48 часов и ... два месяца

      Азар сидел в реанимобиле, его осматривал врач. Бохо топтался рядом, постоянно оглядываясь и внимательно наблюдая за осмотром.        – Тут болит, а здесь?! Так давление чуть повышено, ну это нормально после ваших приключений. Голова кружится? Точно не ударялись?       Услышав «нет» на все вопросы, врач похлопал по плечу парня:  – Вот и отлично.       Бохо выдохнул, потом обнял Азара и шепнул:        – Сидеть тут, ждать, нэ ходить. Я бистро вернусь. Ната памагать.        – Это кто?! Ваш телохранитель?! Ну, и напугал меня своим рычанием: «Доктэ, тут йэсть балной, смотреть, спасать, скорей! – передразнивая Бохо, произнёс мужчина. – Что русских амбалов не хватает, стали из-за бугра приглашать?!        – Нет, что вы, доктор! Он... мой сосед по отелю.       Врач сложил руки на груди, откинулся на спинку сиденья и, с нарочито удивлённым видом, проговорил:        – Ой, ли! Сосед по отелю, который ведёт себя как телохранитель и готов испепелить взглядом и порвать как тузик грелку, ежели я немедленно вас, дорогой мой, не реанимирую. «Этот ейсть звезда Азар». Такими поцелуями только звёзд и награждают. Угум, угум!       Азар покраснел. Сейчас это был простой парень Денис.       Он поднял на врача глаза:       «Ну да, он правду сказал. Я – певец Азар. Хотел вот отдохнуть, в тишине, в глуши. Тишина, покой, ага...тааак отдохнууул, тишина и покой... Ха-ха!!! Особенно в винном погребе!!! Тихо было! И сейчас, доктор, тихо! Слышите, какая мёртвая тишина.       Денис начал смеяться, когда в небе снова стали взрываться фейерверки, потом послышалось стрекотание вертолетов, над лесом вспыхнули прожектора, стали слышны выстрелы, какие-то хлопки и все звуки слились в одну большую какофонию.       Денис уже не смеялся, а ржал, качаясь из стороны в сторону и захлебываясь, продолжал: -Доктор, нет, слышите, как тихо!!! Как на кладбище! Ой, не могу!!! Прямо мертвая тишина! Комаров и то слышно.       Парень от смеха стал икать, из глаз полились слёзы. Врач вздохнул, щёлкнул чемоданчиком, покопался там, а потом вдруг хлопнул перед глазами Дениса руками. Тот замолчал, ошалело глядя на мужчину, и только вздрогнул, когда почувствовал, как ему воткнули шприц в руку.        – Что это, доктор?! – пробормотал Денис, тупо пялясь на место укола, где врач прижимал спиртовую салфетку.        – У вас, дорогая моя звезда, небольшая истерика. Это бывает. Всё будет хорошо. Так, что, батенька, я вам успокоительное ввёл. Немного отдохнёте и будете как огурчик, хоть на концерт петь, хоть... кхм ...в постели скакать...тьфу, я хотел сказать отдыхать.       Денис моргнул, глубоко вздохнул, последний раз икнул и закрыл глаза. Сон навалился так, как будто Бохо его сгреб в охапку и повалил в кровать.       Парень не слышал, как закончилась операция, не видел, как вернулся немец, как бережно забрал его, как привез обратно в отель, и унёс к себе в номер. В Отеле слышали и видели отголоски фейерверков, да и вертолёты навели шухер, летая над посёлком и озером.

***

      Денис проснулся и увидел, что лежит не в своём номере. На кресле лежала его сумка и аккуратно были наброшены на спинку вещи. Парень вздохнул, потёр место от укола:        – Значит не приснилось! Капец какой-то! Как там парни!?       И словно в ответ на его вопрос, зазвонил телефон, в трубке сразу заверещали:        – Азар! Сучий потрох! Как ты там!? Выспался?! Ну, твой Кент и мавр! Вчера, говорят он прямо разнёс там всё. Его еле оттащили от того дебила, который тебя уволок. Чё в винном погребе сидел?! Надо было хоть с собой прихватить пару бутылок!? Там сказали такие раритеты были. Хрен знает сколько десятков лет выдержки. Ты что там в бессознанке был?! Ничего не разглядел? Я в принципе к чему всё: сегодня ещё отдыхай, а завтра чтоб в группе был. Нам губернатор тут предложил концерт на стадионе провести. Это ж афигеть сколько народу. У него дочь – наша фанатка. Тут все уже знают, что тебя похищали. В СМИ такой вой стоял. Фанаты готовы были сами идти тебя освобождать. Короче, ты всё понял. Завтра в час дня сразу можешь на стадион приезжать. Посмотрим площадку, оценим возможности установки аппаратуры и саунд чек проведем.       Менеджер отключился. Денис посмеялся: менеджер как всегда сам с собой будто пообщался. Этот поток словесного поноса ещё никому никогда не удавалось прервать. Вот что за человек!       Хорошо, что с ребятами всё в порядке. Денис встал, пошёл сразу в душ. Стоя под струями воды, он вдруг отчётливо осознал, что вот отдых его вышел фееричным по всем статьям. Жалеть не о чем... Долго ещё будет вспоминаться... Но сердце трепетало и билось как раненая птица, а в душе образовалась дыра под именем Бохо. Он его больше никогда не увидит. Момент жизни! Очень страстный и прекрасный момент. В котором Денис понял, что он всю жизнь будто играл роль. Со всех сторон давили: ты – мальчик, мальчики не плачут! Фигня, если коленка разбита, подумаешь из носа кровь, ничё, что фингал. Терпи, ты парень. Должен быть мужиком! Должен любить женщин! Должен быть достойным продолжателем фамилии, должен стать офицером, как все мужчины в их роду. Всё должен, должен, должен. И ни разу никто не спросил: что ты хочешь сам?! Кто твоя первая любовь?! Как тебе будет лучше?!       И даже в группе Азар всегда был тем, кто всё сможет, вытянет, заменит любого музыканта: гитариста, ударника, если надо – встанет за синтезатор. И отведёт весь концерт на Ура! Ребята в группе за это и уважали Азара. Знали, что он в реале классный музыкант, певец и коллега по цеху и ценили его!       Слёзы текли вместе с водой, Денис так расслабился, его что-то как будто отпустило. Он не мог забыть объятия и поцелуи, которые подарил ему Бохо. «Я тьебья искать! Я тьебья найти!»       Денис поднял голову, потоки воды смывали слёзы, пытаясь успокоить разбушевавшиеся эмоции! Денис понимал теперь, что Бохо не простой детектив, и чувствовал, что, у него есть тот, кто его ждёт. А значит, никакого продолжения их «курортного романа» не будет! Никто больше не поднимет так на руки, не закинет на плечо, не сгребёт так страстно, чтоб кости затрещали, не вопьётся поцелуем, стремящимся подарить всю страсть и любовь, никогда Денис больше не испытает то, что испытал с Бохо. Вот странно, что, осознав свою суть ещё в 15 лет, он всегда считал себя активом. Никогда не представлял, что может быть снизу. И позавчера ночью не Кровавая же Мэри сняла с него оковы актива. Это душа Бохо, его аура силы и страсти смогла сделать то, чего никто никогда не делал. И Денис смог расслабиться, смог принять и почувствовать такую заботу и любовь, пусть и мимолётную, на одну ночь, но такую прекрасную и незабываемую.       Денису вдруг стало стыдно за свою слабость, он понимал, что не должен привязываться так к человеку, должен задушить в себе зарождающуюся любовь, должен взять себя в руки. И отпустить, просто быть счастливым от того, что у него была эта ночь любви. Что хоть на эти два дня такой мужчина принадлежал ему, ну точнее сказать, что это Денис принадлежал эти два дня Бохо.       Парень выдохнул. Закрыл кран. Накинул на себя висевший халат и из душа в комнату уже шагнул Азар. На спокойном распаренном от воды лице американская улыбка, пустая и холодная.