Выживание Некроманта

— К-конечно… — почти сразу ответил я, посмотрев в полные отчаяния глаза Да Вона. — Вот и хорошо, — мило улыбнулся Да Вон, но я не смог заставить себя улыбнуться в ответ. «...Он сикигами?» Во время нашего разговора я обнимал Да Вона, так что наши тела постоянно соприкасались. Он был тёплым и мягким, как человеческий ребёнок, а не как неодушевлённый предмет. «Но...» Как Некромант, я мог воскрешать мёртвых и приказывать им двигаться так, как я хотел... Возможно, Да Вон-и был своего рода проводником для мыслей Чо Чан Ёна. В конце концов, это место было создано сознанием Призывателя. «Значит ли это, что он не захочет подписывать со мной контракт?» «Кажется, Да Вон говорил мне, что ему очень нравятся животные». Однако до сих пор я не видел ни одного животного. Неужели в этом большом особняке есть только сикигами и растения? Конечно, сикигами передвигаются как животные, но в них есть что-то пугающее. — Да Вон-а, а здесь, случайно… Есть настоящие животные? Например, собака или кошка? — Настоящие животные? Хм… — Да Вон склонил голову набок. — Ты же их всех прогнал, не так ли? В его тоне не было обвинения, но я наконец-то понял намёк в его ответе. — Я так и сделал? Т-тогда… Ты помнишь, куда я их выгнал? — Я не знаю… — захныкал Да Вон, прежде чем зажать себе рот. Я не мог понять, действительно ли он не знал или намеренно утаивал информацию, и это меня беспокоило. — Тогда… Но прежде чем я успел задать следующий вопрос, Да Вон схватил меня за плечи. — Не обращай внимания. Хён-ним, почему бы тебе не поесть со мной? — А? — Я подумал, что ты, наверное, проголодался... Я не был особенно голоден, но проигнорировать слова Да Вона было невозможно. — Ты ведь тоже ешь, да? Несмотря на то, что Да Вон признался, что он «сикигами», которого я создал, для меня он всё равно казался живым человеком. Поэтому я не мог не задать вопрос, который, возможно, был излишним. — Да. Я хочу шоколадный торт, — к счастью, Да Вон улыбнулся и мило ответил. Затем он похлопал меня по руке, как бы прося опустить его на землю. Я медленно опустил его вниз. «Теперь, когда я об этом думаю, он кажется мне слишком лёгким...» Размышляя о весе Да Вона — который вряд ли можно было назвать тяжёлым, хотя я и нёс его довольно долго, — я поймал себя на мысли, что не стоит принимать его слова за чистую монету. — Пойдём. «...» Но пока я ничего не мог сделать, кроме как оставаться рядом с Да Воном. Ребёнок взял меня за три пальца и смело зашагал вперёд. Дилинь! Дилинь! Я слышал, как позади нас тихо позвякивают колокольчики на шеях слуг, но не оглядывался.

***

«Это настоящий пир». В центре обеденного зала особняка, куда меня привёл Да Вон-и, стоял длинный стол. На нём были разложены разнообразные деликатесы, как будто они ждали нас. Еда была навалена слоями и напоминала башню. «...Этот особняк слишком искусственный... Вымышленный». Роскошная еда выглядела соблазнительно, но я не мог избавиться от ощущения, что это ловушка. Возможно, виной тому была моя напряжённость. Хотя еда выглядела аппетитно, её яркие цвета слишком выделялись на фоне обстановки, из-за чего блюда казались ещё более подозрительными. В отличие от меня, Да Вон, сидевший на стуле рядом со мной, наслаждался шоколадным тортом, который так хотел попробовать. Я взглянул на него и увидел, что он, как ребёнок, размазал шоколад вокруг рта. «Однако его осанка такая величественная...» Был ли настоящий Да Вон таким в детстве? Я не стал указывать на беспорядок — Да Вон был слишком милым в таком виде. К тому же я немного успокоился, увидев, что он ест как «обычный ребёнок». «Тогда что же такое сикигами? Если они могут передвигать кукол или камни... Но при этом способны есть, как Да Вон-и... Тогда...» Разве они не были практически живыми существами? Как только я это подумал, Да Вон-и, который усердно ел торт, перестал орудовать вилкой и посмотрел на меня. — Почему хён-ним не ест? Увидев его озадаченное выражение лица, я смутился из-за того, что он поймал меня за подглядыванием. — А… Я… Я сейчас поем, — я пододвинул к себе ближайшую тарелку с застывшей на лице полуулыбкой. Это был тёплый суп с пикантным ароматом, исходившим от тарелки. Несмотря на то, что мне было не по себе в этом месте, от запаха у меня заурчало в животе, напоминая о том, как сильно я проголодался. Мне казалось, что мой желудок готов был сам себя прогрызть. Однако, зачерпнув ложкой немного супа, я был озадачен. «Почему я ничего не чувствую?» В отличие от Да Вона, который, казалось, наслаждался едой, суп у меня во рту был безвкусным — он был только тёплым и вязким. «Может, его недостаточно приправили?» Но суп не был безвкусным. Напротив, на вкус он был немного похож на кипячёную воду, замаскированную под суп. Он был неприятно безвкусным. «...» Я отставил суп и поднёс к лицу лежавший рядом стейк. Несмотря на то, что прошло уже много времени, еда оставалась горячей. Я принюхался, и в ноздри мне ударил восхитительный аромат. Однако я ничего не чувствовал — даже когда клал его в рот. Несмотря на то, что мои зубы активно пережевывали стейк, мне казалось, что я ем толстый, размокший кусок грязи. — Он невкусный? — немного запоздало спросил Да Вон, который уже съел половину своего куска шоколадного торта. — ...Можно мне кусочек твоего шоколадного торта? — спросил я, поддавшись порыву. — Да? — Да Вон-и, казалось, был удивлён, но вскоре покраснел и отрезал вилкой кусочек торта. — Скажи «а»… Я послушно открыл рот — хотя он и стеснялся, было видно, что ему не терпится меня накормить. Шоколадный торт, который так сладко пах, прежде чем попасть мне в рот... — ...М-м-м. Как бы я ни жевал этот торт, он был невкусным. Не то чтобы он был ужасен на вкус, но в десерте не было того аромата, который ожидаешь от шоколадного торта. — Он… Не слишком сладкий, да? — неохотно сказал я, увидев выжидающий блеск в глазах Да Вона. Это была самая мягкая оценка, которую я мог дать. Да Вон кивнул. — Да. Мне нравится, что он не слишком сладкий. ...Честно говоря, на вкус торт был таким, будто в нём не было сахара. Я подумал, что он пытается надо мной посмеяться, но выражение лица Да Вона было слишком серьёзным для этого. Скорее, он выглядел как человек, который не умеет шутить. «Значит, проблема в моих вкусовых рецепторах?» Я заставил себя доесть остатки еды со стола, но к тому моменту, как я проглотил их, они уже были совершенно безвкусными. Принудительная трапеза была просто отвратительной. Но я всё равно был невероятно голоден. «Даже если я буду терпеть и запихивать в себя еду, я не буду чувствовать себя сытым...» Более того, от неразличимых на вкус блюд, которые я продолжал есть, с каждым кусочком мне хотелось всё больше. «Кажется, меня сейчас стошнит...» Пока я размышлял об этом, Да Вон вдруг взял печенье и поднёс его к моему рту. — А... Должно быть, он неправильно понял — возможно, он решил, что мне понравился шоколадный торт, который я ел раньше. Хоть я и смутился, я не мог отвести взгляд от взволнованного лица Да Вона. В конце концов мне пришлось открыть рот. Естественно, как только печенье коснулось моего языка, я почувствовал вкус несвежего цемента. В конце, когда его палец слегка коснулся моих губ, я ощутил едва уловимый сладкий привкус. «У этого печенья есть сладкое послевкусие?» Я съел ещё одно печенье из корзинки. — Угх... Однако на этот раз вкус был совсем другим. Я не удержался и выплюнул печенье в салфетку. — Хён-ним… Ты в порядке? — испуганно спросил Да Вон, обнимая меня и прижимаясь ко мне. И в этот момент я почувствовал запах молока. Это был такой восхитительный аромат, что я не смог удержаться и принюхался. — Что это такое… Этот запах исходил от Да Вон-и? Моя рука потянулась к нему вместе с моими мыслями. Глаза Да Вона расширились, когда я схватил его за запястье. Затем я глубоко вдохнул, прижавшись носом к его запястью. Затем, почти невольно, я облизнул его запястье... «Что... Это за вкус... ?» Это запястье было, пожалуй, самым сладким и вкусным из всего, что я когда-либо пробовал.