Летний курорт

Сказать, что их своеобразный санаторий был достаточно далек от привычных курортов и классических представлений об отпуске, это ничего не сказать. Впрочем, Фертилити была невероятно восхищена и воодушевлена этим. Но Виктору не очень симпатизировало нестандартное поведение людей (через чур приторное, слишком слащавое, непривычно уважительное), а также бесконечное покуривание туристами травки. При этом их глаза не выглядели покрасневшими, они были абсолютно вменяемы и казались трезвыми. Дэнни быстро втянулся в общую атмосферу, и стал таким же странно-приветливым, а Фертилити, по ощущениям, не заметила ничего необычного. — Чувство такое, будто мы в другой вселенной… — едва слышно пробурчал себе под нос Манчини. — Мы и так в другой вселенной, глупый. — как само собой разумеющееся пожала плечами Фертилити. Виктор неосознанно поежился, крепче обхватывая себя руками. Но он бы покривил душой, если бы сказал, что ему не понравился пляж, или отель, в который они заселились, или что чрезмерная доброжелательность не сглаживала его острые углы. Возможно, Фертилити была права, и это пойдет им всем на пользу. Сейчас они лежали на гамаках и, потягивая холодные алкогольные коктейли, наблюдали за серферами в бескрайнем и чистом море. На пляже практически не было мусора, воздух был поразительно чистым — им ничто не стоило дышать полной грудью. Море просто сверкало, вода изящно переливалась на солнце — вечером были даже видны редкие медузы. Виктор зачарованно наблюдал за крабами, копошащимися в песке, и расслаблялся, позволяя себе получить необходимую дозу витамина D. Как только он снял солнцезащитные очки, его внимание привлек женский силуэт. Кажется, его ровесница — элегантная, осторожная брюнетка с глубокими голубыми глазами и невероятно заманчивыми ушами. Казалось, весь мир застыл, пока Манчини взглядом окидывал ее легкую голубую расстегнутую рубашку, белоснежную майку под ней и длинные шорты, которые все же открывали обзор на привлекательные ноги. На голове незнакомки была панамка и очки-авиаторы, через плечо висела маленькая сумка. Она аккуратно ступала, глядя под ноги, но, не обнаружив там осколков стекла или грязи, обернулась через плечо, жестом подзывая к себе кого-то и идя более уверенно. За ней проскочили двое парней — они были блондинами, но прядь одного из них была покрашена в почти черный цвет, чем-то напоминающий цвет волос Виктора. Они были в похожих рубашках и шортах, но они были застегнуты. Парень с покрашенной прядью бормотал себе что-то под нос, и что-то подсказало Виктору, что это были не самые цензурные слова, а парень, идущий сзади него — смеялся в ответ. Они были удивительно похожи, не только волосами и болотно-зелеными глазами, но и чертами лица — достаточно низкорослые, слегка несуразные, и при этом одинаково неуверенные и робкие. Виктор подумал о том, что они наверняка братья. Он перевел взгляд на Фертилити и Дэнни. Подруга зачарованно смотрела на парня с покрашенной прядью, а Дэнни не обратил на них никакого внимания. Фертилити соскочила со своего места и ущипнула Виктора за руку. Он недовольно зашипел, чем привлек внимание Дэнни. — Я думала, он будет посимпатичней. Но все равно идем. — Фертилити медленно шарила ногами по песку, пытаясь найти свои сандали. — Кто посимпатичней? Куда идем? — Дэнни быстро словил одну волну с ней, даже если не понимал, о чем речь. — Ты об этом парне с покрашенной прядью? И что тебе в нем не понравилось, — фыркнул Виктор, — стой, идем?! Нет, иди сама. Я никуда не пойду. — Там просто твой идеал красоты и мечта всей твоей жизни, м? — подначивала его Фертилити, — не переживай, иди за мной, я буду говорить. Виктор уронил голову в ладони и разочарованно застонал. — Тебе что-то приснилось, да? Кто они? — Тише, мой дорогой друг, я не хочу портить тебе отпуск. Ты сам все узнаешь, — подмигнула девушка, и Виктор сдался. Виктор не мог уцепиться взглядом за силуэты незнакомцев, но Фертилити их уже заметила, и направлялась строго по курсу. Сердце Манчини бешено билось и, по ощущениям, было где-то в горле, а душа — в пятках. Через несколько секунд он вновь заметил силуэт брюнетки, которая откинулась на полотенце совсем рядом с морем — так близко, что, казалось, одна волна смоет ее миниатюрное тело. Виктор тяжело дышал. — Привет! Вы не против, если мы составим вам компанию? — защебетала Фертилити, воодушевленно перекатываясь с носочков на пятки. Брюнетка оторвалась от книги, которую она читала — что-то в мягком переплете и черной обложке, Виктор не рассмотрел название — и дружелюбно улыбнулась Фертилити. — Конечно! Меня зовут Пейдж Маршалл, это — Тендер и Адам Бренсоны. — Пейдж протянула Фертилити руку и она быстро ее пожала, потрусив в воздухе. Кажется, они моментально словили общую волну. Пейдж. Виктор едва слышно прошептал ее имя, пробуя на вкус, растягивая. Оно сластило, отдавало нежностью и нотками соленых слез. Он практически растворился в этом неземном чувстве, сжимая и разжимая кулаки, чтобы взять себя в руки, как словил насмешливый взгляд Дэнни. Он нахмурился в ответ, скрывая улыбку. — Приятно познакомиться! Со мной Виктор Манчини и Дэнни. Они немного стеснительные, так что… — не закончила предложение Фертилити. Виктор резковато протянул руку каждому присутствующему, даже Фертилити и Дэнни, и они все со смехом ее пожали. Он гордо выпятил грудь, скрещивая на ней руки, дабы показать, что он никого не стесняется, чтобы вызвать еще одну волну смеха у старых друзей и новых знакомых. Они приземлились на песок рядом. Пейдж предложила им еще покрывало, но Виктор отказался, сказав, что он не так часто бывает на отдыхе и хочет сполна насладиться золотистым песком, влажным от моря, игнорируя слова Дэнни о том, что он промокнет насквозь. В его планах не было заходить в море — по крайней мере, сегодня — но глядя на веселье и ощутимую, витающую в воздухе радость окружающих туристов, он подумал, что, возможно, и намочит немного ноги, а ближе к ночи и окунется в воду целиком — не рискнет снимать одежду при куче посторонних людей, но вечером, на прохладе и без яркого солнца, на пляже навряд-ли будет много народу. — Где вы работаете? Чем по жизни занимаетесь? — Пейдж заинтересованно склонила голову, как щенок, и ее волосы нежно соскользили с шеи, упав на одну сторону. Фертилити сжала песок руками, заметно замешкавшись. Виктор практически почувствовал повисшее в воздухе напряжение от долгого молчания. — Мы с Дэнни работаем в историческом парке-музее со стопроцентной достоверностью, а Фертилити работает сама на себя в ее… собственной сфере. — разрядил атмосферу Манчини, и все вокруг захихикали. — Я медсестра. А эти двое, — Пейдж кивнула в сторону Тендера и Адама, — работают в сфере трудоустройства. — Уважаемо, — сказал Дэнни, заставив троих ребят смущенно пожать плечами. Через недолгое время разговоров ни о чем с перерывами на смех и перекусить, начало темнеть, и люди начали расходиться — местные тоже ушли по своим домикам. Когда вокруг них образовался уютный, приватный круг, в котором уже царило доверие и что-то привычное, домашнее, Тендер заговорщицки склонился над приятелями. — Вас здесь ничего не смутило? Ну, то есть, все какие-то слишком добрые, тут ненормально чисто, будто мы в каком-то запертом и тщательно охраняемом месте, а не на открытом воздухе… — его заметно беспокоил этот вопрос, и, увидев в глазах Виктора проблеск понимания, они оба удостоверились — во-первых, здесь что-то не так, а во-вторых — они точно станут хорошими друзьями. — Не стоит так раздувать! — засмеялась Фертилити, — Я уверена, нас никто не охраняет. Может, это что-то типа параллельной вселенной или типа того, — быстро затараторила она, — но мы точно не в четырех стенах и не находимся под наблюдением. Пейдж согласно кивнула, будучи при этом слишком серьезной. — Да. А еще, тут вообще безопасно курить, ну, марихуану? Почему я не видела ни одного накуренного туриста? — зашептала она, словно спрашивает что-то максимальной секретности. — Наверное, безопасно. Любая травка безопасна, если ты не перебарщиваешь, — пожал плечами Адам, — но глядя на эти счастливые лица, я бы не стал. Все согласно кивнули, но продолжить рассуждения не отважились — рядом с ними расположилась влюбленная парочка туристов, втирающая друг в друга крем от загара, несмотря на то, что солнце уже давно спряталось. Пейдж смущенно отвела взгляд, а Виктор, дабы не потерять лица, не стал глазеть.