Голубая энергия и голубая кровь

Глава 5. Вино. Мясо. Сомнение. Большая столовая встретила Кэссиди ароматами жареного мяса, пряных трав и жаркого пламени. Стол был накрыт на двоих — всё выглядело бы сказочно, если бы не знать всю подноготную этой «сказки»: кровь на коврах, служанки, исчезающие в коридорах, и глаза хозяйки, полные чего-то… нечеловеческого. Альсина уже сидела, бокал в её пальцах казался почти игрушечным. Она мельком окинула вошедшую гостью взглядом и с еле заметным одобрением задержалась на её одежде. Кэссиди пришла к ужину. Внутри всё кололо — не от страха, скорее от острого чувства ловушки. Она села, но не касаясь спинки кресла, руки на столе, плечи напряжены. — Я так понимаю, — медленно проговорила она, глядя на тарелку перед собой, — местная кухня… экзотична? На серебряном блюде — стейк с румяной корочкой и розовой сердцевиной, который выглядел, подозрительно идеально. Чуть в стороне — ломтики сыра, поджаренные тосты и миска с фруктами. Всё казалось слишком правильным. — Не капризничай, — почти лениво отозвалась Леди, перехватывая её взгляд. — Ты не в том положении… Кэссиди подняла бровь. Альсина тихо улыбнулась. Не злобно — почти восхищённо, но будто бы и с насмешкой. — Насколько же ты голодна, но не наивна... И всё же, пришла прямо туда, где… некоторые блюда могут быть слегка компрометирующими. Кэссиди не прикоснулась к вилке. — Я ещё не решила, стоит ли есть... Или пить. Вино игравшее в бокале у Леди было алое как кровь, что наталкивало на мысли: "А может и не вино вовсе..?". И впервые Кэссиди заметила это: взгляд Альсины больше не был хищным. Он был голодным, но не физически, а эмоционально. Как будто в Кэсс она нашла не очередную жертву, а загадку, которую по-настоящему хочется разгадать. Тарелки почти не издавали звука — слишком тихо и выверено было каждое движение, а тепло камина заполняло комнату, будто отгораживая от всех внешних угроз, хотя на деле — опасность сидела буквально за одним столом. Альсина, облокотившись на стол, повела бокалом, глядя сквозь тонкое стекло на свою собеседницу. — И всё же. Откуда ты? Кэссиди слегка кивнула очищая фрукты от кожуры, будто ожидала этого вопроса. — Техас, — коротко. Леди приподняла бровь. — Далековато забралась, — заметила она почти лениво, но за этой ленцой скользнула настороженность. Она знала всё, но всё же было любопытно, что ей ответит девушка. — Что ты тут забыла? Кэсс, не отрывая взгляда от своей тарелки, чуть качнула плечом. В её голосе было только усталость и… Пережёванное за долгие дни одиночества оправдание: — Я просто искала укрытие, где-нибудь подальше... От себя, от других. Чем дальше тем лучше... Альсина слушала молча, не перебивая. Только бокал едва слышно стукнулся о край стола, когда она его опустила. — По дороге набрела на старое здание и там было что-то вроде архивного узла. На пыльных документах была надпись BSAA, как я понимаю это название какой-то организации. Я пыталась понять что это за организация, а среди файлов, обрывков и карт, — Кэссиди подняла глаза. — Я наткнулась на упоминание о вас и об этом месте. — Хм, — Альсина задумчиво провела пальцем по кромке бокала. — И ты думала, что замок… пуст? — Я не была уверена до конца. Просто рискнула. Думала — если повезёт, укроюсь. Если нет — ну, я уже привыкла быть в бегах. — Ты сбегаешь от кого-то? Кэссиди промолчала секунду. Потом спокойно: — От тех, кто сделал меня. От тех, кто хочет использовать снова и… От тех, кто может пострадать рядом со мной. Наступила тишина. Альсина, не отводя взгляда, медленно кивнула — не из сочувствия, но как будто признала что-то важное и, быть может, близкое. — И всё же ты пришла сюда. В самое логово хищника, осознавая, что можешь быть следующей на крюке... Или в бокале. Кэсс усмехнулась, но без веселья. — Когда не осталось, куда идти… даже зверь с кроватью — уже не самое худшее, что можно встретить. Леди Димитреску прищурилась, не сразу отреагировав. Потом медленно подалась вперёд, опираясь локтем о стол. — Хочешь сказать что не боишься? — Даже если нет, этот факт не усыпляет мою бдительность, — отрезала Кэсс, и в голосе мелькнула сталь. Обе замолчали, но ненадолго. Альсина плавным движением потянулась к бутылке и налила в оба бокала немного вина. — Выпьешь? Кэссиди не сразу взяла бокал. Только посмотрела на него, потом — на хозяйку дома. — Пытаетесь напоить меня? Альсина медленно, с кошачьей грацией склонила голову набок, в её глазах — играющий свет от огня и что-то почти… весёлое. — Ну как ты могла такое подумать? Но уголок губ всё же дёрнулся — от внутреннего, хорошо скрытого смеха. Кэссиди наконец отложила прибор и чуть подалась вперёд. В её взгляде была спокойная настороженность, привычная тем, кто слишком много повидал. — Вы приглашаете меня к столу, наблюдая, как я буду сомневаться в каждом вашем жесте. Почему? Альсина с небольшим азартом, слегка усмехаясь: — А ты ведь видела, как я убиваю. Почему ты всё ещё здесь и сидишь со мной за одним столом? Между ними повисла тишина. Неудобная — и в то же время почти интимная. Камин потрескивает, а где-то вдалеке за скалами рычит ветер. Кэсс осторожно обхватывает бокал, глядя на вино в нём, как будто пытаясь угадать его вкус, не делая глотка. Альсина пригубила вино — едва касаясь губами, как будто вкушая не напиток, а момент. Затем, не глядя на Кэссиди, тихо, почти рассеянно заметила: — Ты кажешься… собранной. Даже после всего пережитого, не ломкой, не злобной, не… обезумевшей. Кэссиди смотрела прямо перед собой, но не комментировала. В воздухе зазвучало легкое напряжение, как будто Леди чувствовала, что подошла к краю чего-то интересного. — Обычно после экспериментов, — продолжила Альсина, не повышая голоса, — в глазах людей остаётся… пустота, или по крайней мере, безумие. У тебя — ни того, ни другого. Ты… сохранилась. Возможно, почти как прежде. Она перевела взгляд теперь — в упор. — Или ты просто хорошо это прячешь? Кэссиди чуть прищурилась. Ответа не последовало сразу, но в уголках губ заиграла сухая едва уловимая ухмылка: — Смотря, что именно вы надеетесь найти за этой маской, миледи. Раздробленную жертву? Или потенциальную угрозу? Альсина не улыбнулась, но глаза блеснули — как у охотницы, которая увидела движение в траве. — Возможно, и то, и другое, — сказала она тихо. — Но я люблю разгадывать редкие экземпляры. Я так посмотрю, ты не из тех, кто ломается при первом нажатии. — А вы любите нажимать? — Я люблю видеть, как далеко может зайти человек, прежде чем перестанет быть человеком. Они снова замолчали, и на этот раз — тишина затянулась, но в этой тишине не было страха, а только медленное, ледяное и завораживающее сближение двух хищниц, каждая из которых всё ещё не решила, кто из них — охотник, а кто — добыча. Кэссиди наконец заговорила, мягко, почти лениво: — Ну что ж… надеюсь, я вас не разочарую. Теперь Леди Димитреску решает вкрадчиво подбросить провокацию, проверяя, как далеко может зайти её гостья — и заодно, насколько интересен сам процесс охоты, пока ещё без клыков. Альсина подняла бокал к губам, не сводя с Кэссиди взгляда — ленивого на первый взгляд, но в глубине было что-то, от чего по коже пробегал еле уловимый морозец. — Надеешься? — повторила она с лёгким акцентом, будто смакуя слово. — Любопытно… Ты говоришь так, словно моё одобрение для тебя что-то значит. Она чуть поддалась вперёд, положив локоть на край стола, поддерживая подбородок на длинных изящных пальцах. В комнате стало чуть тише — будто барочный интерьер сам затаил дыхание. — Скажи мне, Кэссиди, — мягко, почти лениво вымолвила Леди, — а ты часто стремишься понравиться тем, кто может тебя убить? Кэссиди решает переиграть игру Димитреску на её поле, превращая напряжённый диалог в тонкий флирт, однако хозяйка замка наслаждается происходящим понимая, что её приманка сработала. На секунду Кэссиди ничего не ответила. Просто позволила себе задержать взгляд — почти незаметно — чуть ниже лица собеседницы, на белизне кожи, подчёркнутым глубоким вырезом. На том, как вино на её губах выглядело почти как кровь. Это не было случайностью, а скорее — ходом. Она взяла свой бокал и сделала маленький, почти демонстративный глоток. На её губах появилась лукавая ухмылка — не нарочитая, скорее, тень привычного оружия в арсенале той, кто знает, как и на кого действуют такие вещи. — Ну… — протянула она, обводя пальцем край бокала, — Слишком обольстительно, как для убийства.. Она взглянула на Леди снизу вверх — дерзко, но не вызывающе. Скорее, как бы между делом — будто просто наслаждалась общением, но между строк скользнули интонации, от которых даже воздух в комнате стал гуще. — Да и кто сказал, что мне не нравится риск? На мгновение повисла тишина. Камин потрескивал, отражаясь в бокалах, как кровь в янтаре. Альсина не сразу ответила. Бокал в её руке чуть наклонился и вино качнулось у самого края. Она смотрела на Кэссиди — не прямо, а словно сквозь неё, пристально, с ленивой оценкой, как кошка на мышь, которая вдруг решила шевельнуться в другую сторону. — Значит, ты решила играть, — медленно протянула она, уголком губ выдав хищную тень улыбки. — И даже осмелилась бросить взгляд. Она чуть наклонила голову, тонкие пальцы обвили ножку бокала. — Ты, похоже, думаешь, что умеешь играть, но… уверена, что это действительно так? Кэссиди приподняла бровь, будто её не задело — а развлекло. Она провела пальцем по краю своего бокала и, не отводя взгляда, выдала с лёгкой, но намеренной дерзостью: — Ну… если вы настолько уверены в своих умениях, может, дадите мне пару уроков? В комнате стало ещё тише. Даже пламя в камине будто приглушилось, услышав вызов. Альсина ничего не ответила сразу, только посмотрела. Долго и пронизывающе. Улыбка вернулась — теперь с явным, нехорошим удовольствием. — Осторожнее с желаниями, Мисс Блэк, — вымолвила она.