Глава 36.
17 августа 2025 г., 13:00
После нескольких месяцев постоянной перегрузки её тело наконец получило заслуженный отдых. Благодаря этому новый день начался на удивление легко и бодро. Тичила смотрела в зеркало, оценивая свой сегодняшний образ. На ней был тёмно-синий жакет поверх белой рубашки и классические брюки в тон. Она была довольна тем, как аккуратно и стильно выглядела — идеально для приглашённой гостьи и докладчицы. Она подняла руку, чтобы проверить время на часах Rolex — единственном дорогом аксессуаре, который носила. Это был подарок от младшего брата на её день рождения в прошлом году.
— Ты знаешь, я два года копил, чтобы купить их тебе? Мне очень хотелось, чтобы ты их носила, — сказал он тогда.
Тичила до сих пор помнила, как в тот момент у неё увлажнились глаза. Её младший брат, казавшийся порой беззаботным и несерьёзным, тайком откладывал деньги в течение двух лет, чтобы купить ей такой дорогой подарок ко дню рождения. Если бы кто-то спросил её, кто действительно любит её и всегда будет рядом, теперь она знала — это её младший брат.
Она надела приготовленные заранее белые туфли из кожи вместо привычных кроссовок, — и вышла из номера. До места проведения мероприятия она добралась на своей машине. Тичила ценила удобство — не нужно было подстраиваться под общественный транспорт. К тому же ей повезло: как почётной приглашённой гостье, ей не пришлось тратить время на поиски парковки.
Тичила вышла из машины и направилась прямо в зону проведения семинара. По дороге она вежливо поприветствовала старших коллег по отрасли, а затем приступила к выполнению своих обязанностей. На протяжении почти двух часов она читала лекцию для заинтересованных слушателей, делясь знаниями о стратегиях маркетинга и рассказывая о новых трендах в сфере драгоценных камней и ювелирного дела. Закончив выступление, Тичила ещё некоторое время оставалась на месте, чтобы ответить на вопросы тех, кто хотел получить более подробную информацию. Она терпеливо давала советы каждому, кто обращался к ней.
Когда прошло достаточно времени, она, сославшись на необходимость уйти, вежливо извинилась и направилась в другую часть выставочного комплекса.
Тичила отправилась на ежегодную выставку драгоценных камней и ювелирных изделий — место, которое выбрала, чтобы немного расслабиться. В выставке участвовали как местные, так и международные компании. Пространство было заполнено стендами и витринами, аккуратно разделёнными на тематические зоны. Здесь были представлены как новые коллекции от ведущих брендов, так и редкие исторически ценные украшения. Атмосфера буквально дышала роскошью и высоким статусом. Среди посетителей преобладали люди из высшего общества — богатые, уверенные в себе, одетые со вкусом.
Высокая и элегантная фигура Тичилы неспешно передвигалась между зонами, её взгляд скользил по сверкающим драгоценностям — бриллиантам, самоцветам, благородным металлам, — выставленным в разных стилях и категориях. Она не торопилась, с наслаждением разглядывая эту знакомую ей красоту. И вдруг её сердце предательски дрогнуло. Глаза выхватили название престижной компании — то самое имя, которое отпечаталось в её памяти с тех пор, как она впервые услышала его из уст одного близкого друга.
Тича Ватворанон — старшая дочь мистера Нати Ватворанона, владельца ювелирной компании Phetklao Jewelry.
Её шаги внезапно замерли. Сердце болезненно сжалось, как только в мыслях всплыла та, кто осталась в прошлом. Женщина, которая, казалось, жила как принцесса в башне из слоновой кости — такая далёкая, такая несравнимая с ней. Их миры были полными противоположностями, и пути этих миров, казалось, больше никогда не пересекутся. Тичила уже хотела отвернуться и уйти, спастись бегством от этого тесного мира, где всё ещё витал призрак той любви. Но она не успела. В тот самый миг, как собралась пройти мимо, знакомая улыбка и взгляд, поймавший её глаза, заставили её замереть.
— Здравствуйте, П’Тэ! Я так рада вас видеть! Вы в Бангкоке? — мягкий, ласковый голос красивой дизайнерки прозвучал неожиданно тепло.
Тичила с усилием изобразила улыбку в ответ. Это ли была прихоть судьбы? Или же кто-то наверху решил снова свести её лицом к лицу с человеком, который был связан с той, что до сих пор властвовала над её сердцем день за днём?
— Здравствуй. Меня пригласили выступить на семинаре, так что появилась возможность приехать в Бангкок. А как ты, Нэйм?
Она так хотела спросить о ней. Сдерживалась, но всё внутри болело. Даже сейчас, несмотря на боль разлуки, в глубине души она всё ещё жаждала узнать как там та, кого она когда-то так сильно любила?
— У меня всё хорошо. И у П’Нам тоже. С тех пор как она вернулась с рудника, она почти не отдыхает — работает без передышки. Думаю, она бы обрадовалась, узнав, что вы были в Бангкоке.
— Вот как... — только и смогла вымолвить Тичила, стараясь скрыть дрожь в голосе, выдавшую лёгкое волнение.
Будто бы другая уже всё поняла, будто читала её мысли. От этого неожиданного откровения даже обычно сдержанная Тичила на миг потеряла дар речи. Она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но слова никак не находились. В мыслях её бушевала буря. Она пыталась убедить себя, что это невозможно — нет, не может быть, чтобы та женщина действительно обрадовалась бы встрече с ней. Скорее наоборот — её появление, вероятно, лишь вызовет неловкость. Тичила не хотела рисковать и вторгаться в чужую семейную жизнь.
— Значит… вы уже закончили с делами на сегодня, П’Тэ? — спросила Тича с лёгкой улыбкой.
— А? Да, закончила. Решила немного прогуляться, посмотреть, что тут есть, прежде чем вернуться в отель, — ответила Тичила, стараясь держаться непринуждённо.
— Значит, вы снова на пару дней в Бангкоке, как обычно?
— Верно. Я останусь до завтра, а послезавтра уже поеду обратно.
Они с Тичей виделись уже не раз на различных мероприятиях. Потому между ними установилось некое доверие. И всё же, несмотря на кажущееся знакомство, было одно обстоятельство, которое по-прежнему удивляло Тичилу: за всё это время она ни разу не заподозрила, что эта миниатюрная женщина, стоящая сейчас перед ней, — младшая сестра той, кого она любила.
— Если не возражаете, у вас есть планы после этого, П’Тэ? Если свободны, я бы очень хотела пригласить вас поужинать. Разрешите мне угостить вас? Я давно хотела поблагодарить за то, как вы тогда заботились о П’Нам. В тот раз у нас почти не было возможности поговорить. Да и к тому же, у меня есть несколько рабочих вопросов, в которых хотелось бы услышать ваше мнение.
— О, конечно.
Так просто? Слишком просто. Ответ вырвался у неё прежде, чем она успела как следует подумать. Тичила и сама удивилась, насколько быстро согласилась, будто голос её подчинялся не разуму, а сердцу. И вот теперь, раз уж она дала своё согласие, ей ничего не оставалось, как шагать рядом с Тичей по направлению к парковке, где были припаркованы личные автомобили, предусмотренные для участников.
— Хорошо, что вы приехали на машине, П’Тэ. А то пришлось бы ловить такси, — пробормотала Тича, забираясь в салон. Высокая женщина, сидящая за рулём, сдержанно усмехнулась и перевела на неё взгляд.
Она сама пригласила Тичилу на ужин, и только потом вспомнила, что не за рулём — в итоге всё свелось к тому, что ехать пришлось на машине гостьи. Эта её непосредственность, лёгкость и чуть-чуть детская искренность — всё это так напоминало другую. И как бы Тичила ни старалась отогнать воспоминания, черты этих двух сестёр то и дело перекликались между собой. Они были слишком похожи, что Тичила не могла не думать о Нам.
— Только не говорите, что приехали на такси?
— Нет, одну из машин компании отправили. На таких мероприятиях всё вокруг вечно забито машинами, суета, толпы… Не хотелось самой за рулём стоять в пробках.
— Ну тогда, когда поедем обратно, я вас подвезу.
— П’Тэ, вы всё такая же добрая. Совсем не изменились.
С того самого дня, как они познакомились, она чувствовала к Тичиле искреннее восхищение её сдержанностью, умением держаться, обаянием и целеустремлённостью. Было в ней что-то, что вызывало уважение и доверие как к старшей сестре, к которой можно прижаться, когда становится тяжело. Таких людей в жизни немного. Но Тичила была именно такой — та, с кем можно чувствовать себя спокойно и легко.
***
Когда они наконец добрались до ресторана, пробравшись сквозь вечерние пробки, было уже около пяти. Столик у окна, где царила уединённая и уютная атмосфера, оказался идеальным выбором. После того, как официант принял заказ, они продолжили разговаривать, ожидая еду. Они беседовали о работе — обсуждали дизайн новой коллекции украшений и типы камней, которые собирались использовать. Разумеется, как хозяйка известного рудника, чьи самоцветы славились исключительным качеством, она не могла разочаровать Тичу. Разговор сам собой перешёл от лёгкой беседы к более деловому руслу. Для Тичилы это стало неожиданностью, но даже несмотря на это, она не могла, да и не хотела, отделять личное от профессионального, особенно когда дело касалось этой семьи. — Мне правда надо поблагодарить вас… Я так рада, что мы сегодня встретились. Иначе пришлось бы всё равно тревожить вас из-за работы. А вы ведь и так постоянно заняты, едва ли находите время на отдых. Спасибо вам за всё, — искренне проговорила Тича. — Не стоит. Если вам когда-нибудь понадобится помощь — просто звоните. Кстати, твоя сестра, она не слишком ли много работает? Наконец Тичила не выдержала — беспокойство за любимую женщину, долго прятавшееся за сдержанностью, всё же вырвалось наружу. Она знала, что кто-то наверняка рядом с той, кого она любила, заботится о ней, и всё же тревога не отпускала. Когда-то до неёй дошли новости об инциденте — о нападении. Тогда она услышала лишь краткое подтверждение от офицера Питтанана, что всё обошлось. Услышав, что с ней всё в порядке, Тичила старалась следить за любыми упоминаниями, чтобы знать, как она. Но сегодня, когда разговор невзначай снова коснулся Нам, Тичила уже не могла отмахнуться. — После того случая, вы, наверное, знаете, почему П’Нам пришлось так много на себя взять, — заговорила Тича уже тише. — Она приняла на себя гораздо больше ответственности в компании. Я пыталась немного помочь, чтобы разгрузить её, но в вопросах управления я не сильна. Да и отец долго болел. Только два месяца назад ему стало лучше, повезло, что вообще восстановился. Возможно, Тичила — одна из немногих, кто, возможно, знал о произошедшем. Пусть ей и не были известны все подробности, то, чем с ней поделились, нельзя было назвать тайной. — Ваш отец болел? — переспросила она, нахмурившись. Это было для неё новостью. — Да. Он впал в кому ещё до того, как П’Нам исчезла. Так что всё, что касалось управления компанией, легло на плечи П’Нам. — Я не знала… Тичила хотела бы спросить и о других — о тех, кто оставил женщину, которую она любила, бороться в одиночку. Но сдержалась. Она знала своё место, знала, что больше не имеет права вмешиваться. Вместо этого она могла лишь выразить искреннюю поддержку как человек, всё ещё небезразличный. — В любом случае, я очень рада услышать, что вашему отцу стало лучше. Поздравляю. — Спасибо, П’Тэ, — с тёплой улыбкой ответила Тича. — Если будет возможность, я очень хочу пригласить вас к нам домой на ужин. Честно говоря, я уже сегодня хотела позвать, но постеснялась — всё слишком спонтанно. Но в следующий раз вы обязательно должны прийти. Мы должны хоть немного отблагодарить вас. Чем дольше Тичила слушала, тем сильнее чувствовала, как её снова затягивает в ту боль, из которой она пыталась выбраться. Она ведь хотела уйти, отгородиться, пойти своей дорогой. Но всё ещё находились причины, не позволявшие ей это сделать. Даже если ей и хотелось сбежать — далеко, без оглядки, — Тича не была той, кого следовало избегать. Младшие — не виноваты. И только потому, что она не могла больше смотреть в глаза старшей, не значит, что она должна рвать все нити, связывавшие её с младшей. Они провели вместе довольно много времени за ужином, и прежде чем осознали, солнце уже спряталось за горизонт, а небо окрасилось в сумеречный серо-синий цвет. Тичила плавно свернула на территорию большого особняка и остановила машину прямо у входа. Её охватила неловкость — принимать приглашение хозяйки дома было для неё непросто. Причиной была не только роскошь, от которой внутри всё сжималось, заставляя чувствовать себя ничтожно маленькой. Причин было гораздо больше. И все они кричали ей: ты не достойна даже переступать этот порог. Поэтому она выбрала привычное спасение — отступление. Придумала предлог, чтобы отказаться от приглашения, и поспешила попрощаться, надеясь уехать как можно скорее. — Езжайте осторожно, П’Тэ. Я Вам позвоню, — сказала Тича. — Да. Ещё увидимся. Ну, я тогда поехала, — отозвалась Тичила. Она улыбнулась стоявшей у машины девушке, которая помахала ей вслед. Но в следующее мгновение в груди что-то оборвалось так сильно, что сердце будто разорвалось пополам. Из дома вышла хрупкая, знакомая до боли фигура. — Нам...
