Кэйл, Кейл и Раон

Мир, по мнению Раона — очень интересное место. Проблема в том, что его не выпускают. Они что, думают, что он боится каких-то звуков или вещей там, за дверью? Ха! Он, между прочим, каждый раз при открытии входной двери пытается выйти (сам он не может её открыть, у него лапки!), но его постоянно ловят! Хотя однажды — он всё-таки вышел на улицу. И не умер же! Наоборот — нагулялся, и вернулся домой... на ручках. Эти кожаные, честно, всё всегда преувеличивают. Он — гордый кот! А обращаются с ним как с... ну, с кем-то неподобающим. Неправильно, в общем. Так что давайте он расскажет, как всё это было. Заверяет — будет интересно! Это было вечером. Число он, конечно, не знает. И точного времени — тоже. Но птицы уже завершали свои полёты, так что все поводы считать, что вечер. Его нелюбимый кожаный как раз вернулся домой. Только вы не подумайте, что Раон сидел у двери и ждал! Конечно нет. Он был занят спасением своего человека! Какая-то опасная букашка летала возле входной двери, а его человек — слабый! Даже до силы передней лапы Раона не достаёт, ну разве что до самого кончика когтя. Ой, мы отвлеклись. Простите. Он уже практически поймал эту букашку — и вот, только хотел убить, как вдруг… Дверь открылась. Полностью. Одна секунда — и он, как молния, уже на лестничной площадке! (Видите, какой он сильный, да?) В прихожей и на лестнице стояла темень, а он, со своей гладкой, чистой чёрной шерстью, оказался в ней совершенно не заметным! У каждой ступеньки был свой запах, своя текстура — такое разнообразие! Одна была шершавая, другая пахла... собакой. И не одной! Но он не испугался. Он смелый. (По секрету, конечно, расскажет, что забился в угол после этого. Только тсс.) Ещё ступенька, и ещё... какая-то была липкая (фу). А потом — железная дверь. Большая. Он не знал, как её открыть — ведь у неё даже ручки не было. Что за дела? Как истинный кот, он начал требовать, чтобы её открыли. Громко. И очень долго. Пока вдруг не услышал чей-то голос. Он уж было подумал, что это Кейл (неважно, какой из), но нет — это была женщина и ребёнок. Женщина пахла чужой кошкой, а ребёнок бежал впереди неë. Он нажал кнопку, и дверь кааак запищит! Раон хотел было отойти, но... за дверью была улица. Столько запахов. Такой холодный ветер. Такой же, как когда его человек держит его у открытого окна. Он хотел обратно. Он хотел к человеку... Но — сейчас или никогда! Он что, котёнок, чтобы бояться какого-то ветра? Нет! Он насторожил уши, оглянулся проверить: а вдруг дверь осталась открыта? И с ужасом понял: заперта. ...но он же бесстрашный. Да. Он справится. Даже если придётся немного побыть без запаха человека рядом. Ну или хотя бы кожаного... Он шагнул вперёд — под лапами зашуршала трава. Не страшно. Он такую траву с полок человека ел. Правда, тому что-то не нравилось… (Ну, этому кожаному вообще много чего не нравится. Например — он сам. Зачем только они вместе живут? И вдвоём было бы хорошо.) На одной из плит — совершенно новый запах. Он такого ещё нигде не чувствовал. Что-то между его кормом и наполнителем. Странное, очень странное. О! Бабочка! Если он принесёт домой добычу — им будут гордиться. Да! Точно! Раон поднял лапу — в надежде, что бабочка сама прыгнет в неё. (Жаль, коты плохо видят расстояние.) Она ничего не поняла. Да и вообще игнорировала! Он решился на крайние меры — подёргал лапой в воздухе. И… опять ничего. Странная эта улица. Теперь он понимал, почему человек при любом предложении выйти гулять выглядел так, как будто ему в рот засунули кислый лимон. (Он пробовал. Действительно невкусно. То ли дело яблоки! Но их ему не дают…) Снова этот звук двери. Резкий, неприятный. Уши режет. А у него, между прочим, чувствительные уши! Но он решил — игнорировать. Как кожаного. А вот и его запах! Подождите… откуда?! Он замер. Не успел опомниться — как оказался на руках. В них было тепло. Привычно. Но вы не подумайте, будто ему резко понравился этот кожаный! Просто… просто всё. А есть ли ещё у него интересные моменты в жизни? Как хорошо, что вы спросили. У него их куча! Но расскажет он вам только… ну… он не умеет считать. Сами посчитайте. И потом скажите ему.

***

Мы с человеком тогда только недавно покинули прошлый дом. Я до сих пор не понимаю, почему. Нам же было хорошо. Вдвоём. А теперь с нами живёт ещё один. Я его не люблю. Он шумный. Двигает мои вещи. Смеётся слишком громко. Ест на моей кухне. Кто вообще его звал? Хотя… В новом месте были и плюсы. Например, больше пространства. А значит — можно хорошенько разогнаться и выдать сальто через кресло. Больше подоконников — а значит, больше обзор. Сейчас я держу под контролем минимум три дерева, двух ворон и одну глупую голубку. Это важно. А ещё здесь полы тёплые. Раньше, когда с неба летело белое, лапу ставить было больно. А теперь — я могу растянуться на полу и греться, как ящерица. Это почти рай. Правда… запахи тут чужие. Не мои. Нет моего старого кресла, в котором я годами сражался с невидимым врагом. Нет шкафа, где я устраивал стратегические засады. И голос этого кожаного слишком часто звучит там, где раньше была тишина. Иногда я сижу на кухне и смотрю на дверь. Жду. Не знаю чего. Может, чтобы всё снова стало как раньше. Или… чтобы он наконец ушёл. Единственное, из-за чего я терплю кожаного — это то, что у моего человека стало больше хорошего настроения. Иногда он прямо светится. Он может и не показывает — но я-то чую. От моего взгляда ничего не ускользает! Хотя бывает и наоборот. Сначала из комнаты, в которую меня не пускают (но я и не сильно прошусь), доносятся странные звуки. Потом — тишина. А потом мой человек становится каким-то... очень недовольным. Много спит. Мало ходит. Даже для него — мало. Тогда я мурчу рядом. Успокаиваю. А кожаному это не нравится! Вот они какие, эти кожаные. Странные. Ах да! Я же совсем забыл рассказать. У меня теперь есть своя комната. (Они говорят, что она кожаного, но он там почти не спит. Значит — моя.) Она вся под меня сделана. Там всё такое же чёрное, как и я. Есть большая кровать (меньше, чем у человека, но больше, чем в прошлой местности). На ней я сплю, когда меня не пускают в комнату к человеку. У кровати торчат вверх странные палки с кольцами. Наверное, для декора. Или занавесок. Или чтобы я мог по ним карабкаться. Но человек почему-то каждый раз нервничает, когда я туда лезу. Однажды он даже сказал: — Надо это спрятать, пока он не понял. Что «это» — не понял. А кожаный в ответ только смеётся и говорит: — Он просто кот. Ха! Я ещё покажу ему этого “просто кота”! О! Ещё там огромный подоконник. Такой, что даже человек, наверное, поместился бы. (Хотя я его там никогда не видел. Если увижу — расскажу.) А ещё — очень крепкие тряпки. Сам проверял. Виснут — и не рвутся. Человек говорит, что мне тогда «повезло». А кожаному не сказал. Хотя, если бы сказал — кожаный бы засмеялся, потом что-то шепнул бы на ухо человеку, и тот снова стал бы не того цвета. Я никогда не понимаю, что он ему говорит. Но если кожа становится странной — значит, точно что-то нехорошее! И ещё. У кожаного есть отдельная комната. Там стоит огромный стол, и на нём всегда много интересных бумажек. Они классно шуршат. Но мне их, конечно же, нельзя. Он там сидит часто. Очень скучно сидит. Иногда даже человека прогоняет. Представляете? Моего человека! Однажды дверь туда вообще была заперта. Но я же знал, что он там. Что он там делает один? Ещё есть одно очень неприятное место. Оно неприятное именно у кожаного, у человека — наоборот, хорошее. Это ванная. От неё веет холодом и сыростью. А это — то, что я не выношу больше всего! Если там холодно — не получится полежать, а если мокро... об этом даже говорить не хочется. Не будем задерживать внимание на таких ужасах. Что до вещей — у кожаного, как и у человека, есть место, где он их хранит. Но меня туда никогда не пускали. Говорят: — Вся одежда будет в шерсти. Человек возражает: — Да у тебя и так всё чёрное, не заметно будет. А кожаный в ответ... щёлкает его по лбу! Вы вообще представляете?! Он бьёт его! Это же нельзя просто так оставлять! Так что про гардеробную (надеюсь, правильно называю) я вам ничего рассказать не могу. А вот лучшее место в доме — это комнаты моего человека. До сих пор не уверен, как правильно это называется. У человека и у кожаного — будто две отдельные квартиры. У каждой — свой уют и свои странности. А между ними — гостиная с кухней, где пахнет едой, звучат разговоры и чувствуется... ну, соседство. Да, я называю это именно так. Человек заслуживает кого-то получше. Но пока есть кожаный. Ладно, временно сойдёт. Я что-то отвлёкся. Сейчас расскажу про комнаты человека. Главное там — это спальня. Такая огромная кровать! Я даже прикидывал: чтобы занять всё пространство, надо уложить — кожаный, человек, кожаный, человек, я, я, я, я... Ну вы поняли идею, да? Но главное в этой кровати — это подушки! У меня есть любимые и нелюбимые. Вот, например, зелёная у изножья — наихудшая. Ужасно твёрдая. Спать на ней невозможно. А вот любимая — рядом с подушкой человека. Именно на ней всё время устраивается кожаный! Я ему и так, и эдак намекаю: — Смотри, зелёная свободна! Она же никому не нужна! Но если слишком настаиваю — меня выгоняют из комнаты. И даже запирают дверь. Ужас. Если вы спросите, где в это время человек — он уже спит. А кожаный приходит поздно. У него вообще работа какая-то ночная. Хотя иногда уходит и днём. А бывает, исчезает на целый цикл солнца — и возвращается только тогда, когда снова светло. В такие дни человек становится очень грустным. Прямо как тогда, когда мы жили вдвоём. Поэтому я не люблю, когда кожаный уходит надолго! Даже если он мне не нравится. У человека в спальне есть стол. Не такой большой, как в «секретной комнате» кожаного, но я туда отлично помещаюсь. И в отличие от кожаного, у него почти нет бумаг — всё в шкафчиках. Кожаный говорит, что человек ещё студент. Не знаю, что это значит, но надеюсь, ничего плохого. А вот человек говорит, что кожаный уже старик. Они вообще странные. Ну вы хоть говорите мне, когда я отвлекаюсь. А то опять дурака строю. Самое интересное место в “квартире” человека — это угол с книгами. Там, конечно, есть и другое, но именно книги делают это пространство особенным. Они везде: на полках, под полками, на столе, на полу, иногда даже на кровати. Человек говорит, что у них "нет системы", но я-то знаю — есть. Просто она слишком сложная для кожаных. Например, я точно знаю: Если книга открыта — её читать нельзя. Если лежит лицом вниз — тем более нельзя. А если новая и пахнет типографией — то это идеальное место для лежания. Там ещё стоит странная машина, с которой человек разговаривает чаще, чем со мной. Она светится, пищит, показывает картинки и иногда жужжит. Но стоит мне пройтись по клавишам — начинается: — Раон, уйди! А я ведь просто помочь хотел... Там же много листочков. Они вкусно шуршат, особенно ночью. Иногда я их немного «редактирую» когтями. Человек потом говорит, что не может найти нужную страницу. Но разве не логично: если страница порвана — значит, она была неважная? А ещё в этом месте очень уютно пахнет. Бумагой, чаем, кожей. Такой запах, от которого хочется свернуться клубком и уснуть. Я часто так и делаю. Главное — лечь прямо на те бумаги, которые человек искал весь вечер. Тогда он точно обратит на меня внимание. Всё ради любви, да? Ванная у человека лучше, чем у кожаного. Она хотя бы светлая! Вообще, у человека почти нет тёмных помещений. Всё такое приятное для глаз. На полочках стоят баночки — все разные, все по-своему пахнут. Вон та, зелёно-жёлтая, пахнет как волосы человека — яблоком! Мне очень нравится этот запах. Собственно, как и сами яблоки, но я это уже говорил. А вот более плоская баночка пахнет... выпечкой. Но такого запаха на человеке я не слышал. Странно. Зачем она ему тогда? И да, у человека в ванной, под раковиной, стоит мой шампунь. Я узнал, где он, после того как выбрался на улицу. Кожаный, насколько я понял, вообще не хотел рассказывать человеку, что я ушёл! Не знаю почему, но когда он вошёл в дом со мной на руках — у человека было такое странное выражение лица… А потом он ходил весь хмурый. Но зато! Я спал на любимой подушке, а кожаного в комнату не пустили. Правильно. Почаще бы так делали.

***

Если бы вы меня спросили: — Раон, какое твоё самое нелюбимое воспоминание? Я бы сразу ответил: — Поход в место, где пахло ужасно. Человек назвал это "ветеринарной клиникой". Но больше похоже было на... даже не знаю, ни на что хорошее точно. А дело было так. Это случилось за неделю до того, как мы переехали в новое место (почему все самые ужасные события всегда связаны с кожаным?). Я спокойно лежал, как вдруг — в дверь вошёл новый человек! От него пахло точно так же, как от моего человека, когда тот уходит надолго. Поэтому я сразу его невзлюбил. И правильно сделал. Я вообще не люблю, когда человек уходит надолго. Но после его визита человек стал каким-то радостным... Так что я терпел. Только ради него. Не больше. А потом наступило утро... и произошло предательство века. Меня ласково позвали, взяли на руки, посадили в переноску (которая, между прочим, воняет предательством) — и вынесли из дома. Я сразу понял: что-то не так. Человек был слишком вежлив. Он гладил меня, говорил «всё хорошо», но у него дрожали руки. А кожаный — ехидно улыбался. Значит, он знал. И ничего не сказал. Нас привезли в место, где пахло страхом, спиртом и... мокрой псиной. Я не шучу. Там была ПСИНА. Настоящая. И она ЛАЯЛА. Рядом со мной — такие же бедняги в коробках. У одних глаза как блюдца, у других уши прижаты. Я держался. Пока не услышал, как человек сказал на ресепшене: — Кастрация. Профилактика. Чип. Что это значит, я тогда ещё не знал. Но слово «кастрация» звучало страшно. Как что-то необратимое. А потом... меня унесли. Без человека. Я звал его. Шипел. Бил лапами по решётке. Но всё было напрасно. Что я помню — странный запах и голос кожаного, смеющегося: — Он будет дуться неделями. Я дулся месяц. Когда я вернулся, я был не такой, как прежде. Где-то внутри меня стало пусто. Чего-то... не хватало. И все говорили: "Зато теперь ты не будешь метить!" А я, вообще-то, не собирался! Теперь, каждый раз когда кожаный говорит "поедем к врачу", я первым делом лезу под кровать. И пинаю его в лицо, если он близко. На всякий случай.

***

Давайте я вам больше расскажу, что было, когда меня вернул домой кожаный? Это было… сущее унижение. Кожаный надо мной столько смеялся. Но потом над ним смеялся я. Я вообще не люблю вспоминать тот эпизод жизни, но раз это вы — тогда ладно. После того, как меня взяли на руки, я был одновременно доволен и не очень. 1) Это сделал без спросу кожаный! Так можно делать только человеку. Я был недоволен. 2) Я хотел домой. Поэтому и был доволен. По пути к дому (мы ехали на страшном лифте! Он так страшно звучал, поэтому я сильнее прижался к кожаному. Только из-за того, что боялся, что тот меня тут оставит, не больше), он постоянно бурчал что-то типа: «Если Кейл узнает — будет плохо», или «Ты когда вообще успел выйти?» — и всякое такое. Но как только мы прибыли на этаж, дверь была открыта. А в ней стоял человек! С очень раздражённым лицом. А кожаный застыл с нечитаемым видом. Диалог был примерно такой: — Кейл, я не думал, что ты уже не спишь… — это было произнесено таким жалостливым голосом, что мне на секунду стало его даже жаль. Совсем на чуть-чуть. Но на человека это не подействовало! Вот это я понимаю — сила воли. Он сказал следующее: — То есть ты ещё и хотел скрыть это? — он сказал что-то ещё, но меня уже поставили на пол в доме, так что продолжение этого предложения я не знаю. Но кожаный ответил так: — Кейл… Я не… — вот тут, помарка. Это не я забыл продолжение! Его не было, так как человек взял меня на руки, поцеловал и понёс в комнату. Я так изначально думал. Но меня понесли в ванную! Это должны сделать противозаконным! Дальше всё было словно в хорроре. Человек закрыл дверь в ванную (я даже не знал, что тут так можно). Вероятно, меня это должно было тогда уже насторожить, но нет. Он поставил меня в ванную, а сам полез под раковину. Достал он оттуда не очень-то и приятно пахнущую вещь. Пахло мятой и чем-то ещё. Не самый приятный набор. Он всё ещё без слов подошёл ко мне. (Спросите меня, почему я акцентирую внимание на «без слов», а я вам скажу: он постоянно со мной говорит!) Человек не стал меня полностью мочить — только мои лапы. И зачем, спрашивается? Я и сам мог это сделать! А дальше… я испугался запаха и сбил его руку с душем. Итак, мокрыми были я, человек и пол. Обычно человек бы начал что-то говорить, проклинать кого-то (чаще всего, даже независимо от проблемы, проклинал он кожаного — странный), но тогда… он просто громко вздохнул. Очень громко. За дверью кто-то (а мы все прекрасно знаем кто) что-то говорил, я не вслушивался. Был занят тем, что вылизывал свою мокрую шерсть, пока человек намыливал пену в ладонях. Запах стал только хуже. Когда мне мыли первую лапу, я ещё не понял, что вообще происходит! Но на второй — я уже начал отбиваться. Очень сильно! Я шипел на человека! А это где так видано?! Правда, после первого разочарованного зырка я перестал… Не хотел его ещё сильнее расстраивать. Но тогда, я наконец-то расшифровал его эмоцию — смесь волнения и страха. Правда, от чего он волновался и чего боялся, я не знаю… Ничего же не случилось, верно? Уже после того, как меня вытащили из ванны и завернули в полотенце, мы вышли из комнаты пыток. Лапы очень неприятно пахли, мне не нравилось. И тут мы встретили его — кожаного. Он сначала что-то пробормотал, потом глянул на меня и без капли сожаления… засмеялся в голос! Прям громко! Чуть не ударился об стол. А лучше бы ударился. Его не жаль. Но недолго его смех звучал. Его выставили за дверь — без права на досрочный вход. Тогда смеялся уже я. Только внутренне. Как кожаный — я не умею. Меня уложили на кровать… И очень долго обнимали, чесали, даже разрешили на подушке спать. Не знаю, что на него нашло. А если вы хотите услышать их разговор утром — вы мне пришлите голубя на подоконник. Я обязательно расскажу! Я всё слышал.

***

Сегодня человек рано ушёл!!! Не кожаный! Я дважды проверил! Хотя, я вам наврал. Они вместе ушли. Но кожаный вернулся, а человек — нет. И мы с ним впервые остались один на один. Я решил, что мы просто не будем друг с другом взаимодействовать, и всё будет хорошо. Но он так не решил. И вот что случилось: Меня посадили напротив себя. Не рядом — это странно. И начали вести со мной очень странный диалог. Я его полностью не понял, но вам скажу. Он сначала положил ногу на ногу, скрестил руки (человек как-то мне рассказывал, что таким способом люди пытаются себя защитить). И как понеслось! Сами посмотрите: — Мне не нравится, что ты так сильно лезешь к Кейлу. Ты взрослый, самостоятельный кот, — он ненадолго задумался и продолжил. — Ты же прошёл этап сепарации, да? Вот эту часть про сепарацию я совсем не понял. Что это? Но вы слушайте дальше. — Кейл — мой, — он показал на себя, — а не твой. И ты… может, мне немного и нравишься, но твои интересы ставят выше моих! Мы даже поехать никуда не можем! А когда у Кейла снова учёба начнётся? У нас с ним совсем времени друг на друга не будет. А ты… — он показал уже на меня. Он знал, что тыкать пальцем некультурно? — ...кот. Чёрный. Наглый. Кот. Это я наглый!? Я тут его сижу, слушаю! А он меня наглым назвал?! Ну, в общем, я не стал это больше терпеть и величественно ушёл. Махнув хвостом. Он мне там ещё что-то поговорил, но такого обращения к себе я не потерплю. И тут встала проблема. Корма в миске не было. Меня забыли покормить, а с кожаным я, похоже, поссорился. И что делать? Как решать эту проблему вселенского масштаба? И тут, как по велению кошачьего бога, пришёл кожаный. Я решил ему и так и сяк намекнуть на миску, но он ни в какую! Сначала просто смотрел, потом взял стул и начал: — Раон, разве мужчине можно так себя вести? Не дослушал мою просьбу. Но не волнуйся, я не обижаюсь на котов. Слушай далее... — о нет… дело плохо, придётся его слушать, чтобы покормили. — Я придумал нам, как можно проводить время с Кейлом. Смотри: я — днём и ночью. Ты — утром и вечером. То есть, как начали петь птицы и до полного восхода солнца. И после того, как птицы закончили и взошла луна. Понял? Я — во всё остальное время. И тут я задался вопросом: а что он, собственно, говорит? Я понял слова «птицы», имя «Кейл» — и всё. Человек стал птицей? Вы не подумайте, что я тупой, просто он невнятно говорит. Вот когда говорит человек — я всё понимаю. А тут — тьма. Я сидел, пытаясь понять этот странный план кожаного: когда поют птицы, когда светит луна, кто что должен делать и кто за кем следит. Честно, у меня чуть голова не взорвалась. Может, я просто кот, но для меня это звучало как самый сложный экзамен по непонятной кошачьей магии. Пока я размышлял, кожаный вдруг подошёл и сказал что-то, что я понял только так: «Раон, будь мужиком, пойди и сделай это… там… с миской». Ну, я и пошёл. Но миска была пуста. Я внимательно осмотрел комнату — никаких вкусняшек, ни крошки. Кожаный посмотрел на меня, поднял бровь и произнёс: — Ты уверен, что ты взрослый, самостоятельный кот? Может, пора учиться готовить? Я, конечно, подумал: «Вот оно. Вот и есть тот момент, когда кота учат готовить!» Но вместо этого просто сел и посмотрел на него сверху вниз. Он вздохнул, и мы как-то нашли общий язык — он понял, что кормить кота — это его работа, а я в ответ не буду пытаться варить суп. Мораль? Иногда взрослым людям стоит помнить: даже если ты планируешь время птиц и луны — не забывай простых вещей. Кормить кота и не ругаться друг с другом. Иначе даже самый хитрый план расколется на куски, а кот… ну, кот всегда найдёт способ показать, кто здесь главный. Но на этом день не заканчивался! После того, как я поел, я спал на кровати своего человека. А кожаный с кем-то громко ругался в секретной комнате. Идиллия. Только без человека тоскливо. Куда же он ушёл? И когда вернётся? Меня некому гладить! Вот дела… А мне пора с вами прощаться! Отлично поговорили!