Кораллово-красный

Суо с самого утра чувствовал это: напряжение, перемешанное с капельками дождя, которые скатывались по листьям в саду, когда он вышел туда помедитировать. Тучи затягивали небо, а землю орошала влага, которая была так кстати для разгорячённого тела. Мысли о разговоре с Нирэи он старался гнать прочь, закрывая глаза и опускаясь телом к земле так низко, насколько это было возможно из положения поперечного шпагата. Одежда, состоявшая в этот раз только из хлопковых белых штанов, тут же намокла, но это ничуть не мешало ему. – Вдыхай глубже, – тихо сказал ему Се Лянь, надавливая на плечи, чтобы юноша ещё немного нагнулся. Его голос сливался с шумом капель, падающих на землю. – Избавься от мыслей, сосредоточься на том, чтобы дышать. Скачки тёмной ци в его теле его пугали. В этом не было ничего странного: он ёкай в конце концов, и логично, что тьма окружает его как внутри, так и снаружи, вот только это может быть опасно для его друзей, а потому нужно стараться. – Ты не передашь мне духовных сил? – Суо повернул вбок голову, чтобы увидеть родителя, но тот мягко вернул её в прежнее положение, коснувшись его подбородка пальцами. – А-Хуан, сосредоточься, – мягко отвёл тему Се Лянь. – Твоё тело ослабнет, если ты не будешь заниматься. Се Лянь тоже был обнажён по пояс, и по крепкому торсу, на котором отчётливо выделялись кубики пресса, скатывался пот в перемешку с дождевой водой. Ключицы и нижняя часть живота принца были покрыты красными пятнами – свидетельство того, что лёгкие, едва слышные стоны ночью Суо не понаслышке. Но как он ни старался, не мог избавиться от занимавших его мыслей вчерашнего дня. Слишком много неожиданно раскрытых карт, которые требовали перекрытия, а в его руках – лишь шахматная доска без фигур. – Чёрта с два! – сорвалось с языка ругательство, а в следующее мгновение в глазах потемнело, а земля оказалась слишком близко к телу. Се Лянь выпрямился, упёрся одной рукой в бок и вздохнул, прикрывая рукой лицо, стирая с него капельки пота. – Ты слишком переживаешь из-за чего-то, сын мой, – принц посмотрел на лиса, который недовольно спрятал мордочку в мокрой траве. – Если твои мысли не будут в порядке, тело тоже никогда не достигнет его, так и будешь прыгать из одного обличия в другое. "Возможно дело в том, что один придурок, вместо того чтобы меня учить, как подобает демону, запрещает мне ступать на их территорию?" – с сарказмом подумал Суо. Он плохо помнил тот день, когда потерял зрение в правом глазу: может, из-за того, что был слишком маленьким, или потому что Се Лянь применил чары – но этот момент был размытой тенью в его памяти. После этого Хуа Чэн запретил всякие попытки туда проникнуть, а если они и посещали Призрачный город, то только втроём и только Резиденцию Блаженства. – Тяжело сохранять голову холодной, когда рядом ходит та-а-акой красивый мальчик, Старший дядюшка, – засмеялся кто-то по ту сторону забора, и лис с Се Лянем разом повернули головы на звук. Это был давний друг Суо и один из подчинённых Хуа Чэна в этом городе. По совместительству и первогодка в Фурин, по счастливой случайности попавший в один класс с Суо. Демон-кот, или как любили говорить в Японии – некомато, оберегающий покой и приносящий людям благополучие. Мицуки Кирю. – Хая-ято, – юноша медленно опустил взгляд к земле и расплылся в довольной улыбке. – Ты такой милый в этом облике. Суо обречённо вздохнул. С одной стороны он был рад, что это не его отец – осадок от вчерашнего разговора ещё остался, и ему бы не хотелось видеть Хуа Чэна сейчас. С другой стороны его одноклассник тоже был не лучшей кандидатурой для этого. – Здравствуй, Кирю, – Се Лянь поспешно набросил на плечи рубашку, которая висела на спинке стула, и стал застёгивать пуговицы. – Давно не виделись, заходи. На территорию дома демоны могли войти лишь после приглашения одного из его обитателей, и хоть Кирю его не требовалось, он дождался, пока его пустят. – А-гаааа, – он вынул из ушей наушники и убрал их в карман вместе с телефоном, а потом присел на корточки рядом с лисом и взял его на руки, поглаживая по рыжей шерстке. – Ну надо же, какой красивый, – он провёл пальцами по хвосту. – Я думал, у тебя их больше. Суо был очень и очень молод по меркам ёкаев – шестнадцать лет это даже не цифра в мире демонов, а так, мелочи. Когда он посещал с отцом Призрачный город, то становился объектом внимания лишь потому, что был сыном "Хуа Чэнджу" и "Старшего дядюшки". Его собственные заслуги не учитывались: пусть он и стал Непревзойдённым, но славу в демоническом виде было завоевать не так-то просто. С Кирю он дружил ещё со средней школы – они оба учились в частном привилегированном учреждении, и сдружились крепче на почве того, что были одной природы. – Он ведь ещё совсем дитя, – принц направился к дому. – Заходите внутрь, будем завтракать. – Благодарю, но я ненадолго, – Кирю поправил волосы, задевая пирсинг на ушах. – Пришёл повидать Хая-то, – он несильно сжал пальцами бархатное ухо. – И поговорить. Лис фыркнул и, спрыгнув с рук одноклассника, обратился в человека, сидящего на газоне, скрестив ноги. Раз Кирю пришёл один и не позвонил, то, наверняка, есть весомая причина. И, судя по всему, она связана с Сакурой. – Как жаль, что тебе не нравятся девушки, – юноша протянул ему руку, помогая встать. – Ты был бы... – он оглядел с интересом, но безо всяких задних мыслей полуобнажённого Суо. – Нарасхват. – Как хорошо, что тебе нравятся девушки, иначе бы у меня были... конкуренты, – в тон ему ответил Хаято, и они тихо засмеялись. – Подожди немного, я переоденусь. – Можешь пойти так, – лениво зевнул Кирю, медленно моргая, словно его насильно разбудили и вывели в такую рань. – Красоту надо показывать, а не прятать. – Тогда как насчёт снять штаны? – поинтересовался Суо, и в ответ услышал возмущённое «ХАЯТО» от Се Ляня. – Что? Он первый начал. Мицуки развёл руками: сегодня он был одет не в форму, а потому выглядел немного иначе: волосы распущены, а не собраны, как обычно, худи мягкого кремового оттенка и коричневые брюки. Всё это вместе создавало желание обнять эту мягкую и большую плюшевую зефирку. Они вошли в дом через стеклянную дверь в гостиной, и Мицуки привычно расположился на диване – он не раз бывал в этом доме, а потому знал, где ему следует находиться, ожидая друга. – Осторожнее с обивкой, не точи о него когти, – Суо прошёл мимо с улыбкой. Кирю поднял правую ладонь, согнул пальцы в передних фалангах и, сделав вид, что что-то царапает, произнёс одно единственное слово: – Мяу. Глядя на Кирю сейчас, Се Лянь с улыбкой подумал о том, как зарождалась их с Хаято дружба: просто знакомство родителей и установление порядка на территории и неловкое молчание обоих детей, скромно выглядывающих из-за спин родителей. Суо тогда ещё не полностью оправился после потери глаза и очень переживал насчёт внешнего вида и повязки, а потому пару недель не выходил никуда дальше сада. Ни уговоры, ни просьбы родителей пройтись с ними хотя бы до магазина ничего не дали, а Мицуки, стоило им познакомиться, тут же утащил его гулять по городу. Они были первыми детьми ёкаями друг для друга, которые учились познавать азы дружбы и любви. – Когда ты вырастешь, – говорил Хуа Чэн сыну, сидевшему у Се Ляня на коленях. – Кирю Мицуки станет твоим... – Мужем? – предположил ребёнок, сжимая в ладошках кольцо праха на шее Се Ляня. – Нет, не мужем, – ласково исправил его небожитель. – Он станет твоей правой рукой и помощником во всех делах. – А почему не мужем? – моргнул мальчик и поморщился от боли в глазу. – Я не могу его любить? – Можешь, конечно, лисёнок, но... – Се Лянь осёкся, не зная, что сказать, и мальчик радостно продолжил. – Тогда другом, да? Как ты и Подметала? Принц бросил осуждающий взгляд на Хуа Чэна, но тот сделал вид, что занят разглядыванием своего прекрасного маникюра. – Саньлан! – А его разве не так зовут, папа? – Суо потянулся к повязке, чтобы потереть глаз, но мужчина его остановил, осторожно отведя его руку вниз. – Он не будет твоим другом, он будет твоим слугой, помощником, как угодно, – демон равнодушно пожал плечами. – Делай с ним, что захочешь. Мицуки тогда спокойно стоял у окна, всё так же невозмутимо, как и сейчас, накручивая прядь, тогда ещё темно-каштановую, на палец. Китайского он не понимал, а потому речи родителей и их сына оставались для него непонятными. – Что захочу? – на всякий случай переспросил Суо, а когда Хуа Чэн утвердительно кивнул, сполз с колен Се Ляня и, подойдя к нему, взял его за руку. – Тогда он будет моим мужем! ...Кирю отпил из стакана тёплое молоко и зажмурился от удовольствия: Се Лянь добавил в него несколько капелек мёда, и теперь он приятной сладостью оседал на языке. – Угощение от Старшего дядюшки всегда самое вкусное, – он склонил голову, а Се Лянь в ответ лишь ласково улыбнулся и, потрепав сына по голове, направился прочь из гостиной: наверное, продолжить медитацию в саду или на кухню. – Для тебя он Его Высочество, – улыбнулся Суо, приветливо хлопая в ладоши. – Или Даочжан Се. – Какой консервативный, – Кирю стер с верхней губы "усики" от молока и облизнул подушечку пальца, которым сделал это. – Впрочем, ты прав. Хаято, переодевшийся в шелковый красный костюм китайского покроя, спокойно сидел на другой стороне дивана, вертя в руке чашку с чаем. На этот раз он был европейским – Эрл Грэй. – И о чём таком ты хотел поговорить, что явился сюда так рано? – он с интересом отхлебнул чай и поморщился. Было невкусно. – Скажи-ка мне, дзенко, – Кирю намотал прядь розовых волос на палец. – Тебе действительно нравится наш новенький, или ты просто развлекаешься? – А в тебе говорит любопытство или опасение? Не волнуйся, я не причиню ему вреда, – Суо прикрыл глаза. – Чего ты на самом деле хочешь, Мицуки? Кирю понимающе кивнул и, оглядевшись, чтобы удостовериться в том, что Се Ляня нет поблизости, заговорил шёпотом, придвинувшись ближе к другу. – Ты ведь знаешь, чем занимается моя семья? Хаято кивнул. Семья некомато была назначена хранителями: они были той невидимой чертой, которая сохраняла баланс между демонами и людьми в городе, и в случае чего сообщала о нарушениях Хуа Чэну. И хотя демоны-коты по природе слабее кицуне, они пользовались уважением, а потому являлись посредниками между Хуа Чэном и нечистью, что пребывает в городе. – Недавно мы заметили сосредоточение тёмной ци, которой раньше не было. Но когда отправились выяснять, – она уже исчезла. Отец отправил сообщение Хуа Чэнджу, хотя не знаю, получил ли он его. – Он не сообщает мне о своих делах, – пожал плечами Суо, откладывая чашку. – Но неужели этот демон настолько силён, что даже ты такой взволнованный? Кирю кивнул – серьёзно, без улыбки. – Вчера мы огородили школу защитным заклинанием, как и всех, кто находился в ней, – он запустил руку в карман худи и вытащил оттуда листочек с заклинанием и помахал им перед другом. – Всех, кроме вас с Нирэи и Сакурой. Вы были на обходе. Поэтому я хотел передать тебе защитные амулеты для них, раз уж они постоянно находятся с тобой. – Ну, раз сами некомато им благоволят, то думаю, всё обойдётся, – Хаято улыбнулся и Кирю вложил ему в ладонь две подвески: простые зелёные камни на шнурках. – Спасибо. Мицуки неспешно поднялся, вытягиваясь, словно довольный кот. – Тогда я пойду. У меня сегодня назначено свидание, не хотелось бы опаздывать. – О, с той девушкой? Которую ты спас на днях? – Ага. – он уже развернулся, чтобы направиться к выходу, а потом спросил. – Ты же не ревнуешь? – Я не трачу время на то, что его не стоит, – демон-лис откинулся на спинку дивана, зевая. Кирю картинно закатил глаза, и Суо раздражённо помахал рукой. – Поди прочь, иначе дом провоняет гетеросексуальным смрадом. После тебя все комнаты приходится проветривать. Посмеиваясь, Мицуки удалился, не забыв заглянуть на кухню и попрощаться с Се Лянем. Он всегда был таким: мягким и неконфликтным, если не выводить его на эмоции. Его присутствие всегда успокаивало и приносило умиротворение. Се Лянь как-то раз даже сравнил его с Ши Цинсюань, мол, так же все проблемы улетучиваются, когда тот рядом. На этот раз Кирю даже подал ему идею. – Свидание, говоришь? – Суо чуть улыбнулся, доставая телефон, чтобы набрать номер, цифры которого уже знал наизусть.

***

Сакура уже не спал, когда раздался телефонный звонок: он делал зарядку, а конкретно на момент телефонной трели пришлась планка. С самого начала он решил его проигнорировать, но в выходной, да ещё такой пасмурный, ему мог звонить только один человек, а потому планка была отложена. – Доброе утро, милое золотце, – послышался ласковый голос Суо. – Как тебе спалось? – Нормально, – неохотно ответил Сакура. Долго описывать, что отключали отопление для экономии, он немного замёрз, а потом пытался согреться чаем, но и электричества тоже не было. – Чего звонишь? – Соскучился. Можно заглянуть в гости? – Ну... – Сакура огляделся. – Заглядывай, если надо, но зачем? Он поразился тому, как легко прозвучал его голос, будто на самом деле ему хотелось, чтобы Суо пришёл. Даже на выходных, даже когда им не нужно в школу и на обход. Пожалуй, в этом что-то есть. – Скоро буду, милое золотце, – засмеялся Суо. – Жди. Юноша появился на пороге уже спустя четверть часа: в сером свитере и тёмно-синих джинсах. Теперь его стиль одежды больше напоминал европейский, нежели китайский. О нём напоминали лишь необычные серьги и неизменная повязка. – Ты нахрена столько притащил? – помрачнел Сакура, увидев пакеты. – Сказал же, ничего не на... – он потянул носом, улавливая знакомый аромат, и его разноцветные глаза загорелись. – Омлет с рисом? Суо действительно принёс несколько больших пакетов, и один маленький, который оставил у самой двери, тогда как другие понёс внутрь. – Подумал, что ты захочешь позавтракать, вот и принёс перекусить. В комнате было холодно, даже он, невосприимчивый к температуре, это заметил: окна закрыты, но сквозь щели в них в помещение пробивался холодный ветер. – Спасибо, – удивился Сакура, и Суо, стоя у окон, услышал, как за его спиной зашуршали пакеты. Он быстро и точно начертил заклинание защиты в воздухе и распределил его по всей комнате. Уровень базовый, конечно, но пока и так сойдёт. Рисовать символы кровью или развешивать видимые заклинания он не решился. – Суо? – Да? – живо отозвался он, поворачиваясь к другу и заводя руки за спину. – Что такое, милый? Увидев, что так смутило друга, он едва не расхохотался: Сакура стоял на пороге между комнатой и кухней и держал в руке плюшевую лису, размером примерно со среднюю подушку. Немного смущённый, с всколоченными волосами, в серых шортах и белой футболке он выглядел совсем как ребёнок, получивший подарок на Рождество. – Что это? – зловеще спросил староста. – Это Мистер Фокс, – непринуждённо ответил демон-лис, стараясь звучать как можно серьёзнее. – Подумал, что тебе одиноко в этой... квартире одному, и я принёс тебе друга. – Мне не нужны твои подачки, – Сакура швырнул в него игрушку, и Хаято легко поймал её и усадил в углу комнаты. – Эй! – Выброси потом, если не понравится, – пожал он плечами. – Давай-ка ты сначала поешь, хорошо? – А ты? Не будешь? – Сакура нахмурился, доставая контейнеры из пакета и с восхищением нюхая каждый из них. – Хоть что-то? – Нет, я поел перед выходом, – извиняющимся тоном произнёс юноша. – Но я посижу с тобой, пока ты будешь трапезничать. ...Суо с улыбкой наблюдал, как Сакура ест, и как мог уговаривал себя подождать хотя бы пару минут. От острого бульона губы Сакуры распухли и покраснели, маня к себе. Всего одно движение, и это прекрасное создание окажется под ним, стонущее и жаждущее поцелуев так же сильно, как жаждал их демон-лис. – Вкусно, – удивлённо произнёс Сакура, отодвигая от себя тарелку. – Ты сам готовил? – А... – Суо смущённо почесал пальцем щёку. – Нет, я купил суп и омлет у Котохи. Я... не настолько хорош в готовке. – Он вдруг почувствовал запах цитрусовых, когда Сакура наклонился, чтобы в очередной раз зачерпнуть бульон, и нахмурился. – Ты что, мыл голову? – Да, – кивнул юноша. – Зачем? – Ну, – теперь смутился Сакура, кладя ложку аккуратно на край тарелки, чтобы капли бульона не капали на стол. – У нас же, ээээ – он облизнул пересохшие губы. – Типо свидание. Я подумал, раз мы в прошлый раз сделали... ну... то, что ты сделал для меня, это... – Минет? – подсказал Суо, старательно сдерживая смех. – Да, его. – Харука низко склонил голову, чуть ли не касаясь кончиком носа поверхности супа в тарелке. – Я подумал, наверное, ты может... захочешь того же, а... а у меня голова грязная. И тут даже выдержка ёкая не выдержала: ребёнок демона и небожителя залился хохотом, падая на спину и содрогаясь в судорожном смехе. – Ты чего это? – моргнул юноша, пока его одноклассник пытался выровнять дыхание и успокоиться. – Чё я такого сказал-то? Суо, счастливо улыбаясь, наконец поднялся и, притянув к себе юношу за щёки, крепко его поцеловал. Это не был полноценный поцелуй, просто касание губ, но этого было достаточно, чтобы по телу пробежала первая волна возбуждения. – Обожаю тебя, золотце. Ты такой милый, когда смущаешься, – он приблизился к его уху и прошептал: – Когда ты так себя ведёшь, мне хочется овладеть тобой ещё больше, чем обычно. Вопреки ожиданиям, Сакура не отстранился, а лишь уронил голову на плечо демона-лиса, вздохнув. – Я... я тоже тебя ждал, Хаято. Слышать имя, а не фамилию, из его уст было настолько волнительно, что Хаято чуть не впился зубами прямо в его плечо от переизбытка чувств, но вовремя остановился. – Раздеть тебя прямо сейчас или ты сначала доешь? – он ткнулся носом в его шею, уже намечая место, где оставит очередную отметину. – Ты с таким аппетитом уплетал угощение, что будет несправедливо тебя этого лишать. – Тц. Да как хочешь, – Сакура отвернулся, но в мыслях всё ещё вращался тот вопрос, который появился с тех пор, как позвонил Суо. – Хочу кое-что спросить. – М? – демон-лис чуть отодвинулся назад, чтобы видеть лицо возлюбленного. – Что такое, сладкий? – Почему ты меня не целуешь? Ну, как надо, с... – он покраснел ещё больше. – С языком. – О, – кораллово-красный глаз опасно блестнул. – А ты хочешь? – Ты дурак или да? – разозлился Сакура, рефлекторно замахиваясь и звонко ударяя Суо по щеке. Пощёчина получилась звонкой, но не совсем болезненной. – Сначала делаешь со мной... такое, а потом спрашиваешь, хочу ли я тебя поцеловать? Ребёнок демона и небожителя опешил, прикладывая ладонь к пострадавшей щеке, недоуменно глядя на возлюбленного. Видимо, такого развития событий он не ожидал. – Я... сделал что-то не так? Неужели на самом деле Сакура не воспринимает происходящее всерьёз? Что, если для него это будет лишь физическая близость без какого-либо чувственного аспекта? – Суо, – выдохнул Харука, уже осознавая, что поступил неправильно. – Да блять, ты вроде смышленый малый, а несёшь иногда полную чепуху. – То есть? Сакура схватил его за переднюю часть свитера и резко дернув на себя, накрыл его губы своими. Опешивший Суо на несколько секунд замер, но когда язык Сакуры настойчиво толкнулся в его рот, он расслабил губы, позволяя продолжать. Причина того, что он не поцеловал в тот раз возлюбленного, была не в том, что он был неуверен или ему этого не хотелось. Просто... он не до конца понимал намерения старосты. А для него знать цель человека было важнее всего. "Никогда не целуй того, с кем собираешься просто провести ночь," – как-то сказал ему Хуа Чэн. – "Секс — это желание тела, а поцелуи более интимны, чем самый откровенный разврат." А если Сакура действительно хотел просто с помощью него снять напряжение, то что тогда? Думать и целоваться одновременно было сложновато, поэтому Суо предпочёл последнее. – Баобэй, – прошептал он, отрываясь на несколько секунд от губ возлюбленного. – Золотце, давай ляжем. Сакура, будто сам удивившись тому, что сделал, шарахнулся от него назад, чуть не налетев на тарелку с супом, который ел, медленно закрывая покрасневшее лицо руками. Его била мелкая дрожь, пальцы дрожали, но во взгляде не было желания отступить. – Се-сейчас расстелю футон, – пробормотал он, отворачиваясь. Суо тоже постарался хоть на что-то отвлечься, чтобы себя сдержать, и решил отнести тарелки на кухню, а точнее — её подобие, которое представляло раковину и пару совершенно пустых ящиков. Ни тарелок, ни еды. Зато мусорка была наполнена коробками из-под еды быстрого приготовления и фастфуда. – Ты себе такими темпами, – ребёнок демона и небожителя положил тарелки в раковину, – желудок посадишь. Зачем ешь эту гадость? – Быстрее и готовить не надо, – коротко ответил Сакура, шурша одеялами, пока Суо осторожно подошёл к двери и забрал маленький пакетик, оставленный там. – Тогда буду приносить тебе еду каждый день, – он появился в комнате, улыбаясь. – Любую, которую захочешь. Сакура фыркнул. Уж больно фантастической показалась ему эта идея, но внутри всё равно что-то щёлкнуло: медленно и тихо, будто надломился один из замков, сдерживающих в нем всё то, что он старательно прятал от людей все годы. Футон был готов, и они тоже, поэтому Сакура неспешно подошёл к Суо и, протянув руку к его повязке, спросил: – Я сниму? – демон-лис кивнул и закрыл глаза, ожидая, пока юноша завершит начатое. Кусочек ткани соскользнул с лица легко, после того как Сакура потянул завязочку на себя. Бесцветный глаз казался лишним на этом жизнерадостном и ярком лице: с повязкой Суо выглядел более изящно, но таким – настоящим, его мог видеть только один человек, и эта мысль возбуждала. – Разденешься? – предложил демон-лис, потянувшись к его губам, но его остановили. Сакура ткнул его пальцем в грудь, чувствуя, как желудок скручивает от волнения. – Только если ты тоже. – Хочешь посмотреть? – Хаято тихо рассмеялся. – Тебе может не понравится то, что ты увидишь. – Да чего там такого может быть? – раздражённо осведомился юноша, резко хватаясь за край свитера Суо и дергая его наверх. – В конце концов не татуировками же у тебя вся спина забита. Суо аккуратно взял его за запястье и сжал, не позволяя оголить тело целиком. – Тогда точно не стоит смотреть. – Хаято! – прищурился Сакура, и сердце юноши пропустило удар. Этот вспыльчивый мальчишка никак не поймёт, что имя, звучащее из его уст, бьёт каждый раз ниже пояса. – Ладно, – выдохнул он. – Отойди чуток, я сниму свитер. Потом не говори, что я не предупреждал. Как и всякий другой полукровка, он нуждался в регулировке сил, будь то амулеты или защитные талисманы. Но одни он терял, другие портились, не успев коснуться его ауры, а потому Хуа Чэн придумал другой, более лучший способ наложения защитной печати, которую Суо самолично просил снять. – Ох ты ж нихуя себе, – не сдержался Сакура, когда Суо остался в одной майке, совсем не прикрывающей плечи и верхнюю часть спины. – Ты в секте какой-то состоишь? На плечевом поясе и верхней части спины были татуировки — разной формы, размера и цвета, но всех их объединяло одно — тематика огня и лиса. Очень большая лиса с пушистым хвостом, которая носом утыкалась в левую ключицу Суо, а кончик её хвоста касался правой. От неё во все стороны, даже на плечи практически до локтя, отходили всполохи пламени, словно лиса собиралась что-то поджечь. – Можно потрогать? – заговорил Сакура, когда первое удивление прошло. – Можно, и не только руками, – улыбнулся Хаято. – Если поцелуешь, буду крайне признателен. Сакура, впрочем, будто этого не слышал: он провёл подушечками пальцев по лисьей мордочке, и рука соскользнула вниз, обводя контуры огоньков. Кожа Суо была горячее на несколько градусов, чем его собственная, а может, дело в том, что он впервые вот так вот кого-то касался? – Почему... почему именно лиса? – Это не лиса, – ответил ребёнок демона и небожителя, прикрывая глаза и наслаждаясь прикосновениями. – Это огненная кицуне. Ёкай. Огненная, потому что природа силы Суо была именно такой, в чём и убедились его родители на горьком опыте, когда в порыве детской обиды Се Хуан поджёг картины своего отца одним взмахом ладони. Ребёнок испугался сам, напугал родителей и практически полностью сжёг первый этаж дома, оставив на руках принца, который в спешке покидал дом, ожоги от огня. Тогда его впервые в жизни наказали: не из-за картин, вовсе нет, а потому, что Се Лянь улыбался сквозь боль, убеждая сына, что всё хорошо, пока Хуа Чэн с трепетом и нарастающей злостью перебинтовывал руки супруга бинтами, пропитанными лечебной мазью. – Папочка, прости пожалуйста, я не специально, – всхлипывал ребёнок, стоя на расстоянии нескольких шагов от родителей. – Я правда не хотел, я... – Прочь, – яростно сверкнул на него глазами демон. – Уйди сейчас же. – Сань Лан, он ведь ещё не контролирует себя, – с неизменной нежностью отвечал Се Лянь, кивая мальчику и позволяя подойти ближе. – Иди ко мне, моё сокровище. Ну, не плачь, мне совсем не больно. Суо тряхнул головой, отгоняя плохое воспоминание. Хорошо, что всё-таки существует защита вроде этой, иначе он бы уже сто раз кого-нибудь да поджарил. – Типа она тебя охраняет или как? – Сакура зачем-то наклонился, его лицо оказалось на уровне груди юноши, и тот усмехнулся, погладив его по голове. – Типа, – ответил он задумчиво. – Но не меня, а... ах! Такого Суо ожидал меньше всего — Сакура накрыл его сосок губами, обводя языком, и втягивая в рот, а потом с причмокиванием отстранился, облизываясь. – Неплохо, – он вытер рот, словно только что попробовал мороженое, и оно осталось у него на губах. – Вот почему ты в прошлый раз... – юноша посмотрел на друга. – Суо? Щёки демона-лиса полыхали так, что ему казалось — они сейчас загорятся, явив Сакуре его огненную природу. Он прикрыл рот тыльной стороной ладони и тяжело сглотнул. – Хах, – Сакура прищурился. – Видимо, и ты не такой уж неуязвимый, а, Хаято? Одно движение ногой, лёгкий толчок, и Суо, совсем не контролируя своё равновесие, с шумом упал прямо на футон, успев чуть приподнять голову, чтобы уберечь её от удара. – Не обязательно было применять грубую силу, – чуть улыбнулся он, когда Харука устроился рядом и удивлённо вздернул брови. – Что такое? – Что в пакете? – он потянулся к нему и не заметил, как хищно сверкнули глаза Суо. – Презервативы и смазка, – он подпер щеку ладонью, приподнимаясь на локте и смотря на возлюбленного. – Не хочешь попробовать настоящий секс?

***

– Где эта пародия на человека с интеллектуальными способностями как у Эмина? – заглянул Хуа Чэн в спальню, где Се Лянь, лёжа на их кровати, перелистывал книгу. Услышав слова мужа, он обречённо вздохнул, роняя голову на страницы. А потом с укоризной захлопнул чтиво, которое оказалось учебником по истории Древнего Китая. – НАШ СЫН, – он улыбнулся, закрывая глаза. – Ушёл на свидание, поэтому какое-то время его не будет. Попытки Се Ляня поддерживать между ними мир были такими милыми, что демон не смог удержаться от восторга, глядя на принца. – Как же я обожаю тебя, Моё Высочество, – он одним коленом упёрся в кровать, целуя его в волосы. – Теперь понятно, почему с моей карты списались средства в кафе и аптеке. Это хорошо, что он не забыл о защите, – добавил Непревзойдённый. – Будет тебе, – вздохнул Се Лянь, садясь в постели. – Кстати, сегодня утром приходил Кирю, говорил, что есть новости. Хуа Чэн уже притянул небожителя к себе, утыкаясь ему в шею и вдыхая родной и знакомый запах. Великолепно. – Ах, это... да. Нам нужно собрать всех ёкаев и демонов, которые охраняют городок, – он отстранился и поймал удивлённый взгляд Се Ляня. – Это настолько серьёзно? – Боюсь, что даже очень, – кивнул он, и на его лице расцвела дьявольская улыбка. – Самое время, чтобы оборвать НАШЕМУ СЫНУ всю малину.

***

Стоны и всхлипы наполнили комнату. Не успел её хозяин оглянуться, как оказался спиной к Суо, который, натянув презерватив для начала на пальцы, осторожно массировал колечко мышц, проталкивая в него по одной фаланге, разрабатывая анус для более масштабного проникновения. Другой рукой он крепко обнимал бедра возлюбленного, сжимая в ладони член, который буквально несколько секунд назад "вознаградил" руку Суо за труды, оставив на ней блеклые беловатые капли. – Хаято, – простонал Сакура, дергаясь после очередного движения пальцами всем телом и чуть не ударяясь о подбородок Суо затылком. – БЛЯДСТВО, МАТЬ ТВОЮ! – Тише-тише-тише, – зашептал Суо, и Сакура всхлипнул. – Милое моё золотце, если тебе больно, я хочу знать об этом. Но не обязательно так кричать, а тем более ругаться. – Не больно, – пробормотал Сакура в подушку. – Просто ты что-то там задел, и... тело как будто током ударило. Суо вздернул брови, а потом улыбнулся. – О, понимаю, о чём ты. Видимо, это простата, она содержит много чувствительных окончаний и поэтому даже римминг будет давать такой... – он ещё раз двинул пальцами, и юноша дернулся, хрипло застонав. – ...эффект. – Хватит разговаривать! – огрызнулся Сакура, пытаясь повернуться, но его крепко держали, не позволяя этого сделать. – Чего ты такой агрессивный? Или ты становишься добрым только после того, как кончишь? – демон-лис провёл языком по его ушной раковине, слегка прикусывая мочку. – Может, в этот раз мне войти не пальцами, чтобы ты наконец перестал возмущаться? Смазки было достаточно: обтянутые латексом два пальца идеально скользили, позволяя проникать глубоко и доставлять удовольствие. Но демон-лис всё ещё сомневался, войдёт ли член при такой подготовке? Скорее всего нет, потребуется ещё какое-то время, чтобы мышцы расслабились. – Суо, мать твою, я тебе сейчас врежу нахрен! – зашипел Сакура. – Немедленно отпусти, я хочу повернуться, чтобы видеть твоё лицо! – Зачем? – зубы царапнули кожу у плеча, совсем немного, но предупреждающе. – Лежи и получай удовольствие, милое золотце. Пусть он не получит свою порцию наслаждения телом Сакуры в этот раз — и пусть. Но его эмоции и страсть он вберёт всю, до последней капли, и насытится на несколько дней вперёд. – Так не честно, что удовольствие получаю только я. – Опять ты за своё, – вздохнул Суо и ослабил хватку, позволяя юноше перевернуться на другой бок. – Но сейчас слишком рано, чтобы я заменил пальцы членом, моё золотце. Тебе будет больно, и ничего приятного ты не получишь. – Я уже получил, – хмуро буркнул Сакура, обнимая его за шею и целуя куда-то в районе щеки. – А ты — нет. "Поверь мне, милый, получил, и ещё как", – подумал Суо, но вслух ничего такого говорить не стал. Вместо этого предложил: – Сейчас закончу с тобой и дам полную свободу действий, ладно? – Свободу действий? – Да. Буду весь твой, обещаю. Сакуру, видимо, такой исход устроил, и он потянулся за поцелуем, но их прервал телефонный звонок. Звонил телефон Суо. Тот недовольно выполз из объятий возлюбленного и вытащил из правого кармана джинс, которые так и не снял, телефон. – Я занят, – хмуро бросил он, едва взяв трубку. – Позвони потом. – Твои потрахушки могут подождать, – отрезал Хуа Чэн. – Отказы не принимаются. Бросай кости и немедленно сюда. Хаято закатил глаза и бросил телефон куда-то в кучу вещей, которые валялись у изголовья футона. – У нас мало времени, любовь моя, – прошептал он, возвращая пальцы в почти разработанное колечко мышц, а другой рукой массируя член Сакуры. – Придётся оставить самое интересное на потом, хорошо? – он склонился над его шеей и облизнулся. – Ха-ру-ка? – Блять, укусишь меня, и... – он осёкся, ловя ртом воздух и прикрывая рот, чтобы стон получился не слишком громким. – Мфха. Оргазм настиг неожиданно, вызванный одновременно стимуляцией и простаты и члена, который уже в который раз за день извергся семенем, пачкая постель и руку ёкая. Сакура бессильной лужицей растёкся по футону, что-то бессвязно бормоча. – И ты — что? – улыбнулся Суо, пока юноша пытался сориентироваться и сфокусировать взгляд. Демон-лис вытер пальцем слезу, которая стекала из уголка глаза Сакуры. – Прости, милый, не сегодня. Эта одноглазая падаль требует моего присутствия, поэтому позже продолжим. – Ты куда? – Сакура едва поднялся на ослабленных руках, пока Суо одевался. – Я... что-то не так сделал? У демона-лиса разрывалось сердце — он уже во второй раз оставлял Сакуру в таком уязвлённом виде совсем одного, но сейчас не было другого выбора. – Нет, баобэй. Это не твоя вина. – он наклонился, чтобы поцеловать его в губы. – Ещё увидимся. Пока.

***

– Что за выражение лица, Хаято? – промурлыкал Кирю, устроившийся на подлокотнике кресла в их гостиной. – Неужели ты был занят чем-то важным? Суо молча повернулся к отцу, забрал у него пульверизатор, которым он освежал стебельки и листья комнатных растений, и, не говоря ни слова, несколько раз пшикнул им на друга. – Мицуки, ну ты чего, – усмехнулся Хуа Чэн, откусывая кусочек от маньтоу, которое нашёл на кухне. – Видно же, прямо с сеновала к нам явился. Суо повторил процедуру, проделанную с Кирю и с отцом, который в ответ на это просто расхохотался. – А ну прекратите, – вздохнул Се Лянь под хихиканье демонов. – А-Хуан, милый, не обращай внимания. – Ты не представляешь, насколько я сейчас близок к отцеубийству, – Суо вернул Се Ляню его "инструмент" для поливки. – Ты сильно разозлишься, если останешься вдовцом? – Вот что бывает, если юношеские потребности не удовлетворены, – вздохнул Хуа Чэн притворно тяжело. – Мне дать тебе время уединиться с собой в ванной? Или, может, тебе нужна фотография Сакуры? – Так! – Се Лянь встал между сыном и супругом, пока они не начали разрушать дом. – У нас есть дела поважнее, чем ваши ссоры. Успокойтесь. – Завались, ошибка Се Ляня, – сухо ответил Суо. – Ему следовало позволить тебе умереть и выбрать Фэнцинов. Вот где бы он был по-настоящему счастлив. Лицо Хуа Чэна перекосило от смеха и в то же время гнева. – Ах ты потеряшка несчастная. Думаешь, если мы тут тебя кормим, можешь так с отцом разговаривать? Кирю с интересом переводил взгляд с одного на другого, пока краем глаза не заметил, что Се Лянь куда-то вышел. – Ты мне такой же отец, как Черновод финансово грамотный человек, – парировал Хаято, и Хуа Чэн собирался ему что-то ответить, как сверкнула красная молния между ними: из комнаты показался Се Лянь с Эмином в руках. – На колени, – холодно приказал он. – Оба.