощи они бы потерпели сокрушительное поражение в своих попытках манипулировать доказательствами после совершённого ими проступка. Поэтому она оставила все дела с Гу Гён Маном своему напарнику. Бэ Дже Мин знал о её отношении к этому, поэтому Рю Хё Рин не думала, что Бэ Дже Мин намеренно скрывает от неё информацию. — Что ты сделал для Гу Гён Мана? — спросила она, понизив голос. После недолгого молчания Бэ Дже Мин ответил. — Он сказал, что будет сотрудничать с нами после того, как я убью Гу Хви Со. Когда она услышала имя Гу Хви Со, ей кое-что пришло в голову. — Этот человек… Разве ты не говорил, что на нём лежит какое-то проклятие? — Верно. Проклятие, из-за которого его невозможно было ранить. — Тогда как ты его собирался убить? — ...Гу Гён Ман сказал, что он может отсрочить действие проклятия, — Бэ Дже Мин поморщился. — Изначально проклятие должно было активироваться мгновенно, когда ты причинил ему боль, но ты можешь продлить это время с помощью определённого предмета. Например, если проклятие вступит в силу через сто пятьдесят лет, это не будет иметь значения — к тому времени я уже буду мёртв. — Есть ли что-то, что может отсрочить эффект на такой срок? — Это возможно, если использовать [Молитву Беатрис]. Однако… Тогда она мне не попалась. Рю Хё Рин нахмурилась, вспомнив, кем был первый владелец [Молитвы Беатрис].