Заметки докторского общежития

Цинь Цзянь вёз Ян Чжэня домой. Крепко держа руль и не отрывая взгляда от дороги, он наставительно говорил: — История иностранного права не неприступная вершина. Достаточно запомнить ключевые правовые системы, их основные законы, этапы развития, знаковые судебные дела, даты, исторический контекст, имена судей, их решения и влияние на будущее право. Ян Чжэнь с возмущением воскликнул: — Я китаец! Цинь Цзянь бросил на него лукавый взгляд: — Это мне, твоему наставнику, известно лучше всех. — Не хочу зубрить про каких-то заморских чертей! — Ох, малыш, — усмехнулся Цинь Цзянь, — выбора у тебя нет. Сегодня я, представь, умудрился вывести из себя профессора Шэня. Так что, если не будешь стараться, шансы сдать курсовую, скажем так, весьма малы. Не меняя сурового выражения лица, Ян Чжэнь посмотрел на профессора через зеркало заднего вида. Его взгляд был таким острым, что Цинь Цзянь почувствовал неловкость. Чтобы скрыть смущение, он решился на дерзость. Одной рукой держа руль, другой схватил ученика за подбородок и поцеловал его. — Ты… ты… ты! — Ян Чжэнь задохнулся от негодования, его лицо вспыхнуло. — Ты… — Я учу тебя радоваться жизни, — с серьёзным видом ответил Цинь Цзянь. — Жизнь, это гармония духа и тела. Без одного из них ты неполноценен… Ай! — Он прикрыл голову рукой. Ян Чжэнь не сдержался и ударил его. Профессор Цинь схватил юношу. — Так сильно бьёшь, бунтарь! Забыл, что профессора нужно уважать? — Отпусти! — Не отпущу! — Хулиган! — Ага, хулиганю! — Бесстыжий! — Ну да, бесстыжий! Машина свернула с шоссе, и в этот момент их обогнал чёрный «Лексус». Шэнь Сюань опустил стекло и, одной рукой держа руль, другой высунувшись из окна, расхохотался: — Ого! Средь бела дня! Какой пыл! Цинь Цзянь выругался, вдавил педаль газа и рванул вперёд. Но Шэнь Сюань не уступал, он держался рядом, не отставая ни на метр, и продолжал выкрикивать: — Ян Чжэнь! Что хорошего в этом старике? Бросай его, я найду тебе парней получше! Ещё неопытный и растерянный Ян Чжэнь закричал: — Ваше Величество! Красный свет! Красный! Ой, сзади полиция! Шэнь Сюань взглянул в зеркало и заметил, как сзади стремительно приближаются патрульные машины. В считанные секунды они окружили автомобили Цинь Цзяня и Шэнь Сюаня, которые, нарушая правила, устроили гонку на высокой скорости. Шэнь Сюань остановился, облокотился на окно и с улыбкой обратился к молодому полицейскому: — Добрый день, товарищ! Полицейский опешил: — Какой день?! Не смей заигрывать с народной полицией! Шэнь Сюань не спеша снял очки и произнёс: — Товарищ, напрасно вы так. Полиция и народ одна семья, строим гармоничное общество вместе! К чему такая строгость? Сколько тебе лет? Полицейский тихонько пробормотал: — Двад… двадцать восемь. — Ой, да ладно, — рассмеялся Шэнь Сюань. — Максимум двадцать три. Полицейский сник, в его удостоверении действительно значилось двадцать три, ведь он только что окончил академию. Шэнь Сюань продолжил: — У меня глаз-алмаз, всё вижу. Девушка есть? — Нет, — ответил полицейский. — А влюблялся? — Было дело… — И как расстались? — Из-за перевода на новую работу. — Эх, молодёжь! — вздохнул Шэнь Сюань. — Чуть что, и сразу расстаётесь. Никакой стойкости! Полицейский возмутился: — Не было такого! А тебе самому-то сколько лет? Влюблялся? Шэнь Сюань лукаво улыбнулся: — Угадай! Ну, давай, угадай! Полицейский уставился на профессора Шэня. Тот, с его раскосыми глазами, приподнятыми бровями и острым подбородком, улыбался так, что в его взгляде сквозила весенняя, полная обаяния и насмешки теплота. Полицейский покраснел и выдавил: — Двад… двадцать восемь! — Ха, несколько лет назад я и правда был двадцативосьмилетним, — подмигнул Шэнь Сюань. — А теперь зови меня дядей. Слушай, малыш, вот тебе совет, не гони так на выезде с шоссе, даже если ты при исполнении. Это опасно. Безопасность на дорогах дело каждого, а нарушающий закон полицейский заслуживает сурового наказания. Налогоплательщики вроде меня вправе вас контролировать. Лучше подождать десять минут, чем гнаться за секундой. Понял? Удивлённый полицейский кивнул: — А… ага, понял. Шэнь Сюань величественно кивнул: — Вот и молодец. Запомни на будущее. Но вдруг полицейский опомнился и рявкнул: — Хватит болтать! Права! Где твои права?! Шэнь Сюань, с видом разочарованного наставника, ткнул в него пальцем: — Эх, ты, незадачливый юнец! Он принялся не спеша рыться в карманах, бормоча: — Ой, кажется, забыл права дома… Расстроенный полицейский переспросил: — Забыл? Тем временем Цинь Цзянь послушно проходил тест на алкоголь. Услышав слова профессора Шэня, он не выдержал, высунулся из машины и крикнул: — Врёт он! Права у него в заднем кармане джинсов! Шэнь Сюань, возмущённо воскликнув «предатель», вылез из машины. В джинсах, небрежно облокотившись на капот, он положил руку на плечо молодого полицейского и одарил его томным взглядом, будто говоря: «Одна ночь — один юань!» Полицейский, краснея и заикаясь, остолбенел. Шэнь Сюань с озорной ухмылкой развёл руками: — Ну, обыскивай! Давай, смелее! Выглянув из-за спины Цинь Цзяня, Ян Чжэнь в ужасе отпрянул и, хлопая себя по груди, крикнул полицейским: — Спасайте своего коллегу! Этот человек сейчас его погубит! …И коллега действительно «погиб». Молодой полицейский, не устояв перед обаянием этого бунтаря, пал жертвой его коварной харизмы. Рыдая, он забился под машину, обхватив голову руками: — Чудовище! Чудовище! Не подходи! Опустившись на одно колено, Шэнь Сюань заглянул под машину: — Какое же чудовище, малыш? — Ты чудовище! Не подходи! У-у-у! Отойди подальше, аааа! — Чем я тебя обидел? Ты же сам просил показать права! — На помощь! Аааа! Родина-мать, спаси своего сына! Твой сын вот-вот погибнет на службе! — У твоей родины сыновей полно, до тебя очередь не дойдёт, — хмыкнул Шэнь Сюань, разведя руками перед другими полицейскими. — Он же сам хотел увидеть мои права, разве нет? Полицейский, дрожа под машиной, слабым голосом попросил: — Не… не уходи далеко! Шэнь Сюань собрался было отойти, но, услышав это, послушно вернулся и заглянул под машину: — Хай! Полицейский взвизгнул: — Не-е-ет! Не так близко! Шэнь Сюань отступил на полшага: — Так нормально? — Ещё… ещё ближе! Шэнь Сюань подвинулся на десять сантиметров: — Теперь нормально? — Нор… нормально, — пробормотал полицейский, грызя ногти и дрожа. — Имя? — Моё? — Шэнь Сюань ткнул себя в грудь. — Тан Фэй. Полицейский кивнул, не заподозрив подвоха: — Возраст? — Тридцать… с небольшим. — Сколько месяцев? Шэнь Сюань задумался, подсчитывая: — Ну… тридцать с чем-то месяцев. — Пол? Шэнь Сюань вскочил, воскликнув: — Да что с этим юнцом не так?! Всё ещё грызя ногти, полицейский осторожно вылез из-под машины и забился в дальний угол, робко спросив: — Номер… телефона? Шэнь Сюань долго смотрел на него, а затем медленно улыбнулся. Эта улыбка была полна уверенности, загадочности и конечно же озорства. — Товарищ полицейский, — с лукавством спросил он, — зачем тебе мой номер? Полицейский еле слышно пробормотал: — Ты… ты не взял права, так что я обязан проследить, чтобы ты сдал их в участок. — А, вот оно что, — кивнул Шэнь Сюань. — Вообще-то права у меня с собой, вот, в кармане. Он похлопал по карману, предлагая полицейскому достать их. Но тот упрямо заявил: — Нет, это подделка! — Настоящие, — искренне заверил мужчина. — Посмотри, убедишься. — Подделка! Давай номер телефона! — Настоящие, с печатью. — Подделка! — Настоящие, там даже мой номер удостоверения есть. — Подделка! *** Цинь Цзянь, с тяжёлым сердцем, вёл машину и наставлял Ян Чжэня: — Никогда не бери пример с твоего профессора Шэня! Этот человек — не человек, а ходячая беда! Ян Чжэнь робко кивнул, украдкой взглянув в окно. Напевая что-то весёлое, Шэнь Сюань ехал в соседнем ряду. А на горизонте, вдалеке, бежала фигура молодого полицейского, чей отчаянный крик разносился с вечерним ветром: — Номер телефонааа! Шэнь Сюань, лихо прибавив газу, умчался вперёд и скрылся из виду. Ян Чжэнь молча перекрестился. Ещё один невинный юноша пал жертвой коварной улыбки Шэнь Сюаня, чьё обаяние разит наповал, не оставляя следов. Студенты юрфака, что по ночам воют на луну, моля о беспристрастности своего профессора, теперь не одиноки в своём горе. В любой профессии найдутся обиженные. Профессор Шэнь, покоривший сердца студентов, писателей, политиков и простых граждан, теперь протянул свои дьявольские чары к славным полицейским. И вот ещё один страдалец, воспевающий луну и проливающий слёзы над цветами, пополнил ряды тех, чьи сердца разбиты на просторах этого мира. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum