Выживание Некроманта

В Хабе сообщили шокирующую новость. «Подозреваемый в убийстве в бегах… Граждане и пользователи обеспокоены задержкой с ответом». «Ужасный инцидент… Несмотря на то, что они превратили умершего Пользователя в нежить без согласия его семьи, пробелы в законодательстве делают наказание невозможным». «Некромант — парламент проводит первое слушание по вопросу о запрете этого класса...» «Пользователь Чхве Ли Гён — принято решение раскрыть личную информацию...» «Ассоциация пользователей: «Мы ни в коем случае не можем игнорировать эту проблему…» Нажмите, чтобы узнать, почему пользовательская этика снова под угрозой». Крупнейшее сообщество пользователей «Боги Рейтинга» тоже бурлило: как «выдающиеся» посты, так и бесплатные форумы были заполнены обсуждениями Некроманта Чхве Ли Гёна. Интерес подогревался ещё и тем, что, согласно новостным сообщениям, Некромант был причастен как к недавним громким убийствам ранкеров, так и к делу о пропавших без вести. Причина, по которой человек с рангом «С» смог успешно убить высокопоставленных пользователей, заключалась в... «Чёрт, он призвал «Красный Лотос» в качестве нежити? Кекеке» «Со Да Вон в роли слуги...» «Эй, может, мне стоит воспользоваться билетом на смену профессии и стать Некромантом?» «Старые друзья Га Рама, должно быть, считают, что это очень странно». «Краткое описание текущей ситуации.jpg». «В общем, если ты умрёшь, тебе конец». «Есть класс, который становится сильнее, чем больше членов вашей группы погибает? Лолололололо». «Кто теперь будет пробовать сценарии? Лол, если ты умрёшь, то просто станешь оружием Некроманта, лололол» «Бэ Дже Мин, должно быть, чертовски зол ///». «? Твой друг умер, почему ты плачешь? Лололололо» «Когда-то был один парень по имени Хон Сын Мин, который пытался честно играть за Некроманта. Я плачу, читая его старые посты». «Некромант, ублюдок, это просто отвратительно». «Чёртов Некромант». «Чхве Ли Гён, этот ублюдок, полный псих, не так ли? Как ты можешь использовать мертвецов в качестве оружия?» «Да, здравомыслящие люди не стали бы ничего делать с нежитью или трупами». «Сегодня я в очередной раз убедился, что крови, пота и слёз недостаточно для достижения успеха». Когда стало известно, что члены гильдии «Красный Лотос», погибшие во время рейда «Башня Офицеров», были воскрешены в виде нежити, возмущение пользователей достигло новых высот. Большинство пользователей выполняли задания, от которых зависела их жизнь; в подземельях на кон была поставлена их жизнь. Поэтому многие из них были крайне чувствительны к травмам и смерти. Кроме того, о классе «Некромант» было очень мало информации, и никто практически ничего не знал о его контрактах. Поэтому большинство пользователей считали, что Некроманты вымогают деньги у умерших пользователей без каких-либо последствий и используют мёртвых как зомби или рабов. Поэтому, когда появилась эта новость, все возмутились. Если быть точнее, они испытывали смесь страха и гнева. В результате личная информация Чхве Ли Гёна также стала достоянием общественности. В сети уже циркулировали даже фотографии из его школьных лет (где слухи о том, что он был тихим и послушным, были искажены и превратились в истории о том, что он какой-то жуткий психопат). Его забрасывали метафорическими камнями. С другой стороны, общественное сочувствие к Бэ Дже Мину было на пике. Ходили слухи, что Ан Со Гён, который недавно стал жертвой Чхве Ли Гёна, был тем самым человеком, который когда-то был замешан в скандале с Бэ Дже Мином. — Ли Гён-а, тебе звонит мама. Хотя я знал об этой ситуации, я спокойно наблюдал за тем, как всё разворачивается... В отличие от того, как я вёл бы себя раньше. В конце концов, я ясно видел, кто стоял за этой публичной клеветнической кампанией. «Я уверен, что Ан Со Гён был убит именно Бэ Дже Мином. Похоже, их отношения испортились сильнее, чем мы ожидали». Меня особенно убедила смерть Ан Со Гёна. Я был не единственным, кто так думал, — остальные Слуги разделяли моё мнение. По крайней мере, это означало, что они чувствовали себя загнанными в угол и были готовы признать воскрешение «Красного Лотоса». Я мог догадаться, в каком состоянии сейчас находится Бэ Дже Мин. После такого неоднозначного заявления эта история могла обернуться палкой о двух концах. Тем не менее, когда я ответил на звонок матери, я немного нервничал. Должно быть, она отдыхала на острове Чеджу, когда эта новость поразила её, как гром среди ясного неба. — ...Алло? — неуверенно произнёс я. — …Ли Гён-а, ты в порядке? Первыми словами моей матери были вопросы о моём самочувствии. Я чуть не расплакался, но с трудом сдержал переполнявшие меня эмоции. Да Вон крепко сжал мою руку той, в которой не было телефона. — Мам, в порядке. И то, что говорят по телевизору… — крепко сажав его руку в ответ, сказал я дрожащим голосом. — Твоя мама не верит ни единому слову из того, что говорят по телевизору. Не волнуйся об этом. Думаешь, я не узнала бы сына, которого носила под сердцем столько месяцев и которого с таким трудом родила? «…» — Ты и мухи не обидел, даже в детстве; ты не мог заставить себя мучить собак. Над тобой всегда издевались, поэтому я отправил тебя в секцию тхэквондо… И всё же ты не мог по-настоящему ненавидеть кого-либо — это тогда меня очень беспокоило. Как мог такой добрый ребёнок, как ты, совершить что-то настолько ужасное? Честно говоря, я не был полностью ограждён от этих «ужасных» событий, но я не мог сдержать слёз из-за того, что мама так сильно мне доверяла. Я был благодарен. Если бы мама и папа верили в меня, мне было бы легче, и я мог бы лучше их защищать. — ...Мам, у тебя ведь есть шофёр, верно? Не слушай никого, просто следуй за шофёром и езжай туда, куда он тебя отвезёт. Я... Я кое в чём замешан. Но всё в порядке. Пока вы с папой в безопасности... Со мной всё будет хорошо. — …Это опасно? — Со мной всё будет в порядке. У меня много друзей, которые могут мне помочь. «…» Я услышал тихое всхлипывание в трубке, и это разбило мне сердце. Но вскоре я услышал шорох, как будто мама пыталась зажать рот, чтобы скрыть от меня свои слёзы. Вскоре я услышал голос отца, который, должно быть, взял трубку. — Ли Гён-а. — ...Да? — Береги себя. И не переусердствуй, не отказывай себе в том, что нужно сделать из-за нас. Ты ведь понимаешь, о чём я, верно? — ...Да. — Я знаю, что с тех пор, как ты стал пользователем, тебе пришлось нелегко. Несмотря на это, ты старался жить хорошо, не прося у нас подачек. Ты сводил концы с концами своими силами и чувствовал себя таким виноватым, когда получал от нас помощь. Мы… Действительно верим в тебя. Так что и ты должен верить в себя. Не беспокойся о нас. — …Да, — в конце концов я вытер слёзы, стекавшие по щекам, и ответил отцу. Похоже, другие слуги тоже слышали наш разговор; все они смотрели на меня. Даже У Ра Ги, который всегда меня дразнил, молча смотрел мне в лицо. Когда я повесил трубку, Да Вон аккуратно вытер уголки моих глаз. Он слегка прижал к ним носовой платок, чтобы не тереть кожу. — Ты ничего не потеряешь. Я верну тебе всё, что у тебя было, Ли Гён-а, — прошептал он мне на ухо. «…» — Даже твоя честь, которую растоптали. Всё это. Прости, что заставил тебя плакать. — Нет-нет, всё в порядке. Я плачу не из-за тебя... Да Вон крепко обнял меня, прежде чем поднять на ноги. Мне показалось, что мы выглядим немного нелепо, но другие Слуги не стали насмехаться над нами. Даже этот придурок У Ра Ги. — Откройте дирижабль. Мы направляемся прямиком к «Башне Офицеров». Чхве Гён Сик коротко кивнул. — Понял. Я обнял Да Вона за шею, и дверь дирижабля открылась. Как только мы оказались внутри, серебристо-хромированный дирижабль овальной формы в мгновение ока перенёс нас ко входу в «Башню Офицеров». И, как мы и планировали, мы вывели наш дирижабль из режима невидимости, чтобы он на секунду стал видимым. — Ах, что это?! — А? Эй... Подними голову! — Это самолёт? — Космический корабль? — А такие вещи вообще существуют? — Быстро, сфотографируй! Вход в дирижабль открылся. В то же время я почувствовал, как сильно бьётся моё сердце. Наконец-то настал день, когда я могу уверенно назвать имя Да Вона перед толпой. Да Вон опустил меня на землю. Для всех остальных, кто наблюдал за происходящим, это, должно быть, выглядело так, будто я был первым, кто вышел из дирижабля. Так я предстал перед толпой, собравшейся, словно тучи в грозовую ночь, — так я предстал перед «Башней Офицеров». — А?! — Не может быть — Чхве Ли Гён? — Это Чхве Ли Гён! — Некромант! Люди смотрели на меня с изумлением — смесью удивления, отвращения и настороженности. Кто-то уже сообщил о моём появлении; я видел, как сотрудники в форме выстраиваются в шеренгу позади меня. Однако меня всё это не волновало. Я пришёл сюда не для этого. Я глубоко вздохнул и огляделся. Я чувствовал, как в мою сторону устремляется зловещая энергия, словно они только что узнали новость, но… — [Со Да Вон]. Как бы быстро они ни бежали, я быстрее них позвал Да Вон-и. И Да Вон-и появился ещё быстрее. Некогда ясное небо вскоре затянуло зловещими тучами, и солнце скрылось за ними. На фоне этих зловещих перемен мой Слуга, появившийся из мрачной атмосферы, молча открыл свои алые глаза.