Тьма в его сердце

Тэхён В комнате для персонала я снял фартук и повесил его на крючок. У бара Мина набирала напитки, чтобы отнести их на десятый столик. Я обошёл её и направился к служебной двери, надеясь поскорее скрыться в нашем укромном уголке, где, как я знал, уже сидел Чимин. Но меня остановил хрипловатый баритон: — Я думал, официант Тэхён обещал обслужить десятый столик. Но ты снова сбегаешь. Это что, у тебя привычка такая? — проговорил мужчина. Я медленно обернулся и встретился с мрачным взглядом Чонгука. Его лицо было красивым и непроницаемым, а голос — ледяным. Разозлён он был или просто в настроении поиздеваться — понять было невозможно. На нём был чёрный пуловер, плотно облегающий грудь и руки, подчёркивая рельефные мышцы. Сейчас он казался вдвое больше меня. Вокруг нас сновали бармены, официанты и гости, так что я вышел из-за стойки, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Любитель разгуливать с расстёгнутой ширинкой? — спросил я с насмешкой, глядя ему прямо в глаза. — Обычно мой зад видят не больше двух людей сразу. Ну, может, трёх, — усмехнулся он. — Прекрасно, — буркнул я. — И я не обещал обслуживать ваш столик. Я сказал, что приму заказ. Чувствуешь разницу? Чонгук кивнул, прошёл мимо и уселся за барную стойку. Кивком указал мне на соседний стул. Его спина привлекала внимание не меньше, чем грудь или руки. Красивый, но до невозможности проблемный мужчина сидел у бара, и что-то внутри меня нашёптывало остаться. Но я упрямо скрестил руки на груди и не сдвинулся с места. Чонгук ухмыльнулся и перевёл взгляд на стеллажи с алкоголем. — Нальёшь мне чего-нибудь? — Я не бармен. — Ты официант. Это я уже понял. Вот сейчас можно было бы сказать, что я не просто официант, а управляющий отелем, сын владельца и держатель части акций. Но Чонгук, скорее всего, презирал меня за фальшивую "работу", и вместо этого изо рта вылетело: — Тебя это забавляет? — Что? — поднял брови он, делая вид, что не понимает, о чём я. — Ты увидел, что я работаю официантом, и тебе стало смешно. Чувствуешь свое превосходство надо мной, ведь я в подметки не гожусь твоим дружкам, Минси и тебе? Я откинул с лица чёлку и посмотрел ему в глаза. — Запомни этот момент, Чонгук. Запомни ту ночь, когда я тебе отказал. Обычный официант отказал золотому мальчику, который привык, что всё даётся по щелчку пальцев. Я придвинулся ближе, почти касаясь губами его губ, и прошептал: — Вспоминай это каждый раз, когда захочешь самоутвердиться за чужой счёт. Он напрягся, на лице заиграли желваки. — Поэтому ты отказался обслуживать наш столик? Из личных соображений? Его волосы стали чуть длиннее, чем в ту ночь. Одна прядь небрежно свисала на лоб. Мне вдруг захотелось провести пальцами по ним. Они казались жёсткими, как и его взгляд. — Нет. Моя смена закончилась. — Ложь. Я отвернулся, чтобы он не заметил, как я его разглядываю. Он чуть улыбнулся. Значит, всё-таки заметил. — Ты на всех так кидаешься, Дикарь? Или только я тебе не угодил? Он говорил вкрадчивым и глубоким голосом, словно безобидными фразами пытался соблазнить меня. Именно на такой голос девушки слетаются как мотыльки на садовый фонарь в темную жаркую летнюю ночь. Вот только не стоит забывать, что они летят на смерть. – Не на всех, обычно первый встречный не тащит меня в общественный туалет, для того чтобы удовлетворить зуд в паху, — ответил я холодно. Он усмехнулся: — Решил продинамить? — Проучить. Он сжал губы так, что они побелели и с угрожающим спокойствием спросил: — И чему, по-твоему, это меня должно научить? Я удовлетворенно улыбнулся. Всё-таки моя выходка не осталась без внимания. Чонгук злился, хоть и мастерски скрывал это под напускным безразличием. Он был не только холодным как лёд, но и взрывоопасным, как канистра бензина рядом с огнем. — Уважению. — А я был неуважителен? — Если твои действия — это уважение, то я ничего не знаю об уважении. — Я уважаю людей. И веду себя с ними так, как они того хотят. От этой дерзости перехватило дыхание, пришлось вдохнуть, чтобы не зайтись в приступе кашля. Чонгук намекал, да что там, почти говорил прямо: он вел себя со мной так, как я заслуживал, потому что показался ему доступным . — Ты считаешь, что я хотел заняться с тобой сексом в туалете? Он снова усмехнулся. — Это тебя смешит? — раздражённо спросил я. — Не утрируй. Там приличные кабинки. Другим нравились. И да, мне смешно. Я не понимал его настроения, но в глубине души надеялся, что он шутит или старается злить меня специально. Не может же человек быть настолько подонком. — И всё же, ты не ответил на вопрос. Чонгук выдохнул, трогая своим дыханием мой висок, и придвинулся ближе. От него приятно пахло, уже знакомыми мне кедром и лавандой. Мускулистое бедро мужчины случайно коснулось моей ноги, но Чонгук не заметил этого, или сделал вид, что не заметил. Тепло его тела окутало меня, и по спине пробежали мурашки. — Ты пошёл, значит, хотел. Я был честен, — прошептал он. Я открыл рот собираясь возразить, но тут же закрыл его. А ведь, правда. Встречи в ночных клубах и секс на одну ночь редко когда оканчиваются предложением и брачными клятвами. — Мог бы начать со свидания. Это и есть уважение. — Я не трачу время на свидания, если всё равно всё закончится в постели. — Он пожал плечами. — Ты тогда был готов. Я и сейчас считаю, что нам не стоит терять драгоценные часы. – Даже часы? – усмехнулся я. – Для тебя может быть даже ночь, – сказал он, гипнотизируя меня. Мои губы скривились в пренебрежительной гримасе. — Почему все так помешаны на одноразовом сексе? – Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на одного человека, тебе так не кажется? Это прекрасно, когда мужчина знает, чего хочет, и умеет получать удовольствие от жизни. — Но ведь ты оставляешь за собой только разбитые сердца, Чонгук. Он дёрнул подбородком: – Не мои проблемы, что некоторые наивно полагают, что секс со мной дает им право на что-то большее. – Ты никогда не возьмешь ответственность за это на себя, ведь так? Для тебя ничего не стоит переспать с человеком, а затем выкинуть его из жизни как пустую пачку от молока. Я соскользнул со стула: — Что ж, это было занятно, но мне пора. Развернувшись, я собирался скрыться от нового знакомого, но почувствовал, как моё предплечье обхватили длинные теплые пальцы. – Ты не можешь так простой уйти, – угрожающе процедил он. Я покачал головой, но руку из его хватки не вырвал. — Почему это? – Дай мне свой номер, – потребовал он. Мои глаза моментально вспыхнули, если бы я мог, то испепелил бы его за секунды. Настолько наглых и бестактных людей я еще не встречал. — Даже не мечтай. Он провёл пальцами по моей руке: — Ты должен мне. За ту выходку, Тэ-Тэ. Его прикосновения сбивали меня с мысли, решить что-то было невозможно. Я не испытывал отвращения от этих прикосновений, но все же считал неправильным позволять ему вот так просто трогать меня. — Не называй меня так! Чонгук удовлетворенно улыбнулся и притянул меня ближе к себе. — Как скажешь, Дикарь.- шепнул он в миллиметре от моих губ. Мне хотелось сократить оставшееся между нами расстояние и снова почувствовать его язык в своем рту, а крепкие руки на моих бедрах, но это было заведомо провальное желание. — Отпусти.–прошипел я, отворачивая голову. — Значит, ты отказываешься? Тэхён, так не пойдёт. Я огляделся по сторонам, мы привлекали слишком много нежелательного внимания. — Хорошо, что тебе нужно? –осторожно спросил я. — Как насчёт секса? — Что?! Мои брови ошарашенно подскочили. – Я возьму твой номер? Мы договоримся, где и когда ты отдашь мне долг. – От этой наглости у меня задергался глаз. Я тихо усмехнулся и покосился на него так, словно он единорог. Он и был гребаным единорогом. Другого объяснения всему этому я не находил. – Ну, так что? – Этого не будет,Чонгук. Он секунду раздумывал, а затем выдал: – Хорошо, как насчет ужина? – Прости, парни вроде тебя, меня совсем не привлекают. – Парни вроде меня? – хмуро спросил он. – Это какие? – Как бы помягче сказать. Мм, зажравшиеся детки. Его губы растянулись в дерзкой ухмылке. – Вау, так меня еще не называли. – Пощадили твое непомерное эго, – фыркнул я. – Ты слишком дерзкий для официанта, так у вас принято общаться с клиентами? А что на это скажет твой босс? Я чуть не подавился смехом. Он серьезно решил шантажировать меня боссом? Этот отель мой, а отец сюда и носа не сунет. Для этого ему придется потрудиться и обратить внимание на кого-то кроме себя. – Моя смена окончена, ни к чему этот этикет. Близость его тела, совсем лишал меня права на личное пространство. Я чувствовала запах его парфюма и чистой кожи. Взрывоопасная комбинация. — Тэхён.— упрямо сказал он. — Зачем тебе это? Один ужин ничего не изменит. – Несколько минут назад ты сам сказал, что мне следовало начать со свидания, чтобы получить секс, – пожал плечами мужчина. – Смотри, я исправляюсь. Язык тела Чонгука кричал о его уверенности в себе. Мне казалось, что он заранее надеется на то, что я оттаю и решу встретиться с ним за ужином. Но кто в здравом уме клюнет на такое? Он же прямо предлагает мне ужин в обмен на секс. Невиданное хамство! — Всё равно ничего не выйдет. Его глаза на секунду померкли, словно он был разочарован или расстроен, но затем я увидела там подозрительный блеск, и все встало на свои места. Ему не нужна была эта встреча, он просто не мог поверить, в то, что ему отказали. — Было приятно познакомиться. Надеюсь, больше мы не увидимся. — А может, нальёшь мне что-нибудь, официант? Я медленно обернулся, встречая его огненный взгляд. Такой палитры эмоций я еще не видел. Там переливались злость, его уязвленное эго и азарт. — Юнги, налей ему чего-нибудь согревающего. — Что именно? — уточнил бармен. Я подошёл к Чону, и приблизился к его лицу так, словно хотел поцеловаться. — Средство для чистки стаканов. Чонгук рассмеялся: – Боюсь, от такого напитка мне понадобится помощь. – О, могу заверить, тебе она уже необходима! Тебя должно быть роняли в детстве, ты же чокнутый! Мне хотелось показать свое безразличие к ситуации, но странное желание назойливо нашептывало обернуться и взглянуть на Чонгука ещё раз. Я не собирался поддаваться этим слабостям, особенно слушая звуки доносящегося до меня мягкого низкого смеха. – Что это с ним? – спросил Чонгук бармена. – Начальник, – пожал плечами Юнги. – Я смотрю, здесь все с юмором, – усмехнулся он. За моей спиной хлопнула дверь. Через зеркальные стекла я осмотрел зал, но не нашла своего недавнего собеседника. Он ушел. Это к лучшему, Чонгук не тот человек с кем стоит находиться рядом дольше десяти минут. — Что это было? — спросил Чимин. — Я его отшил. — Расскажи всё, — сказал он, потащив меня на диван. Я устало опустился на мягкие подушки, и вкратце рассказал другу суть разговора с Чоном. — Ты ему понравился, — сказал Чимин. Чонгуку понравилось лишь мое тело, есть разница. На языке современной молодежи это значило «я бы тебя трахнул». Но зачем тогда было предлагать мне ужин? Чонгук прислушался к моим советам и сразу же решил применить их? Ради чего? Ради одной ночи? Я ничего не понимал. – Не думаю. – О нет, ты упустил такую возможность! – Чимин, я ничего не понимаю. – Чон два раза уже заговаривал с тобой. Ты заинтересовал его! Я снисходительно улыбнулся и покачал головой. – И ты решил, что это так, потому что он хотел взять мой номер? – Да! – воскликнул друг. – Чонгуку нужен был мой номер, потому что он хотел со мной переспать, ничего более, – ответил я, разводя руки в стороны. Меня раздражало то, что Чимину приходится объяснять очевидные вещи. – Даже если и так, как ты не понимаешь, такому как Чон не приходится просить чей-то номер, все сами их ему дают. Опроси своих официанток, сколькие из них сунули ему в кармашек номерок на салфетке? Я скептически сдвинул брови к переносице. – Чонгук, конечно, хорош собой, но не до такой степени, чтобы люди сходили с ума при виде него. — Очнись, пока ты прячешься в кабинете, люди знакомятся и спят. А он — богатый, влиятельный и сексуальный. Ты не воспринимаешь его так, потому что сам родился с золотой ложкой в зубах. А для девочек вроде твоих официанток это отличный шанс хорошо провести время, в надежде заполучить билетик в светлое будущее. Кроме того, у Чонгука красивая мордашка и замечательное тело, он сексуален и привлекателен. Глупо это отрицать. – Заключил Чимин, и устало откинулся на спинку дивана. – Тебе плевать на его деньги или власть, но ты точно также попался на его симпатичную мордашку и природное обаяние. В комнате повисла тишина, лишь отдаленные звуки жизни за стенами комнаты доносились до моего слуха. Я пытался обдумать то, что сказал Чимин, а друг молчал, тяжело дыша, от столь пламенного монолога. – Во-первых, я не попался на его обаяние, во-вторых, расценивать человека как кошелек и билетик в светлое будущее – неправильно, тебе так не кажется? В мужчине я предпочитаю душу, а не внешность, – добавил я. Чимин в удивлении вскинул брови. – Это чушь собачья. Да к тому же, как ты сможешь разглядеть душу, если практически никого к себе не подпускаешь, м? Я сжал стакан, опасаясь, что тонкое стекло треснет и осколки разлетятся по полу. Чимин затрагивал ту часть моей жизни, которой я не хотел делиться. Да, я не постоянен в отношениях, и не подпускаю к себе кого-то слишком близко, но не потому, что я плохой человек, а потому, что у меня попросту не хватает времени. У Чимина было гораздо больше ухажеров, но я не собирался припоминать это другу, хотя очень хотелось сделать это. — Хорошего человека я узнаю сразу. И это не он. Чимин подумал, и все же кивнул согласившись. – Он мудак, каких поискать. Поэтому его нужно проучить, у тебя была отличная возможность, но ты отказался от неё. – И как, по-твоему, я бы сделал это? – Ты что, фильмы не смотришь? Мальчик-плохиш из старшей школы влюбляется в девушку, и она разбивает ему сердце. Я рассмеялся. – Ты бредишь, хватит тебе коктейлей. – Или нет, не так, – перебил меня друг. – Ты мог бы с ним встречаться, и тянуть время, не позволять ему чего-то большего, чем поцелуи. И посмотреть, что из этого выйдет. – Не выдумывай. – Как думаешь, сколько он продержится? – с задумчивым видом уставился на меня Чимин. Ладно, в его словах было нечто такое, что привлекло меня. – И с чего бы ему добиваться меня, когда есть другие? Чем я лучше? Он прикусил нижнюю губу, явно довольный тем, что хоть на мгновение, но заинтересовал меня своим предложением. – Он ведь игрок, ты отказал ему дважды, для него ты очередная цель, – сказал он. – Я гарантирую, что он не отступится, пока не получит свое – тебя, голым, на шелковых простынях. И снова эти шелковые простыни! В кошмарах они мне снились. – Он не получит этого. – Видишь? Разве это не прекрасно? Я представляю, как ему придется попотеть, чтобы развести тебя на секс, – рассмеялся он. Чонгук вполне вероятно уже нашел для себя новый интерес, про меня он забыл, стоило ему покинуть барный зал. Зачем ему добиваться кого-то одного, когда он может выбирать себе новую игрушку на каждый вечер. И они не будут упрямиться, и требовать к себе уважения. – В реальном мире, Чимин, не в мире кино, никто не будет вести себя как по глупому сценарию. Это же ребячество. – Иногда неплохо вспомнить детство, все об этом знают, кроме тебя. – Допустим… Допустим, я бы согласился. Это все равно подло! – Было бы подло, но это же Чон. Он ужасно поступает с людьми, должен же кто-нибудь ему хоть раз ответить. Я не понимал, почему Чимин так зол на Чонгука. Можно было бы все списать на алкогольные коктейли и его разыгравшееся воображение, но я нутром чувствовал: здесь было что-то иное. – Всё дело в твоей кузине? – И в ней тоже, – сказал он, но после этого замолк с отрешенным взглядом, стал покачивать стакан с напитком. – Ты расскажешь, как так получилось, что Чон и она переспали? – Я не думаю, что стоит рассказывать больше, ведь это не мой секрет, а её. – Он вздохнул. – Но ты мой лучший друг, и я тебе доверяю. – Если ты не хочешь – можешь не рассказывать, всё в порядке. Чимин проигнорировал мои слова. – Все произошло в Нантакете, в прошлом году, на том курорте, куда постоянно слетается весь бомонд. Моя кузина давно приметила Чонгука и, кажется запала на него. – А он? – спросил я. Хотя ответ был заранее известен. – Он не обращал на нее внимания, но она была настойчива. Ты знаешь, какой навязчивой она бывает, – вздохнул Чимин. Я кивнул. Девушка действительно была чересчур навязчива. Однако невозможно отрицать и то, что кузина Чимина была невероятной красавицей, с длинными светлыми волосами и миловидными чертами лица. – В итоге она добилась своего. Чонгук обратил на нее внимание, она пригласила его поужинать, но у него были другие планы. Они переспали в ее номере, и он ушел. Вечером, она нашла его в баре отеля со своими друзьями, он был уже с другой девушкой. Её при всех он назвал другим именем и сказал, что они хорошо повеселились. – О нет, это жестоко, – ответил я. Теперь мне стало даже жаль её. Чонгуку нужно было развлечься, а кузина Чимина подвернулась как раз вовремя. Они оба получили то, что хотели. Но Чонгук мог бы быть чуточку обходительнее с девушкой. – Этот случай только подтверждает мои слова, Чон хотел переспать со мной и на этом все. Каким образом я мог бы его проучить? – озадаченно спросил я. – Не давать ему то, что он хочет. Официант отказал главному плейбою Сеула. – Ну, я же совсем не официант. – Чонгук этого не знает. Представляешь, какой это удар по его репутации, его друзья – это серпентарий с дикими змеями! Он ни за что не ударит в грязь лицом, – сказал он, размахивая руками. – Может это романтический интерес, а может азартный. В любом случае, так просто он не отстанет от тебя. – Я уже отказал ему, поэтому нет смысла об этом говорить. Чимин усмехнулся и опустошил стакан с коктейлем. – Вот увидишь, Чонгук не отпустит тебя так просто. – Я даже не хочу думать об этом, – раздраженно бросил я. – Ладно, сыграем в игру? – заговорщицки увернулся друг. Я уже понимал, что означает его взгляд. Чимин кивнул в сторону парня выпивающего за барной стойкой. – Брифы или боксеры? – Брифы, – ответил я. Наверняка на этом парне были брифы. А вот на Чоне в ту ночь были черные боксеры. Едва выдерживающие его рвущееся наружу возбуждение.