Выживание Некроманта

Я стиснул зубы, пытаясь унять пульсирующую боль, пронзавшую всё моё тело, и снова замахнулся [Падением Сильфа]. Однако вскоре Га Рам отбросил его ногой. Увидев, как оружие, вращаясь, улетает на недосягаемое расстояние, я не мог отделаться от ощущения, что моя душа покидает тело. — Не бунтуй, а? — пробормотал Га Рам-и. «...» Чон Га Рам схватил меня за запястья. Я напрягся, опасаясь, что он применит силу. Однако Га Рам-и просто надавил на мои руки всем своим весом. После этого юный Ассасин на некоторое время замолчал. Я медленно поднял взгляд, но ожидаемой боли не почувствовал. Когда наши глаза встретились, Га Рам-и сомкнул приоткрытые губы и стиснул зубы. Почему-то мне показалось, что последние остатки его рассудка борются за господство. Я старался сохранять спокойствие во время напряжённого противостояния между последней каплей разума Га Рама и его жаждой крови. «...Стоит ли мне призвать Чхве Гён Сика?» Для слуг существует огромная разница между состоянием призыва и состоянием ожидания. Возможно, Чхве Гён Сик сможет держать Чон Га Рама в узде с помощью своих навыков Алхимии. Однако проблема заключалась в наказании за двойной призыв — кровотечении. Когда я ранее призывал У Ра Ги, я не смог проглотить хлынувшую кровь, и меня вырвало. Я боялся не боли. Это... «Если он увидит кровь в таком состоянии...» Га Рам-и не смог бы остановиться. Это было всё равно что жарить мясо перед человеком, который голодал несколько дней. Мне бы, наверное, тут же перегрызли горло. Более того, я сомневался, что Чхве Гён Сик, не умеющий сражаться, сможет сдержать Чон Га Рама, даже если будет призван Алхимик. «Как долго длится оглушение?» Я скосил глаза в сторону Чхве Гён Сика и увидел, как он слегка пошевелил большим пальцем. Судя по его пальцам, действие оглушения подходило к концу. Думаю, он сможет двигаться максимум через пять минут. — ...Га Рам-а. — Ха-а... Мне нужно было как-то потянуть время. Я тихо позвал Чон Га Рама. Как только его имя сорвалось с моих губ, он резко наклонился ко мне. Его губы опасно приблизились к шее, словно он пытался вдохнуть сладкий аромат. На затенённом лице Га Рама читалось одновременно заворожённое и страдальческое выражение. — ...Нгх, — затем Га Рам-и внезапно «укусил» меня за щёку. Честно говоря, он целился в мои губы, но я отвернулся и уклонился от него. Затем его губы коснулись моей щеки. Это было не особенно больно, но я не мог избавиться от неприятного ощущения от грубого укуса Га Рама. Его рот был полон слюны, как будто он перекатывал во рту леденец. «С какой стороны ни посмотри на эту ситуацию... Он хочет меня съесть». Я попытался медленно оттолкнуть Га Рама, но чем сильнее я толкал, тем сильнее он давил на меня. Поэтому я замер. Вскоре после этого Га Рам уткнулся лицом мне в шею. — …Слишком сладко, — пробормотал он. Меня бросило в холодный пот, когда он прижался губами к моей шее. Однако мне нужно было продолжать тянуть время. Очень осторожно я поднял руку, которую Га Рам не прижимал к земле. Когда Га Рам-и начал жевать кожу прямо над моей ключицей, он заметил моё движение и слегка приподнял голову. Я протянул руку над головой Га Рама, готовясь к тому, что он меня укусит. Хвать! — Что ты делаешь, а? — протянул он. «...» Га Рам тут же схватил меня за руку, но, к счастью, не сломал её и не вывернул. Вместо ответа я медленно пошевелил пальцами перед глазами Га Рама, как будто он был котом, а я пытался привлечь его внимание. Га Рам-и прижался губами к моей ладони. Он прищурился и принюхался, а затем взял мой указательный палец в рот и начал посасывать. Я боялся, что он откусит мне палец, и от ощущения его липкого языка, обвивающего мой палец, меня слегка затошнило. Однако я сдержался и не убрал палец. — ...Ты не сопротивляешься? — восхищённо произнёс Га Рам, вытаскивая мои дрожащие пальцы изо рта. Казалось, он спрашивал: «Как далеко ты разрешишь меня зайти?» — Чёрт! — Пф-ф-ха-ха-ха! Когда я не ответил, Га Рам-и укусил меня за палец. Это не было больно, но я не смог сдержать вскрик удивления. Га Рам-и улыбнулся, увидев, как я побледнел. Однако его взгляд оставался затуманенным, и он перестал улыбаться после этого короткого приступа веселья. — Чхве Ли Гён, как же ты меня раздражаешь… «…» — Ты позволяешь есть только Да Вон-хёну... «...» — Какой предвзятый, — Чон Га Рам поморщился, прежде чем коснуться моих губ пальцами. Затем он продолжил ласкать мои губы тоскливыми, но полными сожаления движениями. Га Рам, который лениво теребил уголки моих губ, внезапно схватил меня за подбородок и сжал мои щёки, растирая их взад и вперёд. Он тяжело вздохнул. — Ха-а… Чон Га Рам крепко прижался лбом к моему лбу. — Не коли, не коли… — он пробормотал себе под нос, медленно вдохнув. «...» Гарам по-прежнему прижимал кинжал к моему животу. Однако его напряжённые плечи начали опускаться; он начал слизывать слёзы, которые я пролил от страха. Как будто мои слёзы были той кровью, которую он так жаждал. Конечно, мне стало ещё страшнее, когда он осторожно ощупал меня и провёл языком по области вокруг моих глаз... — Я не могу причинить ему боль… Услышав его прерывистое бормотание, я понял, что он не совсем одичал. Глухой удар! В этот момент Га Рам проткнул одну из своих рук кинжалом, который держал в другой руке. Он ударил с такой силой, что рукоять кинжала вонзилась ему в тыльную сторону ладони. Словно забивал гвоздь. Я широко раскрыл глаза от удивления, вызванного внезапной переменой в ситуации. Приняв более спокойное выражение лица, Га Рам-и отпустил рукоять кинжала и погладил меня по щеке. — …У меня кружится голова… «...» — Разве ты не слышишь, как урчит у меня в животе? Этот жалобный голос определённо принадлежал тому Га Раму, которого я знал. Дрожа, я сделал вид, что мне всё нипочём, и медленно поднял руку к его затылку. Затем я медленно погладил его по волосам. Чон Га Рам на мгновение посмотрел на меня, но вскоре закрыл глаза и покорно прижался ко мне, как котёнок. — Я так голоден… У меня слюни текут. «...» — Я хочу есть... — Га Рам, который всё это время не отпускал меня, вздохнул и медленно расслабился. Чхве Гён Сик как раз вовремя очнулся от оцепенения, вытащил кинжал из своей шеи и незаметно пошевелил пальцем. Га Рам-и широко раскрыл глаза от раздавшегося хлопнувшего звука, но к тому моменту из земли уже выскочили многочисленные руки и прижали юного Ассасина к полу. Га Рама затащили в магический круг, который вызвал Чхве Гён Сик. Его обычно добродушное выражение лица сменилось на злобное; Га Рам корчился в магическом круге, обездвиженный пульсирующей энергией. — Чхве Гён Сик!!! Отпусти меня! Ты смеешь удерживать меня?! Чхве Ли Гён!!! — Думаю, нам понадобится намордник, — не моргнув глазом в ответ на яростное рычание, Чхве Гён Сик вонзил кинжал в шею Га Рам-и, как и в прошлый раз. В отличие от Чхве Гён Сика, который тут же упал на землю без сознания, Га Рам-и продолжал сопротивляться и пытался разорвать магический круг своей чудовищной силой. Однако, когда Чхве Гён Сик снова щёлкнул пальцем, его навык усилился и окутал тело Га Рама. После нескольких конвульсий Га Рам наконец перестал сопротивляться, когда его полностью окутал мощный навык. Чхве Гён Сик подошёл ко мне и протянул [Сильфиду], которую отшвырнули в сторону. — Не хочешь немного ткнуть его этим? — А? Мою ладонь? — Нет. Я говорю о Га Рам-и. Широко раскрыв глаза, я уставился на Чхве Гён Сика. Алхимик принял серьёзный вид и сказал: — Если ты не дашь ему крови, он так и будет вести себя как дикий зверь. — Но... — я вспомнил Га Рама, который ударил себя кинжалом, чтобы не причинить боль мне. Однако Чхве Гён Сик, который, должно быть, догадался, о чём я думаю, твёрдо заявил: — Ты ни в коем случае не должен давать ему кровь в такой ситуации. Эта «кровь» станет наградой за то, что он потерял рассудок. «...» — В следующий раз он не будет колебаться, как сейчас. Другими словами, Чхве Гён Сик говорил о «правильном подходе» к обучению слуги. Я знал, что Чхве Гён Сик прав, но мне было невыносимо думать о том, что придётся заколоть Га Рам-и собственными руками. «Ах». В тот момент мне в голову пришёл другой способ. Я посмотрел на потолок, куда провалился Га Рам-и.