Мираэль

Учебный год стартовал тихо, но насыщенно — как новый лист в большой книге, который им всем предстояло заполнить. После пар Чонгук привычно направлялся в небольшую мастерскую на окраине кампуса, где подрабатывал сборкой и настройкой роботов — незначительная, но стабильная работа, позволяющая немного пополнить бюджет. Его руки ловко двигались между мелкими деталями, а мысли постоянно возвращались к Дженни и их планам на будущее. Тем временем Дженни углубилась в творчество — она брала заказы на портреты и фотосессии, часто задерживалась допоздна, редактируя снимки и готовя работы для выставок. Каждый новый заказ был маленькой победой, придававшей сил идти дальше. Однажды вечером, придя домой, они с Чонгуком радостно собрали новую кровать — подарок от их сбережений. Это была простая, но уютная двуспальная кровать с мягким изголовьем и ярким покрывалом. Они смеялись, спорили, кто какую деталь соберёт, а потом, усталые, но счастливые, упали на неё, ощущая, что эта кровать — символ их нового этапа. Вскоре Чонгук сдал на водительские права. Его первый самостоятельный опыт за рулём вызвал у всех смешанные чувства — от волнения до тихого веселья, когда он рассказывал, как чуть не перепутал педали на первом выезде. Это добавило легкости в их совместную жизнь — теперь он мог возить Дженни на выставки и встречи, а она — иногда удивлять его новыми блюдами, приготовленными «по итальянским рецептам». Тем временем в их компании происходили изменения. Чимин и Юнги приняли важное решение — снять вместе квартиру. Новость быстро разлетелась по их кругу, и все удивлялись, как эти двое, такие разные, смогли найти общий язык. Юнги, иногда вспыльчивый и прямолинейный, всегда ценил спокойствие и рассудительность Чимина, который учился на психолога и умел сглаживать любые конфликты. Чимин, в свою очередь, терпеливо выслушивал любимого и поддерживал его, умело направляя в моменты сомнений и усталости. — Я не думал, что найду такого человека, — как-то признался Юнги одному из друзей. — Он как моя подушка безопасности. — И ты для него — как мотор, — подшутила Чэён, — он зажигает, а ты его стабилизируешь. — Совершенная пара, — согласился Тэхён, улыбаясь. Ссоры, которых, конечно, не обходилось, быстро решались — главным был диалог. Чимин часто проводил небольшие «сеансы» для Юнги, помогая ему справляться со стрессом и учиться отпускать обиды. Их совместная жизнь стала отдельной маленькой историей внутри большого университета — история о взрослении, о том, как разное можно сделать одним целым. Прошёл уже год . Утро в Вероне всегда начиналось с мягкого света, который проникал в их маленькие комнаты в кампусе и новых квартирах. В воздухе витало ожидание — не только весны, но и конца целой эпохи. Этот год был особенным — годом выпускников. Для Чэён, Чимина, Тэхёна и Юнги — это был последний учебный этап в университете. Дженни и Чонгук ещё предстояло учиться один год, но уже сейчас они чувствовали, что находятся на пороге нового мира. Вместе они многое пережили. ⸻ После месяцев подработок и упорного труда Чэён и Тэхён смогли накопить на собственную квартиру в живописном районе Вероны. Это был светлый и уютный уголок, где они начали строить свою маленькую жизнь вдвоём. Вечерами они сидели у окна с чашками горячего чая и мечтали о будущем. Дженни и Чонгук, тем временем, наконец приобрели машину — небольшой, но надёжный автомобиль, который стал для них символом свободы. Их поездки по окрестностям Вероны, когда они просто катались без цели, чтобы отвлечься от  всего ,были наполнены смехом и музыкой, громко играющей из колонок. Учёба оставалась в центре их жизни — пары, проекты, подготовка к итоговым экзаменам и выпускным работам. Но вместе с этим приходило и чувство тоски. — Через несколько месяцев всё изменится, — тихо сказала Чэён однажды вечером, когда они все собрались в квартире Дженни и Чонгука. — Мы уже не будем сидеть здесь вместе, не будем обсуждать пары и планы. — Да, — ответил Юнги. — Это как конец истории, которую мы писали вместе. Но даже в этой грусти они находили силы и поддержку друг в друге. Их дружба становилась крепче — ведь расставание ещё не означало забыть. Тэхён и Чэён учились понимать и принимать изменения — их любовь переживала новый этап, где нужно было принимать решения и строить планы на будущее. Юнги и Чимин, несмотря на разные характеры, всё глубже узнавали друг друга, учились идти на компромиссы и ценить то, что имеют. ⸻ И вот, постепенно приближался день выпуска — момент, который обещал открыть новую страницу. Вечера стали длиннее, а разговоры — серьёзнее. Они собирались вместе, вспоминали первые дни в университете, смеялись над старыми ошибками и строили мечты. Ночь спустилась на Верону, окутывая город мягким светом уличных фонарей и мерцанием звёзд. В большом зале университета, украшенном гирляндами и цветами, собрались выпускники — молодые люди с целыми мирами за плечами и мечтами в глазах. Джени стояла в лёгком платье нежного цвета, её сердце стучало в унисон с музыкой, звучавшей в зале. Рядом — Чонгук, в элегантном костюме, слегка нервничая, но улыбаясь ей. — Не могу поверить, что мы здесь, — тихо сказала Джени, глядя на знакомые лица. — Как быстро пролетело время. — Это только начало, — прошептал он ей на ухо. Света приглушились, и ведущий объявил начало церемонии. Каждый выпускник получил свой диплом, аплодисменты наполняли зал. Слова благодарности от преподавателей, поздравления и обещания не забывать этот день. ⸻ После официальной части начался бал — музыка наполнила зал, и пары начали медленный танец. Джени и Чонгук взялись за руки, кружась среди сверкающих огней. — Помнишь нашу первую встречу? — улыбнулась она. — Как я мог забыть? Ты была загадкой и светом одновременно. — Я думала, что это навсегда, — сказала Джени, слегка прижимаясь к нему. — Это и есть навсегда, — ответил он, целуя её в лоб. ⸻ Параллельно, у окна, стояли Юнги и Чимин, обсуждая будущее. — два года назад я не мог представить, что мы будем здесь, — признался Юнги. — А я не мог представить, что мы будем вместе, — улыбнулся Чимин. — Но знаешь, это круто. Рядом с ними стояли Тэхён и Чэён — тихая, но крепкая пара. — Скоро новый этап, — прошептала Чэён. — И я буду рядом, — сказал Тэхён, сжав её руку. ⸻ Выпускной вечер подходил к концу. В воздухе царила смесь радости и грусти, восторга и ожидания. Джени посмотрела на друзей — на этих людей, с которыми прошла столько дорог, испытаний и радостей. — Спасибо, что были со мной, — тихо сказала она. — Мы всегда рядом, — ответил Чонгук. Прошёл ещё один год — время новых возможностей и перемен. Чимин наконец устроился психологом в уютной клинике Вероны. Его работа была неспешной, но важной — он помогал людям разбираться в себе, справляться с внутренними трудностями. Его спокойствие и внимание к деталям делали его востребованным специалистом. В то же время Юнги продолжал работу физиотерапевтом, постоянно совершенствуя навыки и расширяя круг пациентов. Чэён и Тэхён активно развивали совместную карьеру — она писала проникновенные тексты и мелодии, он создавал музыку и продюсировал записи. Их песни постепенно завоёвывали популярность, а сцена становилась всё ближе. Между тем Дженни и Чонгук готовились к выпуску, приближаясь к завершению своего учебного пути. Их отношения становились крепче с каждым днём, а мечты — яснее и ближе к осуществлению. День выпуска в Вероне был наполнен лёгким трепетом и волнующим ожиданием. Зал университета сиял от улыбок и слёз — слёз радости и грусти одновременно. Дженни и Чонгук стояли рядом, держа в руках свои дипломы, сердце колотилось от гордости и волнения. В зал вошли их друзья — Чимин, Юнги, Чэён и Тэхён. Они обнимали выпускников, задавали вопросы с лёгкой насмешкой и искренним интересом. — Ну и кем же теперь станете? — спросил Чимин, подмигивая. — Дженни — режиссёр и художник, а я — инженер-робототехник, — ответил Чонгук, улыбаясь. — Звучит здорово! — сказал Юнги. — Не забывайте нас, когда станете знаменитыми! — Никогда! — рассмеялась Дженни. После официальной части они отправились вместе отмечать — праздник плавно перетекал в тёплый вечер на свежем воздухе. Все сели в машины — каждую из них можно было назвать частью их истории: от старенькой, но надёжной Юнги до стильной машины Тэхёна. Они отправились к реке — их излюбленному месту, где когда-то вместе мечтали и делились планами. Ночь была ясной, и звёзды казались особенно близкими. Разложив пледы на траве, они устроили небольшой пикник — делились историями, смеялись, вспоминали первые дни в университете и мечтали о будущем. ⸻ В тишине перед рассветом Дженни и Чонгук уткнулись друг в друга, наслаждаясь моментом. — Помнишь, как всё начиналось? — прошептал он. — Кажется, это было вчера, — улыбнулась она. — А теперь мы здесь. Постепенно небо начало светлеть, и первые лучи солнца окрасили реку золотом. Все замолчали, смотря на этот чудесный рассвет — символ новых начинаний и бесконечных возможностей. Годы шли, и жизнь Дженни и Чонгука стремительно менялась. Она — талантливый режиссёр, чьи фильмы получили признание не только в Италии, но и за её пределами. Каждый новый проект приносил ей не только творческое удовлетворение, но и заслуженный успех. Чонгук, успешно завершив учёбу и устроившись в престижной компании, стал экспертом в своей области робототехники. Его знания и трудолюбие приносили стабильный доход и уверенность в завтрашнем дне. ⸻ Их совместная жизнь постепенно обретала новую форму — уютную и наполненную светлыми надеждами. Вместе они копили на маленький домик недалеко от моря — место, где можно будет отдохнуть от городской суеты, слушать шум волн и встречать рассветы. — Представляешь, как будет здорово, — говорила Дженни, поглаживая его руку. — Мы будем просыпаться под шум прибоя и пить кофе на веранде. — И строить там новую жизнь, — улыбался Чонгук. — Вместе. ⸻ Время шло, и их мысли всё чаще возвращались к идее семьи. Они говорили о будущем — о доме, детях, праздниках и простых, но таких важных моментах. — Ты — моя главная опора и вдохновение, — признался Чонгук однажды вечером, глядя в её глаза. — Я хочу идти с тобой по жизни вместе, навсегда. — Я тоже, — прошептала Дженни, улыбаясь сквозь слёзы счастья. Долгожданный день настал — Дженни и Чонгук наконец смогли исполнить свою мечту и купить уютный домик недалеко от моря. Домик стоял на небольшой возвышенности, откуда открывался завораживающий вид на бескрайние синие воды и золотистые пески. Вокруг царила тишина и спокойствие — идеальное место для начала новой главы их жизни. ⸻ В тот вечер к ним приехали все друзья — Чимин с Юнги, Чэён с Тэхёном. Атмосфера была праздничной и тёплой. Они смеялись, делились историями и любовались красотой дома. — Я не могу поверить, что вы это сделали з, — говорила Чэён, обнимая Дженни. — Это словно сон! — Такой дом — настоящая награда за все ваши труды, — улыбался Тэхён. Когда вечер стал спадать, и звёзды зажглись над морем, Чонгук взял Дженни за руку, повёл её к террасе с видом на воду. — Дженни, — начал он тихо, — каждый день с тобой — как чудо. Ты — смысл моей жизни, моя муза и моя сила. Он опустился на одно колено, доставая из кармана небольшую коробочку с кольцом. — Ты выйдешь за меня? Слёзы счастья заблестели в глазах Дженни. Она едва смогла прошептать: — Да, с радостью. ⸻ Друзья, услышав ответ, подняли тосты и обнялись, разделяя этот особенный момент. Дом наполнился смехом, любовью и надеждой на светлое будущее. Солнечный утренний свет мягко проникал через занавески их уютного домика у озера Гарда. Дженни сидела за кухонным столом, держа в руках чашку с горячим кофе. Её сердце билось быстрее обычного — сегодня она собиралась поделиться с Чонгуком самой важной новостью в своей жизни. Чонгук вошёл в комнату, улыбаясь, держа в руках свежий круассан. Он поцеловал её в лоб и сел рядом. — Доброе утро, любовь моя, — сказал он, бережно взяв её руку. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, — ответила Дженни, пытаясь сохранить спокойствие. — У меня есть кое-что, что я хочу тебе сказать… Она глубоко вздохнула, улыбнулась и с блеском в глазах продолжила: — Я беременна. На мгновение мир словно остановился. Глаза Чонгука расширились от удивления, потом на лице появилась нежная улыбка. — Это самая прекрасная новость, которую я мог услышать, — прошептал он, крепко обнимая её Они сидели так, обнявшись, наслаждаясь теплом момента и мечтая о будущем, которое теперь казалось ещё ярче и полнее. Прошло уже пять месяцев с того дня, как Дженни сказала Чонгуку о ребёнке. Жизнь будто стала тише, теплее. Они вместе смотрели, как меняется её тело, как растёт живот — как внутри неё растёт чудо. Дом наполнился детскими рисунками, лентами, мягкими игрушками и каталогами свадебных платьев. Утро начиналось с кофе, а заканчивалось разговором о будущем имени малыша. Свадьбу они решили устроить в середине апреля — среди цветов, в том самом месте, где когда-то впервые признались друг другу в любви. Однажды вечером, вернувшись с работы, Чонгук сел рядом с Дженни, погладив её по плечу. — Мне сегодня сообщили кое-что, — сказал он. — Нас с тобой пригласили на очень важное мероприятие — годовщину компании, где я работаю. — Какую? — удивилась она. — Это будет грандиозный вечер в роскошном отеле в Турине. Директор лично организует всё. Появятся известные предприниматели, политики, инвесторы. И… Чэён с Тэхёном тоже там будут — они выступят с песней. Дженни тихо улыбнулась: — Это будет… красиво. Но я немного волнуюсь. Много людей. — Я буду рядом, — сказал Чонгук, целуя её ладонь. — Всегда. ⸻ В ту ночь они долго смотрели в потолок, прижимаясь друг к другу. В комнате царило чувство абсолютного спокойствия и веры в светлое будущее. Приближался день торжества. Дженни нервно поправляла ткань тёмно-синего платья, стоя перед зеркалом. Оно идеально подчёркивало её талию, но животик уже был заметен — пять месяцев всё-таки. Она смотрела на своё отражение, слегка нахмурив лоб. — Может, мне лучше надеть что-то свободное? — тихо спросила она, будто сама у себя. — Я выгляжу… слишком… Чонгук подошёл к ней сзади и обнял за талию, положив руки на округлившийся живот. — Ты выглядишь как самая красивая женщина на планете, — прошептал он. — Это платье подчёркивает не только твою фигуру, но и нашу любовь. Ты носишь под сердцем наше будущее. Гордись этим. Она улыбнулась, всё ещё немного смущённая, но в его глазах — только восторг и нежность. Он взял её руку и поднёс к губам: — Готова показать миру, как прекрасна ты и наша история? Она кивнула. — Если ты рядом, я не боюсь ничего. ⸻ Вечером они прибыли в Турин. Шикарный отель сиял огнями. У входа стояли охрана, репортёры и элегантно одетые гости. Чонгук выглядел сдержанно, но уверенно — в тёмном костюме, с лёгкой улыбкой, с гордостью ведя Дженни под руку. Они вошли в главный зал, где всё сверкало: хрусталь, скрипки, бокалы шампанского, шелест дорогих платьев. Почти сразу к ним подошли Тэхён и Чэён — он в тёмно-бордовом пиджаке, она — в сверкающем платье цвета шампанского. — Боже, Дженни, — выдохнула Чэён, широко улыбаясь, — ты выглядишь просто чудесно! — И ты… — Дженни немного покраснела, заметив, как взгляд Тэхёна скользнул к её животику. Но он не сказал ничего — только кивнул с лёгкой, уважительной улыбкой. — Вам идёт быть родителями, — тихо добавил он. — Вы сияете. Позже к ним подошли Чимин с Юнги. Юнги заметно расчувствовался, увидев, как Дженни держится за живот, и тихо произнёс: — Даже не верится, как быстро идёт время. — У вас сердце снаружи тела, — добавил Чимин, нежно улыбаясь. — Оно теперь растёт у тебя под сердцем, Дженни. Скоро заиграла музыка. Кто-то из гостей узнал Тэхёна и Чэён, их пригласили на сцену. Весь зал замер, когда они спели свою новую песню — о доме, семье и тёплом свете окон, который ждёт каждого. ⸻ Дженни сидела рядом с Чонгуком, крепко держась за его руку. — Спасибо, что всё это — с тобой, — прошептала она. — Это только начало, — сказал он. — Всё самое важное — ещё впереди. Они мило проводили вечер. Чонгук держал Дженни за руку, поглаживая большим пальцем её ладонь. Рядом смеялись Тэхён и Чэён, Чимин подшучивал над Юнги, который, как всегда, пытался казаться серьёзным, но то и дело ухмылялся. Был тот самый момент безмятежности, когда кажется, что мир остановился, и ничто не может разрушить гармонию. И вдруг — выстрел. Сухой, резкий, глухой. Потом второй. Люди закричали, кто-то уронил бокал. Музыка оборвалась. По залу прокатился гул страха. — Дженни, — выдохнул Чонгук, мгновенно прижимая её к себе. — Все! Быстро! За мной! Он схватил Дженни за руку и повёл её прочь от паники, лавируя между толпой. Его взгляд метался, пока он не заметил боковую дверь с надписью Service Only. Они вбежали внутрь. Это был служебный коридор, тускло освещённый. В конце — маленькая кладовая, заставленная ящиками, швабрами и запасными тканями для банкетов. — Сюда, — сказал он, открывая дверь. — Быстро. Присядь за эти ящики, я закрою снаружи. — Нет! — Дженни вцепилась в его рубашку. — Не оставляй меня! — Я рядом. Просто спрячься. Ради нашего ребёнка. Ради нас. Он аккуратно закрыл дверь, оставив небольшую щель, чтобы поступал воздух. Сам присел рядом с дверью, глядя на коридор. Снаружи слышны были шаги, крики, и снова выстрелы. Кто-то пробегал мимо. Потом всё стихло — только звуки затихающей паники из зала. ⸻ Чонгук обернулся и посмотрел на Дженни. Она сидела на полу, обнимая живот, глаза полны слёз. Он подошёл, присел рядом, обнял её. — Я не дам им прикоснуться к тебе, слышишь? — сказал он. — Ни к тебе, ни к малышу. Она прижалась к нему. — Я верю тебе. Только не уходи. — Я рядом. Всегда. Сирены. Далеко и всё ближе. По коридорам уже бегали охранники, слышались команды по рации, в зале нарастал хаос — но в служебной кладовой царила тишина. Только дыхание. Только сердце Дженни, бьющееся под тонкой тканью платья. Чонгук сидел рядом, слегка прижавшись лбом к её груди, обнимая её осторожно, чтобы не задеть живот. — Всё хорошо, — шептал он. — Всё закончится. Нас не найдут. Мы выберемся. Мы будем дома. Мы выберем имя… для него или для неё. У нас будет весна, свадьба. Дом у моря. Дженни кивала, крепко прижимая его голову к себе, пальцами перебирая его волосы. — Обещай, что ты не уйдёшь, — сказала она, еле слышно. — Обещай, что ты всегда будешь со мной. — Всегда. Я твой навсегда, Дженни. Щелчок. Выстрел. Всё произошло слишком быстро. Металлический звук. Вспышка. Тело Чонгука дёрнулось. Его глаза расширились. Он коротко вдохнул — как будто воздух внезапно исчез. И упал ей на колени. — Чонгук?! — её голос сорвался. — ЧОНГУК! Словно замедленно — его белая рубашка налилась багровым. Пуля прошла через его сердце… и скользнула дальше. Она почувствовала жгучую, раздирающую боль в животе. Живот. Ребёнок. Кровь. Она закричала. Тонко, отчаянно, как кричит душа, когда она трескается пополам. Дверь распахнулась. На пороге стоял парень — с маской на лице и оружием в руке. Он замер, встретившись с её взглядом. Несколько секунд. Безмолвие. И он убежал. — НЕТ! — крикнула она, пытаясь встать, но ноги не слушались. Кровь растекалась по полу, и её голос дрожал от ужаса. — Кто-нибудь! ПОМОГИТЕ! Через несколько секунд в помещение вбежали Тэхён и Чимин. Следом — Чэён, Юнги. Они замерли. — Боже… — выдохнул Тэхён. — Он жив?.. Дженни?! — закричал Чимин, бросаясь к ним. — Он… он… — Дженни дрожала, её губы посинели. — Юнги опустился на колени рядом, пытаясь проверить пульс Чонгука, но… ничего. Никакого движения. Лишь её крик, глухой, вдавленный, и кровь. Слишком много крови. Чимин ловил её лицо ладонями: — Дженни, держись! Скорая уже здесь! Слышишь?! Ты не одна! Смотри на меня! Не закрывай глаза! Не сейчас! Она смотрела вперёд — не мигая. Мир потонул в сиренах и в тишине одновременно. Мир без него. — Держись! — кричал Чимин, но голос его звучал как будто из-под воды. — Скорая! Быстрее! ОНА КРОВОТОЧИТ! — выкрикнул Тэхён, в отчаянии и ярости роняя телефон на пол. Дженни не слышала. Она уже почти не чувствовала ничего. Руки, прижимающие к животу окровавленную ткань платья, уже не дрожали — они немели. Мир вокруг начал расплываться. Лица её друзей превращались в тени. Голоса — в гул. Но она видела только одно — его. Лицо Чонгука, безжизненно лежащего у неё на коленях. Глаза, которые больше никогда не откроются. Руки, которые больше не обнимут. Голос, который больше не скажет: «Я с тобой. Всегда.» — Чонгук… — прошептала она, глядя на него пустым, сломленным взглядом. Её губы задрожали. Плечи осели. Голова наклонилась вперёд. Чимин успел подхватить её, прежде чем она рухнула прямо на пол, рядом с телом любимого. — Дженни! ДжЕННИ! — заорал он, потеряв контроль. — ДЫШИ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЕГО ОСТАВИТЬ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! НЕТ! Но она уже не слышала. Сознание померкло, тело обмякло в его руках. Юнги, стоя в дверях, сжал кулаки до боли. — Чёрт… быстрее, чёрт вас побери, быстрее… Сирены скорой гремели всё ближе. Полицейские уже оттеснили гостей. Но для Дженни и Чонгука время остановилось. Там, в этой тёмной кладовой, осталась любовь. Сломанная. Застывшая. Кровью написанная. Сирены врезались в уши. Яркий свет фонарей, тревожные крики. Медики с носилками — быстрые, отработанные движения. Но для друзей Дженни и Чонгука всё было будто в замедленном кадре. Когда санитар поднял Дженни — окровавленную, без сознания — Чимин не выдержал и вскрикнул: — Осторожно! Её ранили в живот, она беременна! ОСТОРОЖНО! — Жив ли ребёнок? — прошептала Чэён, прижимаясь к плечу Тэхёна. — Мы не знаем… мы ничего не знаем… Юнги остался стоять. Он не шелохнулся. Он смотрел на Чонгука. На тело, что ещё утром смеялоcь, держало Дженни за руку, строило планы, дышало. — Его больше нет, — выдохнул он, и голос его был таким тихим, будто это был не он. Чимин подошёл к телу. — Нет… — он тряс головой. — Нет-нет-нет, это не может быть… Ты же говорил, что будешь рядом… Всегда. Он опустился на колени рядом с ним, сжимая руку Чонгука, уже холодную. — Мы… мы должны были вместе поехать на море, помнишь? Ты должен был стать отцом… Тэхён не выдержал. Его кулак с глухим звуком ударил по стене кладовой. — Где охрана была?! ЧТО ЭТО ВООБЩЕ БЫЛО?! — выкрикнул он в ярости. — Они пришли… и убили его, как… как… — Как будто он ничего не значил, — прошептала Чэён, дрожащим голосом. Полиция пыталась всех разогнать. Фотографировали место преступления. Медики забрали тело. Все попытки сопротивляться — были глухим протестом в пустоту. Всё уже случилось. Больница была тихой, несмотря на поздний час. Только шелест белых халатов, редкие шаги и щёлкание капельниц. Ребята сидели в узкой комнате ожидания. В глазах ни сна, ни слёз — одни разбитые силуэты и пустота. Чимин держал голову в ладонях. Рядом с ним Юнги, молчаливый, словно статуя. Он не двигался, не говорил, только смотрел в одну точку на стене. Тэхён нервно теребил край своей куртки, будто это могло отвлечь его от реальности. Чэён… Чэён дрожала, свернувшись на пластиковой скамейке. Её плечи сотрясала беззвучная истерика. Щёки были залиты слезами. — Почему?.. — прошептала она, глядя в пустоту. — Почему они? Почему всё так? За что? Тэхён сел рядом и прижал её к себе, и это была единственная поддержка, что осталась — тело рядом. Вошёл полицейский. Строгий, уставший, с потёртым блокнотом в руках. Он на секунду замер у порога, глядя на молодую компанию. — Вы друзья пострадавших? — спросил он. Чимин кивнул. Медленно. — Мы закончили опрос свидетелей. Всё указывает на целенаправленную попытку устранения главы компании… — Он посмотрел на блокнот. — Мистера Тарелли. Нападение устроила одна из конкурирующих группировок. Среди пострадавших оказался и ваш друг… Чон Чонгук. Он… был не целью. Он — попал под огонь. — Не целью… — повторил Чимин с мёртвой усмешкой. — Он просто оказался не в том месте? — Он спас свою невесту, — сказал полицейский тише. — Закрыл её собой. На секунду в комнате повисло молчание, настолько глухое, что слышно было, как капает вода из труб. — А Дженни?.. — прошептала Чэён, едва дыша. — Её ребёнок? Они ведь ждали… они ждали малыша… Врач появился в дверях. Он снял маску, и по его глазам всё стало ясно, прежде чем он открыл рот. — Она жива. Мы стабилизировали её. Но… — он сделал паузу. — Нам очень жаль. Ребёнка спасти не удалось. Пуля… прошла сквозь живот и задела череп плода. Он умер мгновенно. Тэхён опустил голову. Чэён вскрикнула и закрыла рот руками. Юнги резко встал, покинул комнату и ударил кулаком в стену коридора. Чимин сел на пол. Просто сел. Как будто ноги отказались. — Двое… — прошептала Чэён. — В один день… двое. — Она не знает, — добавил врач. — Мы не сказали ей. Когда придёт в сознание… возможно, она… не справится с этим сразу. Тишина снова поглотила всех. И в ней зарождалась одна мысль: Как сказать человеку, что он потерял всю свою жизнь за один миг?