По ту сторону горизонта

Чуя часто злился. Он был импульсивным, иногда злым и эмоциональным. Он постоянно раздражался, спорил с другими и ставил под сомнения решения коллег. Он ненавидел спасать других, когда предупреждал о последствиях нелепых планов, безумно не любил следовать прогнозам Рампо. Более того ему не нравилось работать с Дазаем и сохранять его в живых. Больше всего на свете он презирал Портовую мафию, желая её истребления. И хоть сейчас это чувство было не таким навязчивым и ярким, он всё ещё чувствовал неприязнь при встречах и вынужденной совместной работе. Но Чуя был важным членов агентства, а главное хорошим человеком. Несмотря на свои недостатки, он был добрым, сильным и дорожил настолько, что готов был пожертвовать собой в любую секунду и защитить каждого своего коллегу, будь это даже раздражающий Рампо или чёртов Дазай. Он обожал праздники, сохранял улыбку в угнетающих ситуациях и умел сочувствовать. Помогал, поддерживал, любил и отдавал всего себя тем, кого считал родными. Конечно, в особой мере это касалось его семьи, самых близких и дорогих ему людей — Поля и Артюра. Рядом с ними он улыбался, радовался и смеялся больше всего, рядом с ними он мог плакать, рыдать и злиться громче, чем когда-либо, рядом с ними его принимали любым, никогда не злясь. Даже конфликты были недолгими, да и негативные моменты быстро забывались. Он очень по ним скучал. Податься в агенство было его заветным желанием после смерти Овец от рук Портовой мафии. Оно было далеко от города, в котором они жили, но Верлен с Рембо позаботились об этом, оплатили Чуе поездку и сняли ему временное жильё недалеко от работы. Они поддерживали его весь нелёгкий путь становления детективом, это убило в нём много нервных клеток, но они всегда были на связи, готовые принять его в любую секунду. И он наконец вернулся домой.

***

— Неужели ты вырос за то время, что был в агентстве?.. Раньше я этого не замечал. — подметил Рембо, смотря на то с каким аппетитом Чуя уплетает свежий рамен, который они с Верленом приготовили к его приезду. — Я думаю, тебе кажется. Хотя я давно не мерил рост. — ответил рыжий, искренне наслаждаясь своим любимым блюдом. Было видно, что они готовили с любовью, вкус был просто превосходным. — Измерим тебе рост, когда доешь? — спрашивает Артюр, посмеиваясь. Он смотрел с нежностью в глазах, сидя рядом и попивая свой горячий чай на ночь. Очень согревает. Чуя кивнул и продолжил есть. — Артюр, дай ему отдохнуть. Он же только приехал. — говорит Верлен, подходя и ставя тарелку с фруктами на стол. Груши, персики и хурма. Всё, как любит Накахара. Так приятно, что о нём пекутся с обоих сторон. Он отвык от такого за время, проведённое в агентстве. Жизнь в одиночестве в целом начала ему докучать, не хватало кого-то, к кому можно было заявиться в любое время суток и обсуждать всё на свете на протяжении всей ночи. А ведь сейчас он мог так заявиться хоть к ним обоим. — Он не выглядит особо уставшим. — отвечает Рембо и мягко целует Поля в щёку. Его давно перестало смущать подобное. На самом деле их отношения сейчас выглядят как идеал, к которому сам Чуя хотел бы стремиться. Казалось, будто они жили в абсолютной идиллии, спокойствии и любви. Да, были ссоры, конфликты, но они казались незначительными. — Да и на замер роста уйдёт всего несколько минут, серьёзно. — добавляет Артюр. Поль хмыкнул и кивнул, поддавшись поцелую. — Как же вкусно! В ресторанах не всегда так хорошо получается, как у вас. — похвалил еду Чуя, оставшись сытым и довольным. В тарелке буквально не осталось ни капли, брюнет ухмыльнулся и слабо посмеялся. — Рост мелкий, а ешь много. — Артюр явно пытался его подколоть, хотя делал это без желания задеть или унизить. Чуя закатил глаза и выпил сока, который ему принесли вместе с раменом. — Да-а, а ты ростом высокий, а ешь как мышь. И что хуже? — спросил Накахара, поставив старшего в тупик. Он засмеялся, а потом заметил слабую улыбку Верлена, согреваясь от одного её вида. Так приятно видеть, как он улыбается… Рембо лишь цокнул ртом, но совсем не обиделся, отвечая. — Один-один, жук. — Чуя показал ему язык, а потом встал из-за стола, забирая с собой тарелку и стакан, чтобы быстро вымыть. Даже эти подколы казались родными и уютными. Как же хорошо оказаться дома…

***

— Я правда не прогадал! Ты вырос до ста шестидесяти пяти. Когда уезжал, был сто шестьдесят два или около того. — сказал Рембо и улыбнулся, потрепав рыжего по голове. Поль сидел на кровати рядом, смотря за двумя мужчинами и особо не вмешиваясь. Он всегда был таким тихим, но это тоже казалось родным. — Вау, какой у тебя чёткий глазомер. Удивительно. — ответил Чуя, смотря на метку, начерченную карандашом и ухмыляясь. Физическая активность и правда немного повысила ему рост. Это приятно. Хотя он всё ещё ниже среднего… Ладно, это не особо ему мешает. — А у нас ведь остались бумажные фонари с прошлого года… — сказал Поль, смотря куда-то в пол и задумавшись. Эта мысль пришла ему в голову как-то абсолютно спонтанно, заставив Чую и Рембо одновременно перевести на него взгляд. Они растерянно глядели на него какое-то время, пока обоим не пришла одна и та же мысль. Впрочем, она крутилась в голове у всех троих, потому что была вполне очевидна. — Запустим? Сейчас уже довольно темно, это будет выглядеть очень красиво. — предложил Рембо, Накахара поддержал его, улыбаясь. Верлен кивнул и встал с кровати, открывая верхний ящик шкафа, где эти фонарики и лежали. Они хотели запустить их втроём ещё раз, когда планировали собраться вместе, но эта идея сорвалась в самый последний момент. С того времени эти несчастные фонари лежат и пылятся. Поль сдул с них пыль, смотря на потухший узор. Краска была ярче раньше. Но так тоже сойдёт. — Я помню их! Рисунок уже стёрся, как жаль. Хотя можно было бы нарисовать новые… — пораздумал Чуя. Фонарики и правда выглядели уже не так мило, как год назад, но оно и не было удивительно. К тому же они были магазинными, поэтому краска на них была явно не такой уж качественной. После этого он задумчиво добавил. — И мы могли бы запустить их, когда я буду уезжать… — так уж вышло, что приехал он всего на неделю и уезжал прямо в день своего рождения. Отпуск на подольше ему не могли позволить, потому что в детективном агентстве было запланировано важное событие, которое ему нежелательно было пропускать. Впрочем, им хватало и этого времени, чтобы насладиться временем, проведённым друг с другом. — Прекрасная идея. — сказал Верлен и улыбнулся, подходя к Чуе и вручая один фонарик. В глазах, обычно холодных, убийственных и бесчувственных, читалась теплота и мягкость. Только два человека вызывали в блондине такие приливы нежности и любви. Накахара даже не обратил внимания, как приподнялись уголки его губ, а взгляд смягчился

***

В ночной темноте, смешанной с тишиной, в небе горело три блеклых снаружи, но ярких внутри фонарика. Внизу стояло трое человек, пристально следящих за ними. Этот момент не казался особенным, если не знать, какая связь была между этими людьми. Они пережили друг с другом и огонь, и воду, были вместе, несмотря на самые сложные жизненные испытания. Они были рядом в радостные моменты и самые печальные события. Никто из них не был связан кровным родством, двое из них даже не считали себя полноценными людьми, но в этот самый миг их связывало нечто гораздо большее, нечто неосязаемое, но такое родное. Они не будут рядом всегда, но будут ценить каждую секунду, проведённую вместе. Ведь это и называется настоящим счастьем, да?