Выживание Некроманта

Не может быть… Он имел в виду паразитов… Неужели они считали себя паразитами? Ошеломлённый, я уставился на Чхве Гён Сика. — Почему ты так говоришь? Встреча со Слугами и заключение с ними контрактов стали для меня судьбоносными. Даже если поначалу это был не совсем мой выбор… Нельзя отрицать, что именно благодаря им я добился такого успеха. Конечно, моё тело сейчас не в лучшей форме, но… «Я ещё не умер...» Я подумал о своём отражении в ручном зеркальце, но мне совсем не было страшно. Скорее, мои мысли были заняты тем, как мне прийти в себя. Честно говоря, какой смысл был сейчас залегать на дно и пытаться просто выжить? Было ясно, что долго я не протяну. «Тогда мне придётся работать ещё усерднее. Я тоже не хочу умирать». Похоже, слуги работали, не понимая, что происходит. Тем, кто больше всего ценил мою жизнь, был я сам. Каждый рискованный выбор, который я делал до сих пор, не был безрассудным — я всегда тщательно взвешивал преимущества и риски. «Конечно, я признаю, что на мой выбор повлияли личные чувства...» Потому что я любил Со Да Вона…. И «Красный Лотос». Хоть они и часто вели себя плохо, я к ним привязался. «Итак, в конечном счёте я несу ответственность за все свои решения. Почему вы все пытаетесь разделить со мной это бремя ответственности?» Конечно, могут быть какие-то скрытые обстоятельства, о которых я не знаю. Однако, даже учитывая ошибки, которые мы можем совершить на этом пути, было бы глупо с их стороны отказываться от возрождения. Разве они не должны вернуться к жизни и посвятить себя заботе обо мне до конца моих дней в качестве должной благодарности? «Я планировал, что вы, ребята, будете обеспечивать меня на пенсии!» Не подозревая о том, что я мысленно возмущаюсь, Чхве Гён Сик саркастически ответил: — Я просто упростил своё объяснение, чтобы оно соответствовало твоему уровню понимания, Чхве Ли Гён. Его тон был, как обычно, раздражающим. Увидев, что я хмурюсь, он глубоко вздохнул. Затем, ни с того ни с сего, он протянул руку и погладил меня по волосам. Это было не просто лёгкое прикосновение — в нём было больше эмоций. — Эй... Только Да Вону позволено так со мной обращаться, ясно? — огрызнулся я. Ухмыляясь, Чхве Гён Сик убрал руку. — Да, да. Ты такой замечательный — ты всё понял. С пренебрежительным замечанием вроде «Приятно видеть, что ты приходишь в себя», он что-то написал в карте и собрался выйти из палаты. Я на мгновение замешкался, а потом крикнул ему в спину: — И приведи ко мне Со Да Вона. — Я передам ему твои слова. — Тогда можешь передать ему, что я очень по нему скучаю? «...» Чхве Гён Сик выглядел невероятно уставшим, но, когда я усмехнулся, он закрыл рот. Я чувствовал, что Да Вон сегодня придёт ко мне. Но когда дверь закрылась и я, свернувшись калачиком, обнял Лакея, меня охватило чувство беспомощности и отчаяния. Вместо того чтобы злиться, я погружался в тревожные мысли, когда оставался один. Я громко вздохнул, вспомнив, как выглядел в том зеркале. — Ха-а-ах… [Клац-Клац?] [Хозяин?] — М-м-м… Нет, ничего… ...Я не мог показать своё беспокойство перед Слугами. Если только они не были похожи на Лакея, который полностью доверял мне и зависел от меня, то показывать им своё беспокойство было плохой идеей. Я с тревогой прикусил губу; в моей голове всплыло [системное сообщение] о том, что я теряю контроль. «Честно говоря, пытаться повлиять на группу, обладающую подавляющей силой, с помощью одной лишь моей силы духа… Как нелепо. Более того, Да Вон уже испытал на себе, каково это — подвести группу, которой он руководил, полагаясь лишь на веру». Неудачник, да? Да Вон сказал, что его отношения со мной тоже были «ошибкой». Значит, он, должно быть, испытывал ко мне какие-то чувства, верно? Какой кошмар для него, должно быть, было видеть меня на пороге смерти. «Да Вон, вероятно, не ожидал, что я так быстро сдамся — гораздо быстрее, чем он рассчитывал». Однако только ли ошибка «Красного Лотоса» привела нас сюда? «Это невозможно…» Я чувствовал, что это тоже была очередная уловка [Коллекционеров трагедий]. У меня не было доказательств, но было ясно как день, что в наши отношения вплелась какая-то злая нить. И кто ещё, кроме [Коллекционеров трагедий], мог организовать что-то подобное? Мне нужны были силы, чтобы осуществить их месть. А чтобы стать сильнее, мне нужно было заключить контракты со Слугами и заставить их полностью подчиняться мне. Но если бы я полностью подчинил себе Слугу, он бы утратил чувство собственного «я», а вместе с ним и стремление к мести. Если бы он полностью утратил себя, привело бы его последующее воскрешение к счастливому концу? «Этому маршруту было суждено закончиться трагедией». Мне показалось, что кто-то наблюдает за мной сверху и злобно ухмыляется. Я машинально сжал кулаки. «Но если я призову Слугу, не подчинив его полностью, велика вероятность, что моя жизненная сила полностью иссякнет». Если бы я умер от этого досадного побочного эффекта, это тоже было бы трагедией. И прямо сейчас эти [Коллекционеры трагедий] положили глаз на Да Вон-и. Я отчётливо вспомнил, как босс подземелья «Башня Офицеров», [Повелитель-лич], стал монстром подземелья. Ввергая Да Вона в отчаяние... ...Вот чего добивались [Коллекционеры трагедий]. «Моё ухудшающееся здоровье... Скорее всего, это тоже их рук дело». И нельзя было отрицать, что Бэ Дже Мин и Лим Джи Су тоже оказались втянуты в эту неразбериху. «Знают ли они о существовании этих [Коллекционеров трагедий]?» Скорее всего, они знали об этих существах, но пока я не был уверен, насколько эти двое вовлечены в текущую ситуацию. Однако мне не нужно было усложнять себе задачу. Суть была проста: избежать трагедии, которую готовили эти существа, завершить месть и выжить. Было ясно, что это единственный способ избежать этой злой шутки судьбы. Тук-тук! Как раз в тот момент, когда я начал медленно приводить мысли в порядок, раздался внезапный стук в дверь. Человек, который стучал, открыл дверь, не дожидаясь моего ответа. Это был Да Вон. — ...Ты сказал Гён Сик-и, что сбежишь, если я не приду к тебе? — спросил он, как только вошёл... Его тон был озадаченным, как будто он услышал что-то невероятно абсурдное. Я смущённо улыбнулся, мысленно проклиная Чхве Гён Сика. — Я собирался сам к тебе пойти… Напряжённое выражение лица Да Вона не изменилось, даже когда он увидел, как я чешу щёки. Затем, как будто ему было всё равно, он спросил: — Чего ты хочешь? Конечно, я ожидал, что он разозлится. Поэтому я крепко сжал руки Да Вона и рассмеялся. — Что ты имеешь в виду? Я просто хотел увидеть твоё лицо. «...» — Не хочешь присесть? — я немного отодвинулся и освободил место на кровати. Да Вон опустил взгляд. Казалось, нас окутала долгая тишина. Но, глядя на холодное лицо Да Вона, я, как ни странно, вспомнил прошлое. Когда я впервые встретился с ним, он видел во мне лишь инструмент... Я не мог не вспомнить его расчётливое поведение в тот момент. «Тогда, даже когда он улыбался и смеялся, мне было трудно сократить расстояние между нами». Теперь, даже несмотря на бесстрастное выражение лица Да Вона, мне больше всего на свете хотелось крепко обнять его. Конечно, я был достаточно благоразумен, чтобы не бросаться на него безрассудно. Но я не сдался и нежно переплёл свои пальцы с его, словно скрепляя нас. К счастью, Да Вон подал мне руку и промолчал. Я подержал руку Да Вона несколько минут, прежде чем набрался смелости завести неловкий разговор. — Чем ты занимался последние два дня? Я ждал, что ты навестишь меня... — Для того, кто ждёт, ты довольно хорошо спишь. — Хм? Ты за мной наблюдал? — Разве это не очевидно? — вздохнул Да Вон, с гордостью признаваясь, что следил за мной. Я огляделся и попытался найти его устройство слежения, но сдался, просмотрев слишком много «обычных» предметов. Затем Да Вон внезапно положил руку мне на голову. Он нежно погладил меня по волосам... [Клац-Клац...] [Гр-р-р....] Лакей, сидевший в изножье кровати, выглядел невероятно недовольным этим прикосновением. Но я не смог сдержать улыбку. — Как и ожидалось, ты наблюдал за происходящим, даже когда здесь был Чхве Гён Сик. Однако потом Да Вон сказал нечто совершенно неожиданное. — Чхве Ли Гён. А что, если тебе погрузиться в глубокий сон на год или около того? — Что? — К тому времени, я думаю, я смогу собрать достаточно жертв, чтобы компенсировать истощение твоей жизненной силы. Если не обращать внимания на зловещий подтекст слова «жертвы», предложение Да Вона усыпить меня на целый год звучало совершенно дико. «Этот парень... Он ни на секунду не успокоился». Я прищёлкнул языком. Что за человек мог усыпить своего возлюбленного на год… — Неужели я настолько надоедлив... Что ты решил усыпить меня на год? — беззаботно пошутил я, пытаясь разрядить обстановку. Конечно, я знал, что Да Вон не шутит. Но когда кажется, что твой партнёр немного не в себе, разве не долг влюблённого — отвлечь его от мрачных мыслей? — Ты же понимаешь, что я имел в виду совсем не это, верно? — на лице Да Вона по-прежнему ничего не отражалось. Но я постарался полностью игнорировать мрачную правду. Затем я затронул тему, которая, как я знал, привлечёт его внимание. — М-м-м, ну, я не знаю, но… В любом случае, у меня есть хорошая идея. Я хочу, чтобы ты меня выслушал. «...» — На самом деле, когда я подписал контракт с Чо Чан Ёном… Я узнал о [Коллекционерех трагедий] в тот же момент. Я не могу рассказать тебе больше, но… Однако Да Вон перебил меня. — Я знаю. — ...Знаешь? — Да. Это сборище ублюдков, которым нравится смотреть, как моя жизнь катится под откос, верно? — Э-эм... Что ж, он был прав, но его прямолинейность застала меня врасплох. Да Вон посмотрел на меня, слегка настороженного, и наконец сел на кровать. Его взгляд был прикован ко мне — настолько пристальный, что я начал сомневаться... Не жду ли я чего-то большего. Однако, к сожалению, Да Вон держался на расстоянии и продолжал говорить. — Я уже давно узнал об их существовании. В конце концов, я специализируюсь на сборе сценариев. Ещё до своей смерти я знал, что каждый монстр в подземельях — это неудавшийся герой из «другого мира».