Выживание Некроманта

В этот момент рука Да Вона замерла. Я поднял глаза и посмотрел на него. Казалось, он вглядывается в моё лицо. «Должно быть, он хочет знать, что я замышляю». Выражение лица Да Вона, который даже не пытался скрыть свои подозрения, вскоре смягчилось, и он улыбнулся. Его скептицизм исчез, как будто его смыли водой. Конечно, несмотря на то, что выражение его лица изменилось, он не выглядел так, будто доверяет мне, но Да Вон обнял меня, притворяясь счастливым. — Я вне себя от радости, — прошептал он. — ...Взамен ответь честно на один из моих вопросов. Да Вон снова посмотрел на меня с непонятным выражением лица. — Что тебя интересует? — мягко спросил он. — Кукла-обезьянка, которая пришла сюда вместе со мной. Где она сейчас? «...» Выражение лица Да Вона не изменилось в ответ на мой вопрос, но я почувствовал, что он напряжён. Похоже, он не ожидал, что я спрошу о местонахождении куклы-обезьянки, и был застигнут врасплох. — Это очень важно для меня. Мне нужен этот сикигами, — я заговорил так, словно не заметил его беспокойства. — Хм… Ладно. Я прикажу остальным найти его, — после долгого колебания Да Вон наконец кивнул. Я склонил голову, немного успокоившись. Я не думал, что ему стоит видеть выражение моего лица. После долгого купания меня уложили на огромную пушистую кровать. Да Вон молча наблюдал за тем, как я ложусь и закрываю глаза. Затем он задёрнул шторы и вышел из комнаты. Только когда звон колокольчиков, сопровождавший его, полностью затих, я открыл глаза и вздохнул. — Ха-а-а… После полуночной свадьбы что-то должно было измениться во мне или для меня. Короче говоря, до этого момента я должен был сбежать и освободить Чо Чан Ёна из плена. Я вспомнил Чо Чан Ёна и задумался над его словами. [Если тебя беспокоит какой-то сикигами, лучше сначала проверить его, чтобы сэкономить время.] В тот момент я имел в виду Да Вона, но... Я ошибся. Кинжал не смог ранить Да Вона. Тогда где же был «ключ»? «Как я и думал, он, должно быть, в моём теле...» Я оттянул платье и посмотрел на свой плоский живот. Я пришёл к такому выводу по нескольким причинам. Во-первых, когда я держал в руках кинжал, мне было страшно... Как и другим монстрам. После встречи с Да Воном я убедился, что кинжал может нанести урон только сикигами. А Да Вона нельзя было убить этим клинком, значит, он был человеком. Да Вон сказал, что он сикигами, которого я создал, но, увидев множество кукол на втором этаже особняка, я сразу понял, что он солгал. Более того, у нас с сикигами было много общего. Несмотря на то, что Да Вон намеренно приказал «другому» сикигами стоять передо мной, чтобы создать впечатление, будто я человек, на меня распространялись те же эффекты, что и на сикигами. «Перед тем как потерять сознание, я точно услышал, как он хлопнул в ладоши». Как только Да Вон хлопнул в ладоши, я потерял сознание — это означало, что я был сикигами, принадлежавшим ему. Конечно, как я и предполагал, у меня остались подозрения. Я посмотрел на свой живот. «Там действительно есть ключ?» Может быть, всё это было ловушкой — чтобы я навредил себе и игра закончилась. «...» Однако проверить эти подозрения можно было только в ходе прямой конфронтации. И чтобы подтвердить эту гипотезу, мне определённо нужна была кукла-обезьянка. Конечно, я не был уверен, что Да Вон добровольно вернёт её мне… «Я всё равно собирался сбежать до полуночи». Я не собирался покорно соглашаться. Я плотнее закутался в халат, зарылся под толстое одеяло и закрыл глаза. Я хотел отогнать от себя эти тревоги, которые были мне неподвластны, но, как только я закрыл глаза, в голову стали лезть мрачные мысли. Самой страшной мыслью из всех, конечно, была возможность застрять здесь и никогда больше не увидеть настоящего Да Вона. Это был единственный конец, которого я боялся: жить с кем-то, кто лишь похож на Да Вона, но не является им. «Если я прав, то… Чо Чан Ён… Почему он ни разу мне не намекнул?» Меня это немного разозлило. Если бы Чо Чан Ён всё объяснил как следует, мне не пришлось бы проходить через всё это… Или, возможно, я ошибаюсь. — Ха-а... Я не могу быть уверен. В тот момент... Дилинь, дилинь!.. Я глубоко вздохнул и отбросил в сторону свои непростые мысли. Звон колокольчиков становился всё ближе. Я быстро взял себя в руки и вытер губы. Приоткрыв глаза под одеялом, я осторожно выглянул наружу. Рядом с кроватью, задернув занавески, стояла служанка и как будто проверяла, всё ли со мной в порядке. Через мгновение она аккуратно поставила поднос, который держала в руках, на прикроватный столик. Стук! Я гадал, что это за толстый предмет на подносе, но лежал неподвижно, едва дыша, и притворялся спящим, пока не стихли звонкие шаги. Дилинь! Дилинь! К счастью, служанка вскоре вышла из комнаты. Я прислушивался, пока звон не затих, а затем вскочил на ноги, когда в спальне воцарилась полная тишина. — ...Обезьянка-а-а. Я нашёл куклу-обезьянку, которая спокойно сидела на столе, как новенькая. Я был немного удивлён тем, как быстро Да Вон выполнил своё обещание, но я был рад увидеть, что кукла цела — ни одна нитка не порвалась. — …А? — однако кукла-обезьянка не двигалась, как раньше, даже когда я взял её в руки и осмотрел. — Что за… Почему она не двигается? Хлоп! Она не изменилась, даже когда я хлопнул в ладоши, положив её на кровать. Я непонимающе уставился на куклу-обезьянку, а потом заметил шов на её спине. В позвоночник была вплетена заметная белая нить. «...» Я несколько секунд смотрел на нить, прежде чем начал разматывать её пальцами. Но она была так туго вшита, что я не мог просунуть даже кончик пальца между стежками. В конце концов мне пришлось откусить нить зубами, чтобы размотать её. В открытый шов, в центре куклы, был вставлен чёрный камень. Я достал камень и взял его в руки. [——.] Я не мог понять, для чего нужен этот камень и как его использовать. Я знал только, что камень холодный, а его поверхность сухая... Как будто срок его службы подошёл к концу. «...» Точно так же кукла перестала двигаться. Казалось, что она умерла и от неё осталась только кожа. С этой мыслью некогда милая кукла стала похожа на тушу животного. Это было ужасно. — …Чёрт возьми… В тот момент... Мне в голову пришла неожиданная мысль, и я осторожно начал ощупывать свою спину. Из-за скованности движений мне потребовалось некоторое время, чтобы найти то, что я искал, в нижней части спины. «...» Когда я понял, что у меня тоже есть метка в виде пришитой нити, я на мгновение застыл. Хотя я и ожидал этого, осознание реальности происходящего выбило меня из колеи. Однако вскоре я стиснул зубы и начал карабкаться вверх. Я не мог терять время. Р-р-рвак! — Н-нгх... Вскоре воздух наполнился отвратительным запахом железа и сырости, сопровождавшимся мучительной болью, но я не переставал тянуть. Наконец мне удалось вытащить из спины гладкий голубой камень. — Ха-а, ха-а… [Пульс! Пульс!] В отличие от чёрного камня обезьянки, синий камень пульсировал и бился; его цвет был ярким и красивым. «...» Я на мгновение вгляделся в камень и посмотрел на куклу-обезьянку. И, надеясь, что не ошиблась с выбором, сжал в руке синий камень.