Сказка про вампиров

Несмотря на темноту пещеры, Харумасе ночью было довольно тепло. Белль разрешила летучей мыши спрятаться под своим одеялом. Всю ночь зверек мирно спал на ее груди, наслаждаясь теплом и покоем. Сама девушка также быстро погрузилась в сон, ведь усталость прошедшего дня оказалась столь велика, что никаких тревог и переживаний больше не оставалось, а поглаживая мышку, Белль смогла заснуть еще быстрее. Утро юноши началось неприятно. Голод оказался таким сильным, что потревожил даже крепкий сон. Открыв глаза, он обнаружил перед собой мирно спящую Белль, от которой исходил сладкий, почти манящий запах. Может быть, раньше он просто не обращал внимания, но сейчас этот аромат показался ему необычайно привлекательным. «Вот бы попробовать ее кровь, наверняка она такая же сладкая, как и ее запах», — дурные мысли закрались в его сознание. Сам испугавшись их, Харумаса поспешно взлетел и отдалился от кровати, вновь превратившись в человека. Теперь храбрый и могучий вампир испытывал страх. Темноволосый отказывался признавать очевидное, однако где-то глубоко внутри понимал: Белль стала той самой единственной, которую он способен искренне принять и полюбить всей душой. Страдания сами по себе болезненны, но еще тяжелее видеть страдания любимой девушки. Если любимая пострадает по его вине, он этого не вынесет! Но как бороться с собственными инстинктами, особенно когда ее аромат так настойчиво зовет его? Пока девушка продолжала спать, вампир успел слегка утолить жажду кровью с помощью кабана, забившись угол. Избавившись от голода на некоторое время, подойти ближе к Белль все равно не решался. Когда же та проснулась, юноша остался сидеть там же, наблюдая за ней издалека. — Утречка! — Проговорила Белль, потягиваясь и сладко улыбаясь. Сонными глазами она начала оглядываться вокруг, пытаясь отыскать взглядом либо маленькую летучую мышку, либо высокого спутника. Их взгляды пересеклись. Белль была счастлива увидеть его, а глаза вампира были наполнены мучением. Радостно махнув рукой, девушка получила ответный жест от своего собеседника. Некоторое время оба молчали, глядя друг другу прямо в глаза, пока наконец Белль не поднялась с постели и подошла ближе. — Ты начал завтракать без меня? — Спросила она, бросив любопытный взгляд на кабана. — Извини, слегка проголодался, — ответил Харумаса, стараясь придать своему голосу оттенок искреннего раскаяния. — Да ладно тебе, я шучу! Признаться честно, сама частенько завтракала одна, пока Вайз спал, мой желудок отчаянно просил пищи. — Часто так бывало? — Решил поинтересоваться вампир, возвращаясь к привычному тону общения. — Давай-ка прекратим эти расспросы! — Игриво возразила Белль, легонько ткнув его пальцем в кончик носа и взяв себе кусочек мяса. После завтрака навязчивые мысли оставили юношу, но ощущение голода продолжало беспокоить. — Поскольку нам предстоит провести целую неделю взаперти и у нас появилось много свободного времени... — Белль внимательно посмотрела на парня, который все еще сидел в углу комнаты, нервно теребя край одеяла пальцами. — Может, ты научишь меня защищаться от вампиров? — Попробовать можно, — оживленно откликнулся парень, надеясь, что дело отвлечет его внимание и позволит легче переносить чувство голода. Харумаса поднялся с пола и принялся рыться в рюкзаке. Белль с интересом следила за ним, выглядывая из-за его плеча. — Чтобы уничтожить вампира, тебе потребуется отсечь ему голову. У нас есть только нож, значит, тренировку проведем именно с ним, — юноша передал девушке маленький складной нож, после чего приступил к дальнейшим объяснениям: — Даже если ты нанесешь удар в область живота, сердца или лба вампира, ему станет лишь слегка больно, вскоре он оправится и сможет расправиться с тобой теми же способами, а затем выпьет твою кровь досуха. Белль едва заметно сглотнула. — Вот почему твоя задача — обезглавить противника этим ножом, — подчеркнул парень, сделав небольшой шаг назад и ожидающе скрестив руки на груди. — Мне нападать? — Неуверенно спросила она. — Ну, попробуй. — Прямо с ножом?! — Боишься, что убьешь меня? — Улыбнулся парень. — Может, и боюсь, — смутилась Белль. — Пока попробую вот с этой палкой, — сказала она, поднимая сухую веточку и держа ее перед собой. Харумаса одобрительно хмыкнул. Приняв это за приглашение к действию, Белль стремительно рванула вперед. Подбежав вплотную, она решительно занесла руку над шеей противника, но ее удар прошел мимо — ловкий вампир снова принял облик летучей мыши и оказался вне зоны поражения. Продолжая размахивать деревянной палочкой, девушка тщетно пыталась достать подвижное существо, которое каждый раз успевало увернуться. Наконец, раздраженная неудачей, Белль отбросила бесполезную деревяшку и, собравшись с силами, схватила мышь обеими руками. — Попался! — Победоносно воскликнула она. — Если бы на моем месте был другой вампир, он бы просто укусил тебя, — произнес Харумаса. После этих слов Белль слегка загрустила и ослабила хватку, позволив мыши свободно вырваться наружу. — Тебе необходимо учиться предсказывать чужие движения заранее. Противник только приблизился, а ты уже должна понимать, какой следующий ход он собирается предпринять. — Может, сначала ты сам покажешь, как это делается? — Предложила девушка. Парень задумчиво посмотрел на нее, но затем утвердительно кивнул и улыбнулся. Оба сделали пару шагов назад, увеличив дистанцию. — Постарайся уклониться, — велел вампир и тут же устремился к девушке. Белль быстро присела на корточки и перекатилась вбок. Парень не мешкал, ринувшись вслед за ней, но девушка успела обойти его и встать позади. Прежде чем юноша успел повернуться и попытаться дотронуться до нее, две теплые и нежные руки мягко сомкнулись на его шее. — Я все правильно сделала? — Взволнованно спросила Белль, широко улыбаясь. — Похоже, урок удался, — вздохнул Харумаса, осторожно освобождаясь от ее рук. — Хоть это и я должен был нападать. Запомни главное правило: встретив другого вампира, действуй так же быстро и точно. — Запомнила! Ведь у меня прекрасный учитель. — Еще рано считать, что обучение завершилось успешно. Есть вероятность столкнуться с особенно опасными существами, — серьезно заметил парень. — Например, новичкам-вампирам трудно проявить весь потенциал своих способностей. Однако многие представители вида обладают внушительной мощью. — Мощью? — удивленно повторила Белль. — Представь ситуацию: вдруг вампир получит полный контроль над твоим телом? — Контроль? То есть как же? — Девушка машинально отступила на шаг назад. — Примерно как-то вот так. Ноги Белль понесли девушку к кровати самостоятельно, будто она утратила способность управлять ими — нельзя было ни развернуться, ни остановить движение. — Что вообще творится?! — девушка сумела лишь слегка повернуть голову в сторону парня и заметила, что его глаза горят ярким янтарным свечением, похожим на маленькие фонарики. — Я просто демонстрирую на практике, — говорил Харумаса словно сквозь туман. Уже становилось сложно сохранять спокойствие и здравомыслие. Все тело Белль бессильно опустилось на поверхность кровати. Девушке не удавалось шевельнуть ни одной конечностью. Медленно приближающийся Харумаса продолжал загадочно улыбаться. Спустя считанные секунды он оказался прямо над ней, нависнув сверху. Сердце девушки начало биться быстрее то ли от смущения, то ли от страха. Лицо юноши выглядело непривычным, совершенно незнакомым. Ее руки непроизвольно вытянулись вверх и попали в крепкую хватку вампира. — Итак, дорогая моя Белль, что ты собираешься предпринять теперь? Прояви себя, — тихий голос звучал непосредственно около ее уха. Парень бережно приподнял ее подбородок, вынуждая взглянуть прямо в глаза. — Что произошло? С тобой все нормально? — Произнесла девушка мягким голосом. Она волновалась за него, ведь сейчас перед ней находился не знакомый парень, а совершенно незнакомый человек. Казалось, холодная вода обрушилась на вампира, отрезвляя его рассудок. Янтарное свечение исчезло из его взгляда, а к Белль вернулся контроль над собственным телом. — Ты сам не свой, — она высвободила руки и дотронулась ими до его щеки. Ее касания были осторожными, а чувство голода вампира усиливалось. — Я волнуюсь за тебя. Ее лицо оказалось невероятно близко, достаточно было сделать легкое движение вперед, чтобы почувствовать прикосновение губ. «Что это ты делаешь?! Готова, что ли, его поцеловать?», — зазвенел посторонний голос в голове Белль. «Это уж никак не твои заботы!», — дерзко парировала девушка внутреннему критику, одновременно медленно продвигаясь навстречу юноше. Однако реакция последовала незамедлительно: Харумаса неожиданно вскочил с импровизированной кровати и стремительными шагами удалился в противоположный конец пещеры. Лицо Белль пылало румянцем от неловкости произошедшего момента. Всего миг отделял ее от возможного поцелуя... О чем же она думала? — Если столкнешься с такими вампирами, лучше не отходи от меня, — раздался голос откуда-то сбоку. — Кстати говоря, я проголодался. — Оу… Поняла, — отозвалась Белль, восстанавливая дыхание и приглаживая выбившие пряди волос. Еще чуть-чуть и он бы сорвался. Теперь ясно, насколько тяжело ощущать себя подобием животного. Такое неприятное чувство. Нельзя больше приближаться к ней. Но это ведь до безумия сложно. Харумаса долгое время провел в дальнем углу, потихоньку поглощая кровь пойманных животных. Белль расположилась на кровати, периодически украдкой поглядывая в его сторону. Время от времени ей становилось неловко, когда случайно встречалась с ним взглядом. Оставшуюся половину дня они практически не общались, обмениваясь лишь короткими репликами и простыми вопросами. Наступившая тишина казалась невыносимо тягостной, хотелось избавиться от скуки любыми средствами. Впервые за прошедшие дни девушка почувствовала такую острую пустоту одиночества: ранее парень постоянно старался поддерживать разговор, помогал ей справиться с трудностями, но сейчас предпочитал полное молчание. Биологические часы подсказывали, что наступило позднее время суток, пора было отправляться ко сну. Однако сон напрочь покинул Белль, беспокойно смотрящую на юношу, неподвижно сидящего в тени угла. Девушка отвернулась от парня на бок и решила сымитировать, что плачет, рядом как раз была фляжка с водой. Конечно, подобный трюк нельзя назвать достойным способом выяснить причину перемен в поведении вампира, но в сложившейся ситуации — это единственное решение, пришедшее ей на ум. За сегодняшний день Харумаса устал настолько, что даже чувство голода перестало остро ощущаться. Вскоре он уже готов был провалиться в сон, однако внезапно уловил еле различимый всхлип со стороны. Прислушавшись внимательнее, вампир обратил пристальное внимание на фигуру девушки, замершую в глубине мрачной пещеры. Новый короткий всхлип прозвучал тише первого, но гораздо печальней. Молодой человек не смог игнорировать этот грустный звук, его сердце болезненно сжалось. Быстро подойдя к Белль, он осторожно сел рядом, слегка поглаживая ее дрожащую спину. Затем обошел кровать, опустился на корточки, чтобы быть на одном уровне с ее лицом. — Белль... — прошептал Харумаса, осторожно перебирая синеватые локоны девушки пальцами. — Я не хочу, чтобы ты испытывала вину из-за моих слов, но знай одну вещь: мне становится чертовски больно, когда вижу твои слезы. Хоть она и до этого знала, что идея плохая, сейчас ей стало так стыдно за свой поступок. — Прости, — негромко произнесла она, раскрывая душу перед собеседником. — Ты сам не свой, что происходит? Ты всегда меня поддерживал, а теперь пришла моя очередь поддержать тебя. Разве не понятно, насколько тяжело мне видеть тебя потерянным и страдающим? Некоторое время они молча изучали друг друга взглядом. Харумаса продолжал нежно проводить пальцами по ее волосам, но спустя мгновения опустил глаза и заговорил: — Эта неделя влияет абсолютно на каждого представителя нашего вида, включая меня, — юноша неспешно рассказывал, избегая прямого контакта с девушкой. — Сегодня утром меня охватил страшный голод, не прекращавшийся весь день. Подобное ощущение продлится всю предстоящую неделю. Однако это не самая большая проблема. Самое ужасное то, что твоя кровь пахнет слишком сладко, слишком маняще. Мне так сложно сдерживать себя, поэтому я стараюсь близко к тебе не приближаться. — Вот в чем дело, — добродушно улыбнулась Белль. — Ты глупенький. Все ведь можно было рассказать раньше, избавив нас обоих от ненужных волнений. Ничего постыдного в твоей природе нет. — Ненавижу эту природу! — Он спрятал лицо в своих ладонях. — Думаю, тебе стоит отвлечься от неприятных ощущений, тогда голод не будет сильно чувствоваться. Как многие говорят, лучшее лекарство — сон! Поэтому присоединяйся, — пригласила Белль, уступая часть пространства рядом с собой. — Значит, мы будем спать вместе? — растерянно уточнил юноша, лицо которого приобрело легкий румянец. — Впрочем, возможно, я смогу устроить себе постель вон в том углу. — Ни в коем случае! Выбор прост: хочешь успокоиться и полноценно отдохнуть или завернуться в нервный комок? И кстати, на полу тебя никто не обнимет. Харумаса поколебался некоторое время, но в конце концов занял предложенное место рядом с девушкой. Внутри пещеры было довольно холодно, но под не очень толстым одеялом было даже жарко. Хотя нет, жарко было не из-за одеяла. — Между прочим, я говорила вполне серьезно насчет теплых объятий, — нерешительно добавила Белль, пряча лицо за одеялом. — Если не страшно оказаться в руках у страшного вампира, то валяй. Белль взглянула в его глаза, затем робко протянула руку вперед, дважды останавливаясь, будто сомневаясь. Наконец, девушка уверенно поместила ладонь на его грудь, а носиком прижалась к плечу. Снаружи вампир выглядел совершенно обычно (если не обращать внимание на слабый оттенком румянца), однако внутри, играла настоящая буря радостных эмоций. Все бы отдал чтобы этот момент никогда не заканчивался. Решившись на смелый шаг, юноша осторожно обвил спутницу рукой в ответ. Таким образом, влюбленная пара провела остаток ночи, крепко обнявшись и улыбаясь счастливыми мечтательными улыбками.

***

— Похоже, придется отправиться на охоту, запасы крови у животных подходят к концу, — размышлял Харумаса, осматривая оставшиеся продукты на следующее утро. — Просто кто-то слишком много крови пьет и все такое бла-бла-бла, — с веселой ухмылкой прокомментировала Белль. — Отличная шутка, — сухо отреагировал парень, скрещивая руки на груди. — Не боишься, что я и до твоей крови дотянусь. — Нет, ничуть не боюсь, — невозмутимо заявила девушка. Пока шестеренки в его голове запускались по-новому, после такого прямого ответа, Белль подошла и обняла его. — Неужели все мальчики такие непонятливые, — еле слышно прошептала она ему в плечо. Уже ближе к обеду Белль, соскучившись, полезла копаться в рюкзаке. Оказывается, на самом дне прятался ее телефон, только вот без зарядки и сети он был абсолютно ненужным. Повертев его в руке, она заметила, что экран в некоторых местах потрескался при падении. Попытки его включить не увенчались успехом. — Это что у тебя? — Харумаса опять медитировал в своем углу, но не удержался и подошел к кровати. — Мой телефон. Будь он рабочий, столько бы показала интересного! У меня там так много фотографий! И тебя бы я смогла пофотографировать. — Насколько я знаю, для его работы нужно электричество. Я могу попробовать его включить, но с условием: обязательно сделаем совместное фото. Юноша осторожно взял пока еще бесполезный телефон в руки и воспользовался особой магией вампиров. Рука слегка засветилась мягким голубым сиянием, а сам аппарат окружил легкий дымчатый туман того же оттенка. Девушка наклонилась ближе и зажала кнопку включения. Телефон ожил: экран мигнул, и посередине появился значок зарядки с одним единственным процентом. — Работает! — радостно воскликнула Белль, захлопав в ладоши. — Только теперь придется держать его в руках какое-то время... Харумаса недовольно пробормотал что-то себе под нос и продолжил работать зарядным устройством. Пока телефон находился в его руках, для зарядки, Белль решила листать фотографии как есть. — Это Вайз, — произнесла девушка, показывая снимок, где она сама корчила забавную гримасу, а ее брат демонстрировал рожки пальцами поверх головы сестры. — Похоже, вы совершенно разные, но невероятно близки. Белль лишь кивнула с легкой грустью в глазах. Дальше девушка увлеченно делилась историей каждой фотографии, подробно рассказывая Харумасе обо всех кадрах галереи, включая простой снимок стаканчика с кофе, скрывавший свою собственную трогательную историю. — Давай я тебя сфотографирую! — предложила Белль, направив камеру на парня. — Эй! А разве мы не собирались сделать совместный снимок? — Помню, конечно, но я сейчас не особо фотогенична... Грязные волосы, макияж весь смылся… — Ты прекрасна и без макияжа, — сказал Харумаса, нежно взяв девушку за подбородок. — Честное слово. Щеки Белль снова зарделись румянцем. — Ладно, садимся рядом, — предложил парень, привлекая девушку к себе и весело высовывая язык перед камерой. Она рассмеялась и тоже обняла его. Совместный снимок получился удачным. Парочка продолжала фотографироваться и рассматривать снимки в галерее Белль, пока усталость не взяла свое, и влюбленные сладко не уснули, прижавшись друг к другу. Как бы не привыкнуть к этому.

***

Третий день вынужденной изоляции прошел удивительно спокойно — даже чересчур тихо. Несмотря на нарастающее чувство голода, парень уверенно держал ситуацию под контролем. Этот день запомнился приятными разговорами. Узнали вкусы друг друга: какая любимая еда (без учета крови, разумеется)? Какой любимый цвет? Белль рассказала о своем хобби — заставлять брата смотреть страшилки. Затем последовали игры: «пантомима», «слова» и «ассоциации». Девушка даже подумала, что это все похоже на какой-то детский летний лагерь. Однако день нельзя назвать ярким: кроме стандартных развлечений, ничего примечательного не произошло. Что действительно важно: запасы крови подошли к концу, значит, завтра предстоит выйти на охоту. Но самое яркое событие вечера — победа Белль над вампиром в импровизированном конкурсе пантомимы.

***

— Ты никуда не пойдешь, — отрезал парень, раздраженный сильнее, чем хотелось признать. — Твоя кровь действует на вампиров как магнит! Ее аромат притягателен и соблазнительно сладкий! — Произнося последние слова, щеки юноши вспыхнули алым румянцем. Белль вновь собралась было возмутиться, но услышав такое признание, лишилась способности мыслить связно. Спорить дальше оказалось бессмысленным, и она сдалась с тихим вздохом: — Хорошо-хорошо, остаюсь дома, — пообещала девушка, едва заметно коснувшись рубашки парня, расправляя воротничок. — Но ты вернешься целым и невредимым, поняла? — Голос прозвучал неожиданно сурово, словно приказ командира. — Будь уверена, — твердо пообещал Харумаса. После короткой паузы он набрался смелости и сделал небольшой шажок вперед. Осторожно прикоснувшись руками к плечам Белль, парень слегка нагнулся и внезапно, нерешительным движением, чмокнул ее в щечку. Сердце Белль учащенно застучало, мгновенно наполнив лицо теплым румянцем. Впервые обыкновенный дружеский жест вызвал столь яркие ощущения, впервые после элементарного чмока в щеку ей захотелось ощутить нечто большее. Дружеского ли характера? Вопрос остался висеть в воздухе. Харумаса нервно перевел дыхание и поспешил удалиться. — Скоро вернусь, — бросил он торопливо, исчезнув за поворотом. В лесу Харумаса успел поймать больше пяти зверей и уже собирался возвращаться в пещеру — оставлять Белль одну надолго было рискованно. Но вдруг резкие крики женщины остановили его. Чуть впереди два вампира приближались к женщине с ребенком на руках. Юноша стремительно бросился вперед и мощнейшим ударом обезглавил обоих преследователей. Женщина плакала, прижимая малыша к груди: — Умоляю, уйди прочь! Оставь нас в живых! Ее лицо опухло либо от жестоких ударов, либо от слез отчаяния. — Вас никто не собирался трогать, — равнодушно отозвался Харумаса. Да и запах крови совсем не возбуждал аппетит. — Не обманывай! — вскрикнула женщина, отчаянно отступая назад и устремляясь прочь в сторону деревни. Наблюдая ее бегство, Харумаса брезгливо поморщился: — Люди одинаковы... Всегда одно и то же, — пробормотал он. — Все кроме нее, — его лицо тронула легкая улыбка. Вернувшись в временный дом, Харумаса увидел Белль, которая тепло раскрыла навстречу объятия. — Ты что-то долго, — мягко упрекнула девушка, отчего характерный запах ее крови тут же затуманил разум вампира. — Повстречал пару кровожадных собратьев, пришлось вмешаться, — коротко объяснил он, стряхивая остатки напряжения. Оставшуюся часть вечера они провели в спокойствии и тишине. Ночью ни одна тревожащая мысль не нарушила покой двоих обитателей укромного жилища.

***

Пятый день заточения выдался особенно тяжелым. Уже утром вампир ощущал мучительный голод, становившийся невыносимо острым. Каждый вдох наполнялся ароматом свежей крови Белль, превращаясь в настоящую пытку. Несколько раз ноги сами собой тянулись к ней, руки дрожали от желания вонзиться зубами в шею девушки, открытую и такую доступную. Особенно трудно приходилось, когда Белль стояла спиной, варя еду: стройная шейка манила беспощадно, вызывая дикий внутренний конфликт. Проходящие часы лишь усугубляли страдания: чем больше он пытался отвлечься, тем навязчивее становились образы Белль. Теперь дело было не только в жажде крови — мысли о ней самой заполнили сознание целиком: губы, глаза, изящная талия... Любовь такая сложная вещь, почему она забивает ему голову таким бредом. Белль заметила тяжелое состояние вампира и всеми силами пыталась его развлечь, придумывая шуточки. Правда, ее попытка пошутить про улитку и бар вызвала скорее недоумение, нежели смех. Какие же жители Старого Риду не продвинутые! Спать рядом с девушкой Харумаса категорически отказался. Он превратился в мышь и устроился спать в углу — своеобразном месте наказания. Белль осталась одна в холодной постели, испытывая одиночество и тревогу. Еще вчера, когда мышка мирно спал у нее на животе, она ощущала его присутствие и спокойствие, но сегодня все изменилось. А ведь ей нельзя было к этому привыкать…

***

Кровь. Жгучий вкус человеческой крови звал, соблазняя. Казалось, что эта мысль пришла извне, чужая, незнакомая, но именно она терзала Харумасу изнутри. Следующий день принес разочарование: голод ничуть не ослаб, а лишь разгулялся сильнее. Такова природа последнего этапа семидневного цикла: все чувства обостряются, становятся ярче. Всего два дня осталось пережить. Два коротких дня, которые кажутся вечностью. — Как себя чувствуешь? — Белль подошла к юноше с теплым одеялом в руках. — Холодно чертовски, да и голова раскалывается. — Так больше не может продолжаться, — решительно заявила девушка. — Пусть ты и бессмертен, намеренное охлаждение организма пользы не принесет. Или иди сюда, на мою кровать, или я просто устроюсь рядом с тобой. — Дело вовсе не в тепле, — устало возразил Харумаса. — Мне нельзя близко подходить к тебе. — Первый день ты сторонился меня и страдал физически, зато, когда оказался рядом, казалось, напряжение уменьшилось. Почему так получается, я не понимаю, но игнорировать реальность глупо, — закончила Белль, устраиваясь рядышком и заботливо натягивая плед на обоих. Для Харумасы каждое мгновение становилось испытанием: удержать нить разговора с Белль оказывалось практически невозможным. Порой он вообще переставал слышать речь собеседницы, порой отдельные слова сливались в неясный шум. Причина проста: организм остро нуждался в восполнении запасов крови. — Ты меня слышишь? — неуверенно повторила девушка. Она не успела договорить фразу: сильная хватка резко притянула ее тело к полу, твердые пальцы впивались в спину, тяжелая фигура нависла сверху. Лицо Харумасы утратило всякую осмысленность, взгляд сделался отстраненным и мутным. — Твоя кровь… — глухо прошептал вампир прямо в ухо Белль. Раздался громкий настойчивый голос откуда-то из глубин сознания девушки: «Немедленно ударь его изо всей силы! Он заслуживает наказание!» — предложение звучало убедительно, но Белль знала, что причинить вред человеку, которого любит, невозможно. Все тело напряглось, ожидая неизбежного удара острых зубов. Горячая волна дыхания обжигала кожу чуть ниже шеи. — Харумаса, — еле слышно прохрипела прокси. Сейчас Харумаса вел бой с самим собой. Потерпеть поражение означало сломать хрупкую границу, защищающую единственного дорогого ему человека от боли. Желание испробовать запретный плод боролось с искренней любовью к Белль. Ему хватило сил воздержаться от укуса. Вместо этого губы скользнули влажной дорожкой вдоль нежной шейки девушки, постепенно смещаясь к гладкой ключице. Телу Белль предательские мурашки подсказывали, что страх растворяется, уступая место желанию сближения. Юноша охватывал пространство вокруг девушки, тесно сжимая ее в крепких объятиях, девушка крепко схватила пальцами ткань его рубашки, стремясь стать ближе. Страстные касания перемещались к уху, временами возвращаясь обратно к шее. Наверное, пылкость их объятий привела бы к большему погружению в страсть, если бы инстинкт самосохранения не напомнил Харумасе о контроле над собой. Вампир оторвался от теплой кожи девушки, посмотрел ей в глаза, которые были так же скрыты завесой страсти. Белль продолжала медленно поглаживать спину юноши, тяжело дыша открытым ртом. — Нет, я не собирался этого делать, — признался он самому себе, печально качая головой. Остановившись, бережно положил девушку на одеяло и поднялся с пола. — Я не монстр! — громко добавил он, обращаясь к собственной совести. Белль испугалась его реакции и встревожено поднялась на ноги, цепко хватая его за ладони: — Ты совсем не похож на них! Он в панике отшатнулся от девушки и вцепился в стену: — Нет, это неправда! Еще чуть-чуть, и я бы нанес тебе непоправимый ущерб. Полностью утратив контроль над собой, я перестал быть человечным! Белль внимательно смотрела на любимого взглядом полного доверия: — Этого бы не случилось, я верю в тебя, Харумаса. Я чувствую твою доброту, вижу твою человечность. Он долго смотрел на нее: она не казалась испуганной, напротив, излучала уверенность. — Сейчас я должен уйти отсюда. Иначе риск слишком велик. Очень боюсь, что больше не смогу остановиться. Сделав глубокий вдох, Харумаса повернулся к выходу, оставив девушку позади: — Ни в коем случае не покидай наше убежище. Обещаю, скоро вернусь, — произнес он хриплым голосом, покидая жилище, не обернувшись назад. Харумаса шел долгое время без четкого направления, пока случайно не обнаружил чудесное местечко. Перед ним простиралось чистое озеро, окруженное переливающимися кристаллами. Поверхность воды была идеально прозрачной, позволяя видеть собственное отражение так отчетливо, словно смотришь в зеркало. Первая мысль, пришедшая в голову вампира, заключалась в том, что сюда непременно стоит привести Белль. Устроившись на длинном плоском камне, напомнившем ему причал, Харумаса долго всматривался в водную гладь, периодически кидая в нее маленькие камни. Потом поднял взгляд вверх, наблюдая за движением ядовитого газа. Время незаметно пролетело мимо, погрузив юношу в задумчивость. Возвращаясь в пещеру, Харумаса заметил: кристаллы перестали светиться, а вампиры стали появляться буквально повсюду. Не успев зайти в их укрытие, на нем повисла девушка с слегка красными глазками. Она плакала из-за него. — Ты такой идиот! — возмущенно выпалила девушка, прижимаясь к нему еще сильнее. — Зачем ушел так надолго? Я места себе не находила, уже начала думать, что с тобой что-нибудь случилось! Больше так не делай! — Прости, пожалуйста, — искренне прошептал он, целуя ее макушку. — Простым прости не отделаешься! Тебе придется всю ночь греть меня, обнимая, — продолжала она, не отлипая от его плеча. Харумаса вздохнул, понимая, насколько непросто ему отказать возлюбленной, но необходимость поступить правильно победила: — Возможно ты будешь злиться, но я должен сказать тебе нет. На данный момент я правда могу не намеренно причинить тебе вред, а я этого хочу меньше всего. Белль слегка отстранилась, внимательно изучая лицо юноши. Во взгляде Харумасы она обнаружила глубокое чувство любви, но могла ли это быть иллюзия, отраженная лишь в собственных глазах? Сердце трепетало, мечтая видеть этот особенный взгляд адресованным только ей одной. — Согласна, признаю поражение, — смиренно сказала Белль, делая осторожный шаг назад и скромно отводя взгляд в пол. — Но есть одно условие: ты обязан подарить мне один поцелуй в щечку, — добавила она, собрав волю в кулак. Харумаса издал не громкий смешок, пораженный смелостью девушки, и снова приблизился к ней. Аккуратно поддерживая обеими руками очаровательное лицо Белль, он провел поцелуями сначала справа, затем слева, нежно дотронулся губами до лба и завершил ритуал едва уловимым соприкосновением с кончиком ее прелестного носика. — Достаточно ли этого, чтобы заслужить кратковременное прощение? — игриво спросил он, заботливо убрав прядь синих волос за ушко. — Да, теперь можешь считать себя временно оправданным, — серьезно подтвердила Белль, хотя ее искрящиеся глаза говорили обратное.

***

Вот и наступил последний день этой недели. Проснувшись от громкого шума, Белль обнаружила Харумасу, занятого утренними приготовлениями. Видимо, парень нечаянно задел посуду, и содержимое тарелки полетело на пол. — Приветик! Доброе утро! — приветственно широко улыбнулся юноша, стараясь выглядеть бодро. — Доброе, — откликнулась Белль, сонно глядя на растерянного вампира. — Завтрак почти готов. Я сейчас быстро тут все уберу и сможешь приступать, — виновато пояснил Харумаса. — А как же твой собственный завтрак? — полюбопытствовала девушка, обеспокоенно следя за действиями парня. — Сегодня планирую провести время снаружи нашей пещеры, — спокойно объявил он, сосредоточенно нарезая свежие овощи заново. — Остался последний день, а потом можно отправляться в путь. Белль послушно замолчала, подавив недовольство, но спустя минуту неуверенно кивнула, мысленно соглашаясь поддержать решение вампира. Весь день Харумаса провел в глубоких размышлениях, сидя или неспешно гуляя неподалеку от входа в пещеру. Важнейшие вопросы витали в голове, определяя дальнейшую судьбу: завтра он приведет Белль к сказочному месту и расскажет ей правду о своих чувствах. Ответ на поставленный вопрос нужен был честный, пусть даже негативный, — важнее всего было услышать истину. Ведь кто знает, удастся ли остаться с ней навсегда, когда закончится миссия возвращения ее к брату? Под смутное свечение кристаллов, вампир вернулся в укрытие. За первым поворотом он обнаружил спящую девушку, укутанную в одеяло. Вот же хулиганка, сто процентов выглядывала из пещеры! Сердиться на нее Харумаса не мог: слишком милая была картина. Аккуратно приподняв спящую красавицу на руки, юноша перенес ее внутрь пещеры. В последнюю ночь злосчастной недели ее кровь пахла по-особенному вкусно, но это становилось все легче и легче контролировать. — Ты наконец вернулся, — тихо произнесла Белль сквозь сон, очутившись на твердой кровати. — Я далеко и не уходил, просто отдыхай и забудь обо всем плохом, — ласково успокоил ее Харумаса, нежно поглаживая маленькую ручку девушки. Расслабившись под мягкими прикосновениями, Белль проспала всю ночь напролет, обретя долгожданный крепкий сон. Тем временем Харумаса расположился в своем отдаленном уголке пещеры, беспокойно размышляя о наступающем завтрашнем дне, полном неопределенности и надежд.