Вечное проклятье

Следующие несколько дней всё было относительно в порядке: в ночную смену происшествий больше не было, шаги за спиной исчезли и ощущение тревоги потихоньку отпускало. Раф приходил каждый день (иногда по два или три раза) и неизменно приносил Лео кофе и ароматную выпечку. Он болтал о глупостях, отпускал свои фирменные шуточки и изредка что-то покупал. Полюбившая этого  «здорового недотёпу», Эйприл разрешала ему следовать за Лео в служебные помещения и помогать таскать и сортировать книги. Пару раз Раф даже умудрился убедить клиента купить сразу несколько пособий по призыву египетских богов, подробно рассказав, насколько это ценная информация в наши дни. Всё медленно шло своим чередом, пока Лео не начал замечать странности. Поначалу он думал, что просто устал. Ну правда, ведь мог же он переутомиться? Он мало спал, читал слишком много, иногда забывал поесть и в целом не особо следил за подобными мелочами. Но дело было не только в усталости. Сначала он в третий раз за неделю заметил, что книги на полках стоят не так, как он их расставлял. Потом вместо одной банки кошачьего корма под прилавком оказались две, хотя он точно знал — купил только одну. Змеи, до этого спокойно спавшие рядом на подушке начали странно себя вести. Они поочередно вздрагивали во сне и начинали что-то бессвязно шипеть. Пару раз по их просьбе Лео проверил всю квартиру на наличие незнакомцев, заглянул в окно, старый полупустой шкаф и даже под кровать. Пусто. В течении последующих дней змеи постоянно бесновались, поэтому Лео приходилось часто бегать в уборную, чтобы их успокоить. Эйприл пыталась успокоить их чаем или кофе, но те отказывались пить прежде любимые напитки и даже перестали просить сладкого.  Всё это привело к тому, что паранойя Лео усилилась в разы, и он  подскакивал от любого шороха, постоянно озирался на улице, плотно задергивал шторы, как только возвращался домой и перестал выходить из дома за продуктами, пользуясь доставкой. Он чувствовал себя всё хуже и хуже, словно весь мир сдвинулся на пару градусов в сторону абсурда. Может, он просто сошёл с ума после стольких лет? — Ты выглядишь, как будто неделю спал в шкафу, — сказал Раф, в очередник раз появившись в магазине, держа бумажный пакет с выпечкой и кофе в картонном стакане.  Несмотря на явную усмешку в голосе, на лице было выражение чего-то среднего между беспокойством и страхом. — Вот спасибо, — вяло буркнул Лео. Сил не было даже на привычные колкости. — Ты походу вообще не особо заботишься о своём здоровье, поэтому я решил, что должен взять всё в свои руки. — торжественно провозгласил Раф. Лео не двигался. Только медленно моргнул. Его мозг медленно перерабатывал информацию. — Что ты имеешь в виду? — Я тебя забираю. Прямо сейчас. — Ты с ума сошёл? — Возможно. Но у меня есть план и хорошее место на примете. И ты выглядишь так, как будто вот-вот свалишься. Так что сегодня вечером — смена обстановки. Лео хотел отказать. Всё тело напряглось. — Куда? — Есть одно местечко. Тихое. Без книг про реинкарнацию и карму. С видом на воду. И с нормальной едой. — Это свидание? — Это... эвакуация. С целью спасения твоего самочувствия. Но если ты настаиваешь, пусть будет свидание. Лео хмыкнул. Почти незаметно. Это даже было приятно — эта забота и беспокойство. — Я не поеду, — сказал он, наконец. — Сегодня — нет. — Почему? Лео посмотрел в окно. Липкое чувство страха сковало внутренними. Если его подозрения не бред сумасшедшего, то он не вправе подвергать Рафа опасности. Он не может рисковать его жизнью. — Просто… не могу. Сейчас — нет. Прости. Раф поджал губы, но, на удивление, не стал настаивать. Только кивнул и мягко сказал: — Хорошо. Но я всё равно не уйду с пустыми руками.- сказал Раф, ставя небольшой пакет с тёплым сэндвичем перед Лео. Он подошёл ближе. Взял руку Лео, вложил в неё стакан кофе, наклонился и быстро поцеловал Лео в кончик носа, обдав лицо тёплым дыханием. Оба застыли. Не произнося ни слова, Раф отстранился и быстро вышел из магазина.  Несколько минут Лео стоял как истукан, сжимая стакан с кофе. Потом медленно коснулся ладонью места поцелуя. Ему понадобилось  много времени, чтобы успокоить бешено-колотящееся сердце.