Тьма в его сердце

Тэхён С того дня, как я побывал в клубе, прошёл месяц. И этот месяц был поистине адским для меня. Осень по загруженности отеля ничем не отличалась от лета. Причины этого явления до сих пор были покрыты тайной. Я предполагал, что летом люди стремятся в Сеул, чтобы отдохнуть, а осенью — чтобы поработать. Мы с Сокджином, к счастью, смогли не разжигать спор насчёт моего места в семейном бизнесе и его отношений с отцом. Брат поспешил вернуться в Лос-Анджелес, и это было к лучшему. В первые несколько дней он названивал мне, проверяя, в норме ли я. Я уверял его, что всё в порядке, что я сразу отпустил ту ситуацию и не нуждаюсь ни в поддержке, ни в утешении, а тем более — в жалости. Но Сокджин не отставал. Он был в другом городе, в другой стране, но меня не покидало чувство, что если я загляну под кровать — он будет там. Брат был словно жвачка, прилипшая к ботинку. Меня это злило. Он что, думал, что из-за этого отказа я себе петлю на шею накину? Я, конечно, пребывал в состоянии лёгкой хандры, но это явно не было поводом для отчаянных мер. Отец пренебрегал мной и раньше — и я спокойно это переносил. Сейчас ничего не изменилось. Проблемы начались в начале недели, когда сразу четверо горничных не вышли на работу. Это был незначительный пробел в персонале, думал я. Мы справлялись с нагрузкой, хотя некоторым сотрудникам пришлось перестроить смены. Но к концу недели на работу не смогли выйти ещё трое официантов, администратор и моя ассистентка — Лиён. Вот это уже было ощутимо. Я поднялся со стула и подошёл к огромному окну. Тёмные тучи заволокли небо, начался дождь, а я даже не захватил с собой зонтик. Мой взгляд, напряжённый, но поверхностный, бегал от тучи к туче. Нужно было срочно придумать, как поступить в данной ситуации. За спиной раздались шаги — громкий стук каблуков, но, погружённый в свои мысли, я не сразу это заметил. — Твоя ассистентка не на месте, чтобы ты знал. Снова сплетничает в туалете, как думаешь? Я обернулся к другу и скользнул взглядом с ног до головы. В кабинет вошёл Чимин, не церемонясь, опустился на диван и сбросил с плеча тонкий ремешок своей сумки. Он был одет в бежевый лонгслив с высокой горловиной, заправленный в свободные тёмные брюки. На ногах — массивные ботинки в тон. Поверх была накинута светлая кожаная куртка. — Как ты избежал дождя? — Парнишка внизу, который паркует машины, встретил меня у такси и с зонтом провёл до входа. — Ты не взял зонт? — Нет, конечно. Он бы не влез в мою сумку, — пожал плечами он, задержав взгляд на моей рубашке. — Это белая хлопковая рубашка свободного кроя тебе очень идёт, — подметил он. Короткий смешок сорвался с моих губ. — Да, я знаю. Ты же её и сшил, Чимин. На его лице появилась лукавая улыбка. — Я действительно талантлив. — И безгранично скромен. Чимин закинул ногу на ногу, его взгляд остановился на манжетах. — Это запонки с агатом? — С аквамарином, — поправил я. На каждом рукаве моей рубашки была запонка с натурального небесно-голубого аквамарина заполняла пространство рубашки. Она была слабо заправлена в чёрные зауженные брюки, и образ завершали замшевые лоферы. Я отошёл от стола и заправил выбившуюся прядь волос за ухо. Чимин сузил глаза. — Ты какой-то нервный. Что-то не так? — заключил он. — Да, всё не так. Прости, я знаю, что мы договаривались сходить в бар, но я совсем не могу. Мне нужно контролировать зал сегодня вечером. — А как же Анги? Анги была администратором в ресторанном зале. Я дернул головой. — Заболела. — А Джаин? — спросил Чимин о втором администраторе. — У Джаина была ночная смена, я не могу вызвать его. — Хм. — Почему бы тебе не сходить с Даулем? — спросил я друга. Дауль — парень, с которым он познакомился недавно в каком-то приложении. Чимин вздохнул. — Дауль не может, форс-мажор, — сказал он, изобразив в воздухе кавычки. — Что-то случилось? — Понятия не имею. Да мне и не интересно особо, я не собираюсь становиться с ним полноценной парой. — Оу. Сначала я был рад за друга, но потом он объяснил, что радоваться тут нечему. Дауль и Чимин уже успели побывать на паре свиданий, которые всегда заканчивались одним — постелью. Чимин не искал серьёзных отношений. Хотя Дауль казался мне прекрасным человеком. — Я не хочу никуда ехать в такую паршивую погоду, — сказал он, рассматривая вид из окна моего кабинета. — Ты будешь контролировать зал, а я посижу за барной стойкой, — предложил друг. Я кивнул. Через час, когда я закончил с делами, мы решили спуститься в ресторан. Телефон в моих руках постоянно звонил и не давал покоя. Это была мама. — Ты не ответишь? — спросил Чимин, подходя к лифту. — Перезвоню ей позже, сейчас мне некогда. Ещё в прошлый свой визит Сокджин просил меня позвонить нашей матери. Просьба была услышана, но полностью проигнорирована мной. Я не звонил ей. Сейчас у меня совсем не было времени. Войдя в ресторанный зал, я почувствовал, как тревога подбирается к лёгким. Ситуация была куда хуже, чем я изначально предполагал. Может быть такое, что в рутинной суматохе я просто забыл, что Корея сегодня отмечает какой-то праздник? Соллаль? Чхусок? День основания государства? Все три — мимо. Почему же в зале не было ни одного пустого столика? И во втором зале, где располагалась отдельная зона бара, едва ли можно было отыскать одно-два свободных места. — Мне нужно сходить на кухню и проверить, как там дела. — Да, конечно, иди. Я пока найду место у бара, — кивнул друг. Минуя небольшой коридор, я вошёл в кухню. Температура здесь была значительно выше, чем в зале. В воздухе смешались разные запахи еды, и я опасался, что одежда насквозь пропитается ароматами. Намиль — помощник повара — что-то говорил одной из официанток, но заметив меня, замолчал. Я кивнул ему на дверь, чтобы он вышел в коридор. Намиль сразу понял мой жест и последовал за мной. — Как дела? — спросил я чуть более властным тоном, чем хотел. Я нервничал, и в такие моменты во мне просыпался тот, кто любит всё контролировать. — Всё в порядке, хотя сегодня в зале полный аншлаг, мы справляемся, но есть небольшие задержки. Мои глаза бегали по его лицу, но взгляд был расфокусирован. — Какие задержки? — спросил я, сложив руки на груди и нахмурив брови. — Максимум пятнадцать минут. Пятнадцать минут — это терпимо. — Хорошо. Это очень хорошо. — Господин Ким, вы слишком напряжён, у нас всё под контролем. Пансок и вовсе рад. Я моргнул, переваривая слова Намиля, и взглянул в маленькое круглое окошко на дверях — шеф-повар действительно выглядел в восторге. Сейчас он был занят приготовлением чего-то похожего на ягодный мусс. — А чему он радуется? — спросил я. Намиль усмехнулся. Пансок выглядел как сумасшедший учёный, смешивающий ингредиенты десерта. — Вы же знаете его, он любит такие нагруженные вечера. Это как вызов для него. Я зажмурился. Слова Намиля успокаивали. Один из помощников повара не вышел, и я думал, что вечер обернётся полным провалом, и с этого дня за KVT закрепится репутация второсортной забегаловки, и больше ни одного посетителя в отеле я не увижу. — Но есть одна проблема, — осторожно сказал Намиль. — Официантов не хватает. — Что? — вырвалось у меня. — Официанты едва справляются. Я прикусил внутреннюю сторону щеки. Нехватка официантов — плохо. — Ладно, возвращайся к работе. В комнате для персонала я не нашёл ни одного свободного официанта, тогда направился к бару, где меня ждал друг. — О, ты вернулся, ну как успехи? — Не очень. Помощник повара сообщил, что официантов не хватает. — Ты можешь кого-нибудь вызвать? — спросил он, обхватывая губами трубочку и потягивая коктейль. Я не ответил. Завидев светловолосую голову Мины, я сорвался с места и почти побежал к ней. — Мина, куда ты? — спросил я, оценивая её с ног до головы. Она вздрогнула и удивлённо взглянула на меня. — Господин Ким, здравствуйте. Я уже домой, мой день окончен. Хотела сказать спасибо за возможность, эти несколько дней стажировки — лучшее, что было со мной за последние годы. Я всегда хотел… — Да-да, не стоит, Мина, — перебил я. — Мне нужно, чтобы ты осталась и поработала до двух. Официантов не хватает, нужна помощь, разумеется, не бесплатно. — Но я ещё не полноценный сотрудник, — растерянно сказала она, и я начал сомневаться, что передо мной действительно стоит та Мина, которая держала кофейню на своих хрупких плечах. — Нужно делать всё, что делал эти дни. Я знаю, что ты справишься, но не могу заставлять. Если откажешь — никаких последствий. Она задумалась, прикусила губу. — Хорошо,я согласна. — Отлично, переодевайся и за работу. Из комнаты для персонала она вышла в форме: белая рубашка и чёрная юбка, обувь на плоской подошве. Мина приступила к обязанностям и была так хороша в деле, доказывая, что взять её было лучшим решением. —Новенькая? — спросил Чимин, наблюдая, как Мина лавирует с подносом. — Недавно устроилась. Бар в зале располагался в форме круга с перегородкой посредине. Стена за барменами была из светлого дерева, а в центре — широкие стеклянные вставки. С одной стороны прозрачные, с другой — зеркальные. Посетители видели лишь своё отражение, не видя, что за баром. Одна половина была для клиентов, другая — нет. Вторая часть бара — небольшое помещение, скрытое от глаз клиентов. Там хранилось спиртное и было удобно администраторам, которые могли наблюдать через стекло за залом. Вместе с Чимином мы перебрались в этот укромный уголок. Другу нравилась аура загадочности, и здесь было тихо, лишь слышны приглушённые голоса барменов и посетителей. На время я успокоился, но потом заметил, как спорят две официантки. — Мина, десятый столик, — сказала Соля, придерживая поднос с грязной посудой. Мина изогнула бровь и тяжело выдохнул. — Не могу, меня ждут пятый и шестнадцатый… — Что происходит? — вмешался я. Соля вздрогнула. — Извините, не хотел подкрадываться. — Всё в порядке, господин Ким, — ответила она уверенно. — Десятый столик требует внимания, ожидание не больше трёх минут, но никто не подходит, и они уже четыре раза нажали кнопку вызова. — Требовательные, — добавила Мина и тряхнула головой, — простите, надо бежать передать заказ. Я кивнул, и Мина скрылась. — Соля, можешь идти, я разберусь. — Но надо кого-то послать, — настаивала она. Десятый столик — особые клиенты, требующие повышенного внимания, думая, что всё в мире создано только для них. Они не хотят ждать. — Я возьму заказ, — сказал я, больше себе. Не дожидаясь ответа, вышел в зал, надел чёрный короткий фартук, положил в большой карман ручку и блокнот. Соля со звенящим подносом шла за мной. — Вы уверены? Вы же не умеете это делать, — сказала она, но, осознав, взглянула испуганно. — В нештатной ситуации администратор может принять заказ. Я управляю пятизвёздочным отелем, думаешь, я не смогу? — Да, конечно, — кивнула Соля, хоть и сомневалась. — На сайте отеля сказано, что мы найдём персональный подход к каждому и обеспечим комфорт и высококлассную атмосферу. Вот я этим и займусь. Думаю, им польстит, что их обслуживает владелец отеля, — пошутил я. На самом деле я не рассказывал гостям о себе и надеялся, что отец не узнает. Быть официантом — не стыдно, все работают не меньше меня, без них KVT не был бы таким. Но если отец узнает, он разочаруется. — Если бы хотел узнать мнение, спросил бы, а теперь поторапливайся, ты теряешь время. Соля кивнула и быстро ушла, а я направился к десятому столику, где сидели нетерпеливые гости. — Здравствуйте, меня зовут Тэхён, я приму заказ, — сказал я доброжелательно и раскрыл блокнот. Тело окаменело, когда я встретил карие глаза, направленные на меня. Это невозможно. Почему среди всех ресторанов Сеула он пришёл именно сюда? Я задержал дыхание, охваченный волнением и страхом. Передо мной сидел Чонгук, вальяжно откинувшись на кожаную спинку дивана. Я сжал блокнот, пальцы побелели. Бабушка говорила, что вселенная посылает нам только нужных людей: хороших, чтобы облегчить страдания, и плохих, чтобы испытать и помочь вырасти. За какие грехи мне послали Чонгука? Уголки губ мужчины слегка приподнялись, он заинтересованно осмотрел меня, задерживаясь на блокноте и ручке. Да, я официант. — Наконец-то, что за сервис? Мы ждём уже черт знает сколько! Я подумывала вызвать администратора, — недовольно сказал темноволосая девушка рядом с Чонгуком. Это Минси — подруга Чонгука, модель, которая была с ним в клубе в тот вечер. Минси посмотрела на меня злобно, в отличие от Чонгука она была весьма не сдержана. — Так ты всего лишь официант, — с усмешкой. — Прислуга… Я не мог ничего ответить. Клиент всегда прав. Даже такой, как Минси. Она не нарушала закон, и грубость со стороны клиента — обычное дело. — Судьба сводит нас снова и снова, — усмехнулся Дживон. Прекрасно, ещё один знакомый — любитель принимать кофейные ванны по утрам. — Может, подумаешь ещё раз над моим предложением? — поиграл бровями он. Сейчас он чувствовал превосходство надо мной и не мог нарадоваться. Справа от Дживона сидели ещё парень и девушка, лица удивлённые, впервые видевшие эту сцену. Чонгук молчал, губы слегка изогнулись, словно Дживон сказал что-то смешное. — Чего глазами хлопаешь, официант? Будешь нас обслуживать? — посмеялась Минси. Я снова сжал блокнот и кивнул. — Да, конечно, что хотите? — Я хотела бы… дай подумать… другого официанта. Почему в престижном ресторане работают такие отбросы? Минси толкнула стакан с водой, который разбился на осколки, звонко разнесся по залу. Я поёжился. Взгляд остановился на человеке напротив Чонгука. В груди похолодело. Я знал этого мужчину со смуглой кожей и выразительными карими глазами. Его коротко подстриженные волосы не ухватить пальцами. Он повзрослел, изменился. Спина шире, руки мускулистее, черты лица острее, взгляд осознаннее. Ким Намджун — моя школьная влюблённость, которая не догадывалась о моём существовании. Я не видел его около восьми лет. В школе он хорошо общался с Сокджином, но не замечал меня, маленького брата. Как ни странно, сердце не отозвалось. Он был приятным прошлым, но не больше. Я тяжело вздохнул, глядя на Минси. Чего она ждала? Что я упаду на колени и соберу стекла? Расплачусь? Увы, пытаясь выставить дураком, она умнее не казалась. — Чего добивалась? — спросил я с дерзостью. Посредственная модель перешла границы. — Просто напоминаю тебе о месте, не путайся. Послышались глупые смешки. Я посмотрел на Чонгука — на губах не улыбка. Намджун тоже не смеялся. Хоть кто-то нормальный. Хотя в школе он был бабником. Я прикусил щеку, чтобы не сказать что-то неподходящее. — Думаешь, я стыжусь, что работаю официантом? Ни капли. А твои попытки опустить меня — дополнительная работа для Хаюн, уборщицы и матери пятерых детей. Надеюсь, она не поранится, собирая стекла. В глазах Минси на секунду мелькнула вина, но быстро её прогнала. В ней было что-то человеческое, надеюсь, не задавит мнимой важностью и обидой. — Как смеешь так со мной говорить? Мне нужен администратор, сейчас же! Ну что ж, одним клиентом я могу пожертвовать. К тому же Минси перешла грань. — Она заболела, сегодня я её заменяю. — Ты? Не смеши! Ты не будешь так со мной разговаривать! — кричала она. — Идиот! Неспособный идиот! Завтра вылетишь! Я сдерживал смех, но он быстро прошёл. Хотел открыть рот и рассказать, что я не официант, но меня перебили. — Замолчи, не выставляй себя ещё большей дурой, Минси, — отрезал Чонгук. Он смотрел на меня, гипнотизируя. Я нервно сглотнул и прижал руку к шее, чувствуя покалывание.Хотелось скорее уйти. — Но, Чонгук, он же.. — начала Минси. Но он не взглянул на неё, всё внимание на меня. — Я знаю, но заткнись, слушать тебя — как добровольное четвертование, — спокойно сказал он. — Я буду салат и утку. Моргнув, я кивнул и начал записывать заказ. — И виски? — вырвалось у меня. Рука замерла, я исподлобья посмотрел на Чонгука. — Да. — Кентукки Оул десятый? Уголки его губ поползли выше. — Да. Я записал заказ. Минси отказалась заказывать хоть что-либо, оскорбленная поведением Чонгука, Намджуна, моими словами или чем-то другим. Думаю на свете много вещей способных вывести ее из равновесия. Добавив последнюю запись в блокнот, я поспешил передать заказ помощнику шефа.