Остаться в сердце / Remain (тайская gl-новелла)

      Она привыкла жить одна. Но с тех пор как появилась гостья, повседневность хозяйки сапфирового прииска начала меняться. Раньше она завтракала в одиночестве, вечера проходили в однообразной, до мелочей знакомой рутине. Но вот уже неделю дома её всегда кто-то ждал — и это стало причиной возвращаться пораньше. Каждый вечер после работы она находила на скамейке перед домом стройную фигуру, молча вглядывающуюся вдаль. И каждый раз, стоило только увидеть это лицо, усталость исчезала, сердце становилось легче. Это присутствие постепенно проникало в её жизнь, становясь частью мгновений, которые раньше принадлежали только ей.       Около половины восьмого Тичила вышла из комнаты — собранная и готовая ехать на прииск. Но, едва увидев наряд своего младшего брата, едва не приложила ладонь ко лбу.       — Ты собрался на шахту или возомнил себя директором торгового центра? — смерила она его взглядом.       Взъерошенность исчезла — волосы аккуратно уложены, алый костюм, лакированные туфли, зеркальные очки. Тичила обречённо покачала головой. Он выглядел не плохо — даже слишком хорошо. Но в таком виде являться на пыльную шахту было за гранью здравого смысла.       — Ну давай! Сегодня мой первый день, сестрёнка. Надо выглядеть презентабельно — как настоящий директор!       — Директор? Только в своих мечтах, — фыркнула она, закатывая глаза. Спорить не хотелось. Она только вздохнула и осталась наблюдать, как брат позирует с руками в карманах, напуская на себя лоск. Он вдруг обернулся, расплылся в улыбке и замахал стройной фигуре, вышедшей из комнаты:       — Доброе утро, невестка! Сегодня мой первый день, иду учиться. Ну как, шикарно выгляжу? Достаточно хорош, чтобы идти рядом с боссом?       — Эм… я… ты выглядишь красиво, — пробормотала она, смущённо опуская глаза. Слово «невестка», сказанное между прочим, но с уверенностью, будто это уже правда, неожиданно тронуло.       — Видишь? Даже моя невестка онемела! Это всё моя сногсшибательная красота! Я ведь такой же крутой, как сестра. Если передумаешь — я наготове! Хотя, какая вы пара, если даже спите в разных комнатах?       — Закрой рот, коротышка! Я тебе что, подружка по играм?!       Та, к кому он обратился, замолчала, не зная, как реагировать на замечание.       — Ну всё… это шутка! Просто ревнуешь — даже к родному брату!       — Всё из-за тебя! Ты вроде как на шахту собирался? Так иди, завтракай!       — Ладно-ладно, босс! Иду!       Он отдал шутливый салют и направился на кухню, а Тичила осталась стоять одна. Она встретилась взглядом с хрупкой фигурой, всё ещё немного нервной. За последнюю неделю, проводя время вместе, они начали понимать друг друга. Первая неловкость почти исчезла. Теперь в её взгляде не было той резкости, что обычно появлялась при общении с братом. И этого короткого взгляда оказалось достаточно, чтобы сердце девушки вдруг забилось быстрее.       — Ты сейчас на работу, П’Тэ?       — Ага. А как твоя рана?       — Уже почти не болит. Скоро заживёт.       — Отлично. Ты всю неделю дома. Если не боишься жары — поехали на шахту, посмотришь, как добывают камни?       — Правда? Можно?       Глаза её засветились. После дней в заточении, приглашение хозяйки шахты стало настоящей радостью.       — Конечно. Переодевайся. На улице жарко — надень что-нибудь с длинными рукавами. Подожду за столом. У тебя пять минут.       — Буду готова раньше!       Она развернулась и юркнула в комнату. А высокая фигура провожала её взглядом, с едва заметной улыбкой на губах. Тичила подошла к брату, набивавшему рот едой, не заботясь о манерах. Вскоре появилась и она — в джинсах и аккуратной рубашке с длинными рукавами. Наряд был простым, но смотрелся удивительно гармонично — изящно и мило.       — Кхе-кхе! Простите, чуть не поперхнулся, — подал голос брат. — Пойду-ка я подожду в машине. Не спешите, милые голубки.       Он усмехнулся и исчез за дверью, оставив их вдвоём.       Он уже сидел в пикапе, когда увидел, как из дома вышла сестра с «невесткой». Тичила бережно надела на неё широкополую шляпу. Этот жест — простой, но тёплый — вызвал у него улыбку. Девушка была красива. Он даже подумывал пофлиртовать с ней — но, видя мягкость сестры, ту, которую он почти никогда не замечал, понял: отступить будет правильнее. Если она делает Тичилу счастливой — он не помешает.       — Ну что, П’Тэ, чем сегодня займусь?       — Скоро узнаешь, — бросила она. — Я поручила Тосу обучать тебя.       Она скользнула взглядом по брату, уже устроившемуся на заднем сиденье. Тичила вела машину аккуратно — дорога была неровной, и ей не хотелось, чтобы сидящая рядом чувствовала дискомфорт.       — Делай со мной что хочешь, босс, только не заставляй таскать тяжести. Уважай костюм, — заныл брат.       — Сам виноват. Кто в здравом уме в костюме на шахту едет? Рабочие смеяться будут. Приедет мажор, только языком чесать умеющий… — вздохнула Тичила.       — А мне плевать. Они правы — я и правда только болтаю, — признался он.       Тичила махнула рукой. Спорить было бесполезно. Остаток пути прошёл в тишине. Пикап остановился у тента. Тичила спрыгнула, обошла машину и подала руку, помогая девушке выйти.       — Спасибо.       — Надень шляпу. Сегодня не так уж жарко, — она окликнула проходящего рабочего, — эй, найди Тоса, скажи, чтобы подошёл в тент.       — Да, леди босс!       Когда тот ушёл, она повела брата и гостью внутрь. Вскоре появился Тос — запыхавшийся, лоб блестел от пота.       — Тос.       — Да, леди босс?       — Возьми Петая, обучи всему, что нужно знать. Сегодня — без поблажек. Если будет вредничать — проучи. Разрешаю.       Она обернулась к брату:       — И без фокусов. Понял?       — Почему ты такая строгая, П’Тэ? — заныл он.       — Это не игра. Учись. Если меня не станет — кто будет управлять шахтой?       — Опять ты за своё! Ты же босс — куда денешься? — в его голосе проскользнула тревога.       — Ладно, буду учиться… Но управлять всем этим? Нет уж. Лучше ты заботься обо мне.       За словами — страх. Тичила была его опорой с тех пор, как не стало родителей.       — Перестань. Иди работай, — отрезала она и отвернулась.       Он ушёл, и на лице Тичилы на миг мелькнула усталость. Нам уловила это. Они провели немного времени вместе, но начинала понимать её: дом, шахта, люди — всё на её плечах. И этот вес — огромный. Сильная, жёсткая, целеустремлённая — она казалась непоколебимой. Но разве даже такая женщина не имеет права на слабость?       — Мне нужно проверить рабочих. Хочешь со мной?       — Конечно, — кивнула она. Но, сделав шаг к выходу, почувствовала, как тонкая ладонь коснулась её руки.       — Можно… я подержу тебя за руку, П’Тэ?       Она молча сжала пальцы крепче. Слов было не нужно. Всё сказал её взгляд и уверенный шаг рядом. Прикосновение — как ток до самого сердца. С каждым шагом становилось яснее: между ними начинается что-то важное.       Они подошли к открытому участку. Перед ними раскинулся рудник — десятки рабочих трудились в едином ритме. Она наблюдала, как экскаватор поднимал землю, как её поливали водой, давая стечь в сортировку, где рождалось волшебство — драгоценности извлекались из грязи.       — Хочешь подойти ближе? Посмотреть, как отделяют самоцветы?       — Да.       Она снова взяла её за руку — крепкую и надёжную. Но через пару шагов вырвалась вперёд, наклонившись к земле.       — Это же… жила самоцветов, да?       Тичила замерла. Среди камешков — чёрных, зелёных — действительно что-то выделялось. Не всякий заметит такое с первого взгляда.       — А с чего ты взяла, что это не просто кусок породы? — Тичила прищурилась, изучая её лицо.       — Потому что Нам однажды…       — Ой-ой! Босс! Срочно, там что-то случилось! — раздался голос.       К ней добежал рабочий, вытирая пот.       — Что случилось?       — Кхун Петай, мисс! Подрался с рабочим! Там, вон там!       — Невероятно! Первый день — и уже драка! Да что за неугомонный братец… — выдохнула Тичила.